Рифма без смысла — пустое сотрясение воздуха. А без такта — ещё и вред…
Здравствуй, Земля!
Я встаю на крыло
и в небо срываюсь с разбега.
Под куполом звёздное тает стекло.
Читай меня: «альфа» — «омега».
Искрится бенгальская тонкая нить хвостом от заснувшей кометы. Можно я буду тебя любить всеми раскатами лета? Маковым полем пылать на заре ярче лесного пожара… Можно тебе подарить в янтаре кокон небесного Шара?
Быть тебе другом,
причалом,
плечом…
Пятым твоим измерением.
Не говорить с тобой ни о чём, но ощущать подреберьем.
•
Воздух вишнёвый висит над рекой и шести струн перекличка. Я так хочу отражаться с тобой в окнах пустых электричек. Вместе листать атлас пыльных дорог на захолустном вокзале — там, где люпины синеют у ног невыносимой печалью.
На нулевом километре стоять, вместе подкинув монету.
Руку держать…
Твою руку держать, делая первый шаг в лето.
…и целовать тебя под проливным.
Кто небо звёздами вымостил?
Здравствуй, Земля!
Передай остальным, что гравитация — вымысел!
Бывает так: вдруг зарядят дожди…
И солнца лепесток укроют тучи…
И сумрак осени, мучительно-тягучий,
Застынет силуэтом на пути…
Бывает так: летят впустую дни…
Прохожие, локтями задевают
Больную душу, что стоит у края
Печалящейся матушки-Земли…
Бывает так: ни мыслей нет, ни слез…
Заплакать бы, да пуст кувшинчик сердца…
Лишь на ветру распахнутая дверца
Скрипит и заглушает песню звезд…
И кажется, что больше нет любви…
Что солнца лепесток уплыл навечно
Куда-то по небесной тихой речке…
И бродит лишь тоска в твоей крови…
Бывает так… Но вдруг, когда не ждешь,
Когда душа комочком жалким стала,
Тебя накроет кто-то одеялом
Молитвы тихой… и растает дождь…
Бывает так… Как мало нужно нам —
Немного радуги… и горсточка улыбок…
Ведь человек — так хрупок, тонок, зыбок…
Сожмешь сильней — и сердце пополам…
Бывает так…
Если настоящая любовь
К вам пришла весной иль летом в сердце,
Не гоните чувство это прочь
Распахните для него пошире в сердце, дверцу.
Ходим мы всегда по лезвию ножа —
От любви до ненависти, только, шаг.
Ну, а если с точностью, но, до наоборот,
Далеко не каждый путь, назад, к любви, найдёт…
Иль осенней мокрою порой,
Дождь холодный сам собой простуженный,
Шлёпая по лужам босиком
О камине грезит в доме и горячем ужине.
Ходим мы всегда по лезвию ножа —
От любви до ненависти, только, шаг.
Ну, а если с точностью, но, до наоборот,
Далеко не каждый путь, назад, к любви, найдёт…
Ну, а если вьюга за окном,
Зимняя колючая пороша,
К нам сегодня постучится ветер ледяной
Сам собой, ну, как-то так, случайно, замороженный.
Ходим мы всегда по лезвию ножа —
От любви до ненависти, только, шаг.
Ну, а если с точностью, но, до наоборот,
Далеко не каждый путь, назад, к любви, найдёт…
Если настоящая любовь
К вам пришла в любое время возраста и года
Ради Бога, не гоните её прочь
И спешите наслаждаться от заката до восхода
Ходим мы всегда по лезвию ножа —
От любви до ненависти, только, шаг.
Ну, а если с точностью, но, до наоборот,
Далеко не каждый путь, назад, к любви, найдёт…
То ли время бежит быстрее,
То ли зрение хуже стало.
Жизнь я чувствую всё острее,
А внутри, будто что сломалось.
Каждый миг мне подарен небом.
Каждый вздох от зори грядущей.
Утро радует теплым хлебом.
Вечер в сумрак замешан гуще.
Нет, не жду я терновых дланей,
Не зову я до срока смерть.
Лег на душу тяжелый камень,
Вот и душит, не дав лететь.
Не столкнуть мне его, не сбросить.
Вот и вынуждена терпеть.
Снегом душу мою заносит.
За окошком поет круговерть.
Хорошо бы, на небе звезды
Засверкали неоновым светом.
Но затянуто всё. Только роздымь
Стелет небо холодным цветом.
Это всё неспроста. Природа
Нас на крепость пытает опять.
Заметелит пургой непогода.
До весны б, до тепла устоять.
Я надеждой опять согреюсь.
Жизнью мне обозначено кредо:
Я креплюсь, я смогу, я сумею…
И обрадует радугой лето.
Мужская логика проста и показательна,
И, не стесняясь дураком прослыть,
Поэт сказал, что для мужчин желательно,
Как можно меньше женщину любить…
А я с высот непоэтичной лирики
И без налёта умственных глубин
Скажу: чем меньше женщину вы любите, —
Тем больше у неё других мужчин…
Слова скупы. В них не хватает чувств,
не выразят того, что видно ясно.
Как мало скажут про мою любовь
сто тысяч слов, подобранных прекрасно.
Как может мёртвый типографский шрифт
вобрать в себя страдания героя.
Слова бессильны пред лавиной чувств,
как нЕмощна песчинка пред горою.
Я не хочу словесной суеты, —
к чему тебе её хитросплетенья?
Красноречивей слов мой нежный взгляд,
и сердца стук, и губ прикосновенье.
Услышь меня и сердцем и душой,
и я приду, сметая все преграды.
Я принесу тебе мою любовь
и всю отдам, не попросив награды.
Вздохнула она устало…
-Я уже не молода, я старею…
У возраста спросило зеркало…
-Морщинка опять… откуда она?
Я не помню её, я её не узнаю…
Но, годы её обессмертило
Объятие как ответ сына:
-Мама…Я тебя люблю!
-Она у тебя только одна,
Я честно тебе говорю…
Слушать молча раскаты грома.
Голос месяца номер восемь.
Август вроде аэродрома,
Там, где лето взлетает в осень.
Там, где лета температура
Приближается к аномальной.
Я влюбляюсь опять, как дура.
Здравствуй, август!
Полет нормальный.
Лето все ещё в самолёте.
А внутри у меня осадки.
Очень жаль, что ещё на взлёте
Я отчаянно жду посадки.
Мы не умеем с тобой не общаться,
Без разговоров ночных не можем,
В остроумии поупражняться
И чувствовать друг друга кожей.
Но иногда мы взрываемся немного
И разлетаемся на миллионы мыслей,
Сменяем разные пути-дороги
Мы в поисках ментальных смыслов.
На сцене душу зрителю открыв,
Домой приду с усталостью приятной.
Надену тапочки, и кофею сварив,
Встревожу сердце строчкой неопрятной.
И снова мысль посетит одна:
«Для счастья нужно много или мало?»
И знаете, скажу что, господа?
-Для счастья нужно мало. Очень мало.
Мне знать бы только, что необходима,
Что публике мои эмоции нужны.
Мне б чувствовать, что ими я любима,
И мною кто-нибудь, да дорожит…
Пусть будет добрым зал лишь два часа,
И действо зритель все равно забудет.
Но пока слышу я их души и сердца
Для счастья нужно мало мне! Лишь люди.
Опасно жить на свете смело.
Опасно трусить ежечасно,
Тут, в общем, вот какое дело —
На свете просто жить опасно.
Смотри, не печалься, смотри, не грусти,
я буду писать тебе письма простые,
что лошади — белые, книги — пустые,
трава — золотая, и после шести
домой возвращается лесом чудак
и под ноги смотрит, и смотрит на небо,
где ангел питается розовым хлебом
последнего солнца и огненный злак
растёт из песка бирюзового. Ты
читай мои письма и думай о малом,
ничтожном и славном, что с ветки упало
зелёное яблоко лета в кусты
смородины красной, что кто-то поёт
и ходит по саду в прозрачном хитоне,
и держит то яблоко в нежной ладони,
и кислую корочку долго жуёт.
Смотри не печалься, не надо, здесь нет
ни полого слова, ни пресного звука.
Есть сон золотой и сладчайшая мука,
слепой мотылёк, прилетевший на свет.
* * *
Есть девушка одна у нас
С приятной внешностью, и глас
Звучит, как будто все родные,
Глаза — серо-зеленый изумруд,
И бровки — дуги две прямые.
На них, как взглянешь — все так мрут.
И все при ней — характер, тело,
Но не моя она, вот в чем, и, дело!
Я ей бы небо с солнцем подарил,
Ее б лелеял и любил.
Она ведь, словно лебедь белый,
Снегирь прекрасный, краснотелый,
Цветок сирени нежный, ясный;
Сравнить ни с чем — она прекрасна!
Сражает милой красотой своей.
Нет краше девушки, милей!
Улыбке доброй позавидуют девчонки,
У них от зависти раскроются глазенки.
Мария, милая, я посвящаю стих тебе,
Точнее не тебе, твоей я доброте.
Чтоб ты всегда была всем нужной,
Ведь без тебя в компании, так скучно.
15 марта 2013 года.
Мне сегодня приснилась мама
Сердце сжалось, боялось биться
Словно в кадр с телеэкрана
Я пыталась вглядеться, впиться
И до боли знакомый голос
Прошептал мне что все в порядке
Ну зачем же ты снова, мама
Оставляешь меня в упадке…
Как же ты молода, красива!
Взгляд родной изумрудных глаз!
По плечам волной струится
Рыже -солнечный водопад!
Как соскучилась я по дому,
Где мы жили всегда с тобой
Где любили все и дружили
Где был мир и всегда покой!
Я люблю тебя очень! Мама!
Понимаю, что не вернуть
Всё ушедшее словно лава
Разметало… мне …не уснуть…