Джордж Оруэлл - цитаты и высказывания

Чем дальше общество отделяется от правды, тем больше оно ненавидит тех, кто ее говорит

Когда мы станем всесильными, мы обойдёмся без науки. Не будет различия между уродливым и прекрасным. Исчезнет любознательность, жизнь не будет искать себе применения… всегда будет опьянение властью, и чем дальше, тем сильнее, тем острее. Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека

Они рождаются, растут в грязи, в двенадцать лет начинают работать, переживают короткий период физического расцвета и сексуальности, в двадцать лет женятся, в тридцать уже немолоды, к шестидесяти обычно умирают. Тяжелый физический труд, заботы о доме и детях, мелкие свары с соседями, кино, футбол, пиво и, главное, азартные игры - вот и все, что вмещается в их кругозор. Управлять ими несложно. Считается нежелательным, чтобы пролы испытывали большой интерес к политике. От них требуется лишь примитивный патриотизм - чтобы взывать к нему, когда идет речь об удлинении рабочего дня или о сокращении пайков. А если и овладевает ими недовольство - такое тоже бывало, - это недовольство ни к чему не ведет, ибо из-за отсутствия общих идей обращено оно только против мелких конкретных неприятностей.

Реклама - это громыхание палкой внутри помойного ведра.

Все животные равны. Но некоторые животные равны более, чем другие.

Двоемыслие означает способность одновременно держаться двух противоречащих друг другу убеждений.. Знать, в какую сторону менять свои воспоминания; следовательно, осозвать, что мошенничаешь с действительностью; однако при помощи двоемыслия уверять себя, что действительность осталась неприкосновенна. Этот процесс должен быть сознательным, иначе его не осуществишь аккуратно, но должен быть и бессознательным, иначе возникнет ощущение лжи, а значит, и вины. Говорить заведомую ложь и одновременно в неё верить, забыть любой факт, ставший неудобным, и извлечь его из забвения, едва он опять понадобился, отрицать существование объективной действительности и учитывать действительность, которую отрицаешь, - всё это абсолютно необходимо. Даже пользуясь словом «двоемыслие», необходимо прибегать к двоемыслию. Ибо, пользуясь этим словом, ты признаёшь, что мошенничаешь с действительностью; ещё один акт двоемыслия - и ты стёр это в памяти; и так до бесконечности, причём ложь всё время на шаг впереди истины.

Люди, которые голосовали за неудачников, воров, предателей и мошенников, не являются их жертвами. Они соучастники.

В мире хватает зла и без того, чтобы его еще выискивать.

Считается, человек умер, когда сердце остановилось. Принято так считать. Хотя не все в организме перестает работать - волосы, например, растут еще годами. Но, возможно, по-настоящему смерть наступает раньше, когда мозг костенеет, не в силах больше ухватить, переварить что-нибудь новое.

…каждый человек обречен умереть, и это его самый большой изъян.

Во времена обмана говорить правду - революционный акт.

Человек не так хочет, чтоб его любили, как понимали.

Трудно сохранить непроницаемость, если не знаешь, как выглядит твое лицо. Во всяком случае, одного лишь владения мимикой недостаточно.

Можно вычислить все, что ты говорил, думал, до мельчайших подробностей. Но душа, чьи движения загадочны даже для тебя самого, остается неприступной.

На протяжении всей зафиксированной истории и, по-видимому, с конца неолита в мире были люди трех сортов: высшие, средние и низшие. Группы подразделялись самыми разными способами, носили всевозможные наименования, их численные пропорций, а также взаимные отношения от века к веку менялись; но неизменной оставалась фундаментальная структура общества. …
Цели этих трех групп совершенно несовместимы. Цель высших - остаться там, где они есть. Цель средних - поменяться местами с высшими; цель низших - когда у них есть цель, ибо для низших то и характерно, что они задавлены тяжким трудом и лишь от случая к случаю направляют взгляд за пределы повседневной жизни, - отменить все различия и создать общество, где все люди должны быть равны. Таким образом, на протяжении всей истории вновь и вновь вспыхивает борьба, в общих чертах всегда одинаковая.