Как же стремительна жизнь человека.
Чувствую- есть за спиною пол-века…
В памяти будто цветное кино-
Детство… сугробы…веранда…окно…
Смотрит глазами синими дом.
Помню: была я так счастлива в нем…
Рядом родители. улица…сад…
Жаль, что вернуть невозможно назад.
Снег во дворе… и я санки вожу…
И на ступеньках следы нахожу
Легких и трудных прожитых годов…
Их придержать на плечах ты готов?
Жизнь все уходит так медленно вдаль…
В памяти виснет туманов печаль…
Детство… сугробы…веранда в снегу…
И я на встречу судьбе все бегуууу…
Забудет все, махнув рукой
Стирая с памяти услады
И воцарит в душе покой
Да только, вряд-ли ему рады.
Пойдет жизнь дальше, неспеша
В привычное втекая русло
Но долго будет ныть душа
О прошлом вспоминая…
Грустно.
Курилка Брюньон.
По мотивам повести Р. Роллана «Кола Брюньон».
«Жив курилка!»
Глава 2.
Да, у меня добротная жена
(Таких побольше и держалась бы страна).
Дом наполняет сухопарым телом,
Ворчит, бормочет, всюду шаря делом,
Лет тридцать создаёт волну,
Из дома гонит пыль и тишину.
Как так случилось, не пойму,
Любил другую, а с моей живу?
А та смеялась надо мной
В далёкой юности, весной.
Набитый дополна злословьем рот.
И от ворот - на поворот.
Но, бог с ней, с шельмою такой.
Опять я сбился… Стой-постой!
Да, вспомнил, я завёл жену
(забудь друзей, флирт, тишину).
Зачем мы спорим всякий раз?
Огнём пылают тонны фраз…
Что-то опять я не о том
(Всё бьюсь о стены звонким лбом).
В одном с моей сыграли в лад,
Чему я бесконечно рад:
Исполнили не раз вещицу.
Теперь полна наша светлица:
Четыре парня-молодца
И дочка Марта моего лица.
Моя плутовка ты, Мартинка,
Мой ангел, дочка и… скотинка!
Какого стоило мне мужества
Тебя доставить до замужества!
Тебя я пристально стерёг
И от самой себя берёг.
Пора зятёк, твой час стеречь.
Да, Флоримон, пылает печь.
Мартинка любит эту жизнь.
Плюс моя кровь. А ты держись.
Похоже, что когда её я создавал,
Слишком расщедрился на карнавал.
Зато не страшен ей тяжелый труд.
Она сама себе: и плуг, и кнут.
С парнями нам не так везло:
От них зевает ремесло.
Бесцветны, словно пыль, как паузы в делах.
Хотя витают дружно в облаках,
Всё жалуясь на сумрачность времён.
Не признают, что мрак есть лишь среди имён.
Жена меня всё время ими попрекает.
Гул напряженья постоянно возрастает.
продолжение следует…
Поскольку я - гусар и в силе,
Сам воздержанию не рад -
К Вам, Роза, рейсы отменили,
Причина - сильной снегопад!
Хотел нанять сначала сани,
Но снег занёс дороги вот,
Меня сейчас Иван Сусанин
Пешком к Вам по лесу ведёт.
Copyright: Константин Совок, 2018
Свидетельство о публикации 118 011 604 923
Старушка, пенсию взяла…
Слеза скатилась по щеке.
На крохи эти не прожить,
И нет просвета вдалеке.
Отдать поборы и квартплату.
А на лекарства денег нет.
Обузой… стала ты старушка,
И для тебя погашен свет.
Больная, ты придёшь на паперть.
Давясь скрываемой слезой.
Одна на свете ты осталась,
И жаждешь получить покой.
Но дождь, смешает слёзы боли
С холодной ливневой водой.
Позор стране! Что допускает,
Стоять с протянутой рукой.
Секрета я тебе не выдам,
Если скажу, что я одна,
В моей душе живет обида,
В твоей душе живет вина.
И пусть мечты давно разбиты,
Зачем теперь вести войну,
Давай забудем все обиды,
Перешагнем через вину.
Случилось так… какая жалость,
Сожгли свою любовь дотла,
Ты уходил - я оставалась,
Ты возвращался - я ушла.
Жизнь - провокаторша такая,
Не объяснить и не понять,
Душа болит, я точно знаю,
И у тебя… и у меня.
Жизнь не жалела… не щадила,
Ты где-то там… я где-то здесь,
Спасибо, то что это было,
Спасибо, то что это есть.
Ведь на земле ничто не вечно,
И оборвется наша нить,
Зачем нужна нам наша встреча?
Элементарно… дальше жить.
На сердце льды, как в Антарктиде,
Не растопить их глубину,
Но все ж забудем все обиды,
Перешагнем через вину.
Стоит на паперти старуха.
Таких несчастных - пруд пруди.
Видно, вчера была «под мухой»,
А нынче молится. Прости…
Такая выпала ей доля,
Что плакать даже силы нет.
Жизнь - не свобода, не неволя.
Не мил давно стал белый свет.
Споткнулась где или сломалась?
Нам тайны сей не разгадать.
Спасибо, что жива осталась,
И с паперти не стали гнать.
Видит око, да зуб неймет
Не очень сладко на душе
Кому написано - поймет
Скорее осень бы, уже.
Мне чашку кофе, не много корицы
И дождь за окном, ведь ночью не спится.
Кота на коленях и мягкости пледа.
Раскатов грозы, немножечка бреда.
Губ любящих -нежных, глаза цвета виски
А в душу любовь с щепоточкой риска.
Но как мне нашу дружбу понимать?
Она в кавычках, или без оных?
А самолюбию страдать, иль не страдать?
И кто из нас ведущий, и кто ведомый?
Только по просьбе читаете меня,
Хотя новинки ваши все читаю,
И уважаю, а иных люблю,
Вы все не знаете, как я «страдаю»!
Оля Ардевич, названая внучка,
Без всяких просьб стихи мои читает,
Мой стих, конечно, не конфетная тянучка,
И вроде Люда меня хоть как-то понимает!
Но всё же, милые, читают же меня другие,
И неизвестных очень много,
На похвалу бываете вы не скупые,
Но я б желал от вас иного!
Я понимаю, что не поэт,
Но я стараюсь являться скромным,
Тому я рад: стихи увидели какой-то свет,
Горюю тихо в уголке укромном!
Подруги все меня моложе,
И все работают почти,
Но графоманство меня не гложет,
Не говорю здесь о любви!
Что дальше делать? Писать, иль не писать?
Но мысли просятся наружу,
Я не мечтаю мир читателей завоевать,
Хочу со многими быть в дружбе!
Принять спокойно всё, как есть?
И этим тихо быть довольным?
Не прыгнешь выше головы,
И то, что есть, приму за честь,
Не перестану быть свободным!
Мне перспективы не видны!
По-настоящему мы даже не знакомы,
Смешно комедию трагедией играть,
Каждый из нас живёт семьёй, делами дома,
И не удастся из пустого чего-то взять!
Будь тем доволен, что с тобой общались,
Мы все за славой вовсе не гонялись,
В стихах подружек были и доброта, и ласка!
Пора понять, что жизнь не сказка!
«Держитесь за руки»
Держитесь за руки почаще.
Сжимайте крепко-крепко ощущая рук тепло.
Ведь нету чувства слаще,
Когда от прикосновений в душе так горячо.
Держитесь за руки почаще.
Целуйте, обнимайте просто так.
Для любимых это много значит,
Ну, а для для нас это попросту пустяк!
Держитесь за руки почаще.
И не жалейте вы приятных слов.
И пусть румянец будет на щеках
От теплоты родных нам голосов.
Держитесь за руки почаще.
И при разговорах смотрите прям в глаза.
И на чужих вы не глядите, -
Идите со своими до конца.
Как бы далеко вы не бывали.
И в какую глушь бы вас не затянуло.
Главное-чтоб любимых вы не предавали,
Главное-чтоб по венам холодом не потянуло.
Я не люблю людей, одетых в маски,
Скрывая сущность и меняя краски.
Я не люблю двуличных и льстецов
И ненавижу хамство, подлецов.
Я не люблю разврат и пьянство, драки
И осуждаю по расчёту браки,
Я не люблю интриги, зависть, злость
И тех, кто положился «на авось»…
Я не люблю, когда перебивают,
Не слушают, кричат, не уважают,
А говорят, смеются за спиной…
Их сплетни называются игрой.
Я не люблю трусливых и бездушных
И видеть слёзы горя в глазах грустных.
Невежество и тупость поражают,
Всю сущность человека отражают…
Я не люблю бесчестье, нищету
И без идей мирскую суету.
Я осуждаю чёрствость у людей
И безразличие к чужой беде.
Я не люблю карманы проверять,
Записки находить и их читать…
Страдать я не люблю, коль предают,
Болею, если в душу мне плюют.
Люблю восход, зарю и тишину,
Я верю искренне в свою мечту -
Что будет МИР, не будут плакать дети,
Не будут больше миром править деньги!
Я с честными, правдивыми дружу,
Ошибки обязательно прощу,
Невзгоды с другом я переживу,
Я ЖИЗНЬ ЛЮБЛЮ И ЕЮ ДОРОЖУ!
в разлуке не бывает виноватых,
нет правых в ней, остался лишь вопрос -
достигнута ли точка невозврата?
разрушен ли дотла последний мост?
жжёт пальцы, догорая сигарета,
сверкая в отражении зрачков.
январь молчит. молчит. он не ответит.
он бросил с неба снег и был таков.
мороз вокруг движенье замедляет,
колючий ветер гонит мысли вспять,
как с лезвия ножа на оба края,
сползла душа, уставшая летать.
Мои щеки не бриты с весны,
С нашей встречи у рыжей сосны.
С той палатки где мы у костра -
Говорили с тобой до утра.
Чай брусничный, какой аромат
И наивный, чарующий взгляд.
Улетала Луна на покой -
Вряд ли свидимся мы вновь с тобой !
У костра, у костра, у костра
Хочу я посидеть до утра.
Под той рыжей таежной сосной -
Как в тот вечер и только с тобой.
Мои щеки не бриты с тоски -
Жду тебя я у рыжей сосны.
Как женщина пожившая, но все же
Пленительная в устали своей,
Из алых листьев клена взбила ложе
Та, кто зовется Грустью у людей…
И прилегла - и грешно, и лукаво
Печалью страсти гаснущей влеча.
Необходим душе моей - как слава! -
Изгиб ее осеннего плеча…
Петь о весне смолкаем мы с годами:
Чем ближе к старости, тем все ясней,
Что сердцу ближе весен с их садами
Несытая пустынность осеней…