Так уж сердце у меня устроено -
не могу вымаливать пощады.
Мне теперь -
на все четыре стороны…
Ничего мне от тебя не надо.
Рельсы - от заката до восхода,
и от севера до юга - рельсы.
Вот она - последняя свобода,
горькая свобода погорельца.
Застучат, затарахтят колеса,
вольный ветер в тамбуре засвищет,
полетит над полем, над откосом,
над холодным нашим пепелищем.
Осчастливь меня однажды,
позови с собою в рай,
исцели меня от жажды,
подышать немного дай!
Он ведь не за облаками,
не за тридевять земель,
- там снежок висит клоками,
спит апрельская метель.
Там синеет ельник мелкий,
на стволах ржавеет мох,
перепархивает белка,
будто розовый дымок.
Отливая блеском ртутным,
стынет талая вода…
Ты однажды
ранним утром
позови меня туда!
Я тебе не помешаю
и как тень твоя пройду…
Жизнь такая небольшая,
а весна - одна в году.
Там поют лесные птицы,
там душа поет в груди…
Сто грехов тебе простится,
если скажешь:
- Приходи!
Взгляд уходящих не мигает.
Пора,
пора - разъезд гостей…
Судьба не разожмет когтей
и душу, легкую добычу,
ввысь унесет, за облака,
а кости вниз - таков обычай
и человеческий, и птичий,
пришедший к нам издалека…
Что скулишь в подворотне пёс?
Не ответил ты на вопрос.
Месяц в небе совсем замерз.
И за тучу свой горб унес.
Что я чувствую, кого жду -
Да уже никого, как видно.
Если в зиму я пропаду,
И не будут искать - обидно.
Что ж, давай заходи на чай,
Не на чай - так на курью ножку!
Не скули ты и не серчай!
Месяц в небе ушел в сторожку.
Темнотища и свет погас.
Что же воешь ты за окошком?
Знаешь, что-то сближает нас -
Ну давай, поскулим немножко!
Ни слезиночки мною не пролито
По ушедшему счастью короткому.
Значит, всё мною правильно понято,
Оказалась десятка неробкого.
Пропустила душой боль и вынесла,
Лишь махнула рукой на прощание,
На два хода вперед правду вычислив,
Не поверив твоим обещаниям.
Не увидела чувств твоих искренность,
Оказалась права - вот и умница.
Разглядела меж фальши я истину.
На ошибках лишь глупые учатся.
Ты - вчерашний, ты просто вчерашний!
Ты - обыденный быта предмет,
Просто кот мой диванный домашний,
Ты - сухой сохраненный букет.
Удивляюсь тому, что случилось -
Так легко без тебя обхожусь.
В общем, жаль, что у нас так сложилось,
Но теперь я собою горжусь!
А ты, жена…
А ты, жена, всё терпишь, всё прощаешь,
И, что греха таить, в подушку плачешь.
И чай китайский в чашки разливаешь -
Жена не может поступать иначе.
А всё его былые похожденья -
От скуки, разве что, не стоят слёз!
Та, что вчера сидела на коленях,
Сегодня от него воротит нос.
Кому он нужен - скатертью дорожка!
Но как одной в пустой постели спать?
И до утра не спишь, и гладишь кошку,
И вновь готова всё ему прощать.
А вдруг уйдёт - желающих так много,
Так много женщин, жаждущих стихов.
А вдруг умрёт? Туда ему дорога! -
Как хорошо, что в мыслях нету слов.
Рассвет уж близок. Обнимая кошку,
Уснула, ведь сегодня выходной.
В снегу под утро, протоптав дорожку,
Твой муж голодный тащится домой.
И вновь на кухне пахнет чай китайский,
И ты забыла все его грехи.
Духи чужие, сквозь скупые ласки -
Купи себе такие же духи!
И сделай вид, что всё тебе по фене,
Скажи ему, что крепко ты спала.
И сядь, как та другая, на колени -
Его домой фортуна привела.
Не прогоняй, не торопи разлуку -
Она бывает смерти пострашней.
Отвергни, не протягивай ей руку -
На свете много басен посмешней.
Прикрою я глаза, представлю, что ты рядом…
Ты смотришь на меня, своим чудесным взглядом…
Я так хочу коснуться, губами губ твох…
И в мир тот окунуться, где счастье на двоих!
Ты далеко и близко, ты где-то там и здесь…
Со мною, в моих мыслях, во мне, во мне ты весь!
Не изчезай мгновенье, прошу побудь со мной…
Тебя мне нехватает, любимый мой родной…
И где ж все это время, бродили мы с тобой?
Все эти паралели, велись одной судьбой…
И все ж пересеклись, с тобой наши пути…
И хочется теперь мне, одной тропой идти!
К душе моей ты ключик, тот самый подобрал,
Который вот не давно, почти ты потерял…
И дверца та открыта, и только для тебя…
И как же без тебя, существовать могла?!
Ты нужен мне, как воздух, хочу дышать тобой!
Ласкаться нежно-нежно и телом и душой…
И быть с тобою рядом, до искончанья дней…
Любить и быть любимой, и только лишь твоей!!!
А.Ю.Н.
В Киеве перевернули новую страницу:
посадили пани Юлю в смрадную темницу.
Криминальный Янукович, равнодушный к праву!
Знали мы, что ты готовишь наглую расправу.
Всю Европу растревожишь, рейтинг свой изгадишь
- но ведь ясно: если можешь, все равно посадишь.
Пани Юля так и знала все об этом цикле:
вам, таким, победы мало - вы топтать привыкли!
Где ж понять совкорожденным рыцарства науку,
научиться побежденным протягивать руку!
Прежде хоть щадили даму люди правил старых…
Как-то встретишь ты Обаму с Юлею на нарах?!
Плачут хлопцы и юницы в Виннице и в Ницце:
сидит девица в темнице, и коса в темнице…
А в России увидали - и довольно квакнут:
начиналось на Майдане - кончилось вот так вот.
Но не празднуй, Янукович, легкую победу!
Не копи себе сокровищ к тайному побегу.
Время мчится, точно пуля, с ним никто не сладит,
- помни, выйдет пани Юля и тебя посадит.
Будет править самовластно и тоталитарно -
хоть сейчас она несчастна, но всегда коварна.
Я уже и на Майдане, либерал-ботаник,
понимал, что эта пани далеко не пряник.
Ведь не век тебе, как ныне, быть козырной масти
- надоест же Украине блатота у власти!
Юля - пани непростая и сравнить-то не с кем,
а за ней такая стая, что куда донецким.
И когда взлетит высоко, стоит захотеть ей,
и взамен второго срока ты получишь третий.
Не сойти Украйне с круга из-за этой пары.
Так и будете друг друга упекать на нары.
Пожениться бы вам, дети, не мотать бы срок бы -
против вас никто на свете устоять не смог бы;
но никто не верит ныне в пользу коммутаций.
Все равно что Украине с Русью побрататься.
Вот и понял я случайно, слава тебе Боже,
почему у вас Украйна - не Россия все же.
И от вас, дивя планету, лучшие съезжают,
и у вас свободы нету, а врагов сажают,
понимающих лажают, дураков ласкают…
Но у нас, когда сажают, то не выпускают.
И у нас бы Тимошенко сделала карьеру,
подольстившись хорошенько к нашему премьеру, и резвилась бы, как серна, и цвела, как вишня,
- но у нас бы если села, то уже б не вышла.
Если ж кто у нас и выйдет - никого не сОдит,
потому что плохо видит и почти не ходит.
Впрочем, Бог располагает, помнит дебит-кредит:
русский долго запрягает, да уж как поедет!
Зашумит, заколобродит - и за две недели
одновременно выходят все, кто здесь сидели.
Радость с гибельным оттенком, с запахом пожара
- ибо вместе с их застенком рухнет вся держава.
Накренятся все оплоты, упразднятся боги
- тут уж не свести бы счеты, унести бы ноги,
ибо всех - отнюдь не тайна - ждет большая дуля.
Нет, Россия - не Украйна.
Возвращайся, Юля.
Что вы жадно глядите на Джобса,
Повторяя несчастному вслед,
Что Господь на России обжегся
И в Отечестве гениев нет?
И в России случаются жизни-с,
Что на досках почета висят.
Ты успешно построил бы бизнес,
Замочив человек пятьдесят.
А айподы твои и айфоны
Не родились бы вовсе на свет:
Где лежат под ногой миллионы -
Там нужды в технологиях нет.
В назиданье Америке жалкой,
Ты бы имидж менял на глазах:
Бизнесмен с комсомольской закалкой -
Автомат - «АвтоВАЗ» - автозак…
Но не все же погрязло в прохвостах!
Допускаю, что полуживым
Ты бы мог уцелеть в девяностых
И с баблом подошел к нулевым.
И тогда, не особо речисты,
Чтоб иллюзий никто не питал,
Петербургские новочекисты
Распилили бы твой капитал.
За айподы твои и айфоны
Наскребли б на тебя матерьял,
Ты топтал бы российские зоны,
Шил перчатки и тапки терял.
И коллеги бы тоже сидели,
Если б нравом ты был гонорист,
Как умерший на той же неделе
Изувеченный в тюрьмах юрист.
Но допустим, что участь юриста
Миновала судьбу твою, Джобс,
Потому что ты смог сговориться
С большей частью начальственных жоп-с.
И тогда свой насыщенный век ты Проводил бы в полезных делах:
Олимпийские строил объекты
И Чечне помогал, как Аллах.
А айподы твои и айфоны
Внешним видом пугали врага:
Каждый весил бы около тонны
И солярки бы жрал до фига.
Просиял бы на каждом билборде
Белозубый и смуглый овал.
Тебя Лебедев бил бы по морде,
А Полонский бы в суд подавал.
Но потом бы властям надоело
Наблюдать твой стремительный рост:
Ты возглавил бы «Правое дело»,
И тебе прищемили бы хвост.
А айподы твои и айфоны
От дельца, разоренного в дым,
Селигерские пропагандоны
Раздавали б козлам молодым.
Я разрушаю принципы,
Я ломаю нравы,
Я искала принца,
Мне кричали-Браво!
Не даю ответ на глупый вопрос
И не продаюсь, хотя огромный спрос.
Я всем задавал вопрос.
А дедушка мне ответил:
- Нам аист тебя принес.
А бабушка мне сказала:
- В капусте тебя нашли.
А дядя шутил: - С вокзала
В корзинке тебя принесли.
Я знаю, неправда это,
Мама меня родила,
Я только не знаю ответа,
Где мама меня взяла.
Сестра на меня ворчала:
- Ты голову всем вскружил.
А я начинал сначала:
- А где я до мамы жил?
Никто это тайну из взрослых
Мне так объяснить и не смог.
Лишь мама ответила просто:
-ТЫ ЖИЛ В МОЕМ СЕРДЦЕ, СЫНОК
Королевой была… королевой останусь,
Хоть в лохмотья оденьте меня…
Что, морщинки… да солнышко просто ласкалось…
И ему улыбалась я…
Что, года… вы о чём говорите…
Это время, чтоб только жить…
Вы о возрасте просто забудьте… молчите…
Ах, как хочется петь и… шалИть…
Седина… что за вздор… это отблеск рассвета
Заигрался в моих волосах…
ХорошА… знаю… лучше ведь нету…
Я… загадка, я… вечная тайна… в веках…
Королевой была… королевой останусь…
Мамины глаза все на свете понимают,
Мамины глаза все грехи нам отпускают,
Мамины глаза, не плачьте только
Мамины глаза!
Мамины глаза, дай вам Бог увидеть счастье
Всех своих детей и прощать, а не прощаться,
Мамины глаза, как жаль, что не погаснуть вам нельзя…
Любить я научился.
Разучившись
Ненавидеть.
Теперь меня
Не в силах и Обидеть-
Поступки глупые,
Слова людей.
Не спорю больше-
Видно
Стал мудрей.
Себя я изменить могу-
Не изменяя чувствам,
Не меняя и идей.
Чтоб стало в мире
Чуть добрей и Веселей.