Совместное творчество:
(Ф):
Бывает, время пролетает…
Бывает, тянется, как крем…
Бывает, солнце увядает…
Бывает, расцветает тень…
(М):
Бывают в жизни негоразды…
Бывает, тишь да гладь кругом…
(Ф):
Случается, что близкий умирает, -
Тогда у человека, всё вверх дном.
Бывает, сладость, лишь наполовину;
Бывают,"горькие уста"…
(М):
Бывает, что втыкают в спину-
торчит, лишь рукоятка от ножа…
(Ф):
Бывает, что друзья бросают…
Бывает, что враги сочувствуют тебе.
(М):
Бывает, что ког-то презирают,
А вот другого, возвеличУЮТ вдвойне!
(Ф):
Бывает, просится наружу,
Фонтан свернувшийся в груди,
Бывает, что молчанья не нарушу,
Перегорит, всредине всё, внутри…
(М):
Порой, бывает мягким камень,
А пух, по-тверже твердости любой.
(Ф):
Кого-то, злишь ты, добрыми делами,
А кто-то, рад, что ты пришел домой…
(М):
Бывают в жизни, разные моменты…
Бывает жизнь, легка и тяжела…
Другую, мы не купим и за центы…
Бывает Жизнь, да только лишь, одна!
Счастье, как покорить его? Оно ускользает,
как быстрый поток водопада. Оно незримо. как ночь.
А ты ждёшь, надеешься. Сомневаешься…
Я одинока… Но любима… Смеюсь, когда так хочется рыдать… Я сильная… Но так легко ранима… Я забываю… чтобы не прощать… Я ненавижу ложных обещаний… И от реальности скрываюсь я в мечте… Я говорю… хотя боюсь признаний… Ловлю улыбки… зная, что не те… Я слабая - чтобы принять решение, Но сильная - чтобы сама решить… Я разбиваю сердце - за мгновение, и заставляю с этим себя жить… Я не хочу… но часто отпускаю… Не говорю я важные слова… И навсегда я ухожу… И не прощаю… Всегда среди друзей… Но я - одна… Я не умею врать… но и не верю, ярким улыбкам и чужим «Люблю»… Переживаю каждую потерю… И поздно, слишком, о прощении молю… Меня понять легко… Но слишком сложно заставить к себе ближе подпустить… Я гордая - где это невозможно… Но я умею - искренне любить…
никто не знает числа и фамилий жертв
к концу спектакля; но если на сцене есть
ружьё, на стене висящее, - наш сюжет
не будет пресен
(по крайней мере, не весь)
красавица, умница, всё у неё хорошо
в семье, на работе, с подругами; дома - в семь,
и можно не помнить, что если бы он пришёл -
она легко попрощалась бы с этим всем
вот так и живёт себе - много лет и зим,
смеётся, целует, стирает, готовит, шьёт,
а над кроватью ружьё на стене висит -
фамильное заряженное ружьё.
Ты садишься в метро и плачешь: «Да что ж такое?
Почему она не оставит меня в покое?
Неужели её не тошнит от дешёвых драм?»
А она, как и прежде, на слёзы плевать хотела.
Достаёт свой любимый скальпель, втыкает в тело,
Деловито вскрывая недавно заживший шрам.
Под одеждой - отметины, ссадины, россыпь скважин,
Из тебя вытекает не кровь и не лимфа даже,
А глухая тоска и жалость к самой себе,
Кислотой выжигая узоры, пятная кожу.
Надоело? Знаешь, и ей надоело тоже -
Эта вечная бледность и трещина на губе,
Неживые игрушки, засохшие насмерть краски,
По утрам - усталость, как будто ложилась в каске,
Отраженье всмятку. Полдень седьмого дня.
У тебя же - помнишь? - звенело, дрожало, пело,
Барабаня в венах, где нынче - остывший пепел,
Так какого чёрта ты прячешься от огня?
Подожди, вот она отвернётся, пожмёт плечами,
Аккуратно поставит кружку с зелёным чаем
И уедет ночным в Петропавловск, а, может, в Тверь.
Ты, конечно, продержишься сутки-другие-месяц,
Притворяясь, что камень внутри ничего не весит…
Извини, я не знаю, куда ей звонить теперь.
приснись мне в ночь на Ивана Купала,
в полнолуние, солнцестояние
когда звездопад
когда непогода
в последний день уходящего года,
на новом месте
с четверга на пятницу,
спонтанно
без повода
найди минутку
и приснись пожалуйста
я исхудала на N килограмм
поумнела на несколько книг
стала старше на три ноября
повзрослела ещё на двоих
после тебя.
на 7 бумажек по сто - богаче
на пол тона светлей и ярче
на три кнопки в лифте - выше…
а ты всё никак не снишься!
наизусть заучила
толкование снов.
автор глуп
и не знает простых вещей.
там есть всё
за исключением одного:
«что если ОН
не снится тебе вообще?»
Ну, дай мне шанс еще один,
И я разочарую тебя дважды.
Гоните в шею, хоть еще любИм,
Того, кто подло предал вас однажды.
Я не поэт. Как горе-графоману
Мне хочется издать бестселлер свой
И люди чтоб, как в ломке наркоманы,
Ломились в книжный шумною толпой.
И с замираньем сердца обретали
Бесценный экземпляр моих стихов.
Но незадача… я сижу в печали
Все мысли уместились в пару слов.
СОЛЬ
Рассыпав соль с утра случайно
Сидит ссутулившись старик,
Боясь, что сбудется преданье
И соль рассорит с бабкой их.
Собрал в ладонь он осторожно
Крупицы соли со стола,
Но сердце дребезжит тревожно,
Ведь соль единственной была!
Залез на печку чертыхаясь,
Накрылся старым сюртуком
И в теплой дреме расплываясь,
Решил, что купит соль тайком.
Старушка с рынка возвратилась,
Решила свежий суп сварить,
Но очень сильно удивилась,
Суп нечем было посолить!
Тогда старуха торопливо
Полезла в дальний закуток,
Где с давних пор она хранила
С запасом соли свой кулёк.
Вдруг храп раздался с печки,
От страха вздрогнула рука
И соль посыпалась на плечи
Из полетевшего кулька.
Старуха сильно рассердилась,
По печке застучала кулаком,
И снова сильно удивилась:
Дед в магазин сходил тайком,
Без слов он соль ей протянул
И сонно сладенько зевнул.
Пять долгих лет не удавалось стаю извести,
Все способы и ухищрения охотников не помогали…
И осторожность и чутьё волков не подвели,
Отравы, все ловушки и капканы стая избегала.
Потери скотоводов были слишком велики.
Однажды Бланка с жёлтым волком просто так
За ночь овец две с половиной сотни растерзали
И, не попробовав своей добычи ни куска,
Как будто мастерство оттачивали или забавлялись.
Но ненависть людей такая выходка, конечно, разожгла.
Со скотоводов словно бы взималась дань,
В день волчья стая Лобо убивала по корове
И выбирали ту, что обязательно здорова, молода,
А старых, грязных и больных они не трогали.
Закон природы Лобо вместе с стаей нарушал.
Продолжение следует
Однажды проснувшись, ты взглянешь в окно. А там во дворе орхидеи. Ими составлено имя твое. И нежные звуки свирели. Льются откуда-то ветерком. Ты, удивишься, я знаю. Но улыбнешься, а ветер тайком. Согреет тебе чашку чая. Утра чудесного свежесть войдет. В дом моей птахи небесной. Я верю, что это произойдет. Эти видения чудесны.
Мы на земле живем нелепо!
И суетливо…
Потому
Я отлучаюсь часто в небо,
Чтобы остаться одному.
Чтоб вспомнить то,
Что позабылось,
Уйти от мелочных обид,
И небо мне окажет милость -
Покоем душу напоит.
А я смотрю на землю сверху
Сквозь синеву,
Сквозь высоту -
И обретаю снова веру
В земную нашу доброту.
И обретаю веру в счастье,
Хотя так призрачно оно.
Как хорошо по небу мчаться,
Когда вернуться суждено.
Окончен рейс…
Прощаюсь с небом.
Оно печалится во мне.
А все вокруг покрыто снегом,
И пахнет небом на земле.
И жизнь не так уж и нелепа.
И мир вокруг неповторим.
То ль от недавней встречи с небом,
То ль снова от разлуки с ним.
Прости, что я сегодня без тебя,
завернут в одеяло медицины,
на сердце- швы, грудная клетка- в шинах,
но тело ждёт любовного огня.
Прости, что в этот холод февраля
дыханием лицо не обогрею,
Мне больно оттого, что не сумею
сегодня прошептать тебе «моя…»
Мне больно в этих стенах ждать рассвет,
когда нас разделяют километры,
дыхание моё ветра и ветры
пусть донесут, как пламенный привет
как пламя, столь скучающей души
по взгляду, по губам и поцелуям
я знаю- расстояние минуем
и я тебе скажу: «со мной дыши…»
Сижу задумчив и один,
На потухающий камин
Сквозь слёз гляжу…
С тоскою мыслю о былом
И слов в унынии моём
Не нахожу.
Былое - было ли когда?
Что ныне - будет ли всегда?..
Оно пройдёт -
Пройдёт оно, как всё прошло,
И канет в тёмное жерло -
За годом год.
За годом год, за веком век…
Что ж негодует человек,
Сей злак земной!..
Он быстро, быстро вянет - так,
Но с новым летом - новый злак
И лист иной.
И снова будет всё, что есть,
И снова розы будут цвесть,
И терны тож…
Но ты, мой бедный, бледный цвет,
Тебе уж возрожденья нет,
Не расцветёшь…
Ты сорван был моей рукой,
С каким блаженством и тоской -
То знает бог?
Останься ж на груди моей,
Пока любви не замер в ней
Последний вздох…
Детская площадка, два возраста на ней. Дедушки да бабушки, и дети их детей. Играют в шашки дедушки, а бабушки носочки. Вяжут на скамеечках для внучат и дочки. Внуки на качелях, в песочницах с игрушками. Играют внучки с куклами, их близкие подружки. А мамы, папы заняты. Целый день работа. И смотрят за внучатами старики. Забота. А вечером, лишь спустится на планету мгла. Бабушки и дедушки в домах у очага. Сядут под торшерами, будут вспоминать. Годы свои юнные, где от любви летать. Они могли когда-то, как первенец пищал. Как в счастье годы жили. Как их костер пылал.