С Днем рожденья, Ванечка,
Что внуснее пряничка!
С Днем рождения внучонка!
Славный вырастет мальчонка!
С днем рождения сынишки!
Будет лучше всех мальчишка!
С Днем рожденья племяша!
Маша, в тётях, хороша!
С праздником всех вас, семья!
Всем здоровья, вам, друзья!
Счастья, радости, веселья -
Принимайте поздравленья!
А мир ни холоден, ни тёпл…
Мир - он прекрасен, как всегда…
Мир - отражение того, что носишь ты в себе сама…
А если зябнешь ты порой - ищи тепло внутри себя…
Но одевайся потеплее - там за окном не мир остыл…
Зима там… Добрая зима…
Ангел, храни эту Женщину!
Пусть ей сейчас станет легче…
И оттого, что не встречена
Самым любимым на свете,
И что теперь, в одиночестве,
Вечер опять коротает,
Что до сих пор все пророчества
Сбыться никак не желают…
Ангел, храни эту Женщину
И успокой её душу…
Может быть, то, что обещано,
И не всегда надо слушать?
Может, ещё всё изменится:
Может, и правда - не вечер…
Пусть снова в лучшее верится:
С верой - жить легче на свете.
Ангел, храни эту Женщину,
Дай наконец ей покоя!
Нежной и доброй, застенчивой,
С чуткой, открытой душою.
Из нутра нестойкий тремор.
Нервы шутят. Или месть?
Съеден «торт с прекрасным кремом».
(- Ну, а соль-то в доме есть?).
Но сегодня в сердце слякоть,
Ветер, снег… И облака.
На одно из них и лягу
Я когда-нибудь. Пока
«Распогодится» на время,
Не надолго - час иль два.
И по-новой - воя, блея
И слова, слова, слова.
Напророчить ночь и утро.
(Дальше, как уже пойдет.)
Сон в потоке вязком, мутном.
Рыбой утренней об лёд.
Будут мысли в стиле бреда.
Привыкаю. Мысли всё ж.
С ними можно худо-бедно
Протянуть. И так живешь -
От души нежданный тремор.
От костей нытьё и хруст.
Черный чай.
- А сахар - вредно!
Вредно-вредно!.. Ну и пусть!
Мы в стране своей - как иностранцы - чужие давно
Ни полслова на русском. Фитнес-центры, мюзик-холлы, кино
Что ни включишь - стиралку, ноутбук, телевизор, утюг
Ты не лайкнул мой лук? Ансабскрайб, ты мне больше не друг!
Проходная завода закрыта. Здесь будет массажный салон.
Бородатому сыну мамаша подарит последний айфон
Разливанное море - заморская, странная речь
Скрыться негде: молчи. Не рычи - или голову с плеч.
Не грусти, похрусти, Буратино! Накопи и купи.
Накопил - закопай. Укради, посади, посиди.
У тебя ипотека? У нас - дискотека, танцуй!
Не продав человека, не купить человека. Банкуй!
Пусть лапша на ушах и капуста цветет в бороде,
Пусть в башке и в душе будет пусто, но не в животе.
Не гневи патриарха - получишь мощами по щам
Не учи олигарха, о чем возвещать овощам.
Уповай на духовные скрепы, ублажай супервайзора взор
Вдруг заметит тебя из кареты синьор-Помидор?
Чей это замок? Маркиза-Карабаса
Чье это поле? Маркиза-Карабаса
Чей это завод? Маркиза-Карабаса
Чей это народ? Маркиза-Карабаса
Говорят, что проблема в негодных для нас кулинарных рецептах,
Что у нас музыканты не те и расселись не так - еще перед концертом.
Поменяйте танцоров, кричат, на других, чтоб ничто уж потом не мешало,
И закрутится новая песня - про кол и мочало
Как нормальные люди тогда заживете, как в Парижах, Нью-йорках с Гавайями,
И министры у вас на работу начнут добираться трамваями,
И прозреют слепые, и на ноги вскочат безногие,
Если честно признаетесь в том, до чего ж вы тупые, убогие.
Лучше честная пайка, чем вечные ваши объедки с обносками.
Лучше просто французский, чем с нотками нижегородскими.
Надо просто расслабиться, просто уметь получать удовольствие.
И тогда тех, кто самый проворный, возьмут на довольствие.
Чтобы ваши Атланты как следует плечи расправили,
А не страны Антанты смешили своим православием.
Транспарентность, ликвидность, косткаттинг и оптимизация…
И, конечно, как вишенка сверху - приватизация
Ваши овощи не уродились. Вам нужна диктатура закона.
Чтоб вы лучше трудились - высылаем вам… принца Лимона.
Чей это замок? Маркиза-Карабаса
Чье это поле? Маркиза-Карабаса
Чей это завод? Маркиза-Карабаса
Чей это народ? Маркиза-Карабаса
Я знал тебя, Москва, еще невзрачно-скромной,
Когда кругом пруда реки Неглинной, где
Теперь разводят сквер, лежал пустырь огромный,
И утки вольные жизнь тешили в воде;
Когда поблизости гремели балаганы
Бессвязной музыкой, и ряд больших картин
Пред ними - рисовал таинственные страны,
Покой гренландских льдов, Алжира знойный сплин;
Когда на улице звон двухэтажных конок
Был мелодичней, чем колес жестокий треск,
И лампы в фонарях дивились, как спросонок,
На газовый рожок, как на небесный блеск;
Когда еще был жив тот «город», где героев
Островский выбирал: мир скученных домов,
Промозглых, сумрачных, сырых, - какой-то Ноев
Ковчег, вмещающий все образы скотов.
Но изменилось всё! Ты стала, в буйстве злобы,
Всё сокрушать, спеша очиститься от скверн,
На месте флигельков восстали небоскребы,
И всюду запестрел бесстыдный стиль - модерн…
Не касайтесь души, она в лёгком ознобе
От ветров, что прошлись, просквозив сквозь неё
И затихла она, как родник под сугробом
Пробиваясь на свет, еле-еле живёт…
Не терзайте её, она слишком устала
От того, что была молода и нежна
Словно облако-сон, закружившись, летала
Так невинна она, в то же время грешна…
Не касайтесь её обнажённого сердца,
Что закрылось в себе и замедленный пульс…
В нём исчезло сейчас для доверия место
И их кокон с душой стал немыслимо пуст
Может быть по весне, в мотылька превратившись,
Она снова взлетит, что бы солнце обнять
Не коснувшись его, а слегка опалившись,
Станет ближе к земле уже только летать…
Не отдавайся никакой надежде
и сожаленьям о былом не верь.
Не говори, что лучше было прежде,
ведь, как в яйце змеином, в этом Прежде
Таилось наше страшное Теперь.
Мне бы время вернуть, лет на двадцать назад,
Для того, чтоб ошибки исправить…
Только жизнь - не письмо, что прошло, то прошло,
Лист не вырвешь и новый не вставишь.
Не упрекну.
Остужусь.
Умру.
Тенью ничейной стану.
Прикосновеньем, забытым вдруг.
Вспомню свои изъяны.
Ноя, придумаю новых три.
Боль полюблю -
родная -
Так приросла, что горит внутри.
Так и пойду,
Роняя
Угли-слова для ненужных дней.
Угли-слова для ночей слепых.
Если родиться случится мне -
Не упрекну…
Виноват не ты.
История над нами пролилась.
Я под ее ревущим ливнем вымок.
Я перенес размах ее и вымах.
Я ощутил торжественную власть.
Эпоха разражалась надо мной,
как ливень над притихшею долиной,
то справедливой длительной войной,
а то несправедливостью недлинной.
Хотел наш возраст или не хотел,
наш век учел, учил, и мчал, и мучил
громаду наших душ и тел,
да, наших душ, не просто косных чучел.
В какую ткань вплеталась наша нить,
в каких громах звучала наша нота,
теперь все это просто объяснить:
судьба - ее порывы и длинноты.
Клеймом судьбы помечены столбцы
анкет, что мы поспешно заполняли.
Судьба вцепилась, словно дуб, корнями
в начала, середины и концы.
У каждого были причины свои:
Одни - ради семьи.
Другие - ради корыстных причин:
Звание, должность, чин.
Но ложно понятая любовь
К отечеству, к расшибанью лбов
Во имя его
Двинула большинство.
И тот, кто писал: «Мы не рабы!" -
В школе, на доске,
Не стал переть против судьбы,
Видимой невдалеке.
И бог - усталый древний старик,
Прячущийся в облаках,
Был заменен одним из своих
В хромовых сапогах.
Та девочка, - а я ей был смешон, -
Ходила, как мальчишка, в грубых гетрах.
Она дружила с ветром, и с мячом,
И с веслами, и с теннисной ракеткой.
И странно: столько лет и столько зим -
Событья, перемены, годы, лица, -
А девочка мерещится вблизи,
А девочка хохочет и резвится…
Она стоит, откинувшись слегка,
Беспечная, у сетки волейбольной,
И сквозь нее проходят облака,
Проходят дни, и годы, и века…
Ей хоть бы что - ни холодно, ни больно.
В камине мается огонь, играют огненные блики.
Играет старый патефон, и льется музыка-Великих!
С пластинки старой много лет, ласкала Лунная соната…
И эти стены помнят все, где собирались мы когда-то.
А из камина шло тепло, поленья в пламени трещали…
Мы собирались здесь давно, и дни рожденья отмечали.
Где за столом родня, друзья. И стол богат от угощения.
Теперь же одинока я! И вот пишу стихотворение…
В камине плещется огонь, желая вырваться наружу.
А за окном церковный звон, терзает и тревожит Душу!
Из-под пластинки как тогда, ласкает Лунная соната.
Ведь эти стены помнят все, здесь собирались мы когда-то.
Лежит на кресле теплый плед, он связан из овечьей шерсти.
Массивный, бабушкин буфет, ему наверно лет уж двести…
В камине мается огонь, тепло по дому расплескалось.
Там за окном церковный звон. Здесь со мной Музыка ОСТАЛАСЬ!
Мои стихи: Автор // ШАРМАН //
*****
Прилетали ко мне и садились на грудь
Лепестки твоих роз, что рассыпала грусть
Они звали меня в мир космических снов
В мир волшебных ветров и загадочных слов
Прилетали ко мне прикорнуть на ладонь
Слезы счастья твои, капель ярок огонь
Прожигали они и тонули во мне
Согревали теплом, что не сыщешь вовне
Забывал я про всё, ждал вестей от тебя
Не теряя надежд, бесконечно любя
Но пропали следы от сухих лепестков
Знаю, встречу тебя в мире сказочных снов
Красок букет, светотени сплетенье
Твой силуэт у проема окна
Нежного голоса слышу я пенье…
…Но почему ты не видишь меня.