Когда у моего друга Васи умерла мама, то и отец захандрил. Хоть и с виду, для своих семидесяти шести, он был бодр и подтянут, но разум начал потихоньку покидать его мудрую голову.
Альцгеймер.
Хочешь - не хочешь, а Васе каждый день приходилось пробираться по диким московским пробкам, чтобы проведать отца. Старик ни в какую не хотел переезжать к сыну, мало ли, а вдруг мать «из магазина» вернется, а дома никого (он иногда забывал, что похоронил жену…) Понятно, что в таком состоянии одного его на долго не оставишь - газ не выключит, замок не сможет открыть, не найдет дорогу из булочной, да мало ли. Вот Вася после работы и мотался к своему папочке.
Туда вез - продукты и хорошее настроение, а обратно - тоску и невыносимую жалость к отцу.
Каждый день их разговор начинался примерно так:
- Здорово казак!
- Здравствуй папа.
- А где твоя машина? Надеюсь, ты догадался ее поставить в гараж, а то у нас во дворе одни наркоманы, могут поцарапать.
- Поставил, поставил, не волнуйся (врал Вася, хотя их гараж снесли еще при Брежневе)
- А, лошадь где? Замерзать на улице оставил? Быстро вернись, выгони свой джип из гаража и заведи туда лошадь. Машина-то переживет, а вот лошади на улице совсем труба, Смеешься, что ли, такой мороз.
Старик прожил в Москве лет пятьдесят, но теперь, в конце жизни, ему все больше виделись картины из далекого краснодарского детства, с лошадьми, сеновалами и погребами со льдом.
- Не переживай, папа, конечно, я так и сделал - лошадь накормил, напоил, в гараж завел, а машину оставил на улице. Выбрал место без наркоманов и оставил, так что все нормально.
- А, ну, вот и молодец, сынок, молодец. Ну, какие новости, как там мои внучки.
…Однажды вечером, занесло Васю с женой и дочерьми в парк Кузьминки.
Гуляют, видят - две молоденькие девчоночки катают малышей на старой, грустной кобыле.
Васины дочки тоже захотели покататься на лошадке, но тут пришла Васе в голову безумная идея.
Посадил он жену с детьми на такси, а сам остался торговаться с девчонками.
Торговался долго и страстно, сулил хорошие деньги, а девчонки все опасались, предложение-то странное, но увидев удостоверение сотрудника МЧС, все же согласились…
К тому же, Вася обещал после всего развезти девчонок от конюшни по домам, ведь метро ходить уже не будет.
И вот, спустя четыре часа пути, осыпав половину Москвы конским навозом, Вася, грустная кобыла и две уставшие девчонки, были уже у подъезда старика.
Отец спустился со своего двадцатого этажа, Вася подвел лошадь к фонарю и сказал:
- Папа, мне нужен твой совет: глянь-ка, пора мне лошадь перековывать, или пускай еще так походит?
Старик внимательно оглядел грустную кобылу, нежно похлопал ее по толстому брюху, по-деловому осмотрел копыта и сказал:
- Не переживай, подковы у ей хорошие, очень хорошие, походит еще.
Да и вообще вид у нее справный. Хорошо в гараже перезимовала, молодец сынок. Я уж думал - ухайдокаешь скотинку, а смотрю - нет, молодец. А вот оседлал ты ее неправильно и за это я буду тебя ругать.
Старик что-то подправил, где-то подтянул и вдруг неожиданно легко вскарабкался в седло.
Девчонки, стоявшие поодаль, так и ахнули, но Вася их жестом успокоил.
Казак сделал неспешный, трехметровый круг почета, спустился на землю и сказал:
- Ты у меня молодец, сынок, я горжусь тобой, и деток каких хороших воспитал и лошадь у тебя справная.
А я уж, по правде сказать, думал, что ты у меня дураком помрешь…
Ладно, поздно уже, пора вести лошадь в гараж. И запомни: лошадь в гараже - машина на улице!!! Запомнил? Ну, иди, давай. До завтра.
…Через неделю, старый казак тихо умер во сне…
Я не уверен, что нужно баловать детей, но вот родителей нужно баловать обязательно…
Встала утром, на рассвете,
Посмотрев в окно.
Вижу, как играют дети -
Весело, смешно.
Тапки, ноут, кружка чая,
Плед, моя кровать.
Ну и что, опять сначала
Утро начинать?
Не хочу я и не буду.
Надоело всё.
Только этот голос чуда
Мне твердит одно:
Хватит всё спирать на судьбы,
Плакать, горевать.
И ходить по всяким клубам -
Попу восхвалять.
В нашей жизни
Всё имеет цену:
Счастье, радость,
Дом, потом семья.
Только, знаете,
Я думаю, за деньги
Всё это купить
Никак нельзя.
Когда однажды вы встретите человека, который полюбит вас, вы встретите… самого Себя… Того Себя, которого когда-то, давным-давно вы спрятали ото всех, и в первую очередь, от себя самого.
Вы встретите того Себя, которого вы почти уже не помните… и даже на старых детских фотографиях… уже… не узнаете… И среди ваших знакомых уже нет людей,
которые помнят Вас… В начале ваших встреч вы увидите лишь какие-то неуловимо знакомые искры, вдруг мелькнувшие в его глазах, что-то неуловимо знакомое почудится вам в его интонациях, в его улыбке.
В эти моменты вы можете растеряться, потому что что-то начинает всплывать из памяти, но пока вы не понимаете, что именно. Что-то забытое… неуловимо знакомое… что-то… Недоверчивое узнавание скоро разбудит вашу тоску, к которой вы так привыкли за эти годы, что даже почти перестали ее замечать… да, в общем-то, и некогда вам было… не до нее… Оно разбудит это непонятное и ничем не объяснимое чувство ностальгии, живущее в глубине… Необъяснимое, потому что нет причин для такой грусти.
Все же хорошо, все как у всех и даже лучше… Но вот живет же оно внутри. И однажды эта тоска вдруг взорвется и, сокрушив все ваши убеждения и сопротивления, прорвется в ваше сознание, заполнит его целиком, вытеснит оттуда все и оглушит вас требованием «вернуть»… вернуть нечто… нечто, данное вам - по праву рождения. И тогда оглушенный, потерянный и раздавленный силой этого требования вы… вспомните… о ком эта тоска. И с этого мгновения вы уже не сможете забыть… не сможете заглушить этот голос … Вы не сможете ему сопротивляться, потому что в вас проснется Любовь.
Со временем вы сможете увидеть Всего Себя… всю свою красоту и все свое несовершенство, всю свою силу и всю свою боль. Вы увидите, насколько Вы прекрасны, и узнаете, насколько глубоки ваши страдания.
Все дело в том, что вы встретите человека, который будет любить вас таким, какой Вы есть, и одновременно предъявит к вам высочайшее требование - требование быть Собой.
Вы встретите человека, который будет любить вас сильнее, чем вы любите сами себя…
1. Размер подписи:
размашистая - глобальное системное мышление;
компактная - конкретное мышление.
2. Длина подписи:
длинная - способность глубоко вникать в суть проблем; усидчивость, излишняя придирчивость и занудство;
короткая - способность быстро схватывать суть событий. Неспособность к монотонной работе.
3. Тип подписи:
округлая - мягкость, доброта, уравновешенность;
угловатая - нетерпимость, раздражительность, резкость, независимость, честолюбие, упрямство.
4. Расстояние между буквами:
значительное - щедрость, транжирство;
«плотная» подпись - экономность, скупость (особенно, если буквы мелкие).
5. Присутствие в подписи различных элементов:
круг - зацикленность на проблемах и идеях;
петельки - осторожность, упрямство;
рисунки - творческое мышление;
комбинирование элементов - стремление оптимизировать свою деятельность.
6. Наклон подписи:
влево - своенравность, ярко выраженный индивидуализм;
вправо - сбалансированность характера, способность к пониманию;
прямой наклон - сдержанность, прямолинейность, ум;
разнотипный наклон - скрытность, неискренность;
«лежащие» буквы - наличие серьезных психологических проблем.
7. Направление заключительного штриха:
вверх - оптимизм;
вниз - склонность к пессимизму;
прямо - сбалансированный характер;
8. Длина «хвоста» подписи.
Чем длиннее «хвост», тем более человек нетерпим к чужому мнению. Это также признак осмотрительности и осторожности. Чем «хвост» короче, тем человек беспечнее.
9. Подчеркивание подписи:
снизу - самолюбие, обидчивость, зависимость от мнения окружающих;
сверху - гордость, тщеславие;
перечеркнутая подпись - самокритичность, недовольство собой, сомнение.
10. Признаки симметрии:
симметричная - надежность;
асимметричная - неустойчивый характер, перепады настроения;
скачкообразная - эмоциональность, неуравновешенность.
11. Сложность и простота:
простая - человек живет по принципу «нет проблем»;
«нагруженная» - часто склонен «делать из мухи слона»;
оригинальная - большой творческий потенциал.
12. Разборчивость
Чем более понятна подпись, тем более открыт человек.
13. Нажим:
чрезмерный - агрессивность;
слабый - скрытность;
сильный - уверенность.
Если идеальную женщину можно представить в виде какой-то сверхновой звезды, до которой фиг дотянешься, то неидеальная она совсем рядом, тогда имеет больше смысла донести до мужчин все великолепие и красоту ее неидеальности.
Так какая она, неидеальная женщина?
Тело неидеальной женщины может не соответствовать пресловутым 90−60−90. Оно не всегда может быть похоже на песочные часы или хотя бы гитару. И неидеальная женщина при всем при этом может не всегда стремиться к песочным часам, или вообще никогда не стремиться. Причин тому множество. Возможно, она не видит в этом необходимости, ей легко и комфортно в своем теле, и она умеет принимать его таким, какое оно есть. Возможно, она понимает, что «хочешь, чтобы тебя полюбили окружающие? Полюби сначала себя сама. Возможно, неидеальная женщина настолько ленива, что ей крайне трудно следить за модными диетами и заниматься фитнесом.
Неидеальная женщина может игнорировать косметику.
Возможно, она никогда не красится, не покупает дорогую помаду и тени, не тратит на приведение своего лица в божеский вид полчаса, а то и час своего драгоценного времени. Возможно, неидеальной женщине лень, а возможно, она хочет потратить это время на что-то более ценное. Ясно то, что неидеальная женщина может себе позволить выйти из дома не накрашенной, бледной, серой
Неидеальная женщина может ругаться как сапожник.
Если идеальная женщина в ответ на откровенное хамство станет придумывать нечто такое супер оригинальное, «высокое», мудрое и запоминающееся, чтобы хаму ответить так, чтобы тот от изумления онемел, то неидеальная, возможно церемониться не будет. Скажет старое, доброе, народное «… …» и пойдет дальше.
Неидеальная женщина может быть не загадочной.
Неидеальная женщина может не заморачиваться по поводу того, какое впечатление она произведет на мужчин или на отдельно взятого представителя мужского пола. Она может не представить себя перед своим избранником в виде ребуса, кроссворда или загадки, чтобы тот томился и отгадывал. Возможно, она будет легко читаема и раскрываема.
Неидеальная женщина может любить сигареты и алкоголь и иметь плохие привычки.
Возможно, ее не будут волновать уже не белые зубы или погубленное здоровье. Она получает удовольствие от сигарет и рюмки коньяка, она не откажется от этого. Возможно, она даже грызет ногти и ковыряется в носу.
Неидеальная женщина может быть одна.
У нее, возможно, нет воздыхателей, и она находится в полном одиночестве. Возможно, она любит одиночество. Приходит домой после работы и сидит в тишине и покое. Возможно, неидеальной женщине так уютно.
Неидеальная женщина просто женщина, а не представительница семейства кошачьих.
Возможно, неидеальная женщина не мучается, пытаясь найти в себе хоть какие-нибудь кошачьи повадки и черты характера. Возможно, кошек она любит, но себя таковой не ощущает.
Неидеальная женщина может прийти домой после тяжелого рабочего дня, вымыть гору грязной посуды, не боясь, что испортит маникюр, приготовить ужин, покормить детей, встретить мужа, разогреть ужин, покормить, приготовить одежду для детей, для мужа, проверить содержимое рюкзаков детей и папки мужа, уложить детей и мужа, почитать сказку, поцеловать на ночь детей и мужа и услышать:
- Ты у меня самая лучшая! Просто идеальная.
Приехали. Целый час толкую о том, каково быть неидеальной, а она уже идеальная.
(Т) Луна лениво вращалась вокруг Земли, поглядывая одной стороной на голубую планету… Там происходило что-то явно неординарное - извергались вулканы и сталкивались материки, столбы огня, лавы и пепла с шипением скрывались под огромными волнами цунами, ураганы и торнадо застывали в вечной мерзлоте… А вот с другой, невидимой Земле стороны, Луну постоянно подогревало Солнце, щекотало магнитными бурями, ласкало лучами, горячо нашептывая - «Ты же наша, солнечная, мы с тобой одной материи, мы продукты одного большого, нет - Великого Взрыва! Со Мной тебе будет лучше, теплее! Земля тебя не понимает, она тебя не ценит, она тебя только использует, а в тебе ведь такое огромное количество неразведанных запасов полезных ископаемых и драгоценных металлов… Айда ко Мне на орбиту!..» И вот, наконец, наступил момент, когда Земля, потеряв много сил и энергии, очистилась от катаклизмов, погасила пожары, принялась успокаивать волны, залечивать тяжелые раны и обнаружила, что в прибрежных теплых водах появилось что-то новое, что-то необычное, что-то живое! Это новое стало стремительно развиваться и прогрессировать, населять океаны и моря, вырастать зелеными лесами и бескрайними лугами. А вскоре первые обитатели вод стали знакомиться с твердью Земной. И поняла Земля, что не зря она потратила столько сил, потеряла столько себя, ведь в результате зародилось великое Чудо - Жизнь. И вздохнула Земля с облегчением и стала готовиться не к смене времен года, а к смене Эпох. И тогда вновь зашептало Солнце за спиной у Луны - «Вспомни, ведь эта коварная Земля последние двадцать миллионов лет смотрела на тебя как-то однобоко, она просто готовилась, теперь же она собирается перебросить тебе свои вулканы, Я знаю точно - они уже летят в твою сторону на страшных космических кораблях! Бойся! Скоро они сожгут твои кратеры и высушат твои мертвые базальтовые моря! А потом Земля затопит тебя водой и на тебе тоже зашевелятся мерзкие живые существа! Ты превратишься в такую же никчемную голубую планету! Они начнут называть по-своему твои океаны и кратеры, горные вершины и моря, они станут утыкивать твою поверхность своими флагами! Спеши, пока Земля ослаблена и не в состоянии помешать, беги ко Мне! Я сильное, Я большое, у Меня много Энергии! И вообще - Земля и все остальные планеты Моей системы - это ничтожества! Они зависят только от Меня! Только Я их кормлю и только Я их обогреваю своей Энергией! Если Я захочу, то испепелю в любой момент любую жалкую планетку или превращу ее в лед, оградив от света Моего! Ни одна из них не имеет права на спутники без Моего разрешения! Только со Мной, только на Моей орбите ты сможешь спастись от появления и на тебе этого опаснейшего космического врага, этой планетарной плесени - Жизни!.. «И дрогнула Луна, и засомневалась, и случилось у Луны Затмение… И тогда сказало Солнце Луне - «Час настал, завтра на Земле будет Полнолуние, это Знак свыше! Я послало тебе Моих верных протуберанцев, встречай на рассвете. Одна лишь просьба - зови их просто «Космическим излучением»…
… И пока искала Земля, где у нее космодромы и пусковые установки, разгорелась на разбушевавшемся светиле Буря Солнечная и ворвались верные псы Солнца -протуберанцы в обезвоздушенную Лунную атмосферу, и впервые с момента Большого Взрыва увидела Земля странное Затмение, когда диск Луны закрылся диском Солнца… И улетела Луна к Солнцу и пополнила запасы Энергии Его. И сгорела она в жарких объятиях Солнца. И забыли о ней во всей Галактике. И стало Солнце из желтого красным…
Но с уходом Луны сломались извечные законы движения в Системе Солнечной и изменилась у планет Сила Притяжения. И стали они вращаться быстрее и быстрее вокруг Солнца, и вытянулись орбиты их. И с каждым витком уходили они все дальше и дальше, пока не нашли в одной из галактик молодую золотистую Звезду, а вместе с ней и долгожданное Равновесие.
Появляясь на политической арене, народ непременно выдумывает себе блестящую родословную. О ее достоверности никто не заботится. Главное - треск, фейерверки, увлекательность.
Древние шведы выводили себя напрямую от бога Одина. Поляки XIII века, когда их не бил только ленивый, приписали своим предкам победу над Александром Македонским. Евреи придумали сказку о своей богоизбранности. Что же касается украинцев, то они, по мнению большинства наших историков, существовали как бы всегда. Теорию эту называют «автохтонной» - в переводе с малопонятного древнегреческого «автохтон» - «самопорожденный», «коренной». То есть, по логике ее последователей, некий питекантроп, выведясь из обезьяны в Африке, пришел на берега Днепра, и тут потихоньку переродился в украинца, от которого произошли русские, белорусы и прочие народы вплоть до индусов.
Особенно рьяно эту схему поддерживали «интеллектуалы» начала 90-х, спорившие по поводу мировых проблем в Киеве на Майдане Незалежности. Она возвеличивала их в собственных глазах, несмотря на рваные штаны, недельную щетину и отсутствие зарплаты.
Мне же кажется, что с такой теорией можно вообще ничего не делать: все за тебя уже сделал талантливый предок-питекантроп. А ты лежи на диване, плюй на пол и презрительно наблюдай, как кто-то в телевизоре получает Нобелевскую премию или на стратегическом бомбардировщике летит на сафари в Ирак.
Если бросить взгляд на карту современной Украины, окажется, что она пестрит непонятными названиями. Внизу большой грушей болтается Крым, подаренный щедрым дядькой Хрущевым. С севера на юг текут реки с невразумительными для славянского уха названиями - Дунай, Днестр, Дон и Донец. На западе возвышается лесистая гряда Карпат с загадочной Говерлой, куда любил бегать за вдохновением президент Ющенко. На востоке за Кубанью - Кавказ, где как во времена Лермонтова, «злой чечен ползет на берег, точит свой кинжал». И только на севере понятные слова - Припять, Стоход, Горынь - маленькие тихие речушки, пробирающиеся по унылому Полесью. Получается, на юге и западе Украины когда-то до нас жили неславянские народы?
Да, именно так и получается, господа! Хочешь не хочешь, а мы тоже не первые на этой земле. И у нас, как и у американцев, были свои индейцы. Только звали их иначе. Не могикане и гуроны, а сарматы, половцы и татары. И лишь «переварив» их, мы, как поется в нашем гимне, «запанували у свой сторонц».
Письменность у славян появилась в IX веке. Ее придумали Кирилл и Мефодий, приспособив для местных нужд греческий алфавит. С тех пор славяне стали вести собственные летописи. Но предыдущее тысячелетие тоже подробно задокументировано римлянами и византийцами. Столкнувшись с варварским миром, они дотошно отмечали все, что попадало в сферу их интересов.
Из римских хроник рубежа новой эры мы знаем, что в Карпатах жило дакийское племя карпов. Их современные ближайшие родственники - нынешние албанцы. «Карпаты» - так на их языке назывались горы.
Сама же Украина называлась Сарматией, по имени самого многочисленного и воинственного из обитавших тут племен. Там, где через полторы тысячи лет поедет по Дикому полю Тарас Бульба с сыновьями, шастали отряды тяжело вооруженных сарматских всадников в крепких чешуйчатых панцирях. Судя по языку, сарматы были иранцами. Именно они подарили название украинским рекам - Дону, Донцу и Дунаю. «Дон» в переводе с иранского означал «вода».
На рубеже нашей эры сарматы свирепствовали на всем тысячеверстном просторе причерноморских степей - от Кавказа до границы Римской империи, проходившей по Дунаю. Римляне называли их «женоуправляемыми» из-за сильных пережитков матриархата и важной роли женщин, участвовавших в боях наравне с мужчинами.
На севере сарматы граничили со славянами. Странная их политическая система поразила наших предков, оставшись в волшебных сказках сюжетами о Змеихе и Бабе Яге, жившей не в лесной избушке на курьих ножках, как в большинстве подобных историй, а в подземелье на берегу, в жаркой приморской стране «Девичьего царства», где отрубленные «русские головушки торчат на тычинушках». Сарматский натиск, продолжавшийся несколько столетий, не давал славянам выбраться из лесных чащоб. Но вскоре они настолько приободрились, что заслужили славу первостатейных головорезов.
В I веке н.э. славян под именем венедов описал римский историк Тацит. В книге «О происхождении германцев» он уделил и им несколько строк. По его словам, венеды жили на восток от Вислы между германцами и сарматами. Полностью Тацита у нас цитировать не любят. Очень уж неприглядную картину славянской идиллии он рисует: «Неопрятность у всех, праздность и косность среди знати. Из-за смешанных браков их облик становится все безобразнее, и они приобретают черты сарматов. Венеды переняли многое из их нравов, ибо ради грабежа рыщут по лесам и горам… Они сооружают себе дома, носят щиты и передвигаются пешими, и притом с большой быстротой. Все это отмежевывает их от сарматов, проводящих всю жизнь в повозке и на коне». То, что венеды - именно славяне, - несомненно. Немцы до сих пор называют славян «вендами.
Подтверждается и постепенное смешение славян с сарматами. Навоевавшись, они стали охотно торговать и вступать в браки. В рамках так называемой черняховской культуры
Сарматская примесь очень сказалась на крови нынешних украинцев - и во внешнем облике, и в упрямстве баб (пережитки матриархата!) и даже в таком позаимствованном у степняков слове, как «штаны». Обойтись без этого ценного предмета туалета при езде верхом, сами понимаете, проблематично - сотрешь ноги до крови о потные конские бока. Однако, как бы там ни было, в языковом отношении славяне победили, позаимствовав у южных соседей все, что плохо лежало. Их было много. Они были неодолимы.
К VI веку наши предки так размножились, что готский историк Йордан, ради научной точности, разделил их на две гигантские ветви: «В окружении рек лежит Дакия, укрепленная, словно венцами, крутыми Альпами. Слева от них на огромных просторах живет многочисленное племя венедов. Хотя теперь их названия меняются в зависимости от разных родов и мест проживания, преимущественно все они называются славянами и антами. Славяне живут от города Новиетуна и озера, называемого Мурсианским, вплоть до Данастра и на север до Вислы: болота и леса заменяют им города. Анты же, самые могучие из них, там, где Понтийское море делает дугу, простираясь от Данастра до самого Данапра».
Репутация у этих парней была отвратительная. Связываться с такими себе дороже. Когда патриотически настроенные историки берутся расхваливать мирный славянский нрав, сравнивая его с «голубиным», они врут. Византийцы VI века, наблюдавшие полет этих голубей воочию, пишут совсем другое. «На третьем году по смерти императора Юстина, - констатирует автор „Церковной истории“ Иоанн Эфесский, - двинулся проклятый народ славян, который прошел через всю Элладу… Взял множество городов, крепостей; сжег, ограбил и покорил страну, сел в ней властно и без страха, как в своей собственной, и на протяжении четырех лет, пока император был занят персидской войной и отправил свои войска на Восток, вся страна была отдана на произвол славянам. Они опустошают, жгут и грабят… Они стали богатыми, имеют золото и серебро, табуны лошадей и много оружия. Они научились вести войну лучше римлян…»
Прокопий Кессарийский, секретарь византийского полководца Велизария, оставил колоритное описание славянской рати. В бой эти хлопцы вступали до пояса голыми, только со щитами и копьями. Отсутствие доспехов, на первый взгляд, давало фору врагам. Не тут-то было! Полуголые банды славян отлично маневрировали, практикуя коварные удары из засад. Византийцы солдат нанимали, оплачивали каждый их шаг и очень дорожили своими профессионалами. Славяне же шли на Балканы, как за зарплатой, задержанной за тысячелетия отлучения от цивилизации.
Вскоре они затопили всю Центральную и Южную Европу. На западе их границей стали предгорья Альп и речка Шпрее, где ныне Берлин, а на юге - теплое курортное Адриатическое побережье. «За грехи наши анты и славяне свирепствуют повсеместно», - меланхолически заметил тот же бедняга Йордан, намекая, что лекарств от этой болезни нет и в ближайшем будущем не предвидится.
Рисуя наших пращуров безобидными добрячками, водившими хороводы на лесных полянах и прыгавшими через костер в Купальскую ночь, отечественные историки крепко грешат против истины. «Не другие нашей землей, а мы чужой привыкли владеть», - изрек, по словам византийца Менандра Протектора, славянский вождь Даврит.
Все бы хорошо, не обожай славянские князьки драться еще и между собой. Захватив пол-европы, они не удосужились создать единую державу и, весело проживали награбленное, изводя друг друга в междоусобных стычках.
Расплата последовала незамедлительно. Постепенно западные племена славян попали под влияние империи Карла Великого, а восточные - стали платить дань Хазарии - хищническому торговому государству на Волге.
И тут появились викинги - те самые упрямые молодцы, что освоили путь «из варяг в греки». Государство у восточных славян было и без них. Но варяги первыми принесли идею империи - сверхдержавы, спаявшей всех этих древлян, полян и кривичей в могучую Русь от Карпат на Западе до верховьев Волги на Востоке. Они же дали и имя - русичи, русины, русские - так называли предков современных восточнославянских народов вплоть до XVII века.
По происхождению варяги были шведами. Свои дружины, промышлявшие на восточнославянских реках, они называли «роте» - «гребцы». Плыть тут под парусом действительно приходилось нечасто - особенно против течения. Местные жители, по привычке всех туземцев коверкать иностранные слова, преобразили «роте» в «Русь», и, признав власть варягов, стали называть себя этим именем - точно так же галлы приняли имя французов, слившись с подчинившим их германским племенем франков.
Для определения границ этноса существует простой принцип, в основе которого противопоставление «свои - чужие». Каждый француз знает, что он не немец, не англичанин и не испанец, хотя даже не задумывается над причинами этой разницы. А каждый украинец уверен, что он не поляк и не татарин.
До монгольского нашествия все восточные славяне были друг для друга «своими», несмотря на многочисленные княжеские междоусобицы. Всеми ими правили князья пришлой варяжской династии Рюриковичей. Все исповедовали православие с сильными пережитками язычества. Все пели одни и те же былины киевского цикла об Илье Муромце и Добрыне Никитиче.
Перечисляя князей, автор «Слова о полку Игореве» обращается и к суздальскому Всеволоду Великое Гнездо, и к полоцкому Всеславу, и к рязанским Глебовичам, и к галицкому Ярославу Осмомыслу. Всех их он призывает постоять за землю Русскую, под которой понимал и Киевщину, и далекую Суздальщину с едва проклюнувшейся маленькой Москвой.
И это было не просто идеологической декларацией! В 1223 году сын Всеволода Великое Гнездо Юрий в помощь черниговскому, киевскому и галицкому князьям, отправившимся против монголов, посылает отряд во главе со своим вассалом - ростовским князем, да и тот же Мстислав Удалый, начиная карьеру в далеком северном Новгороде, спокойно переместился княжить на юг - в Галич. И местное население при этом отнюдь не считало его «москалем».
Сейчас, когда нас, украинцев, выводят чуть ли не «от Адама», когда вслед за «Историей Украины-Руси», готовы написать историю «Украины-Сарматии», «Украины-Скифии» и, наверное, «Украины-Вандалии», забывают, что поверх древнего Киева, сожженного в 1240 году монголами Батыя, лежит толстый слой пепла. «Большая часть людей Руссии, - пишет Джованни дель Плано Карпини, посетивший эти места после разгрома, - перебита или уведена в плен». Потомков киевлян того времени почти нет - до середины XVI века зияет пропасть политической пустоты. Нет, Украина - не Русь! Она отличается от нее так же, как Франция от Галлии, а современная Италия от Римской империи. Или как буденновский жеребец от донского. Конечно, потомок по прямой линии - но сколько свежей крови прилито…
Опустошенный Киев подобрали литовцы. Историки спорят о дате. Упоминают какую-то битву на речке Ирпень то ли в 1320, то ли в 1321 году, после которой литовский князь Гедимин якобы и овладел этим куском Руси. Десятилетием раньше, позже - Бог ведает. Точно известно другое - потомство удачливого язычника Гедимина, приносившего человеческие жертвы в лесах, на наших землях необыкновенно размножилось, дав начало множеству княжеских родов - Чарторыйским, Збаражским, Корецким, Ружинским. Великий литовский князь назначал сюда удельными князьями своих родственников. Те тащили из литовских болот дружинников, женившихся на местных девках и принимавших православие. Внуки всех этих бродяг считали себя уже местными и, случалось, воевали против центрального правительства как заправские сепаратисты.
Когда Литва объединилась с Польшей, самые буйные стали бежать на рубеж Дикой Степи, где возникла Запорожская Сечь. Это было настоящее бродило. Сюда собирались горячие головы отовсюду, даже из Крымского ханства - известные по пушкинской «Полтаве» Кочубеи, например. В конце XVI века, не в силах вместить и прокормить новую казачью элиту, прожорливую и наглую, Запорожье взорвалось серией восстаний, продолжавшихся целое столетие и положивших начало новому государству - Украине.
Что любопытно: еще во времена Богдана Хмельницкого Украиной называлась крохотная полоска земли на границе с Диким Полем - Запорожье, Киевщина, Черкасское и Каневское староства. Львовщина, Подолия, даже Волынь в нее не входили. Рассказывая о причинах восстания 1648 года, автор казацкой «Летописи самовидца» пишет на языке, уже слегка отличающемся от древнерусского, но еще не очень похожем на украинский: «У виры русской посмишка велыкая была от униат и ксендзов, бо уже не тилко уния на Лытви, на Волыни, але и на Украини почала гору брати». Следовательно, Волынь для него - не Украина!
Но постепенно название степной полосы распространилось вплоть до Карпат, а местное население вместо русинов стало называть себя украинцами.
Оказавшись, благодаря Богдану Хмельницкому, в составе одного государства, украинцы и русские, которых часто называли московитами, почувствовали, что они чертовски похожи, но, с другой стороны, чем-то неуловимо отличаются, и тут же дали друг другу смешные прозвища хохлов и кацапов. Одни носили бороды. Другие - оселедцы. Одни рубашку выпускали поверх портков. Другие ее заправляли в шаровары. Одни привыкли горланить на радах, выбирая гетмана. Другие беспрекословно выполняли все приказы царя-батюшки. Со времен Киевской Руси прошло 500 лет - срок огромный. На юге к крови древних русичей примешалась горячая половецкая и флегматичная литовская. На севере население Киевской Руси растворило в себе финские племена, еще в XII веке заселявшие территорию даже нынешней Москвы. Но общая вера (православие) и общие враги (татары, турки и поляки) помогли им ужиться под скипетром Романовых и раздвинуть границы славянской сверхдержавы вплоть до Дуная и Черного моря.
Украинцам удалось сыграть выдающуюся роль в судьбе Российской империи. Собственно, и идею-то ее придумал киевский монах Феофан Прокопович, необыкновенно понравившийся своим остроумием и деловитостью Петру I.
А дальше «дружбу народов» скрепили дочь Петра Елизавета и простой казак с Черниговщины Алексей Разумовский, разыграв прямо в постели сюжет о принцессе из сказки. Прозвище Разумовского - «ночной император» - говорит само за себя. Его брату Кириллу, президенту российской Академии наук, будет рапортовать по долгу службы Ломоносов, в чьих трудах и появится впервые новое диковинное слово - украинцы".
Успехи в Петербурге долгое время отвлекали нас от проблем местного самоуправления. Полтавчанин фельдмаршал Паскевич берет во главе русской армии Варшаву и дружит с Николаем I. Гоголь едет за царский счет в Италию, где с размахом дерибанит десятки тысяч на макароны. Безбородко - канцлер империи - умирая, прощается с собравшейся публикой фразой, до уровня которой до сих пор не дотянулась современная политическая мысль: «Не знаю, как при вас, молодых, будет, а при нас ни одна пушка в Европе без нашего разрешения выстрелить не смела!»
Да, до Украины ли тут, когда в твоих руках целая империя! Даже Пушкин, раздосадованный успехами потомков запорожцев в «северной Пальмире», зло заметит, что его-то предок «в князья не прыгал из хохлов», забыв, что тот прыгнул в российское дворянство прямо с африканской пальмы.
Когда империи на всех украинцев стало не хватать, родилась идея независимости. Хотя, уверен, на самом деле мы очень не против нового варианта Киевской Руси. Вплоть до Владивостока. С нами во главе. С бесплатной передачей сибирской нефти акционерному обществу миргородских пенсионеров. И с Жириновским, марширующим к Индийскому океану в чине ефрейтора украинской армии. Ну самое большее - младшего сержанта. Ибо мы - необыкновенно щедры душевно. Нам ничего не жалко. Для себя.
Девушка ожидала свой рейс в большом аэропорту. Ее рейс был
задержан, и ей придется ждать
самолет в течение нескольких
часов. Она купила книгу, пакет
печенья и села в кресло, чтобы
провести время. Рядом с ней был
пустой стул, где лежал пакет
печенья, а на следующем кресле
сидел мужчина, который читал
журнал.Она взяла печенье,
мужчина взял тоже! Ее это
взбесило, но она ничего не сказала
и продолжала читать. И каждый
раз, когда она брала печенье,
мужчина продолжал тоже брать.
Она пришла в бешенство, но не хотела устраивать скандал в переполненном аэропорту.
Когда осталось только одно
печенье, она подумала: «Интересно
посмотреть, что сделает этот
невежа?».
Как - будто прочитав ее мысли,
мужчина взял печенье, сломал его
пополам и протянул ей, не поднимая глаз. Это было
пределом, она встала, собрала свои
вещи и ушла. Позже, когда она
села в самолет, полезла в сумочку,
чтобы достать свои очки и вытащила пачку печенья… Она
вдруг вспомнила, что она положила
свою пачку печенья в сумочку. И человек, которого она считала
невеждой, делился с ней печеньем,
не проявляя ни капли гнева,
просто из доброты. Ей было так
стыдно и не было возможности
исправить свою вину.
Прежде чем гневаться…
Задумайтесь.
Может БЫТЬ НЕ ПРАВЫ ИМЕННО
ВЫ…
Это прекрасно -- уничтожать слова. Главный мусор скопился, конечно
в глаголах и прилагательных, но и среди существительных -- сотни и сотни
лишних. Не только синонимов; есть ведь и антонимы. Ну скажите, для чего
нужно слово, которое есть полная противоположность другому? Слово само
содержит свою противоположность. Возьмем, например, «голод». Если есть
слово «голод», зачем вам «сытость»? «Неголод» ничем не хуже, даже лучше,
потому что оно -- прямая противоположность, а «сытость» -- нет. Или оттенки
и степени прилагательных. «Хороший» -- для кого хороший? А «плюсовой»
исключает субъективность. Опять же, если вам нужно что-то сильнее
«плюсового», какой смысл иметь целый набор расплывчатых бесполезных слов --
«великолепный», «отличный» и так далее? «Плюс плюсовой» охватывает те же значения, а если нужно еще сильнее -- «плюсплюс плюсовой». Конечно, мы и сейчас уже пользуемся этими формами, но в окончательном варианте новояза
других просто не останется. В итоге все понятия плохого и хорошего будут
описываться только шестью словами, а по сути, двумя. Вы чувствуете, какая
стройность, Уинстон?
-----------------------
Кто-то сказал, что зло торжествует тогда, когда хорошие люди сидят сложа руки. Сказано, как отрезано. Попробуй не согласись. Согласился - и сразу, как миражи, встают перед глазами образы людей с горящими взорами и волевыми подбородками. Их много, этих людей, они идут так, словно накатывают людскими волнами на берег истории. Они смелы и полны благородных мыслей. Их цель - менять к лучшему несправедливую жизнь.
Осторожно подхожу к одному и спрашиваю: «Далеко собрались, товарищ?» - «Иду, - отвечает, - в общем порыве менять жизнь к лучшему. Хватит злу безнаказанно над человечеством издеваться». - «А что конкретно делать будете, товарищ?» - спрашиваю осторожно. - «Пока не знаю. Но делать же что-то надо. Нельзя же сидеть сложа руки».
Он уходит, уносимый морем подобных энтузиастов, поднимая пыль и этой же пылью дыша. А я остаюсь на месте и повторяю про себя им сказанные слова: «Что делать, не знаю, но надо же что-то делать»…
Добрые люди, хорошие люди, послушайте. Послушайте все вы, кто считает себя хорошим, а источник зла полагает где-то далеко от себя. Послушайте вы, не умеющие усидеть на месте, но толком не знающие, что делать. Не меня, конечно, слушайте. Что вам я? Исаию послушайте.
Я сказал им: ваша сила - сидеть спокойно (Ис. 30, 7). И ещё: Оставаясь на месте и в покое, вы спаслись бы; в тишине и уповании крепость ваша; но вы не хотели (Ис. 30, 15).
Избыток энергии при моральном пафосе и вкупе с туманом в голове - для сатаны это словно «коктейль Молотова». Из правдолюбцев и холериков, из тех, у кого повышен градус требовательности к миру, а в голове куча мала обрывочных мыслей, да всё чужих, - именно из этих персонажей можно лепить всё что угодно. У кого сильна воля и ясны поставленные задачи, кто последователен и зол, тот слепит из этой массы безмозглых энтузиастов любую фигуру. Если, конечно, сами энтузиасты себя не перегрызут, споря о том, в какую сторону печатать революционный шаг…
Ну и бегали бы себе сами. Так нет, им хочется весь мир увлечь в водоворот своего холерического энтузиазма. Они уверены, что понимают всё правильно. Они не допускают мысли, что их активность - это не благие порывы хорошего человека, а суетливая гадость с претензией.
Я лежал лет в восемь в больнице с аппендицитом. А рядом лежал такой же, как я, парнишка. Нас в одно время прооперировали. Есть нельзя, пить нельзя. Швы ноют. Переворачиваться с боку на бок больно. Нянечка губы смачивает водичкой каждые полчаса. Утром к нам пришли родители. К нему - бабушка. Он ноет: «Есть хочу». А доктор категорически запретил давать что-либо есть сутки или больше. Не помню. Помню - сказал: «Потеряете ребёнка». Но что такое доктор, если ребёнок просит есть? Бабушка бежит в булочную и возвращается с плетёной булкой. Внучек ест, а через пару часов его увозят в морг. Бабушка - убийца.
Она убийца по факту, но не по намерению. По намерению она - лучший друг голодного внука. Но факт сильнее намерения. Она - убийца. Причём убийца из-за своей человеколюбивой упёртости, из-за априорной уверенности в своей правоте. «Я ж плохого не хочу. Я хорошего хочу». Объясни такой человеколюбивой дуре, что несвоевременная и неразумная любовь страшнее пистолета. Не объяснишь.
Была б она одна такая. Но таков весь род человеческий. Все уверены в своей правоте, все готовы глотку перегрызть, доказывая, что желают только добра. И все убивают друг друга, если не одним махом при помощи камня или ножа, то медленно, при помощи вражды, обид, сплетен, козней, осуждения. Какая-то банда человеколюбивых убийц, уверенных в кристальной честности собственных намерений. Классический злодей на таком фоне выглядит приличной фигурой. По крайней мере, фальши меньше, и всё сначала понятно.
Зло торжествует не тогда, когда хорошие люди сидят тихо. Зло торжествует тогда, когда нравственные пигмеи вообразили, что они великаны. Когда эти ложные великаны закатали рукава и решились бороться со злом, которое, как им кажется, понятно и очевидно. Тогда зло, тонкое и ускользающее, хитрое и неуловимое, овладевает этими слепцами и творит из них своё орудие.
Им бы тихо посидеть, подумать. Так нет. Чувство собственной правоты в дорогу зовёт. Остановитесь, прошу вас. Не я прошу. Пророки просят. Остановитесь на путях ваших… и рассмотрите, где путь добрый, и идите по нему (Иер. 6, 16).
Ваша сила - сидеть спокойно.
Дамиане
Дроу уже который день никак не могла
собраться с мыслями. Слишком много
событий происходило рядом с ней. И слишком многое она уже пропустила. Как
же теперь наверстать упущенное?
Попытки Дамиане углубиться в прошлое, вспомнить то, с чего все и началось, все время прерывались чем-то
новым, чем-то откровенно печальным, что
надолго выбивало дроу из равновесия. И потому эльфийка часто и подолгу ходила -
словно потерявшая что-то очень важное,
что-то, чего она никак не могла вспомнить.
От этого странная эльфийская тоска
поселилась на самом дне ее сердца. И с каждым днем, помимо странной, мучавшей
ее пустоты и усиливающегося холода в груди, усиливалась еще и тоска.
Песни смолкли - точнее, они стали
настолько печальными и безрадостными,
что дроу сочла их некорректными и совершенно неподходящими ни для нее, ни для Жемчужного Леса…
Домик на самом верху огромного
дерева, увитый лозами дикого винограда,
давно уже бурно приветствовал лето, но на душе у дроу было так муторно, что даже
бурная жизнь Леса не доставляла ей того
утешения, не дарила того спокойствия,
которое дроу ощущала всегда в Жемчужном
Лесу - с самого момента ее появления здесь.
И причину этого состояния Дамиане не в состоянии была отыскать.
Конечно, ее верные друзья не давали ей заскучать или полностью погрузиться в непонятную самой эльфийке тоску - да только от этого было от чего-то совсем не легче. И дроу с каждым прожитым днем
чувствовала какую-то почти физическую
муку, какое-то душевное томление. И ее прогулки становились все продолжительнее
и беспорядочнее - дроу просто шла вперед
сквозь Жемчужный Лес, совершенно не замечая, куда и зачем она идет, не слыша и не видя ничего вокруг.
Одна из таких прогулок и привела ее в совершенно неожиданное место.
Дроу вышла из глубокой задумчивости и очень удивилась - ее окружал сплошной
туман, густой и какой-то странно
голубоватый, сквозь который смутно
виднелись совершенно незнакомые
Дамиане деревья.
Эльфийка осознала, что находится вдали
от дома, очень и очень далеко от Жемчужного Леса - и каким образом она
сюда попала - дроу совершенно не представляла себе.
Видимый сквозь голубоватый туман лес
был ей совершенно незнаком и напрочь
непонятен - хотя дроу и вспомнила, что
уже попадала сюда. А, значит, какой-то
выход у нее все же был - какой-то способ
вернуться домой.
Эльфийку привлекло легкое движение в кустах. Она насторожилась и повернулась в ту сторону, откуда донесся странный звук.
Рука ее непроизвольно легла на рукоять
меча. Но взгляду эльфийки предстал не хищник и не монстр, а высокий,
светловолосый мужчина. Он откровенно
разглядывал эльфийку, отмечая взглядом
малейшие детали ее внешности. И от чего-
то дроу поняла - он заметил и ее испуг, и сжавшую эфес висящего на поясе меча руку,
и ее смущение.
- Какая красавица, - осторожно начал он.
И от этой простой фразы сердце эльфийки
охватил давно забытый трепет. Она
внезапно и со всей очевидностью осознала
пугающую ее истину - эльфийке не хватало
любви. Любви и страсти - без нее душа дроу
замирала и замолкала. Без нее делалось
холодно и пусто. И дроу переставала
понимать, зачем ей просыпаться по утрам.
Все это она осознала в одно короткое
мгновение, пока незнакомец разглядывал
ее. Она попыталась унять бешено бьющееся
в груди сердце и заговорить с незнакомцем,
но он исчез - и только голубоватый туман
простирался теперь перед взором
растерявшейся дроу.
Эльфийка в задумчивости смотрела
сквозь голубоватое марево, не видя ничего
вокруг. И лишь перед ее мысленным взором
проносились обрывочные картины
прошлого. И этот голос из глубины
голубоватого тумана…
«Как же так? - думала дроу, бредя
вперед, в совершенно неизвестном ей направлении. - Неужели без любви и ласки
я могу превратиться в столь безвольное и разбитое создание? И что же теперь? Снова
пуститься на поиски своей любви? А если
все снова будет так же, как и в подземье? И сможет ли дроу найти любовь хоть где-то в этом странном мире?»
За этими мыслями Дамиане не заметила, как новь вошла в родной
Жемчужный Лес, на полянку с огромным
деревом.
Медленно поднимаясь по ступенькам,
Дамиане только и думала о том, с чего же ей начать свои поиски, если она на них
решится. А из ее головы не выходили
очертания незнакомого леса, которые она
мельком видела сквозь сгущающийся синий
туман…
На самой верхней веранде ее ждала
Белка, пребывающая в образе темной
эльфийки и выглядевшая слегка
рассерженной. Маленькие кулачки
упирались в бока, белесые брови
недовольно вздернуты. Она резким взмахом
головы откинула с лица рыже-белую челку
и сразу накинулась на обрадовавшуюся
гостье дроу.
- Ну и где тебя носило, непоседа ты эльфийская? Ты хоть представляешь,
сколько я уже жду тебя тут?
Дамиане прикрыла рот рукой и хохотнула в кулачек, сделав вид, что просто
прочищает горло.
- Прости, Бельчонок, я сама не знаю,
куда меня угораздило попасть на этот раз.
Давай, я кофею сейчас сварганю, и мы насладимся видом на речку под ароматный
кофе и трубочку-другую табачку?
- Вот только не пытайся о4оить меня
снова своим ядом, Дамик! - уже веселее
сказала Белка, улыбаясь подруге. - Я,
пожалуй, не откажусь от кружечки
травяного чаю, если он у тебя еще остался.
- Ну конечно остался, Бельчонок! -
обрадовалась эльфийка и жестом
пригласила подругу за собой, немного
пониже, туда, где площадка была
оборудована печкой и несколькими
шкафчиками с припасами.
Быстро поставив воду на чай, дроу
умело и быстро насыпала в холодную воду
молотые зерна кофе, щепотку соли и щепотку перца.
Когда кофе сварился, она достала
бутылку с какой-то темной жидкостью и плеснула несколько капель прямо в турку.
До ноздрей Белки, с любопытством
наблюдавшей за действиями дроу, донесся
резкий аромат коньяку.
- А вот от рюмочки сего напитка я бы не отказалась, Дами, - подмигнув подруге,
выдала она.
Дамиане рассмеялась громким,
неудержимым смехом, который вспугнул
стайку отдыхавших в кроне дерева птиц, и они понеслись по лесу, оглашая
окрестности громкими, тревожными
криками.
- Прошу, Бельчонок, - наливая в красивый бокальчик, похожий на маленький, полупрозрачный колокольчик
на зеленом длинном стебельке-ножке,
блеснувший на солнце янтарем напиток.
Белка, удобно расположившаяся
недалеко от Дамиане на мягком, уютном
кресле, в восторге приняла красивый
бокальчик из рук подруги.
- Ох, Дами, какая красота неописуемая!
- только и сказала она. Впрочем, потом
Белка пригубила поданный ей напиток.
Дыхание ее на миг прервалось, а глаза
наполнились слезами - напиток оказался
эльфийским эликсиром. Настоянная на бессчетном количестве трав и ягод
жидкость была крепкой и пряной.
Несколько мгновений пронеслись для
Белки словно бы в иной реальности, в потоке самых ярких воспоминаний о прошедшем лете.
- Ну, Дами, предупреждать же надо! -
ворчливо выдохнула пришедшая в себя
Белка.
Новый взрыв смеха пронесся над
лесом.
- Прости, Бельчонок, но тогда не было
бы так интересно, - покачала головой дроу,
прихлебывая кофе из маленькой, хрупкой
чашечки.
Она достала трубочку и набила ее табаком. Белка оживилась и передвинулась
поближе к подруге. И так они сидели и курили, прихлебывая кофе, довольно долго,
до первых звезд. С наступлением ночи
Белка отправилась домой, а дроу еще долго
в задумчивости размышляла о том, что
внезапно поняла со всей очевидностью - ей безумно не хватает любви. Без этого
чувства, разделенного с любимым, она
задыхалась, медленно теряя цель, теряя
путь и все больше погружаясь в мрачные
глубины отчаяния и тоски. Но что могла
сделать дроу в мире, где о человеке
привыкли судить согласно определенным,
сложившимся стереотипам?
В небе уже гасли ночные августовские
звезды, когда Дамине, наконец, со вздохом
ушла спать. И сон ее был тревожен,
наполнен сотней неразборчивых образов,
клубящихся в голубоватом тумане. …
* * *
Как-то незаметно испарилось
дождливое лето. Дроу почти каждый день
посещала тот странный лес. Она и сама не знала, что влечет ее туда, в обитель синего
тумана. Почему ей приятно проводить
время среди шепота, обращенного к ней и попытками вступить в разговор.
И почти все разговоры либо
обрывались из страха перед сущностью
дроу, либо сама Дамиане прекращала
общение с откровенными любителями
экзотики. И с каждым днем отчаяние все
болезненнее давило на одинокую дроу.
Тогда дроу подумала, что пора бы придумать себе какую-нибудь еще цель -
чего-то добиться, чтобы отвлечь саму себя
от размышлений о собственном
одиночестве, которым она частенько
предавалась, сидя на балконе ночами и с тоской глядя куда-то вдаль, туда, где
кончался Жемчужный лес. Выпуская в ночное небо полупрозрачные табачные
облачка, Дамиане порой в отчаянии думала,
а имеет ли смысл ее новая дорога и сможет
ли дроу обрести свое счастье? И все чаще ей мерещился отрицательный ответ на этот
вопрос.
Тогда ей пришла в голову мысль
бросить курить. Ну чем не цель для
преодоления? И дроу со всей страстью своей
неугомонной натуры принялась
осуществлять задуманное.
Нет, не совсем уж и случайно ей пришла в голову именно такая идея -
незадолго до этого на бесчисленных
тропинках Жемчужного Леса она встретила
Одного в темноте. Такое уж было у него
имя. Он действительно по большей части
находился в одиночестве, сжав руки,
стиснув зубы, ругался отчаянно и непримиримо. Именно эта непримиримость
- а еще и боль, сквозящая в каждом слове
этого странного человека и заставили дроу
заговорить с ним.
Дамиане пыталась поддержать его,
хоть чем-то ему помочь, но не смогла
оценить, получилось ли у нее хоть что-то.
Но однажды в разговоре Один в темноте поделился с дроу, что хочет
бросить курить. И Дамиане взялась
поддержать его в этом вопросе. Незаметно
для себя дроу и сама склонилась к подобной
мысли - только насчет себя она была точно
уверена, что все получится. Впрочем,
искреннее стремление Одного в темноте
тоже не вызывало у нее сомнений - но каждый раз при встрече он с грустью
сообщал, что не выдержал, сорвался и закурил.
Дамиане же долго готовилась к собственному преодолению табачной
зависимости. Она каждый раз, закуривая
трубочку, начинала оценивать свое
состояние, словно бы ставя собственные
пометки за и против курения. Она убеждала
себя в том, что курить ей совсем не нужно,
что для нее это губительно и прочее
подобное.
Когда дроу поняла, что она готова
попытаться, она перестала курить. Совсем.
И сама поразилась, насколько это оказалось
просто.
Вот только грусть от этого никуда не делась.
И лес с синим туманом над
тропинками продолжал манить ее, не смотря на то, что разговоры там, по большей своей части, несли только
разочарование.
* * *
Однажды, холодны осенним днем,
дроу, гулявшая по тропинкам чужого ей леса, заметила на себе внимательный
взгляд сквозь темную и почти
неразличимую листву. Она обернулась и поймала этот взгляд. На короткое
мгновение аметистовые глаза встретились с глазами похожего цвета, только немного
посветлее. Глаза цвета цветов сирени в окружении белесых ресниц. Сердце дроу
несколько раз учащенно стукнуло. Еще
один дроу, живущий на поверхности? Как
такое может быть и можно ли ей довериться ему. Она несмело улыбнулась,
но спросила вполне уверенно:
- Вы так и собираетесь молча смотреть
на меня?
-О, что вы! - прозвучал ответ легким
шепотом сквозь туман. - Я слегка онемел от вашей красоты.
Дроу нервно рассмеялась. Нечасто
получала она комплименты, и потому
совсем не знала, как себя вести. Но, на удивление, разговор на этом не закончился
- они разговаривали так, словно были
давно знакомы, только какое-то время не виделись. И Дамиане сама поразилась,
насколько можно быть одинаковыми по духу - хотя, живя в Жемчужном Лесу, она
вроде бы должна была к этому привыкнуть.
Только здесь совпадение было настолько
полным, насколько это вообще возможно у двух разных людей. Ну, или дроу.
Дамиане стала все чаще приходить
туда, в царство синего тумана, чтобы
поговорить со своим новым другом. Они
подолгу говорили, наслаждаясь каждым
мгновением общения.
И вот однажды, когда ожидание
встречи стало совсем уж непереносимым,
Дамиане пригласила его на прогулку по Жемчужному Лесу и на чашечку кофе. Дзирт
(а именно так звали нового друга Дамиане)
был немного смущен таким приглашением,
но, видимо, в тот день так уж сошлись
звезды, или судьба решила вмешаться,
посчитав испытания обоих темных эльфов
оконченными, или, если угодно, просто
день был такой во всех смыслах удачный -
но Дзирт дал свое согласие на встречу.
Дамиане подробно объяснила, что она будет
ждать Дзирта на опушке Жемчужного Леса,
возле огромного, усыпанного ярко-желтой
осенней листвой клена. Возле этого клена
постоянно останавливались огромные,
черные экипажи, которые помогали
жителям Леса путешествовать в другие
места этого удивительного и разнообразного мира.
Чувствуя невероятный подъем,
тревожное ожидание встречи и невероятное, пока еще тихо и нерешительно вторгшееся в ее сердце -
впервые за многие месяцы - счастье, дроу,
потерявшая способность спокойно сидеть,
например, за книгой, начала прибираться в своей маленькой комнатке.
Она злилась на время, которое
почему-то не хотело идти вперед, словно
замерев на месте, оставляя ее в тревожном
ожидании. Внезапное сообщение,
принесенное какой-то странной птицей,
вывел ее из задумчивости. В письме было
сказано, что ее мама вместе с ее отчимом
едут к ней в гости. Дамиане, рассмеявшись
сложившимся обстоятельствам, позвала к столу, накрытому на увитой диким
виноградом веранде, Варайне и Валерайне.
Они наспех поели - и дети Дамиане,
обмениваясь колкостями и легкими
пинками, удалились в комнату играть. А Дамиане с колотящимся сильно сердцем
стала ждать назначенного времени.
Мама Дамиане появилась
неожиданно, когда дроу уже в спешке
собралась бежать на опушку Жемчужного
Леса.
- Ну, и куда ты собралась, Дами? -
поздоровавшись, спросила она, сжимая в руках большую коробку, перевязанную
подарочной лентой.
Дамиане обняла маму, Отчима,
которого звали Сириль, загадочно
улыбнулась и туманно сказала, что должна
встретить одного человека. Она
подмигнула обоим, попросила ждать ее дома и мгновенно скрылась из виду,
окруженная осенними сумерками.
Она быстро бежала по лесу, волнуясь
все больше и больше. Дроу запыхалась, а ее ноги заболели от напряжения, когда она
быстро двигалась сквозь Лес к своей цели.
Ее ноздрей касался пряный запах прелых
опавших листьев, а на душе было так
радостно, что Дамиане готова была запеть.
Впереди проступили очертания
огромного клена, на котором, по древнему
обычаю необыкновенного, волшебного леса
разгорались зачарованные огни. Ветер
мерно и ленивее шевелил крону этого
гиганта-стража Жемчужного Леса, от чего
разноцветные огоньки слегка трепетали.
Дамиане остановилась и перевела дыхание,
сознавая, что пришла вовремя, не заставив
Дзирта ждать ее в одиночестве в неизвестной ему местности. Она
попыталась вглядеться в ночь, но различить хоть что-то в осенних сумерках
было невозможно. Тогда дроу
прислушалась, но, кроме легкого шелеста
листьев, не было слышно совсем ничего.
Тогда эльфийка с интересом осмотрела
ствол дерева, на котором частенько чьими-
то усилиями частенько появлялись
последние новости.
Внезапно до не донесся грохот повозки.
Дамиане постаралась унять тревожно
забившееся сердце. Грохот затих за ее спиной. Дамиане резко развернулась,
вглядываясь в ночь - и сразу же встретилась взглядом с Дзиртом. Он стоял
недалеко от нее, и на его темном лице была
такая открытая улыбка, что паника в сердце
Дамиане разом улеглась. Она улыбнулась в ответ - и внезапно увидела в его руках
букет из роз какого-то странного розовато-
лилового цвета.
Ощущая еще какую-то странную
зажатость, Дамиане поздоровалась - и Дзирт ответил ей тем же. Дамиане почти
физически ощущала, что их чувства в данный момент совпадают. Словно бы сбылась давняя мечта - и что теперь с этим
делать, никто из них не знал. Тогда
эльфийка, поборов нерешительность, взяла
Дзирта под руку и повела его в лесную
чащу.
- Ох, и заведешь ты меня, - сказал
Дзирт, очевидно, тоже пытаясь сбросить
некоторую оторопь от долгожданной
встречи. - Потом дороги назад я уже не найду.
- Не беспокойся, я заведу, и я же и выведу, если таково будет твое желание, - с улыбкой отвечала дроу, поддерживая шутку
Дзирта.
Он улыбнулся, осторожно
поддерживая руку спешащей вперед, по освещенному мерцающими волшебными
фонариками ночному Лесу эльфийки. Они
разговаривали, шутили, стремясь сгладить
небольшую неловкость от долгожданной
встречи.
Вот сквозь деревья проступили
очертания полянки у реки. И огромное,
украшенное винтовой лестницей, дерево
было уже совсем близко.
Дамиане и Дзирт сделали первые
шаги вверх по мерцающей мягким бело-
сиреневым светом лестнице наверх, в обитель темной эльфийки, когда Дамиане
заметила, что, увлекшись разговором с Дзиртом, она растеряла почти все свои
цветы. Этот факт почему-то сильно
развеселил эльфийку, и она зашлась
безудержным, громким смехом. Она
понимала, что может безвозвратно потерять
расположение Дзирта, но ничего не могла с собой поделать. А Дзирт, между тем, не очень-то и удивился смеху Дамиане,
осторожно поддерживая ее за плечи и с улыбкой пытаясь успокоить
развеселившуюся подругу. Внезапно смех ее смолк, потому что губы двух дроу
встретились, снимая остатки стеснения
между ними. Их глаза встретились, словно
пытаясь просчитать реакцию друг друга.
Аметистовые глаза и глаза цвета лепестков
сирени. Дроу улыбнулись, и Дамиане
стремительно скользнула во тьму, пытаясь
отыскать потерянные цветы. Дзирт,
помедлив немного, последовал за ней,
уговаривая Дамиане отказаться от поисков.
Но все же три из пяти цветов Дамиане
нашла.
Все еще смеясь, они поднялись по лестнице до самого верха. Там, в просторной комнате с камином, за столом
сидела семья Дамиане. Она представила
всем Дзирта, когда оба они прошли туда, к столу, накрытому к ужину.
Сириль, извинившись, покинул
домик на дереве, сообщив, что у него тут,
недалеко от опушки Леса, дело. И мать
Дамиане скоро к нему присоединится. А пока знакомство с Дзиртом продолжилось -
хотя никто, кроме, конечно, самой Дамиане,
не представлял себе, кто этот дроу и как он оказался здесь именно сегодня.
Улучив момент, когда Дамиане пошла
ставить чай, мать догнала ее и спросила:
- Дами, а кто этот молодой человек?
- Это мой молодой человек, - с улыбкой ответила Дамиане матери, которую
звали Ноелле.
Ноелле удивленно приподняла левую
бровь, но улыбнулась и ничего не сказала.
Их общение было не слишком долгим
- Ноелле стала собираться за Сириль,
пообещав позже заглянуть на чай.
Дети унеслись играть, толкаясь и переговариваясь, и, наконец, Дзирт и Дамиане остались почти наедине. Дзирт
вновь поцеловал эльфийку, и она ответила
на поцелуй. От этого нежного и страстного
поцелуя у эльфийки кружилась голова, а объятия разжигали в крови тысячу жарких
огоньков, которые согревали уставшее от одиночества сердце эльфийки…
Оторвавшись от долгого поцелуя на обещанный чай с Ноелле и Сириль,
Дамиане уложила детей спать и вернулась в объятия к Дзирту. Поцелуи стали еще более
жаркими, объятия - еще более крепкими.
Голова Дамиане шла кругом. Она словно бы еще не до конца уверилась, что все это
действительно происходит, и происходит с ней. Сбивая дыхание, охватившие ее чувства разжигали кровь. И Дамиане не смогла бы четко ответить, когда и как они
оказались в объятиях друг друга нагие,
касаясь губами горячей кожи, всецело
отдаваясь нахлынувшим чувствам, которым
ни один из них еще не подобрал четкого
определения…
* * *
Много позже, дрожа от наслаждения,
не веря еще собственному счастью, Дамиане
положила свою беловолосую голову на грудь Дзирта, на пересекающий кожу груди
шрам. Она слушала его сердце и ощущала
себя настолько счастливой, насколько,
наверное, это вообще возможно.
Она осторожно, словно боясь
причинить боль, коснулась кончиком
указательного пальца этой отметины и тихо, шепотом спросила:
- Жертвоприношение? - скорее
утвердительно - Дамиане слишком хорошо
знала обычаи дроу.
Дзирт утвердительно кивнул, но в подробности вдаваться не стал. Дамиане
тоже не стала переспрашивать - лишь
нежно коснулась шрама губами. А Дзирт
лишь сильнее обнял Дамиане, прижимая ее к своему колотящемуся сердцу. И каждый из них понимал, что наконец-то, после
стольких лет одиночества, они встретили
сегодня того, с кем можно разделить в этой
безумной жизни все, включая неописуемое
счастье.
Холодный лунный свет осторожно
касался двоих спящих дроу, играя серебром
в их растрепанных волосах, касаясь
нерешительных, но таких искренних
улыбках на их лицах. Словно бы оба еще не верили собственному счастью…
* * *
И вот пролетело несколько счастливых,
полных любви и нежности месяцев.
Дамиане была поглощена любовью, которая
переполняла ее сердце. Она словно бы не верила еще до конца собственному счастью
- но это ни в коей мере не мешало ей наслаждаться каждым мгновением рядом с любимым. На прогулки по Волшебному лесу
у нее почти не оставалось времени - и только редкие встречи с подругами,
которые проходили в просторной пещере
Брунхильды (или, как ее называли
частенько друзья - Хильды Бру). Редкие, но веселые - как это всегда бывало. Дамиане
осторожно поделилась своим счастьем с подругами. Впрочем, дроу, следуя все же многолетней привычке к скрытости,
сообщила им не все до конца. И имени
своего любимого она не открыла - называла
его либо любимый, либо эльфийским
именем Эдельворн. У дроу так было принято
- уж если они полюбят, то обязаны
сохранить свою любовь в тайне, а, если не получается, то защитить ее…
Друзья знали, что имени своего
любимого Дамиане не говорит им не из
недоверия, а в силу непреодолимой почти
привычке сохранять тайну. Ну, зато они
были безмерно счастливы за заметно
засиявшую от счастья дроу.
Дни проходили за днями, зимняя стужа
сковала Жемчужный лес - но у дроу,
которые обосновались на самом верху
огромного дерева, в их небольшом домике
было даже жарко - от переполнявшей его
любви. Они постоянно были вместе - и нисколько не надоедали друг другу -
однако, чтобы и дальше стоить свою жизнь,
дроу надо было решиться что-то навсегда в ней изменить…
Решение пришло неожиданно - и Дамиане сама удивилась, насколько она
созрела для подобного решения -
Жемчужный Лес, который стал ей домом
когда-то, который подарил ей новых друзей
- и который был почти полностью
уничтожен огнем почти год назад,
восстановить не удастся никогда. А смотреть на пепелище, коим он стал, было
выше ее сил. И Дзирту не слишком
нравилось в лесу - кроме полянки с волшебным деревом, он никуда не ходил
здесь. Несколько раз попробовал, но был
грубо обвинен в принадлежности к темному
миру, к троллям и прочим темным
существам - и больше полянку Дамиане не покидал.
Настало время покинуть волшебный
лес. Куда им податься - дроу, которых в этом безумном мире предпочитали бояться
по умолчанию? Но теперь у Дамиане была
любовь Дзирта, а у него была любовь
Дамиане. И еще у них была Валерайне. и время пришло.
Дамиане уложила немногие
необходимые ей вещи, и одним морозным
утром последнего месяца зимы они втроем
спустились по вившейся вдоль ствола
дерева лестнице, совершили прощальную
прогулку по лесу и вышли на опушку.
Дамиане с грустью оглянулась назад. Ни с кем из друзей она так и не попрощалась,
хотя и собиралась позже делать им весточку и все же навестить
гостеприимную пещеру Хильды Бру. И объяснить им свой уход. Хотя она и знала,
что и Нисса, и Саша, и демон по имени
Марк, и Неллька, которая Белка, и сама
хозяйка пещеры - все поймут ее поступок.
Поймут, потому что они - друзья. И пожелают ей большого и светлого счастья.
И будут грустить втайне только о том, что
Дамиане больше не сможет посетить их полянок и не подарит им больше песен на эльфийсклом под музыку луны - теперь это
все принадлежало одному человеку - а,
точнее, дроу. И это было грустно и чудесно
одновременно.
Так и кончаются обыкновенно сказки.
Что ждет Дамиане и Дзирта? Новая жизнь,
полная трудностей - но что им трудности,
когда они вместе? И они постараются
сделать друг друга счастливыми - и, может
быть, им даже это удастся. Пока ведь
удается.
За сим моя Летопись, пусть и не столь
подробная, как мне бы хотелось, подходит к своему логическому концу. О многом так и осталось не написано, многого так и не смогла сказать - но старалась. Событие, раз
свершившись, не должно забываться. Пусть
и сказочное. Надеюсь только, что не слишком утомила вас своим странным
видением мира. Прощайте. Всегда ваша,
Дамиане.
Конец.
В ХХ веке все революции заканчиваются по одному сценарию. В нем нет победителей. В нем есть только побежденные. За последние двадцать пять лет в результате революций с карты мира исчезли: СССР, Чехословакия, Югославия. Кровавые революции прокатились в Сербии, Ливии, Сирии, Египте и других странах. Нашу страну ждет классическая схема «гибели»:
Через день
Мирные демонстранты начнут массово искать задержанных в СИЗО, тюрьмах, райуправлениях и отделениях милиции. Попутно райуправления и отделения могут подвергаться разгрому. Оттуда будут разбегаться лица, задержанные за различные уголовные преступления.
Общежития милиции, где также располагаются семьи «Беркута», попытаются взять штурмом: чтобы «наказать виновников избиения детей на Майдане». «Беркут», защищая своих близких, начнет прорываться из Киева, не считаясь ни с какими жертвами. Единственных их путь отступления - либо на восток, либо на юг.
«Мирные демонстранты» отправляются в Межигорье, Кончу-Заспу и другие «богатые кварталы». Из их среды выделяются провокаторы и погромщики, которые в течение кротчайшего времени ограбят и сожгут все более-менее красивые дома и сооружения.
Сотрудники райуправлений милиции либо забаррикадируются в своих помещениях, либо разойдутся по домам - для защиты семей. Часть начальников заявит, что «милиция с народом». Будет изобретен новый гибрид правоохранительных органов: смешанные патрули из перешедших к революционерам милиционеров и самооборонцев с майдана.
Верховная Рада в нынешнем составе, где большинство - депутаты от Партии Регионов и Коммунистов, объявляется нелегитимной и распускается.
Революционеры помпезно празднуют победу и начинают делить власть. Во главе страны, министерств, ведомств, областных, городских и районных органов власти становятся самые голосистые революционеры.
Через неделю
Вновь созданных отрядов «народной милиции» окажется мало для страны, в которой ранее судимых - почти 1,5 миллиона человек. Часть из них, с другими людьми с уголовными и грабительскими наклонностями, начнет громить торговые магазины, затем - квартиры «побогаче». Первыми подвергнуться атаке гопников большие торговые центры с одеждой и украшениями.
В городах и селах начинается массовая «охота на ведьм»: бывших милиционеров, прокуроров, судей, «регионалов», «взяточников» и др. Льется кровь «сторонников режима Януковича»
Начинаются массовые атаки на ломбарды и банки, в которых накопилась информация о должниках по кредитам. Банковская система будет парализована. Коммерческие банки массово выводят свои финансовые активы за рубеж.
Курс гривны рухнул. Доллар продают сначала за 10, потом за 15, потом - за 20 гривен. Революционеры включают печатный станок, но это еще более ускоряет девальвацию национальной валюты.
Парламент Крыма категорически отказывается признать новые революционные власти. На полуострове начинают создаваться отряды самообороны. Россия заявляет, что не допустит повторения осетинского сценария, и применит превентивные меры: морская пехота, ВДВ и флот будут приведены в полную боевую готовность.
В Донецкой, Харьковской, Луганской, Днепропетровской, Запорожской и других южных и восточных областях люди массово выражают протест против того, что майдановцы попрали их право на свободный выбор. Голосовавшие за Партию Регионов, они заявит, что будут считать законной властью только представителей этой партии. Вслед за этим главы и облсоветы этих областей откажутся признать новую киевскую власть.
Украина расколота на две части. «Фронт» будет проходить по «спорным» областям: Одесской, Николаевской, Херсонской, Кировоградской, Днепропетровской и Сумской.
Революционные правители пытаются организовать мирную жизнь в стране, но им не хватает денег и толковых кадровых работников - исполнителей. Экономика, промышленность, социальная сфера и другие жизненно важные отрасли страны разрушаются.
Через месяц
Европейские политики продолжают приветствовать революцию. Но они под всеми благовидными предлогами затягивают решение вопроса о предоставлении Украине необходимых кредитов. В то же время, Международный валютный фонд не считаясь ни с чем требует от Украины выплаты миллиардных долгов.
Россия отказывается предоставлять Украине обещанные Путиным Якуковичу кредиты и идти на дальнейшие уступки в вопросе низких цен на газ. Газ опять дорогой.
Революционное правительство шантажирует Кремль, заявляя, что перекроет нефтяные и газовые трубы из России в Европу. Путин заявляет, что сам перекроет эти трубы, т.к. не хочет иметь никакого дела с такими политиками.
Китай отказывается от предоставления Украине ранее обещанных Януковичу кредитов и средств, поскольку не собирается вкладывать деньги в страну с нестабильной политической ситуацией. Кроме того, главная цель китайцев - строительство порта в Крыму, а правительство полуострова отказалось сотрудничать с революционерами.
Производители пищевых полуфабрикатов, кондитерки, мясо-молочных и замороженных продуктов сворачивают производство, чтобы не нести финансовые потери. Также останавливается производство медицинских препаратов, предметов гигиены, первой необходимости и пр.
В продовольственных магазинах резко поднимаются цены, но они не могут угнаться за курсом валют. В магазинах пока остается хлеб, консервы, крупы и макаронные изделия.
В бюджете Украины «неожиданно» заканчиваются деньги. Поэтапно замораживается выплата зарплат для: медиков, учителей, пожарных, работников культуры, социальной сферы, и др. Прекращаются выплаты из бюджета пенсионерам, инвалидам, многодетным семьям.
Частные предприятия в большинстве также закрываются, поскольку теряют заказчиков. Миллионы людей по всей стране остаются без работы.
У работников бюджетной сферы и сотрудников частных предприятий массово заканчиваются деньги.
Люди перестают оплачивать квитанции по квартплате, электроэнергии, водоснабжению, и пр. Сотрудники электростанций и жилищно-коммунальных служб отказываются бесплатно выполнять свои функции.
Вновь расцветают базары. Картошка становится предметом роскоши, а мясо - «только для богатых». Торговля постепенно переходит с гривны на иностранную валюту.
На электростанции и учреждения водоснабжения вводятся революционные вооруженные отряды. Электроэнергия начинает подаваться в дома только в определенные часы. Горячая вода и отопление отключаются. Жильцам многоквартирных домов предлагается самостоятельно вывозить мусор на городские свалки.
Во «фронтовых» областях начинаются боевые столкновения между сторонниками и противниками новой власти.
Лидеры революции сорятся с друг с другом, лько месяцев
Все регионы страны захлестывает волна грабежей, насилия и убийств.
В магазинах заканчиваются консервы, и крупы. Хлеб выдается только по карточкам.
Начинается отток жителей городов в села.
Люди массово выходят на улицы с требованием отставки революционных властей.
Вчерашние герои революции из отрядов самообороны, брошенные на усмирение голодных бунтов, мгновенно становятся карател
В Евросоюзе, ООН и России обсуждается вопрос об оказании гуманитарной и продовольственной помощи населению, введению миротворцев на территорию Украины.
В Украину начинают пребывать воинские формирования из России и стран НАТО.
Украина окончательно лишается атрибутов независимости: национальной вапограничной и таможенной служб, вооруженных сил, а также золотых и вал
Страной начинают управлять «международные эксперты».
Если возникает необходимость, всю жизнь можно уложить в одном-единственном чемодане. Спросите у себя, что вам действительно нужно, и ответ удивит вас самих. Вы запросто отбросите неоконченные проекты, неоплаченные счета и ежедневники, чтобы хватило места для фланелевой пижамы, которую вам нравится надевать дождливыми вечерами, камушка в виде сердца, подаренного вашим ребенком, и потрёпанной книжонки, которую вы перечитываете в апреле каждого года, потому как влюбились, когда читали её впервые. Оказывается, важно не то, что вы накопили за долгие годы, а то немногое, что вы можете унести с собой.
БРАВО ПУТИНУ !!!
Россия сделала ГЕНИАЛЬНЫЙ «ХОД КОНЕМ». Обвела всех вокруг пальца и за пару дней заработала более 20млрд долларов плюс вернула около 30% акций
собственных монополий. Путин поимел и ЕС и Америку и как КРАСИВО. На глазах у всего МИРА разыграл все как по нотам. За такой ход ему
АПЛОДИРОВАТЬ НУЖНО СТОЯ. ! ! !
Раньше часть акций энергетических компаний принадлежали зарубежным
инвесторам (американцам и европейцам) - это значит что почти половина
доходов от нефтяной и газовой промышленности уходила не в казну России,
а на счета «финансовых акул «Европы. В связи с ситуацией в Крыму
рубль стал резко падать, но центральный банк ничего не делал чтобы
поддержать курс рубля, появлялись слухи что у России просто нету
запаса валют на поддержание курса рубля. Эти слухи и заявления Путина,
что он готов и будет защищать русскоговорящее население Украины привело
к большому падению цены на акции энергетических компаний России и
«финансовые акулы» стали выставлять акции на продажу пока они совсем не обесценились .Путин ждал всю неделю и только улыбался на прессконференциях и когда цена упала ниже плинтуса он дал команду резко
скупать акции одновременно у всех европейцев и американцев. Пока эти
«финансовые акулы» поняли что их обвели вокруг пальца было уже поздно,
акции были уже в руках России и теперь мало того что Россия за эти дни
заработала более 20 милрд долларов, так она еще и вернула акции своих
компаний в Россию и теперь доход от нефти и газа не будет уходить за границу, а будет оставаться в России, рубль подымается сам собой и на его поддержку не нужно тратить золотовалютные запасы России, а
«финансовые акулы» Европы остались с носом, их обвели вокруг пальца как
ЛОХОВ - у них в считанные минуты за копейки скупили акции которые
приносят миллиарды долларов и оставили без доходов от нефти и газа.
Такой блестящей операции еще не было в истории фондового рынка БРАВО
ПУТИН !!!
КАРАМЕЛЬКА
Девяносто четвертый год. Я молодой, пару лет назад, закончивший институт специалист, работающий в одной московской фирме, был послан в длительную командировку в один прекрасный южный город. Компания снимала мне бюджетную двушку, в хрущевке на 5 этаже, в районе центрального рынка. Райончик не самый спокойный, зато центр. С работы я обычно возвращался под утро, такова уж была специфика заведения, где я трудился и перешагнуть через пару-тройку бомжей коротающих ночь в подъезде, стало для меня привычным делом. Картину дополняли разбросанные по всем этажам пустые бутылки, использованные шприцы и презервативы. Я всегда старался как можно быстрее проскочить эту клоаку и оказаться у себя в квартире. Иногда какая-нибудь куча вонючего тряпья просила сигаретку или мелочь, в этих случаях я только прибавлял шаг, но в тот раз просьба прозвучала странно и я остановился.
- У вас не будет карамельки?- на меня из грязной искусственной шубы смотрело чумазое личико. Мне вдруг стало очень смешно, ну никак я не ожидал, что кто-то в этом хаосе, попросит у меня карамельку.
- Как тебя зовут?
- Марина.
Через 10 минут она сидела у меня в ванной. Я в это время вынес на помойку все ее вещи, только вытащил из кармана грязный, в масляных пятнах паспорт. Голей Марина Анатольевна, 1978 года рождения. Подобрал в шкафу, кое-что подходящее из своих старых шмоток и через час Маринка сидела на кухне, путаясь в длинных рукавах, пила чай и рассказывала о себе. Она была настоящей бомжихой. Уже почти год слонялась по городу без крыши над головой. Сама она была из какого-то небольшого села, мать умерла, а отчим привел в дом новую семью и Маринку просто потихоньку выжили. Она подалась в город, но на работу по малолетству нигде не брали. Ночевала на вокзале, так и прибилась к местным бомжам, чтобы как-то выжить. Ну и закрутилось, в эту среду попасть легче, чем оттуда выбраться, бухала, курила, спала с кем попало, слава богу, вроде без наркотиков обошлось, руки, во всяком случае, чистые. Меня она тоже пыталась отблагодарить известным способом. Но я отказался. Во-первых, малолетка, а во-вторых побрезговал, даже после часа отмокания в ванной, запах остался. Такой характерный запах затхлости, как из подвала. И незаживающая рана на ноге. Эротизма все это конечно не добавляло, но она была красивой, очень красивой. Если честно, я просто сидел и любовался. Неухоженная, без косметики, она была очаровательной до восторга, даже на картинках я никогда не встречал таких красивых лиц.
На следующий день, я купил ей одежду на первое время, зубную щетку, наполнил холодильник, закрыл в квартире и ушел на работу. В общем, отсыпалась и отъедалась Марина неделю, на улицу вообще не выходила. Стала еще красивее, рана на ноге почти затянулась. И еще она оказалась, совсем не глупой, конечно мало знающей, но сообразительной и остроумной. Мне не хотелось с ней расставаться, так бы и оставил ее жить, но я был женат и жена должна была скоро приехать.
Оставить ее опять на улице, я тоже не мог. Как-то привязался и даже чувствовал какую-то ответственность. Поэтому я снял ей квартиру, сначала платил, потом устроил на работу официанткой, к своему хорошему знакомому. Чуть позднее устроил в техникум на вечерний. Съездил в ее село, в школу, где училась, взял дубликат аттестата, благо восьмилетку она закончила. Договорился с кем надо, заплатил.
Было интересно наблюдать, как чумазая замухрышка, превращалась в нормального человека, как гадкий утенок превращался, если не в лебедя, то во вполне обворожительного и красивого утеночка. Я как-то спросил ее, почему она тогда попросила карамельку. На что она ответила, что очень сладкого хотелось, а больше чем на карамельку, она даже не рассчитывала. Смешно… Смешно и грустно. Конечно, мы стали любовниками, каюсь, не устоял, наверное даже влюбился. Во всяком случае, я был счастлив. Но все заканчивается. Так и моя командировка закончилась, надо было возвращаться в Москву. Были реки слез, моих тоже немного, когда никто не видел. Но бросить все, ребенка, жену, работу, благополучную столичную жизнь, духу не хватило. Я уехал.
Уехал, не до конца понимая, кто я, предатель или благодетель. Да в принципе это и не важно. Я еще не понимал главного, что не смогу без нее. Думал что смогу, но в итоге, капля за каплей, все мои переживания и тоска, породили раздражение и нетерпимость в семье. Я развелся через три года, после моего возвращения в Москву.
Взял отпуск и поехал в тот город у моря, хотел найти, упасть в ноги и начать новую жизнь. Нашел через старых знакомых, узнал где живет. Сидел и ждал. Она появилась с ведущим ее под ручку молодым хмырем, видимо мужем. Я не специалист, но наверное так выглядят женщины, месяце на восьмом. Подойти я не решился, не смог. В этот же день, вечерним поездом уехал обратно.
Мосты были сожжены. Но она была в порядке и это меня успокаивало. Жизнь шла своим чередом. Работа, дом, работа. Больше я никого не встретил, с кем мог бы связать свою жизнь, жил холостяком, заводя короткие романы, не пуская никого в свою душу.
Время все лечит и отправляясь в чудесный город у моря, спустя девятнадцать лет, просто на отдых, я поклялся себе не искать и не узнавать что-либо про мою карамельку. Отдых пролетел незаметно, я честно держал свое слово, не делая никаких попыток встретится или даже что-либо узнать о Марине. Но это все-таки случилось, помимо моей воли. Отправляясь в последний день на пляж, я купил местную газету, хотя никогда прежде этого не делал.
Удобно расположившись на шезлонге, я открыл газету и чуть не выронил ее из рук. На весь разворот была большая статья с фотографиями, об очень уважаемом предпринимателе, меценате, помогающим бездомным, владелице сети ресторанов и гостиниц Марине Анатольевне Голей. На фотографиях она была потрясающа.
Я понял, что должен ее увидеть, иначе я не смогу не есть, не спать, не дышать. Узнав из статьи, какой ресторан является флагманским, я решил, что там она обязательно появится, во всяком случае, шанс был.
Спросив у метрдотеля, когда будет Марина Анатольевна, я получил ответ, что будет, но когда неизвестно. Сделав небольшой заказ, я присел в дальнем углу и стал ждать. Сердце билось как отбойный молоток, я не знал, как правильно поступить. Она появилась часа через два, красивая и стремительная, повзрослевшая, но для меня все та же маленькая, беззащитная девочка, просящая карамельку.
Метрдотель, сказал ей, что ее ждут, она бросила мимолетный взгляд в мою сторону, махнула рукой, что вроде как вижу, сейчас подойду и принялась рассматривать бумаги принесенные метром, видимо приняв меня за очередного корреспондента или какого-нибудь поставщика.
А у меня уже закипал мозг, от ее близости, от осознания скорой встречи и от терзаний, правильно ли я поступаю. Маринка, в свою очередь не спешила, внимательно изучая рабочие бумаги, за что я был ей благодарен. Я подозвал официанта, рассчитался, попросил книгу отзывов, сделал запись.
Официант, получив назад книгу, украдкой заглянул в нее, удивленно на меня посмотрел, улыбнулся и понес метрдотелю. Тот в свою очередь, прочитав, поискал меня взглядом, пожал плечами и понес книгу хозяйке. Я направлялся к выходу. Дойдя до двери, остановился и посмотрел последний раз на мою «беспризорницу». Она выслушала метра, показывающего на место, где я сидел, открыла книгу и прочитала: «У вас не будет карамельки?» Я видел, как она вздрогнула. Вышел.
Поймал такси у входа, сел на заднее сиденье. Маринка выбежала через минуту, она плакала. Водитель повернулся и вопросительно смотрел на меня.
- Поехали! - почти закричал я- В «Красную», потом вокзал. Поехали!
Комок стоял в горле. «Прощай карамелька. Два раза в одну реку не войти».