Волчий оскал темноты,
Хищность фонарных зрачков,
Куцых высоток хребты -
Время оживших сверчков,
Звоном клюющих висок,
Ждущих исхода вовне.
Слышишь ночи кровоток? -
Он говорит обо мне
Правду с изнанкою лжи,
Стёртостью бывших границ.
Голос в молитве дрожит.
Кается. Падает ниц.
Зёрнышко от броши
Просияло гранью.
И не знает, верно,
Что оно - стекляшка.
Радостью до дрожи,
Светом тёплым ранит,
Бытием безмерным
Дарит нараспашку.
Блеск его дороже
Вычурных алмазов
За недолговечность,
Искренность свою.
Я такая тоже -
Из недолгих стразов -
Луч на миг беспечный
Просто так дарю.
Давно за полночь перешла,
Закрыла двери во вчера.
Пора снимать кольцо, халат
И тлен несказанных тирад,
Во льдах бескрайних простыней
Теряться в вещих полуснах,
Спасаться от колючих дней
Без правды в мёрзнущих ногах.
…
Мурлычет кошка у плеча.
Наверно, сказки говорит.
Мне хорошо в ночи молчать
Без радости и без обид.
Клубились тучи на закате -
Наверно, завтра будет снег.
Снижаясь, аккуратно лапти
Снимало солнце на ночлег.
Промчался пёс в смешном камзоле,
Скулил прикормленным шутом.
Его заученные роли
Хозяйка высмотрит потом.
Такси, давясь, четырёхлапо
Месило высохший ледок,
И фонари неслышной сапой
Ловили сумерки в садок.
На гибель дня тоски не хватит,
Но хватит в стены на побег.
Клубились тучи на закате.
Наверно, завтра будет снег.
Утопает город в снегах.
За соломинки-фонари
Ухватился цепко впотьмах,
Не найдёт тропу до двери.
Сыпет белым пьяная ночь
И крест нА крест кроет следы.
Эту снежность не превозмочь
До холодной талой воды.
Нет начала, конца пути -
Гибнет молча в окнах огонь.
Разве можно что-то найти,
Если враз разжалась ладонь…
Трещали швы зимы
Поношенной и ветхой.
Редело время тьмы,
Чернела чёткость ветки.
Будил кошачий ор
Неистовостью страсти,
Темнел патлатый двор
В зевке щербатой пастью.
Кипели воробьи -
Летали небылицы,
Терялись сна репьи
В разбуженных ресницах.
Слепит весна пока что белым,
Но месяц вёдрышком* стоит.
Капель к излитию поспела,
Скворцовый выбила графит.
И лепет крыльев всё смелее
Предтечей юных соловьёв.
Высвобождаются аллеи
От хруста ледяных оков.
Довлеют кошки на скамейках -
Они хозяева времён,
И вечер солнечною лейкой
Для всходов жизни окроплён.
*вёдрышко - такое положение месяца, что, если
мысленно повесить ведро, оно не
упадет (к ясной погоде).
О чём расскажут твои руки,
Когда чуть-чуть касаясь шеи…
В прикосновенье тихо млею.
Забыв про тяготы разлуки.
Тепло от них всегда исходит,
Как солнца лучик по щеке…
Такая власть в твоей руке…
И дрожь по плечикам изводит.
Ты любишь нежно подхватить,
И прямо к звёздам приподнять…
Чтоб небо снова покорять…
И там меж звёзд с тобой парить.
А можешь жестом скинуть в ад,
Я покорюсь своей судьбе…
Лишь только нужной быть тебе…
В твоих ладонях сладкий яд.
И я без них умру… умру,
Без твоих трепетных касаний…
По коже- сильных заклинаний…
Когда ласкаешь по утру.
Висок дрожит в беззвучном стуке,
И утопаю в тёплой ласке…
А что волшебной будет сказка-
О том расскажут твои руки…
Есть талисман ракушка с моря,
Есть камушек"куриный бог".
Антинаучно, но ни кто не спорит
И каждый верит, талисман помог.
Есть талисман обычная игрушка,
Оставленная бабушкой в подарок.
И мы его совали под подушку,
Чтоб сон спокоен был и чтоб был сладок.
У некоторых пуля на шнурочке,
Горячих точек вечный талисман.
Он отводил беду и днем и ночью,
И, даже, говорят спасал от ран.
Но самый лучший талисман, ну самый, самый,
Который от рождения у нас.
Конечно и бесспорно это мама,
Пусть даже далеко она сейчас.
Она в душе и в радости и в горе,
Защитою от бед и от тревог.
И пусть есть талисман ракушка с моря,
И камушек с дырой"куриный бог"
Укроюсь в череде бегущих дней,
Запрячу вглубь свои воспоминанья.
А кажется… вчера была нежней…
И таяла от рук твоих касанья.
Я помню терпкий вкус любимых губ,
И страсть, в которой кутал мои плечи.
Мне каждый жест был дорог, мил и люб,
Казалось… это было в прошлый вечер.
А что теперь осталось мне на память?
Венок из твоих трепетных фиалок…
Но кто же сможет от тоски избавить,
Кого позвать… колдунью иль весталок…
Никто не в силах боль мою забрать,
Но с каждой раной становлюсь сильней…
Я научусь о радостном мечтать,
Укрывшись в пелене бегущих дней.
Жизнь уходит чёрно-белой плёнкой,
Кадр один стоит ещё в глазах…
Вижу себя юною девчонкой,
С кроткою улыбкой на губах.
Сарафан голубенький и бантик,
Алой вспышкой на моих кудряшках.
И в ладошке липкий яркий фантик,
От конфет, положенных в кармашек.
Потом дружба, встречи, расставанья,
Счастье, боль и череда предательств.
Я прошла и смерть и испытанья,
Месяцы нелепых измывательств…
А теперь в любимом платье алом,
Жизнь как киноленту вспоминаю…
Находила радость даже в малом,
Но как дальше жить… уже не знаю.
Мне бы сарафан и липкий фантик,
Лёгкий флёр улыбки на губах…
На кудряшки тот вот яркий бантик,
И наивность в голубых глазах!
А ещё прошу у Бога память…
Чтобы это Чувство не забыть…
Чтоб никто не смог меня избавить,
От желанья искренне любить!
Что боль измученного тела
В сравненье с муками души?
Кто б знал, как мне осточертела
Борьба за медные гроши.
Нет шанса, чтоб остановиться,
Чтобы на мир открыть глаза,
Я, словно спица в колеснице,
Где отказали тормоза.
А может быть я просто пешка
В чужой продуманной игре?
Я узнаю себя с усмешкой
В несущем что-то муравье.
Как я, он столь же суетливый,
Как труженик - на высоте,
Но чтобы в жизни быть счастливым,
Пора забыть о суете.
И чаще, затаив дыханье,
С самим собой наедине,
Быть околдованным мерцаньем
Ночных созвездий в тишине,
А утром с радостью тревожной
Смотреть, какие чудеса
Творит невидимый Художник,
Преображая небеса…
говорят, что мама примет, таким какой ты есть
но не со мной ведь я ужасно психовона
у меня столько косяков, что их не счесть
и вся моя жизнь теперь оборвана
мы часто ругаемся, ссоримся
и все мои чувства погасли к тебе
а потом снова за счастье беремся
и вновь ты просишь меня о мольбе.
вечерами в квартире, слышны лишь крики
мы унижаем друг друга в разговоре
но скоро ты почувствуешь острые пики
и я уже иду тихо, закапывать улики.
я не могла слышать больше твой голос
и видеть у себя на глазах
хоть и стоит предо мной твой образ
потанула вся я в грехах
выхода другого не было, ты меня сильно разозлила
хоть тебя я любила, зря ты меня породила
свой нож я заточила и в твоё холодное сердце всадила
и если бы можно было время, то вернуть,
и в твоих объятиях дальше мне тонуть,
не успела я и глаз своих сомкнуть,
как ты успел на меня рукой махнуть.
в твоих глазах, виднелось безразличие,
не знала я, что станешь предо мной в таком обличие,
как упал твой взгляд, увидела безличие,
твой новый образ для меня был непривычен.
увидев: как ты изменился -случился шок,
по моему телу пробежался сумасшедший ток.
от страха своего же - нажала на курок,
из дула появился маленький дымок.
Может ты разбавишь мой бесцветный мир?
А то я, как, в тумане заблудилась и не вижу дыр,
Где свет, сниму я маски, полюбивший грим,
Заменю на линию, разорванный пунктир.
Добавишь новых красок, эмоций, впечатлений,
Со старым микромиром я сразу же прощусь.
Надеюсь, что не будет больше разрушений,
И, что в былую версию, я уж не вернусь.