Был долго мне подвластен неба свод.
Небесной тверди изучив законы -
С минуты первой до конца времен,
Не трогая часов привычный ход,
Я звезды «возжигал» для миллионов
Людей, верша их судьбы… Каждый трон
Служил мне, в башню принося дары,
Прося счастливую звезду для сына,
Войны, постройки склепа иль дворца…
И я, прочтя, как движутся миры,
Их награждал - а глупость так наивна! -
Победою иль близостью конца!
Я строил в небо башню, и с небес
Спустилась в птичьем облике Богиня,
И стала предрекать рожденье звёзд
Но не за дань от тьмы земных чудес,
Не за своей служение гордыне,
Ответ давая на любой вопрос
Любому! - кем бы ни был задан он! -
За просто так! И рухнул Вавилон.
Желтым песком пустыни
медленно время сквозь пальцы.
Уколы иглой простыми
крестами рисуют на пяльцах.
Картины серые краски,
диктует набор нитей.
Рука лишь зеленой сказкой
зонт прижимает открытый.
Еще два стежка осталось,
прошита канва по кругу.
Защита надежной казалась,
зонт в непогоду был другом,
От града и ветра спасением,
от солнца лучей палящих,
он стал моим наваждением,
моим впередсмотрящим.
Хоть дождик грибной, хоть ливень,
пусть барабанят - не важно.
Купол открытый красиво
меня защищал отважно.
От ветра его сберегая,
ручку к груди лишь сильнее.
Я тайны ему доверяя
лишь становилась смелее.
Он защищать умел
от сумасшествий природы.
Бессильно он лишь смотрел
на перемены погоды,
те, что под куполом были.
Горячих пальцев следы
на ручке его застыли…
Время рисует вспять,
но каждый миг в нем прошит.
Я под дождем опять.
Уставший зонт закрыт.
Ещё по девственному снегу
Я шла домой.
Снежинки сбрасывало небо:
Над головой
Кружились белые лохмотья
Земных перин,
Напоминающие платья
Балерин.
Упав на землю, превращались
В пушистый плед.
Я робко на снегу оставлю
Свой лёгкий след…
Рыдать на грани шальных истерик,
Тревожить память, срывая нервы,
И больше впредь никому не верить,
Не биться лбом о бетонные стены
Чужой души, что казалась близкой,
Уютной, теплой до умиленья…
Пытаться выжечь все эти мысли
Обидой, злостью, ожесточеньем…
Рыдать, смывая слезами чувства,
До хруста в пальцах, сжимая волю,
Чтоб не сорваться и не вернуться,
В безумный омут, кишащий болью.
И отстрадав, возвратиться к жизни,
Навстречу счастью открыть все дверцы…
Но это лучше /в каком-то смысле/,
Чем жить с холодным гранитным сердцем.
Через года, через века,
дошло ко мне одно поданье
о юноше. В его глазах,
пылало адское желанье.
Он жил почти на краю света,
в забытом Богом городке,
где жили люди без просвета,
как в тёмной бездне, в своём сне.
Он жил и чувств он не боялся,
и к ненависти был готов,
порывам злости поддавался,
и для любви открыл засов.
В прогулке он ночной порою
увидел девушку одну,
что красотою неземною
вскружила голову ему.
И чёрная, как смоль коса
обвила юное сердечко,
А тёмные как ночь глаза
зажгли огонь в нём, словно свечки.
Ходил за ней, как ослеплённый,
Как вечный раб своей любви,
Как грешник, светом озарённый,
с убитой волей, до зари.
А ей же был он безразличен,
Им управляла как могла.
Смеясь в лицо ему при встрече,
другого за руку брала.
В мученьях он не спал ночами,
Всё бредил о своей любви,
И никакими он ключами,
не смог открыть любви замки.
Безумие в нём нарастало,
И злость и ярость душу жгли,
И он решил во чтоб ни стало
Разрушить цепи сей любви.
И вот опять ночной порою,
Он по пятам пошёл за ней,
Серебряный кинжал рукою
Он сжал решительно сильней.
Нагнав её, схватив запястье
над ней занёс он остриё.
И крик мольбы… Он от напасти
спасти уже не смог её.
И упиваясь этой смертью,
Он пил, как воду, кровь её.
А Бог, сражённый этой вестью,
проклятьем одарил его:
«Чего бы впредь ты не коснулся,
Запомни ты же это, парень,
Всё очень быстро превратится
в холодный и бездушный камень.
Душа твоя сгниёт, зачахнет,
Как тело девы под землёю,
И смертью от тебя запахнет,
Так будешь жить, под этой тьмою".
Юнец её зарыл в лесу,
где ландыши благоухали,
И с той минуты птицы все
на месте том позамолкали.
И проклятый, забытый всеми
воздвигнул замок на костях,
И вечной ночи вокруг тени
сгустились, навевая страх.
Так время шло, он постарел…
Унылый старец в своей башне,
здесь сам себе построил плен.
Жестокий и холодный, страшный.
И вот, в один прекрасный день,
в тот лес влюблённые зашли
Дабы пролить ярчайший свет
на тень легенды той земли.
Но старец был не рад гостям,
И обратил влюблённых в камень,
А силы старца на глазах,
сгорали быстро, словно пламень.
Упав на землю вдруг услышал
биенье любящих сердец.
Им в каменном, как склепе теле
так и не настал конец.
Так он лежал всё, умирая
под унисон двоих сердец.
Он знал, их души точно в Рае,
Он понял, это был конец.
Он умер так и нелюбимый,
Его душа горит в огне,
Он умер так и непрощённый
с печалью где-то в глубине.
И только в чаще того леса,
Стоят две статуи с тех пор,
Как будто принц, его принцесса
ведут немой свой разговор.
к чёрту гордость с её устоями!;
вызывайте на суд «ответчика».
пусть огромной любви не стою я.
но и счастья не стою меньшего.
к чёрту правду, всегда двуличная.
очень чуждая телу. колется.
попытаться найти отличия -
всё равно что пустыню в горнице.
к чёрту принципы! обязательства.
не бывает так много смежного.
есть прекрасное обстоятельство.
я люблю тебя очень.
прежнего.
-- Сердечко, прошу, умоляю,
Не надо так сильно стучать!
…Душа, я тебя заклинаю,
…Не надо так трепетать!
О, память, да, знаю я, знаю,
Не хочешь его отпускать.
…Тебя я не проклинаю,
…Учусь тебя больше не ждать!!!
А.Ч.
Помню тебя в животе у мамы
Ты пинала ручками слонёнка.
Мы сейчас с тобой большие дамы
Пусть ещё с привычками ребёнка.
Помнишь, отбирала моих кукол,
И ломала все карандаши?
Помню, кот наш жалобно мяукал -
Да, ещё одну такую поищи.
Помню, забирала из детсада
Златовласую свою сестричку Лизу.
Помню, я была совсем не рада
Потакать твоему вечному капризу.
Помнишь, шла ты в первый класс, рыдая
Ну, а я потом смеялась над тобой.
Знаешь, я тебе скажу, моя родная.
Ты всегда была моей сестрой!
Я тебя люблю всегда, ты слышишь?
Пусть кричу и обзываюсь на тебя.
До последнего, пока ты ещё дышишь
Мы с тобой большая дружная семья.
Доверять свои секреты мне не бойся
Я была такой же, как и ты.
И ты никогда не беспокойся,
Сбудутся твои прелестные мечты.
Златовласая девчоночка-лисичка
Пусть обходит стороной тебя беда.
Ты ведь моя младшая сестричка
Помни, я люблю тебя всегда!
Входную дверь и дверь души
Открывать ты не спеши!
Ведь люди многие не так и хороши,
Какими кажутся с порога!
Присмотрись, получше их узнай
И лишь тогда решенье принимай!!!
А.Ч.
Пустынный город, тишина безлюдья,
Лишь в лабиринте улиц тени бродят.
В безмолвие ушёл пустой автобус
Его туда как будто ветер гонит.
Как в грустном фильме всё; опавшие деревья,
Потушен свет в домах, луна и слякоть.
А где-то рядом, может, в том подъезде -
Всё продолжает кот бездомный плакать.
Как будто жалуется на судьбу кошачью;
Что, мол, ничей он, не согрет, не кормлен
Что, мол, ему совсем не много надо…
Совсем не много, чтоб он был доволен.
В углу прихожей - домотканый коврик,
И в блюдечке какой-нибудь похлёбки,
И чуточку из рук хозяйских ласки
За это стерпит он пинки и трёпки.
Он не собака, многого не просит;
Гуляет сам, не лезет где не надо
Вам некогда? - займёт игрой ребёнка
Он - кот, и не нужна ему награда.
И плач его как крик: «Поймите, люди!
Замкнулись вы в своих пустых жилищах,
Забыли те места - откуда вышли,
Одно, лишь, помните - вы из существ, из высших!
Эй, вы, разумные! Откройте поскорее!
Понять мне дайте - нужен иль не нужен.
Не нужен - так возьмите и добейте,
Чем мне так жить, и резать криком уши…"
Дураки, дураки, дураки без числа,
Всех родов, величин и сортов,
Точно всех их судьба на заказ создала,
Взяв казенный подряд дураков.
Если б был бы я царь, я б построил им дом
И открыл в нем дурацкий музей,
Разместивши их всех по чинам за стеклом
В назиданье державе моей.
Все говорят: поэзия увяла,
Увял венок ее небесного чела,
И отблеск райских зорь - тот отблеск идеала,
Которым песнь ее когда-то чаровала, -
В ее очах сменили грусть и мгла.
Не увлекают нас в волшебный мир мечты,
В них горечь тайных слез и стон душевной муки:
В них жизнь вседневная, жизнь пошлости и скуки,
Без ореола красоты.
- Нет, не бессильны мы, и нас неотразимо
Порой зовет она, святая красота,
И сердце бьется в нас, любовью к ней томимо,
Но мы, печальные, проходим строго мимо,
Не разомкнув уста.
ПИСЬМО ДЕДУ МОРОЗУ !!!
Ну чё, здорОво, Борода!
Готовишься, поди?
Пишу заявку, как
всегда,
Уж ты не подведи.
А то, тут Дед Мороз
один,
Что в прошлом годе был,
Наобещал подарков,
блин,
А принести забыл.
Я сильно много не прошу,
Не бойся, Красный Нос,
Сейчас я список
напишу:
Компьютер, Пылесос,
Утюг, Дублёнка,
Печка гриль, Мобильник
(лучше - три),
Сервиз, Духи,
Автомобиль,
Что мужу - сам смотри,
Шампанское, само-собой,
И пару коньяка,
Ну, там, закусочки
какой,
А то совсем тоска.
Всё упакуй, в мешок
положь,
Чтоб было по-уму.
А не поместится - ну что
ж!
Я еврами возьму.
Ведь должен ты, япона
мать,
(Поскольку чародей),
Материально поддержать
Порядочных людей!
Сегодня разглядела вдруг скромняшку иву,
Когда янтарь- листва покинула берёзы длинноногие.
В тени всё лето неприметна сиротинка,
Теперь видна во всей красе сквозь ветви оголённые,
Ещё зелёная и очень пышная.
Приятно за неё, а больше за себя,
Заметила и не прошла я мимо равнодушно.
Последняя и припозднившаяся с лета красота
Ласкает глаз, тревожит сердце не на шутку,
Напоминая, что ещё жива я.
Не беда, если слезы из глаз,
Не беда, если рвется душа,
Не в первой, ты когда-то смогла,
И боль адскую пережила!
…Не беда, если взор твой поник,
…Не беда, коль душа уж хрипит,
…Ты всё выдержишь, ты ведь жива,
…Хотя это ты знаешь сама!
Но вот веру в себя не теряй!
Лишним вовсе себя не терзай!
Позитивно настройся на жизнь!
И лишь к лучшему в жизни стремись!!!
А.Ч.