В душе мужчины есть немало
Различных тайн замысловатых,
Но дам всегда интриговало:
Где шлялся он, и где зарплата?
Он уходил и возвращался,
Вновь возвращаясь, уходил,
В своих поступках сомневался,
Во тьме отчаянья бродил.
Он дерзок был и лицемерен
И был не в силах осознать,
Что должен быть ей сердцем верен,
Чтобы любовь не потерять.
Она страдала и молчала,
Ей так хотелось закричать,
Она терпела и прощала
Но не могла его понять
Всю нежность лишь ему дарила,
Порой хотела убежать,
Но не ушла… она любила
И не смогла его предать…
Десять минут назад я была другой-
Верила в чудо, в сказки, в цветные сны.
Готова была поклясться собой, тобой,
Что никуда не денется наше «Мы».
Ничто не вечно. Пустая квартира. Зал.
Я стала вдруг бесчувственной и пустой.
Кто и за что, за какие грехи меня наказал?
Десять минут назад ты ушел к другой.
Я цветы тебе дарил? Ну и что, ромашки…
Нежных слов наговорил? Да, пусть по бумажке…
В ресторан тебя водил? Ну, в Макдональдс, каюсь!
Что, опять не угодил? Я ведь так стараюсь!
Я продукты приносил… водку и бананы.
На свиданье пригласил… Да, чуть-чуть был пьяный…
Я купил тебе билет? Ну и что, в трамвае…
Так откуда это «НЕТ!?» Я не понимаю…))
Мои видения во сне мне показали. Места далекие загадочных ночей. Там все в туманах на протяжении длинных дней. А по ночам на небосклоне звезды во множестве сверкали. Они кружили и игрались в неба бездне. Качался месяц на созвездии весов. Кометы с яркими хвостами с космическою песней. Своею дымкой сопровождали колесницы снов. Которые неслись к земле к уснувшим душам. Чтобы наполнить красотою сны. Чтоб люди по утру едва проснувшись. Добром были полны и доброту несли. Еще там видел ;днем через туманы. Навстречу солнышку тянулись яркие цветы. Роса в бутонах собиралась в океаны. В них эльфы жили на островах любви. Такие вот мои видения ночные. А может то фантазии, мечты. Они чуть-чуть, немножко неземные. Я вам пишу, увидели чтоб вы.
любви в стихах не уместиться…
ее не выразить словами…
лишь дни мелькают словно птицы,
ночей перегорает пламя
и за часами не угнаться,
лишь белым стерхом кружит память
о том, с кем хочется остаться
там, где боялась ты представить…
Ничего не бывает случайно,
Для всего - свой, назначенный час.
Открывается занавес тайны
Терпеливо умеющим ждать.
Яркой радугой вдруг засверкает
Светлый путь к исполнимой мечте.
Только тот, кто надежду теряет,
Продолжает свой путь в темноте,
И считает Судьбы наказанием
Неудачи, ошибки свои,
Беспощадно себя убивая,
Не пытаясь спасение найти,
Сделать вывод из прошлых ошибок
И принять с благодарностью то,
Что когда-то, но всё-таки было
Испытанием свыше дано.
Эндрю Фриз
Успех не сразу нам судьба сулит.
И среди слез и ран, и всяких бед
Порой не видно, как вдали горит
Огонь всех наших будущих побед.
Кто духом слаб, взывает к небесам,
Свой пыл и честь оставив на потом,
А кто силен - всего добьется сам
Своею кровью, потом и умом.
Но Вы из тех, кто тверже, чем гранит,
Кого не испугали пораженья,
И мой бокал Вам оду прозвенит
И Вас поздравит с вашим днем рожденья!
Не зря ребята во дворе
Не любят Петьку-дурачка -
Он в позапрошлом январе
Нашёл на стройке хомячка…
Зверёк от холода втыкал,
Свернувшись в маленький клубок
Замёрзшей коркой чёрный кал
Покрыл его хомячий бок
Мальчишка в шапку положил
Полуживого хомячка
Принёс домой, ему налил
Немножко в блюдце коньячка;
Хомяк и бровью не повёл,
Не смог к тарелке подползти -
Ведь на морозе он провёл
Никак не меньше дней пяти…
И хомячка холодный нос
Потрогал Петя чуть дыша
«Ебать, да он совсем замёрз…» -
Подумал мальчик не спеша.
Он вспомнил школьную столовку:
Чтоб разморозить бычий фарш
Кладут его в микроволновку…
Так поступил и Петя наш.
Захлопнул дверь, нажал на кнопку -
Зашевелился хомячок,
Открыл глаза, поднял головку,
Потом послышался щелчок…
У Пети просто сжалось сердце,
Потом внутри как ипанёт!!!
Мальчишка - к печке - а на дверце…
Кто видел «Муху» - тот поймёт…
Надрала жопу мама круто,
Отец кричал: «Садист! Убью!»…
Лишь хомячонку в ту минуту
Уже всё было по бую…
Мимо ристалищ, капищ, мимо храмов и баров, мимо шикарных кладбищ, мимо больших базаров, мира и горя мимо, мимо Мекки и Рима, синим солнцем палимы, идут по земле пилигримы. Увечны они, горбаты, голодны, полуодеты, глаза их полны заката, сердца их полны рассвета. За ними поют пустыни, вспыхивают зарницы, звезды горят над ними, и хрипло кричат им птицы: что мир останется прежним, да, останется прежним, ослепительно снежным, и сомнительно нежным, мир останется лживым, мир останется вечным, может быть, постижимым, но все-таки бесконечным. И, значит, не будет толка от веры в себя да в Бога. …И, значит, остались только иллюзия и дорога. И быть над землей закатам, и быть над землей рассветам. Удобрить ее солдатам. Одобрить ее поэтам.
Невыразимая печаль
Открыла два огромных глаза:
Хрустальная проснулась ваза
И выплеснула свой хрусталь!
Запах миндаля.
Стекающей музыкой жидких иллюзий,
Над странной страною сползающих кружев,
Над влажным разрезом улыбки прощальной
Горький запах миндаля в отчаяньи кружит.
Горький запах миндаля…
Дым паранойи в стихах отраженный,
В ласковом звуке затвора теряясь,
Душу больную влечет за собою
Туда, где уже ничего не осталось.
Только запах миндаля…
В мире молчания шелест как грохот.
Будто железо на крышу бросают.
Бодрая птичка охрипла в окопах.
Все улеглось, даже пульс не мешает.
Только запах миндаля…
Когда на небо «волчье солнышко» взойдёт
Сплин в плен берёт, никак не отпускает
Неся с собой тревожащие сны,
Что будоражат мозг, хоть утро их стирает
В душе, на день, оставят непокой
Неясных самому себе желаний
И начинаешь маяться не зная, что с тобой
Понять стараясь-отчего метанья?
«По-полочкам» все мысли разложив
Найдёшь, конечно, и источник «боли».
Но вечер вновь. Луна-на небосвод.
Заноза-мысль-
С ума схожу я, что ли?
Мела метель со всех сторон,
До беспредела…
Весна ли то сошла с ума,
Зима ль сдурела?
Уж чистить снег нет больше сил --
В сугроб свалилась…
Весна, на календарь взгляни,
Яви нам милость!
*Улетают на юг журавли!
Посылая, прощальную песню.
Дружной стаей, курлычут они.
Увлекаясь все в высь, в поднебесье!
Расправляя два сильных крыла, -
Набираясь, неистовой силы!
Стаю стройную, в виде клинка, -
В путь далекий, судьба уносила.
Покидают родные поля, -
Покидают, родные просторы!
Лишь печальная песнь журавля: -
Мы, вернемся, вернемся,-и скоро.
Я смотрю, и любуюсь им вслед.
Долети!,-быстрокрылая птица!
Не препятствий, тебе, и не бед!
На нелегком пути,-не случится.
Журавли улетели на юг…
Растворились за горизонтом.-
А в глазах,-улетающий круг.
На закате вечернего солнца!*