Позови меня тихо по имени,
Ключевой водой напои меня,
Отзовётся ли сердце безбрежное,
Несказанное, глупое, нежное.
Снова сумерки входят бессонные,
Снова застят мне стёкла оконные,
Там кивают сирень и смородина,
Позови меня, тихая Родина.
Знаю, сбудется наше свидание,
Затянулось с тобой расставание,
Синий месяц за городом прячется,
Не тоскуется мне и не плачется.
Колокольчик ли, дальнее эхо ли,
Только мимо с тобой мы проехали,
Напылили кругом, накопытили,
Даже толком дороги не видели.
Позови меня тихо по имени,
Ключевой водой напои меня,
Знаю, сбудется наше свидание,
Я вернусь, я сдержу обещание.
Смел отважен бойца взгляд,
- крепка морпеха рука.
На берегу погранотряд,
- за плечами страна.
В марше топчешь песок,
- мишени разив в точь.
Сквозь преграду ловкий прыжок,
- в дыму горит ночь
Стена пылает в огне,
- в захлёб строчит автомат.
В грязи ползешь по земле,
- и слышишь как бьёт набат.
За Родину время воcтать,
- границу нарушил враг
Станешь МИР защищать,
- стиснув в руках автомат.
На смерть бьешься в бою,
- жизни не жалея своей.
Упав на серую броню,
За Мир и счастье людей.
С войны вернулся живой!
- раны оставили след.
Солдат!!! Во Славу Герой!
- и нет числа твоих Побед!
Ночью тихо плакал саксофон,
Боль души растерзанной врачуя
И в мечтах несбыточных кочуя,
Голос был похож его на стон.
Стон, что вырывался из груди
Только о тебе лишь стоит вспомнить
И, что пустоту мне не заполнить,
Хоть кричу во тьму: Ты приходи!
Как его прижав сейчас к губам,
Я тебя в руках своих представил.
Душу снова звуками оплавив,
Подкатили слезы вдруг к глазам.
Грезы сжались в легкое кольцо
И волна удушья подступила.
Господи, дай воли мне и силы
Позабыть любимое лицо.
Замирало сердце в тишине
К небесам бескрайним улетая
И в любви дотла своей сгорая,
Плакал я безвольно при луне.
Счастье унеслось, как сладкий сон
И к былому чувству нет возврата.
За любовь, страдание - расплата.
Ночью тихо плакал саксофон.
Ирина Стефашина
Я свяжу тебе шарф из вселенской любви
…с поцелуями страсти на память…
…где не старятся чувства веками…
…и поют до утра соловьи.
Я в вязание нежность и душу вложу…
…и покаюсь пред Богом, как грешник…
…что в любви - океане безбрежном…
… островок для двоих покажу.
Я укрою тебя от вчерашних обид…
…и в ладонях хмельного рассвета…
…принесу ясноглазое Лето…
…где мелодия Счастья звучит.
Я тебе подарю краски вешнего дня…
…и полеты под звезды ночами…
…где на облаке Ангел причалил…
…нас крылом белоснежным обняв.
Я возьму свет хрустально-алмазной зари…
…шепот неба и пение сосен…
…плеск волны и багряную Осень…
…и луга, где цветет розмарин.
Ты меня в холода за собой позови…
…и вернусь я с далекой планеты…
…где спиной заслоняя от ветра…
…я свяжу тебе шарф из вселенской любви.
Ирина Стефашина
Проклинаю тебя…
…проклинаю и каюсь…
…это, видимо, грех…
…что я сильно люблю.
Но к тебе по ночам…
…душу вновь отпускаю…
…и о встрече земной…
…задыхаясь, молю.
Облетела листва…
…и пора золотая…
…остается в мечтах…
…и несбыточных снах.
Прокричу: Я люблю…
…в небеса птичьей стае…
…и любовь, словно яд…
…я испила до дна.
День прошел…
…и заря в сизом облаке тает…
…сердце бьется сильней…
…и внутри все горит…
Мне, как Бога, тебя…
…в этот миг не хватает…
…лишь моргая грустят…
…за окном фонари.
Нет. Не жаль эту жизнь…
…что на омут похожа…
…где тебя не могу…
…с теплотою обнять.
Повторяя в тиши…
…ты мне жизни дороже…
…и тебя даже смерть…
…не сумеет отнять.
Догорает свеча…
…слезным воском стекая…
…и ложится строка…
…на тетрадный листок.
Проклинаю тебя…
…проклинаю и каюсь…
…но «люблю одного»…
…вновь пишу между строк.
Ирина Стефашина
Выбираю костюм Пьеро -
Пусть Буратино умрёт.
Выставляю всё на «зеро»,
Выпадает джек-пот.
Потеряюсь в пяти углах -
Выбираю острей.
Обезболивала игла,
Когда было больней.
Включаю перегруз,
Взрываю тишину!
Убит или в плену?
Бред Питт или Том Круз?
Читаю по губам:
Шестёрка или туз?
Чужие или сам?
Бред Питт или Том Круз?
Выбираю одну из бед,
Меняю грусть на печаль.
На все вопросы один ответ:
Всё, что было, не жаль!
Выбираю одно из зол,
Меняю вечность на миг.
Когда окончится рок-н-ролл,
Я зарифмую свой крик!!!
Погоду царской назову
Кораблик по воде пущу
Её величество - ВЕСНА
Кто спал - пробудит ото сна…
Вера Заварнова /НежнаЯ/
Папочка, любимый наш, родной
Хотим поздравить с Днем Защитника тебя
Ты наш единственный герой
Мы знаем, с нами, крепкая рука твоя
Ты в трудный час всегда поможешь
Да и совет надежный можешь дать
Для нас поистине незаменим и нет тебя дороже
И мы гордимся все тобой, ты знай!
И даже если и ругаемся с тобой
Обиды быстро забываем
Ведь ты для нас один такой, родной
И здорово, что мы друг друга понимаем
Мы все здоровья для тебя желаем
По пустякам не огорчаться и чаще улыбаться
Крепко- крепко тебя мы обнимаем
Мы за тобой, нам нечего бояться.
Не выпросишь снега зимой у жадин,
Но этот февраль к таким не относится,
Ему запасы транжирить по' сердцу,
Он фантастически снегопаден.
Февраль этот чуточку старомоден:
Форся белокипельными манишками,
Он безупречен, пожалуй, слишком и…
И одинок по своей природе.
Завёрнут день в накрамахленный фантик,
Среди теней - снежных грёз порхание…
И ждёт весну, затаив дыхание,
Неисправимый февраль-романтик.
Copyright: Ариша Сергеева, 2018
Свидетельство о публикации 118022300321
Мы с тобою меж двух оков,
ты в Германии, я в России,
этот мир, как и ты, суров:
яркий, красный, ажурный, синий.
Я приеду к тебе на час
в середину Берлина. К чаю.
Не хватает губ, рук и глаз.
Не поверишь. но я скучаю.
Самолет успевает в срок,
а в кафе ни души. Час сорок.
Помогите, весна и Бог,
помоги мне, далекий город!
…кто-то очи закрыл рукой,
(до Германии мчатся мысли…)
Я скучаю. И я с тобой
до конца неприметной жизни.
Ольга Тиманова
Весёлые споры, кругом сигаретный дым. Последняя сессия завтра закончит счёт. Ты знаешь, дружок, как прекрасно быть молодым. Как время неспешно, подобно реке, течёт. И кто-то кричит, мол, давайте смотреть кино, важнейшее, чёрт подери, из любых искусств.
А Динка кашляет кровью и пьёт вино. У крови с вином очень странный смешанный вкус.
И кто-то идёт за добавкой: как ни бери, не хватит закуски, пусть даже никто не ест. Последняя сессия: к дьяволу буквари. На глупой зубрёжке мы ставим сосновый крест. Гитара опять исторгает попытки нот, и кто-то пытается петь, но поёт не в такт. И Динке прошепчут, мол, ты пролила вино, но Динка-то знает, что это совсем не так.
И Динка идёт в санузел - смывать позор, на краешке ванной усевшись, вращает кран.
Валерка стучится в дверь, он такой позёр, любитель показа «на пипл» душевных ран. Он ей говорит: впусти, я тебя люблю. Пусти меня, слышишь, а то я сломаю дверь. Она исхудала: так нос стал похож на клюв, запали глаза, край волос уползает вверх.
Наверное, он в самом деле любит её. Её безупречную бледность и тонкость рук. Вот только в тусовке он слишком, пожалуй, пьёт. А после с похмелья давится поутру.
Валерка уже затихает. И чёрт бы с ним. А Динка полощет рот ледяной водой, Лекарство глотает. По сути - что кокаин: привыкнешь, и всё, не работает. Вот отстой.
Обратно в компанию. Крики, дым сигарет. И Динка хохочет со всеми: а как ещё? Участвует в каждой дурацкой пустой игре. Последняя сессия завтра окончит счёт. Последнее лето: а будет, скажи, оно? Снежинки последние падают за окном.
А Динка кашляет кровью и пьёт вино.
Не думай о завтра. Живи сегодняшним днём.
Кто мы без Вас?
Цветы - без садовода.
Что мы без Вас?
Пустыня - без песка.
Всегда, везде, в любое время года,
Вы нам нужны, как небу облака!
Для Вас мы хорошеем, расцветаем,
Стрижемся, красимся,
Мы только лишь для Вас.
Мы изменяемся, вокруг всё изменяем…
Чтоб увидать сиянье Ваших глаз.
Елена Топилина
Мне глаза открыл внезапно человек,
Ничего, как оказалось, нет уже
От печали прожитых без смысла лет
Стало резко больно на душе…
Хорошо. Осталась я одна.
Я не пропаду, характер не позволит,
Но доверия не будет никогда,
И не жди что будет по другому
Человек убил во мне мечту. Веру в силы, даже радость жить.
Я нема внутри. но все еще дышу-
Значит, можно что-то изменить!
Для тебя-закрыта навсегда
Моление о кошках и собаках,
О маленьких изгоях бытия,
Живущих на помойках и в оврагах
И вечно неприкаянных, как я.
Моление об их голодных вздохах…
О, сколько слез я пролил на веку,
А звери молча сетуют на Бога,
Они не плачут, а глядят в тоску.
Они глядят так долго, долго, долго,
Что перед ними, как бы наяву,
Рябит слеза огромная, как Волга,
Слеза Зверей… И в ней они плывут.
Они плывут и обоняют запах
Недоброй тины. Круче водоверть -
И столько боли в этих чутких лапах,
Что хочется потрогать ими смерть.
Потрогать так, как трогают колени,
А может и лизнуть ее тайком
В каком-то безнадежном исступленье
Горячим и шершавым языком…
Слеза зверей, огромная, как Волга,
Утопит смерть. Она утопит рок.
И вот уже ни смерти и ни Бога.
Господь - собака и кошачий Бог.
Кошачий Бог, играющий в величье
И трогающий лапкою судьбу -
Клубочек золотого безразличья
С запутавшейся ниткою в гробу.
И Бог собачий на помойной яме.
Он так убог. Он лыс и колченог.
Но мир прощен страданьем зверя. Amen!
…Все на помойной яме прощено.
1963
Предать, не ведая стыда,
закрыв ворота перед Богом…
а жизнь, конечно, ерунда.
слепая дура, недотрога,
не видя истинности лиц,
ты наливаешь в кружку чаю,
казался неприступным принц,
(и с ним я будущность встречаю?)
угасших дней водоворот
наполнит окна новым светом,
предать, не ведая забот,
заснув с другою сладко где-то…
молюсь за новые ветра,
за сладкий хлеб, за чувства тоже…
и. начиная жизнь с утра,
я говорю: «Спасибо, Боже!»
Ольга Тиманова