А неизведанное тоже должно в жизни быть…
И тайны и сюрпризы и загадки и интриги.
Но правильно ли, чтобы все исполнились мечты?
Да и желания не все приемлемы и исполнимы.
Последствия все знав, от многого бы отреклись.
Я твой ангел-хранитель, тебя охраняю незримо,
И спасая от бед, на коленях молитвы шепчу,
Это трудно понять и наверное необъяснимо,
Только, я за тобою, невидимой тенью лечу!!!
Охраняя твой сон, чуть дыша, я стою в изголовье,
Укрываю от бурь, от дождей, от ненужных разлук,
В холода, согреваю своею горячей любовью,
И стараюсь смягчить отголоски от жизненных вьюг!!!
Если, жизнь, захлебнется однажды отчаянным криком,
И рассеянный взгляд упадет на взведенный курок,
Я тебе подскажу, в лабиринте запутанном, выход,
И дам силы тебе, чтобы сделать последний рывок!!!
И сейчас, когда строки мои осаждают тетрадку,
И любовь, торжествуя, сплетает сонеты из слов,
Я твой ангел-хранитель, и знаю… все будет в порядке,
До тех пор, пока жить во мне будет святая любовь!!!
День прекрасный! Воскресенье!
Встану рано, пусть все спят…
Поиграю тихо с Тенью,
Сброшу хитрую я с пят.
Прицепилась и крадётся,
Я стою, она лежит…
Обмануть её придётся,
В темноту! Авось сбежит?
Бегаю по всей квартире,
И она не отстаёт!
«Счастливы мы в этом мире», -
Тень тихонечко поёт…
Поиграла и решила,
Хватит, нужно отдохнуть.
Забралась под одеяло
Тень игривую стряхнуть.
Доверяйте и играйте,
С Тенью утром, пока спят.
Поиграйте и узнайте:
Мудрую не сбросить с пят!
@Copyright: Эльвира Аушева, 2013
Свидетельство о публикации 113 012 610 356
История… Таких, наверно, тысячи…
Одна из них мне душу обожгла…
В Храм Божий, в мир, доселе ей неведомый,
Заплаканная женщина вошла.
Вошла несмело, не перекрестясь,
Зажгла свечу, склонила голову,
У лика Богородицы молясь,
Чтоб защитила душу та от холода…
Вдруг шёпот за спиной: Да как не стыдно-то?!
В Храм Божий с непокрытой головой…
Да в брюках, да ещё накрашена…
Иди-ка ты отсюда! Бог с тобой!
На бабушку в платочке обернулась…
Не спорила… Вздохнула тяжело…
К глазам заплаканным легонько прикоснулась,
И вон из Храма… Где же ты, добро?!
А ночью сон приснился строгой бабушке: Лик Богородицы:
Ну как же ты могла?!- И по лицу Марии слёзы катятся, -
- Я эту душу так давно ждала…
Ушла в закат взломав сюжет,
Привычных будней нудный свет,
Чтоб дверь открыть в иной рассвет,
На грани обновленных лет.
Мир старый, весь, изжил себя,
А в новом лишь взошла заря,
Авроры щедрые лучи,
Мир осветили впереди.
На стрелках компаса пути,
Которых в книгах нет, они,
Лишь нами пишутся, для тех,
Кто верит в мудрость и успех.
Кто ищет истиных путей,
А не заблудший свет свечей,
Кто верит, что встает заря,
И, кто восславит в ней себя.
Сибирь
Copyright: Екатерина Комарова 2, 2013
Свидетельство о публикации 113 012 609 881
А людям хочется покоя,
И красоты без суеты,
И счастья, что плывет звездою,
В недосягаемой дали.
Любви прекрасной, в цвете радуг,
Значенья собственного Я,
И наслажденья, как награды,
И мудрых красок бытия.
Но на душе тревожно, шатко,
И к небу «гриб» ползет сквозь смех,
И ты, последнюю десятку, пропил,
Поверив в чей -то грех.
И мчатся годы и столетья,
Мы вновь шагаем на костры,
Зажженные в масонской ложе,
Из тьмы, обмана и брехни.
Мы растворились по эпохам,
Последние из Магикан,
Живущие высоким стилем,
И презиравшие дурман.
Захлопнула эпоха двери,
Мы оказались на «Нигде»
И врем, что все вокруг красиво,
С петлей на шее и на дне.
Сибирь
Copyright: Екатерина Комарова 2, 2013
Свидетельство о публикации 113 012 607 143
Мы в люди вылезли из панка, и потому не любим ложь. Мы пережили грипп «испанка» и заговор масонских лож. Мы за спиной не прячем фигу, а после залпа бьем стакан. Мы стали первыми индиго - последними из могикан.
Мы не застали лет застойных; мы знаем - свет поборет тьму; мы выросли на звездных войнах и добрых фильмах, потому - в конце историй «хэпи-энда» всегда без компромисса ждем. Мы любим старые «нинтендо», а также танцы под дождем.
Здесь каждый капельку наследник страны, где зло считалось злом. Мы поколение последних, кто собирал металлолом, бутылки и макулатуру не за бабло, а за «ура». Мы создавали масскультуру, узнав на вкус «Три топора».
Мы знаем, той эпохи дети, за что у деда ордена, и что не только в интернете бывает драка и война. Без эмо-пафосной печали мы рвали джинсы /punk not dead/, за это в челюсть получали и не боялись дать в ответ.
На горизонте ожидая армады алых парусов, мы, спайдермены и джедаи, не раз расстроили отцов, прервав налаженную схему «семья-работа»… Вот те на, мы можем плюнуть на систему, когда плюет на нас она!
…Смесь гипер-скорости и лени, цинизма-альтруизма смесь… Я знаю, круче поколений еще не появлялось здесь. Мы можем быть собой, мы верим своим предчувствиям и снам…
Эпоха закрывает двери. Как ни хотелось бы, но нам детьми не долго оставаться - не поворотишь время вспять. И власть имущие боятся, ведь нам уже за двадцать пять. За нас решать теперь непросто - мы забивать умеем болт! Чем можно испугать, серьезно, того, кто пережил дефолт, братков, три кризиса и смену всего - от веры до страны? Нас не подсадишь на измену, мы лишь себе теперь верны. Что будет дальше - неизвестно, узнаем через много лет. Но то, что будет интересно - поверьте мне, сомнений нет. Кто старше - бытом был затрахан, кто младше - выращен в Сети.
А мы идем вперед без страха, и нам открыты все пути.
Kladbische
Copyright: Саша Кладбисче, 2012
Свидетельство о публикации 112 072 104 557
Может быть это сон, может быть это явь…
Встретились мы с тобой браки уже познав.
Встретились на беду… Нет, похоже на счастье
В нас поселилась любовь и закипели страсти…
Чтобы парить в облаках и изнывать от желанья.
Грешная, жаль, любовь… Не нахожу оправданья!
Рисовала тучи золотые
Розовый закат и даль,
Грустные глаза,
немые
Крики чаек и печаль
Рисовала наши мысли
Снежные вершины гор,
Горькие слова,
повисли
Капельки росы, наш разговор
Рисовала желтые равнины,
Словно моря огненный простор,
Чувства криком журавлиным
И чужого сердца приговор…
Рисовала, пробуя забыться
Краски яркие на холст несла,
Только в памяти все те же лица
На рисунке - ледяная мгла.
Copyright: Евгения Симонова, 2010
Свидетельство о публикации 110 032 501 426
Такие разные учителя.
Яркий учитель - себя всем покажет,
Взглядом надменным других обведёт.
Робот-учитель - о многом расскажет,
В глаза не посмотрит, мимо пройдёт.
Мудрый учитель - рядом по жизни,
Сердцем горячим питомцев любя,
Действуя исподволь, без укоризны,
Откроет любому веру в себя!
Максимализм хорош, но в меру.
Без фанатизма и занудства.
И добродетельность, к примеру,
Весьма рискует стать паскудством.
Яд и ирония вопросов бесконечных
В моём мозгу занозами торчат
Избавиться от них хотелось бы, конечно,
Чтоб стал на всё чуть-чуть «попроще» взгляд.
Чтоб не испытывать, при выборе, сомнений,
Не поворачивать, на пол-пути, назад
Воспринимать спокойней неизбежность
В себе имея «положительный» заряд.
Но однозначно жить- мне от чего-то скучно
Напоминает слишком сильно забытьё.
Что невозможным кажется-тем голову морочу,
Хоть и не строю больше планов «громадьё»
Красивых фраз и лести череда,
В манерах утонченность, лоск.
За мишурою спрятана беда.
Я не могу и не хочу принять всерьез.
Я знаю, для тебя любовь лишь спорт,
Ты с чувствами привык играть.
Охотящийся за сердцами вор-
Я не хочу очередною жертвой стать.
Твои я мысли по глазам прочла,
Я это до тебя задолго проходила.
Мне душу выжгла та любовь до тла.
Я выжила, но тот урок я не забыла.
Я слишком много повидала бед,
Я слишком часто закрывала двери.
От вируса любви уже иммунитет…
Ты так красив… Но я тебе не верю…
…Я к счастью подбирала ключ, их сотню перебрав,
И поняла - лишь тот живуч, чей ироничен нрав.
Ключ к счастью, он совсем простой - всегда, из года в год,
Шутите над своей судьбой, а не наоборот!
Гудела вьюга за окном, зима рвала, метала
А он читал мне за столом. я слушала., молчала
Свеча сгорала, на стене, шептались наши тени
Читал он тихо при луне, поджав свои колени
Рассказ меня не увлекал, печальный, монотонный
Он часто головой кивал, той книгой увлечённый
Я вздрогнула, он замолчал, и тишина настала
«Наверно, ты читать устал?» - Я тихо прошептала
Суровые черты лица нахмурил с раздраженьем
«Я дочитаю до конца" - продолжил с выраженьем.
Нет… он меня не огорчил… я только умилилась
Он был серьезен, но так мил. я рядом с ним светилась…
Приятный голос в тишине терзал меня желаньем
И холодно и жарко мне под гул повествованья
Оставь мне книгу, я потом прочту, я обещаю
И в сердце трепетном своём её перелистаю.
Закрыл он книгу, подошёл, обнял меня так нежно
И вдруг он бросил: я пошёл. жестоко так, небрежно
Гудела вьюга за окном, метель тогда была…
А я сидела за столом, молчала и ждала…
Copyright: Александра Пермякова, 2009