У лести дьявольских преград, мы бредим счастьем наугад.
Как путники устав в пути, спасенья ищем мы от тьмы.
И не вдамёк ещё понять, кого любить и что нам ждать…
… хоть путь наш тяжек и далёк, но я с тобой, а с нами Бог!
Построить замок из тумана,
На тихом берегу мечты,
Солгать, но только без обмана,
Спешить, но чтоб без суеты…
Закрыть все двери нараспашку,
И пригласить тебя уйти,
Мне так легко, что даже тяжко,
Ведь наши чувства не спасти…
Прозрачных стен стальная крепость,
Ты сквозь туман уходишь вдаль,
Ведь ты - мой грех, моя нелепость…
Я рассмеюсь, ведь мне не жаль…
Совсем не жаль - я улыбаюсь,
Стирая слезы с ясных глаз,
Я ведь права, я ошибаюсь,
Не в первый, но в последний раз
Ты мне не нужен, уверяю!
Я без тебя не в силах жить,
Ошибок я не повторяю,
Я вспомню все, чтобы забыть…
Смеяться, петь и веселиться,
Забыть тебя на целый час,
Потом вернуть, чтобы проститься,
Надеюсь, не в последний раз…
И в тихом замке из тумана,
Друг в друге вызывают дрожь,
Мужского рода - «без обмана»
И женского - «слепая ложь»…
Когда есть жажда, но не хочешь пить,
Завариваешь чай водой из крана,
Когда еще не поздно уходить,
Тогда остаться точно слишком рано
Прождать под дверью тысячу часов,
Гораздо проще, чем заставить ждать кого-то,
Когда на карте нету полюсов,
Есть много перспективных поворотов
У рек всегда имеются истоки,
А где истоки, если мы озера?
И то, что мы безумно одиноки,
Нас часто избавляет от позора
В толковых словарях на букву «Л»,
Хватает слов, ты выбирай любое,
Но у мечтаний есть один предел,
Он зачастую называется «любовью»
Порою шансы очень велики,
А иногда нули за запятою,
Чем крепче ты сжимаешь кулаки,
Тем меньше ты всерьез готова к бою
Ведь только время вправе все решать,
А, может быть, оно уже решило,
Когда твой чай с жасмином, наплевать,
Какой водой его ты заварила
Прости, прощай, но не проси прощения,
Ты слишком горд для этого, пойми,
А я могла бы стать твоим спасением,
Ведь я так много знаю о любви…
Мне было хорошо, я не жалею,
Надеюсь, то же чувствуешь и ты,
Но я кривить душою не умею,
Ты смог разрушить все мои мечты!
Прости, прощай, но не проси прощения,
Мне будет нелегко тебя прощать,
Ты был моей надеждой на спасение,
Но ты не захотел меня спасать.
Из рук твоих мне никуда не деться,
И под ногами растворялся пол,
А ты не знал, где у людей бывает сердце,
Но путь в мое ты безошибочно нашел
Зачем, я никогда не понимала,
Но точно не затем, чтобы любить,
И сердце я тебе не отдавала,
Но, тем не менее, ты смог его разбить
Прости, прощай, но не проси прощения
Тебя я больше не желаю знать,
А я могла бы стать твоим спасением,
Но ты не разрешил себя спасать…
Я ищу свой надежный причал,
В темно синей морской пучине,
Ты по мне никогда не скучал,
Я скучаю, скучаю и ныне…
Шлю сигнал твоему корабля,
Чтоб до суши он все же доплыл,
Я тебя, как и прежде, люблю…
Ты меня никогда не любил…
Стал совсем неспокойным прибой,
Чайки, как издеваясь, хохочут.
Я хотела всегда быть с тобой…
Ты со мною, увы, быть не хочешь
Не смогла я найти свой причал,
Силы нет. Руки я опустила…
Ты меня никогда не держал,
Я тебя наконец отпустила…
Засыпают уставшие за день дома,
Закрывают глаза- занавески,
Чтоб в конце сентября наступила зима,
Повод нужен действительно веский
Дождь смывает с дороги уснувшую пыль,
Таят в лужах остатки бензина,
Расстояние в семь с половиною миль,
Может быть до несносности длинным
Далеко от меня засыпает твой дом,
Оставляя открытыми веки,
Твое сердце я встречу когда-то потом,
В совершенно чужом человеке
Я смогу полюбить расстоянье и дождь,
Я узнаю твой дом из десятков,
Не для сна нам была предназначена ночь,
Для чего? Остается загадкой…
Этой ночью дома видят страшные сны,
Резко вздрогнут во сне занавески,
Чтоб в конце сентября ждать начала весны,
Повод нужен действительно веский…
Если меня вдруг не станет,
Ты станешь ли плакать?
Мысли мои находить,
В вопросительных знаках?
Если меня вдруг не будет,
Ты будешь ли верить,
В то, что я стану листвою
В заброшенном сквере?
Если меня вдруг не станет,
Скажи мне как скоро,
Голос ты мой потеряешь
В пустых разговорах?
Если меня вдруг не станет,
То хватит ли силы,
Память в душе сохранить,
Как тебя я любила…
Если я вдруг растворюсь,
В небесах на рассвете,
Станешь ли ждать, что вернусь,
Словно северный ветер?
Если меня заберут
Непослушные тучи,
Сможешь ли ты осознать:
Я была твоей лучшей!
Если меня вдруг не станет,
Ты станешь ли плакать?
Слезы мои собирать,
Между строчек и знаков…
Если меня вдруг не станет,
Ты станешь ли верить?
В то, что листвой я останусь
В заброшенном сквере…
А ты люби меня, пожалуйста, отчаянно,
Не думая о «завтра» и «вчера»,
Как ветер, что как будто бы нечаянно,
Сметает нежно листья со двора…
А ты люби меня, пожалуйста, неистово,
Как любят в этой жизни только раз!
Люби меня, как честный любит истину,
И как писатель любит яркость фраз.
А ты люби меня такую, настоящую,
Без макияжа, золота, духов…
Люби меня уставшую и спящую,
Завернутую в мириады снов…
А ты люби меня, пожалуйста, осознанно!
Пойми, что больше нет такой другой,
Люби, как тайну, что тобой лишь познана,
Как любит берег ласковый прибой!
А ты люби меня, пожалуйста, неистово,
Люби, как любят в книгах и кино…
Люби меня, как честный любит истину,
А это значит, без каких там либо «но».
Ты знаешь, тихо дождь и я скучаю…
Безвольной каплей на ночном стекле.
Касаюсь образа, теней касаюсь…
Ты знаешь, таю без тебя во мгле.
С надрывом отпуская легкий, нежный ветер,
Стремлюсь к концу пути, сама не зная для чего…
Ищу пути, обрывки фраз и время, встречи…
Я лишь одним тобой живу, но все еще темно.
И продержаться бы немного… до рассвета,
Не стать опять холодным, серым льдом,
Напиться бы из губ твоих, из сердца, света…
Согреться бы безудержным теплом…
Ты знаешь тихо дождь и я скучаю,
По теплым, ласковым, твоим рукам!
По сладким фразам, по немым ответам…
Ты знаешь, я скучаю лишь по нам.
Copyright: Евгения Симонова, 2012
Свидетельство о публикации 11 210 223 835
Порой умирают боги - и права нет больше верить
Порой заметает дороги, крестом забивают двери
И сохнут ключи в пустыне, а взрыв потрясает сушу,
Когда умирает богиня, когда оставляет души
Огонь пожирает стены, и храмы становятся прахом
И движутся манекены, не ведая больше страха
Шагают полки по иконам бессмысленным ровным клином
Теперь больше верят погонам и ампулам с героином
Терновый венец завянет, всяк будет себе хозяин
Фолклором народным станет убивший Авеля Каин
Погаснет огонь в лампадах, умолнут священные гимны
Не будет ни рая, ни ада, когда наши боги погибнут
Так иди и твори, что надо, не бойся, никто не накажет
Теперь ничего не свято…
Вот так нескладно в полголоса
ни о чем не прошу тебя.
Только если возможно, немножечко
посиди тихо возле меня.
Без приставки к себе «осторожно»
и со словом к тебе «нельзя»
я скитаюсь озябшим волчонком
в малахитовой зелени дня.
Как жаль, что в жизни нет спроса
с тех, кто может летать.
Как жаль, что нет запроса
на тех, кто умеет ждать.
Ритмичность пульсации вправе
сказать, что нет перемен.
Но вряд ли в замочную скважину
увидишь весь мир, как он есть.
И сложность не в том, что вы были.
А сложность вся в том, что вы есть -
безумье мое и бессилье
рядом с теми, кому буду петь
всю жизнь, а может и больше.
И если вдруг спросит мой друг:
«Малыш, ты был счастлив?» -
Отвечу: «Быть может,
и чаще, чем сотни вокруг».
Вот так нескладно, в полголоса
себе иногда говорю:
«Не стоит так часто вторгаться в чужое
сознанье со словом «люблю!»
Если бы у меня была возможность сказать, что-то самое важное каждому человеку на планете, я бы сказала: «Цените то, что имеете»
… Никогда не знаешь, какой поцелуй станет последним,
какой упрёк больше не будет высказан,
какой разговор больше никогда не повторится,
c кем больше никогда не поспоришь
и куда больше никогда не вернёшься…
Никогда не знаешь, чем закончится
очередная история в твоей жизни,
но пока она длится, цени каждый момент,
каждую секунду, каждый миг…"
Здравствуй, мама, нынче пишется само,
Лунный свет… Я даже свечи погасил.
Вот пишу тебе прощальное письмо,
Нету больше ни терпения, ни сил,
Ни восторга нет теперь, ни куража,
И куда-то подевался весь азарт.
Лупит снайпер со второго этажа,
Так прицельно, что какой там, к чёрту, фарт!
И ни голову не высунешь, ни нос…
Нет, затихли, совершают свой намаз.
Их Аллах, видать, сильней, чем наш Христос,
Если нас тут гибнет больше в десять раз.
А они здесь, ма, такие, как и мы -
Пашут землю, любят горы и коней,
Бесшабашны, но наивны и прямы,
Да живут суровей. Строже и бедней.
Нас тут, видимо, продержат до конца,
Мы зависли, точно жерех на блесне.
Жаль, избыток где-то цинка и свинца
Стимулирует участие в войне…
Мам, не бойся капель крови на листке,
Не волнуйся, вся на месте требуха,
Просто кожу ободрало на руке,
Я не ранен, поцарапан, чепуха.
Нас тут двое - только я да пистолет.
Пуля-дура просвистела и ушла,
Лишь повис хрустальным звоном флажолет
Тонким эхом от разбитого стекла.
Мы прорвёмся…
Мне бы в баньку, хоть на час!
А потом с бутылкой пива на софу…
Ма, в горах-то к звёздам ближе, чем у нас,
Да и к Богу, правда, рядом, тьфу-тьфу-тьфу…
Знаешь, ма, а Колька-рыжий тоже жив,
Правда, в плен вчера попал к боевикам.
Только я, да Николай на весь призыв,
Остальные - грузом двести - по домам…
Маловато нас на склонах этих круч,
Но приказано держаться до утра…
Мам, я выживу, не бойся, я везуч!
Значит свидимся.
Пока!
Уже пора…
АЛЕКСЕЙ ПОРОШИН
(«Это было в Афгане. Молодой паренек, сирота писал в ученической тетрадке письма маме, но отправить их было некому, вот и хранил тетрадку с письмами в сапоге, там ее и нашли потом…» Алексей Порошин)
Пока сама в себя ты не поверишь…
И не научишься любить саму себя…
И остановишься перед закрытой дверью…
И будешь ждать, что дверь откроется сама…
У слабостей своих ты будешь жить в плену…
С покорностью ждать чьей-то благодати…
Шептать в подушку:"Больше не могу!!!"
Хотя пришла пора кричать что:"ХВАТИТ!"
И отпустить на волю собственное…"Я"…
И встретить день грядущий гордым взглядом…
Пока ценить не станешь… ты себя…
И удовольствий, и утех
Хотят душа и тело:
Разврат, конечно, - это грех,
Но секс - святое дело.