Если бы Вы понимали… если бы понимали, и знали, как это, когда сегодня ты разговариваешь с человеком, а завтра его уже нет… ВСЕ! Понимаете Вы, нет, и никогда не будет. Тогда бы Вы думали о том, что говорите сегодня, что пишите, что чувствуете и за что воюете в строчках Ваших сообщений. Неужели это так важно, доказать что Ваша правда самая верная из всех, что только Ваша истина имеет право существовать, что только Вы лучшие на этой земле. Ведь это опрометчиво, и не по человечески… Если бы Вы понимали что тот, кого Вы так яро сейчас ненавидите, такой же как и Вы, и у него, как и у Вас, есть близкие люди, и он то же любит их так же, как и Вы… просто живет не рядом, но ведь это не так важно. Можно и нужно научить себя не участвовать в информационной войне. Потому что выигравших в этой войне нет, есть те, кто не умеет жить рядом с таким же человеком как и Вы… Вы просто поймите
Однажды шотландец, англичанин и Клаудиа Шиффер ехали в одном купе в поезде через Уэльс. Внезапно поезд заехал в туннель, и купе погрузилось в полную темноту. Затем послышался звук поцелуя и очень громкий звук пощечины. Когда поезд выехал из туннеля, Клаудиа Шиффер и шотландец сидели как ни в чем ни бывало, а англичанин держал руку у своего лица, так как ему дали пощечину.
Англичанин думал: «Этот шотландец должно быть поцеловал Клаудиу Шиффер, а она перепутала и дала пощечину мне».
Клаудиа Шиффер думала: «Этот англичанин наверное пытался поцеловать меня, а в действительности поцеловал шотландца и получил за это пощечину».
А шотландец думал: «Это здорово. В следующий раз, когда поезд пойдет через туннель, я опять произведу звук поцелуя и дам пощечину этому английскому …».
В мерседес «нового русского» врезается «запорожец» за рулем которого сидит старый дедушка. Из мерседеса выходят два «новых русских» и начинают наезжать на деда.
- Ты прикинь дед на сколько ты наехал.
Дедок спокойно говорит:
- Я знаю тысяч на 25 баксов.
Открывает багажник «запорожца», а там пачки долларов уложены. Дедок достает и отсчитывает баксы. Один новый русский спрашивает:
- Деда, ты чем занимешься?
А тот отвечает:
- Кроликов развожу.
- Ничего себе я полмосквы развожу и таких бабок не имею. Дед, а крыша-то у тебя есть?
- Зачем мне крыша, сам справляюсь.
- А где тебя найти можно? (думая потом подъехать к деду и получить с него бабки).
Дед ему объясняет что зовут его Митрич и живет он в деревне под Москвой. Через две недели поехали новые русские в деревню к деду. Подъезжают, а перед деревней стоит шлагбаум и сидит еще один дед с дробовиком. Они у него и спрашивают как Митрича найти и чем он занимается.
Дедок:
- Митрич живет в доме на конце села и разводит кроликов.
Новые русские проезжаютчерез шлагбаум в деревню, а дедок крутит ручку полевого телефона и говорит:
- МИТРИЧ К ТЕБЕ КРОЛИКИ ЕДУТ!
Идя по жизни, обретая опыт, приходишь к выводу, что люди чувствуются даже на расстоянии. То ли их чувствует уже не только душа, но и сердце, то ли, в дополнении, твой слух открыт голосу интуиции. Каким образом можно объяснить возникающие симпатию и антипатию к человеку, которого видишь впервые? Ведь многим из нас свойственно впечатление, что одному человеку, уже спустя несколько минут общения, можно с уверенностью признаться: Я знаю тебя всю свою жизнь! Но другому… лишь приблизившись к нему, учитывая и его привлекательный образ, сложно сказать даже: - Здравствуй!
Генри доехал до дома когда утро уже было на исходе, после бессонной ночи за рулем он был абсолютно измученным и упал ничком на кровать в маленьком домике для гостей. Сон принял его в свои объятья как долгожданного друга, но тут раздался телефонный звонок, Генри проснулся.
- Черт побери, кто там еще? Он взял трубку, звонила его жена. - Дорогой я видела ты вернулся, приходи скорее к нам у нас готов обед и бабушка зашла в гости, мы тебя ждем. Он хотел уж было возразить и сославшись на усталость продолжить свой сон, но она положила трубку. Не минуты покоя, - подумал он и сыпля проклятия поднялся с постели.
Зайдя в дом Генри обнаружил в столовой весело судачившую компанию женщин, знаком показав что сейчас подойдет он прошел в ванную, умывшись взглянул в зеркало. От туда на него глядел уставший мужчина лет тридцать с покрасневшими от недосыпа глазами, он чертыхнулся про себя и пошел в столовую. Здесь его встретили с радостью три женщины, его красавица жена которой он без сомнения был рад даже в таком избитом виде. Другие же две женщины были мать его жены и бабуля вызывали в нем меньше энтузиазма в этот час, но впрочем он готов был принять и их общество. Поцеловав жену и поприветствовав дам он уселся на свое обычное место, принесли еду и он принялся есть. Он вдруг осознал что был оказывается ужасно голоден чего раньше совершенно не заметил. Дамы продолжали судачить о каких то важных новостях и вопросах похоже интересующих только их, Генри слушал их в пол уха не вникая в суть разговора. Женщины постоянно спрашивали что об этом думает Генри и от этого ему все же приходилось прислушиваться, мозг его не работал от бессонья и он отбивался от них дежурными фразами типа: - У Уэндолов своя голова и они сами пусть решаю свои дела по их собственному на то усмотрению. Или попросту отвечал им что это все не его дело и оно ему неинтересно. После ленча все прошли в холл, Генри не позволяла учтивость оставить дам в разгар столь интересной для них беседы. В холле он присел на диванчик и сам не заметил как задремал. Из дремы его вывел грубый толчок, - бабушка Мэг задела его плюхаясь на диван. - Да ты ни как спишь Генри, - воскликнула она и рассмеялась. - Да, засыпаю, тяжелая была ночка. Если позволите милые дамы, я пойду отдыхать. - Конечно иди дорогой, - ответила за всех его жена. Они поднялись, она проводила его до дверей. На прощанье он поцеловал ее шепнув на ушко что она его спасительница и отправился в домик для гостей. В теплое время он всегда спал там. Чтобы дойти до домика нужно было пересечь небольшой садик в десяток молодых деревьев, асфальтированную дорожку ведущую к гаражу и небольшой ручей что тек по их территории и скрывался где-то в отдалении.
Переходя дорожку Генри споткнулся о выбоину в асфальте и легкий его тапочек слетел с ноги, а сам он скорчился от боли и запрыгал на одной ноге. Все еще корчась и прыгая он попытался обуться, но тапок отскочил в сторону и плюхнулся прямо в ручей. Боль в ушибленной ноге прошла разом, у Генри появилась задача поймать любимый тапок стремительно уплывающий по бурлящему потоку. Это было приключение которое захватило его заставив забыть о боли. Скинув второй тапок чтоб не упустить и его он ринулся в погоню. Ночью прошел дождь и вся почва возле ручья представляла из себя сплошное месиво из черно-коричневой грязи, ноги вязли в ней и Генри постоянно спотыкался. Пробежав ярдов сто в тщетных попытках поймать свой несчастный тапок. Он хотел уже плюнуть и отправиться обратно, но тут удача улыбнулась ему и желанный объект ловли пристал к берегу, правда с другой стороны ручья, который уже напоминал маленькую речушку. - Что же делать, - думал Генри, - вот же она победа, совсем рядом. Примерно в пятидесяти ярдах вниз по течению был мост, - Вот оно, - мелькнула мысль. Проваливаясь в грязь по колено и падая он выбежал к мосту, преодолел его в пару секунд он уже несся по другому берегу повторяя про себя, - Только б успеть-только б успеть, уже близко, где-то здесь! И когда казалось вот он уже у цели, все исчезло, он очнулся от качки, его несли с десяток рук завернутого в какой то грязный брезент или покрывало, он закопошился как личинка в коконе, стал вырываться. - Что происходит? - воскликнул он, - Кто вы? Где я? - О, Генри ты проснулся! Услышал он, уже не молодой женский голос. Он вырвался и упал на ступени, подскочил в смятении, перед ним была толпа женщин в возрасте, ту что говорила он знал как будто, но вспомнить не мог. Она спрашивала про жизнь и задавала еще кучу вопросов, не давая ему вставить не то что вопрос, но и ответ. Наконец он ответил что все в порядке, но ему пора и рванулся за странного вида строение чем-то напоминающее навес или автобусную станцию в глуши. Он увидел берег и воду, - ручей, -мелькнула мысль, но то что он увидел уже была целая, полноводная река. Паника и замешательство охватили его - Что это, как это, где я? - гремело в голове. Красные глаза блуждали по берегу и воде, он заметил что берег тот же, но течение и полноводность воды иные. - Не ужели я спятил, подумал он и рванул очертя голову вдоль берега в надежде за поворотом увидеть ручей, но его там не оказалась. Он продолжал бежать и о ужас он увидел змею лежащую на дорожке, а рядом еще и еще, и везде по пути они лежали по всему крутому склону берега. Он прыгал чрез них, уворачивался, бежал, бежал, бежал. - Боже, боже что же это такое, кричал он. Вверх, вверх, - прогремела выстрелом мысль. И он полез вверх, но и на такой крутизне лежали они: змеи и гадюки, серые, черные и шипящие. Вдруг за пару шагов от вершины Генри почувствовал укус в руку, он отшатнулся и начал падать в низ. В низ, в эту пропасть со змеями, страх сковал его, ужас наполнил все и вся, он падал. А в голове бились мысли: - Сон это или явь? Что ждет его за этим страхом, смерть или пробуждение…
(Бr)
18/03/2014
1. Женщина моногамна, мужчина полигамен.
Самый бессмысленный из всех мифов. Хотя терминология сбивает с толку, намекая на некую научность, звучит очень просто: «Мужчине можно, потому что он - мужчина, а женщине нельзя, потому что она - женщина».
2. Настоящая измена - измена духовная, а не физическая.
Хотя от духовной измены мужчины не забеременела ещё ни одна женщина, этот миф крайне удобен тем, что факт измены в данном случаи в принципе не доказуем.
3. Измена по любви - не измена.
Если сейчас я чувствую любовь к другой женщине, то главное - не изменять собственным чувствам. С женой разберёмся потом. В конце концов, если жена меня любит, то должна лишь порадоваться, что мне было хорошо. А нет - так сама виновата, так ей и надо.
4. Измена без удовольствия - всего лишь эксперимент.
Моя жена всё равно - лучшая, и я изменял ей специально для того, чтобы понять, как сильно я её люблю. Она должна это ценить и уважать меня за это.
5. Месть как оправдание или «меня довели».
Если жена превратилась в стерву, с утра до вечера изводящую меня своей ревностью, то так ей и надо. А что было в начале - измена мужчины или ревность женщины, не так уж и важно.
6. Ревность как оправдание или «измена со страху».
Я так люблю свою жену, и так боюсь её неверности, что просто не выдержу, если она мне изменит. Так уж лучше я сделаю это первым, чтобы совсем не сойти с ума, если это сделает она.
7. Измена разрушает отношения.
Наверняка кто-то из женщин рано или поздно не выдержит и уйдёт. Но даже, если отношения с женой уже сошли на нет, появление любовницы лишь придаёт им новый смысл - удержать его во что бы то ни стало. «Ведь я столько в него вложила!» Но и любовнице не так легко отступиться. «Ведь всё начиналось так хорошо, и он ведь обещал! Может, он просто запутался? А я слишком давила?» Не стоит забывать, что самый устойчивый стул - стул на трёх ножках.
8. Две женщины - двойное удовольствие.
Хорошо устроился - и жена, и любовница! На самом деле, устроился он очень плохо. Эйфория от новизны быстро проходит, и на её месте появляется гнетущее чувство вины. По отношению к любовнице тоже - ведь он давал ей надежды! Быть любимым двумя женщинами, одну из которых ты должен бросить - не самая приятная ситуация. Иногда «на помощь» приходят проблемы со здоровьем. Например, проблемы с потенцией - «Отстаньте от меня все, не видите, я вообще не в теме…».
9. Проблема разрешается, когда мужчина делает выбор.
Да, но перед женой встают вопросы: «Можно ли ему теперь доверять? Почему он до сих пор не уволил бывшую любовницу? А если обо всём узнает мама?». Если же выбор сделан в пользу любовницы, то и она задумается: «Если он бросил жену, то почему он не бросит меня?».
10. Он не уходит от жены, потому что любит детей.
Никогда чувство любви к своим детям не проявляется у мужчины так ярко, как во время «разборок» с любовницей. Оно становится главной причиной того, что он не может уйти от жены. В наиболее изощрённых случаях, если любовница замужем и у неё самой есть дети, звучит даже фраза «Дорогая, подожди, пока твои дети подрастут! Не разводись, чтобы их не травмировать.» Обычно женщины на это покупаются, ведь дети для них - святое.
11. Мне будет легче, если я всё расскажу.
Главное в отношениях - это полное доверие друг другу, а самое мерзкое - это обман. «Я больше не могу жить во лжи! Продолжать обманывать невыносимо! Если она меня действительно любит, то должна понять, как я страдаю, и простить, когда я честно ей всё расскажу…» Про то, что именно с этого момента страдать начинает жена, мужья обычно почему-то забывают.
12. Мне будет легче, если я узнаю правду.
Продолжение предыдущего мифа о «честности», но уже с женской стороны. Начинается всё невинным «Мы должны друг другу доверять. Если ты вдруг мне изменишь, лучше скажи об этом сразу, чтобы между нами не было лжи». Заканчивается патологичным «Познакомь меня с ней, мне будет легче, если я буду знать, с кем ты мне изменял». Поскольку любовница окажется либо симпатичнее, либо хуже, неприятно будет по-всякому. Легче от этого ещё никому не становилось.
13. Женщина всегда почувствует, если ей изменяют.
Все разговоры про особую «женскую интуицию» - лишь наивные попытки взять мужчину «на понт». Отмазка вроде «Презервативы другу купил» удовлетворит почти любую женщину. Сложнее бывает в случае с СМС типа «Я уже мокрая». Объяснить, почему начальник говорит о себе в женском роде, и в каком месте он себя промочил - задача не из простых. Но опытный мужчина справится и с ней.
14. Мужчины - как дети, не всегда понимают, что делают.
Мужчины, действительно, не всегда отдают себе отчёт в своих действиях. Тем более, что мужские измены зачастую происходят «по пьяни», когда абсолютно не понятно, откуда вдруг в мужской сауне могли появиться девушки? Но мудрая женщина не будет забивать себе голову такими пустяками.
День выдался на редкость теплым.
Эта история произошла в конце месяца; молодой парень стоял в тихом, совершенно спокойном месте, где не было почти никого и ничего, кроме нескольких проходящих мимо людей. Закрыв глаза, он глубоко вздохнул и сфокусировался на шуме ветра, шелестевшего сквозь кроны деревьев, и на тихом журчании не так далеко протекающего ручейка. Он не мог поверить в то, что такое место, как это, могло существовать на самом деле, но он был поистине счастлив, что смог найти его.
Наконец, он сдался и позволил своим мыслям идти одна за другой, пока не останется ничего, кроме причины этих ощущений. Вздохнув, он направился дальше, продолжая свой путь. То, что он искал, находилось и располагалось под тенью большого дерева.
Его взгляд невольно упал вниз.
Нежная элегантность и простота белого камня заставили его остановиться, задуматься и удивиться одновременно. Эта горечь, меланхолия и дикая боль. И его сердце все еще продолжает разрушаться. Он знал об этом. Он знал, что это все слишком хорошо. Ты не можешь выйти, пока не попытаешься, ты не можешь жить, пока не умрёшь.
Глубоко вздохнув, Аоба посмотрел на розы.
Они сделали это. Он выжил.
Город был спасен. Разум и рассудок людей теперь находятся в безопасности. Тоэ пропал, но.
На секунду, Аоба решил начать говорить как обычно, не считая того, что он не мог этого сделать; он понял, что была, наверное, целая тысяча вещей, о которых он бы хотел сказать, от веры до влечения, до желаний, но слова не приходили ему на ум или на язык. Слова просто застряли поперек горла и отказывались быть услышанными.
Одно сердцебиение.
Почему он здесь, в конце концов? С чего нужно начать? С чего, если там ничего не осталось. Они всегда будут с ним, тогда в чем была причина? Он не знал. Может остановиться перед чем-то, говорить как раньше, не важно, если он подберет слов. До сих пор так больно, хотя, все же лучше, чем совсем ничего.
Иногда надежда была единственной, за что нужно было держаться.
Порой, он ждал этого; иногда он этого не делал, но это убивало Аобу, признание, что пришло с еще одним молчанием. Это проклятое молчание.
Сколько раз это случалось?
В конце концов, все существа когда-нибудь умирают, но, он предполагал, что важно лишь то, как скоро это произойдет; он никогда не хотел жить так отчаянно, как ему хотелось этого сейчас, с тем человеком, которого встретил, и в кого влюбился.
Он любил его, всем своим сердцем, каждой клеточкой тела, всеми фибрами своей души и ему хотелось, отчаянно хотелось - каждое слово, вздох или шепот.
Сколько прошло времени?
Он оглянулся на розы. Белые и синие
Сей был белым. Не тот белый цвет, что ничего не значит; которого не видно, который не является цветом. Он был всеми ними. Смесь всех цветов. Что-то может изменить все в лучшую сторону. Невинность и чистота.
Два сердцебиения.
Синие розы. Розы Рена. Насыщенный спокойный синий. Ему нравится синий. Но синие розы существуют лишь в фантазиях, их нет в природе, как. Как. Рена? Он был другим, думал Аоба, глядя на маленькие бархатные лепестки, возможно, не настоящий человек, но его чувства, его забота, все время, что они провели вместе, все эти: «Аоба, ты в порядке?» определенно не были ложью. Аоба мог видеть Рена, чувствовать его. Он существовал ради него.
Он существует для него.
Это было уже слишком… Все казалось настолько неправильным, на данный момент, и Аоба чувствовал, что его сердце пытается сломаться и больше никого там не останется, чтобы собрать все кусочки вместе.
Ты не можешь дышать. Не можешь видеть. Не можешь слышать и не можешь чувствовать.
Но ты можешь жить.
В конце концов, всегда, он спасал его. Он пожертвовал собой, чтобы Аоба был в безопасности, был счастливым, это было несправедливо… Но все же, он не собирался тратить впустую его жизнь, так что он пообещал себе, что он будет делать ту часть времени, что ему подарили. Продолжать жить.
Я хочу посвятить ее тебе, эту песню расставания. В этот миг, я хочу рассказать тебе…
«Спасибо»: поизносит Аоба, мягко улыбаясь. «За все».
Я буду твоим воспоминанием…
Он не осознает, как долго он сидит там, перед пустым надгробием. Он провел этот вечер, смотря на горизонт, ожидая заката. Скоро наступит ночь.
Как только он начал уходить прочь, Аоба позволил упасть единственной слезе, в надежде на мечтания; и для них, а именно, для него, кого больше нет.
Я нахожусь в синем цвете. Вечном синем.
Глава 2. Когда я открываю глаза.
…Когда я открываю глаза, все вокруг меня оказывается белым. Белый потолок, белые стены, белый пол. Но это не похоже на Овальную Башню. Здесь до ужаса холодно. Или, может, постоянное гудение машин создает такое впечатление? Я не могу двигаться и просто смотрю вверх, на потолок.
Где я? Что со мной?
Медленно поворачиваю голову и натыкаюсь взглядом на стену. В памяти почему-то всплывает сцена из прошлого.
…Коджаку медленно сворачивает газету в трубочку и хлопает по стене, возле которой стоит моя кровать.
- Ты чего?
- Я охочусь на мух. У тебя их тут целый рой. Аоба, летом нужно натягивать на окна сетку, чтобы насекомые не лезли в дом…
Лето… Я и забыл, какое оно. Когда мы отправились в Платиновую Тюрьму, была весна… кажется, май.
Я вспоминаю, как мы сидели за столом и Коджаку говорил о том, что когда наступит август, то на праздновании его дня рождения не будет тортов и выпивки - он купит десять или двадцать арбузов и заставит всех нас есть их целый вечер…
На этой белой стене нет мух. Вряд ли здесь вообще есть что-то живое… кроме меня.
Я медленно глотаю накопившуюся во рту слюну и поворачиваю голову в другую сторону. Там такая же белая стена.
…Нойз признается, что никогда не пробовал арбуз. Кажется, тогда он удивил всех, даже Минка. Минк стягивает с его головы шапку и дергает за волосы. Я бы уже давно кричал от боли, если бы грубые пальцы Минка проделали это со мной, а Нойз даже не поморщился. Он лишь недовольно посмотрел на меня (почему на меня?) и взял с тарелки еще один пончик…
Интересно, сколько я уже нахожусь в этой белой комнате? Когда я ел в последний раз?
Я чувствую, как оцепенение потихоньку исчезает. Значит, скоро я смогу двигаться. По крайней мере, головой мне крутить уже легче. Я слегка вытягиваю шею и вижу свою грудь с кучей воткнутых в нее иголок. Почему я не чувствую боли? Да жив ли я вообще?
- Аоба, давай устроим соревнование? Интересно, кто из нас дольше сможет не дышать?..
Детский голос Коджаку пробудил в памяти новые воспоминания. Конечно, в тот раз он победил, ведь он был старше меня.
Зато теперь я знаю, как проверить, жив я или мертв.
Я представляю, как мои ноздри зарастают кожей, словно их никогда и не было. Нет отверстий - нечем дышать. Все очень просто.
Какое-то время слушаю гул машин и смотрю на белый потолок, стиснув зубы. Вдруг перед глазами начинают плясать разноцветные круги, а в груди все сжимается. Я чувствую боль… а через мгновение открываю рот и слышу собственный вздох. Получив долгожданный кислород, кровь продолжает свое стремительное движение по венам, а я ощущаю бешеные удары пульса в голове.
Я жив.
Пытаюсь приподняться, но руки что-то удерживает. Приподняв голову, взглядом нахожу правую руку - она привязана к столу. Смотрю на левую руку - то же самое.
Я лежу на каком-то столе в форме буквы «Т»… словно распятый.
Я похож на Христа.
…Минк сидит возле моей кровати, закрыв глаза и шевеля губами. Он молится? Неужели Минк верит в Бога?
- Минк… Кому ты молишься?
- …Своим богам. У нашего клана их много…
Медленно сжимаю и разжимаю пальцы. Надо освободиться от этих веревок и выбраться из белой комнаты. Мне нужно что-то сделать, но я не могу вспомнить, что именно. Я лишь знаю, что попал в Платиновую Тюрьму и пробрался в Овальную Башню.
Но с кем?
Память услужливо подбрасывает мне все новые воспоминания: бабуля рассказывает о моей странной силе, способной уничтожать разум других людей, а потом мы решаем остановить Тоэ и отправляемся в Платиновую Тюрьму. За нами гонится полиция, и мы разделяемся… Я бегу в одиночестве, думая лишь о том, чтобы не навредить Рэну, который спит в сумке, а потом меня догоняет…
Кто меня догоняет? Я не помню.
Почему я не могу вспомнить его лицо? Какой у него был голос?
Разжимаю кулак, вытягиваю пальцы. Нет, так не получится. Прижимаю большой палец к мизинцу и медленно тяну руку к себе. Еще мгновение, и она выскальзывает из петли.
Тем, кто поместил меня в эту белую комнату, стоит поучиться у Минка вязать узлы.
Надо отдышаться, а затем освободить вторую руку. Кажется, я чертовски устал, и меня это совсем не радует. Сколько же времени я провел без сознания?
…Рэн лижет мое лицо горячим языком и заглядывает в глаза.
- Аоба, ты устал?
- Да, Рэн. День сегодня выдался не самый простой. Легче разгрузить машину с товарами для нашего магазина, чем сажать с бабулей цветы…
Белый цвет уже приелся. Я верчу головой в поисках чего-нибудь яркого, но все мои усилия тщетны. Здесь даже оборудование выкрашено в какой-то непонятный молочный оттенок, вызывающий у меня тошноту - с детства не люблю молоко.
Приподнявшись на локтях, пытаюсь заглянуть в стоящий у изголовья монитор, и, наконец, мне это удается. С непонятным наслаждением какое-то время неотрывно смотрю на ритм своего сердца, голубыми зигзагами скачущий на экране.
Точно, голубой!
С усилием стягиваю с головы все еще вялыми руками шапочку, напоминающую те, что надевают в больнице тяжелобольным пациентам, и чувствую, как освобожденные волосы волной рассыпаются по плечам.
…Пальцы Коджаку осторожно прикасаются к моим волосам, но даже этого достаточно, чтобы почувствовать резкую боль.
- Извини.
Должно быть, он заметил мое на мгновение исказившееся лицо.
- Когда-нибудь эти боли исчезнут, и тогда ты разрешишь мне постричь твои волосы, Аоба…
Оцепенение, наконец, спало, но теперь появилась боль. Я чувствую ее везде, куда воткнуты иглы, она разрывает меня изнутри.
Что со мной сделали? Зачем?
Я напоминаю самому себе сломанную куклу, но ведь я не кукла. Я не кукла?
Надо поскорее вспомнить все, что произошло до того, как я попал в эту белую комнату, и выбираться отсюда.
Я медленно сажусь и смотрю на свои ноги. Они не привязаны, и это значительно упрощает задачу. Надо лишь вернуть им подвижность.
…Подпрыгнув, я пытаюсь дотянуться до него ногой, но Нойз легко уходит от моего удара.
- Ты умеешь только пинаться и закрывать голову руками? - он хватает меня за ногу и дергает в сторону, отчего я теряю равновесие. - Дерись по-настоящему, ты же чемпион этой игры!
- Аоба, успокойся, - Рэн в человеческом облике появляется рядом со мной и прикрывает от атакующих Помощников Нойза в боксерских перчатках. - Тебе нужно сосредоточиться, чтобы не проиграть этот бой…
Мне в очередной раз надо сосредоточиться. Я медленно подтягиваю ноги к себе, сгибая их в коленях и чувствуя, как дрожит все тело от неимоверных усилий. Тяжело дыша, я оглядываю комнату в поисках двери, но никак не могу ее разглядеть. Видимо, она тоже белого цвета и сливается со стеной, а это значит, что мне придется искать ее на ощупь.
Обняв колени руками, я закрываю глаза, пытаясь вспомнить еще хоть что-то, что поможет мне прийти в себя и понять, что произошло. Хочется спать, но я понимаю, что это желание сведет на нет все мои старания, и усилием воли заставляю себя открыть глаза. Мне нужно спешить, на отдых нет времени.
- Куда это ты собрался, мой милый друг?
Я застываю, когда за спиной раздается этот вкрадчивый голос. Осторожные шаги, тихий смех - и вот он уже стоит передо мной.
- Кажется, наш малыш пришел в себя. Это хорошо. Значит, можно приступать ко второй стадии испытаний.
Неожиданно он хватает меня за волосы и рывком укладывает на стол.
- Принеси наручники. На этот раз мы лишим его всякой надежды на бегство.
- Да, хозяин.
Голос ответившего на приказ кажется мне знакомым. Я бью Тоэ по руке и пытаюсь подняться, чтобы разглядеть его невидимого собеседника.
- Эй, а ну-ка успокойся! Клиа, принесешь наручники потом, сначала помоги мне уложить его.
- Да, хозяин.
Он подходит ко мне, кладет руки на плечи и надавливает, заставляя лечь. Я смотрю в его лицо и замечаю две родинки возле подбородка.
Почему он кажется мне знакомым?
- Аоба-сан, тебе некуда бежать. Закрой глаза и постарайся успокоиться.
- Клиа, я не разрешал тебе с ним разговаривать!
Какое-то мгновение он смотрит на Тоэ, а затем смущенно улыбается.
- Я всего лишь хотел защитить его от самого себя. Простите, хозяин.
Он помогает Тоэ вновь привязать меня к столу, затем гладит меня по щеке. Его прикосновения вызывают во мне бурю эмоций… и воспоминаний. Широко распахнув глаза, я смотрю на Клиа и пытаюсь назвать его имя, но лишь беспомощно ловлю воздух ртом, задыхаясь от нахлынувших чувств. Я вижу, что его лицо и рука снова в порядке, как будто и не было тех ужасных повреждений после драки с роботами Альфа, но это вызывает во мне странное беспокойство.
- Иди за наручниками и скажи лаборантам, что я жду их здесь.
- Да, хозяин.
Хозяин? Почему Клиа называет Тоэ хозяином? Он ведь обещал, что никогда этого не сделает.
- Клиа?!
Услышав мой голос, он замирает, затем медленно поворачивается и смотрит на меня.
- Ты же обещал защищать меня, Клиа! Почему ты помогаешь ему? Почему ты привязал меня к этому столу? Клиа, что он с тобой сделал?
Слезы застилают глаза, и я мотаю головой, пытаясь стряхнуть их. Я смотрю на Клиа в надежде увидеть его нежную улыбку, но застывшее лицо робота не выражает никаких эмоций. Он кланяется Тоэ и направляется к выходу позади меня.
- Клиа, не уходи! Не оставляй меня здесь, Клиа! КЛИА!
Последнее, что я вижу, - шприц с какой-то жидкостью в руках Тоэ. Я чувствую укол в руку, а через мгновение знакомая тьма окутывает меня со всех сторон…
--
…Когда я открываю глаза, все вокруг меня белое. Белый потолок, белые стены, белый пол. Но это не похоже на Овальную Башню. Здесь до ужаса холодно. Или, может, постоянное гудение машин создает такое впечатление? Я не могу двигаться и просто смотрю вверх, на потолок.
Почему мне кажется, что я уже видел все это? И этот гул странных машин - все кажется мне знакомым.
- Очнулся?
Человек в белом смотрит на меня и улыбается. Я знаю, что мы с ним точно когда-то встречались, но не могу вспомнить, где и когда именно.
- Пожалуй, не будем тебя мучить и сразу перейдем к новой фазе исследований.
Он подносит к моему лицу шприц, и я чувствую слабый укол в щеку. Боли нет…
Вдыхая едкий запах каких-то препаратов, я устало закрываю глаза и погружаюсь во тьму…
--
…Когда я открываю глаза, все вокруг меня белое. Белый потолок, белые стены, белый пол. Но это не похоже на Овальную Башню. Здесь до ужаса холодно. Или, может, постоянное гудение машин создает такое впечатление? Я не могу двигаться и просто смотрю вверх, на потолок.
Бесцветная жидкость медленно капает вниз, капля за каплей. Различные трубки пронзают мое тело, как будто меня кусают маленькие змейки.
Как часто мое тело пронзали и кололи до этого момента? Я не помню. Они снова и снова проводили на мне мучительные тесты. Я больше ничего не могу чувствовать. Я все забыл.
Теперь все заключено лишь в этой белой комнате, полностью изолированной от остального мира.
Меня больше не волнует, буду ли я жить или умру.
Я открываю рот и слышу свой собственный слабый вздох.
Осторожные шаги - кто-то идет сюда. Вероятно, очередной исследователь в белом.
Но вместо этого в поле моего зрения оказывается что-то яркое и цветное. В моем стертом мире он подобен яркому свету. Свет, что так ярко светит, пленяет меня. В тот момент, когда я увидел две темные родинки возле подбородка, печаль и радость всколыхнули мою грудь.
- Аоба-сан.
Он улыбается - той прежней, почти забытой мною улыбкой, которую я уже и не мечтал увидеть.
- Теперь мы всегда будем вместе. Тоэ дал мне разрешение. Навсегда, навсегда! Ты мой!
Он гладит меня по щеке, и я чувствую холод его длинных тонких пальцев.
- Я никогда не стану человеком. И поэтому я хочу, чтобы ты стал таким, как я. Я хочу, чтобы ты остался красивым… Нет. Я хочу сделать тебя еще красивее. Похожим на куклу. Мне просто нужно убрать все ненужные кусочки. Куклам не нужна свободная воля, Аоба-сан.
Я слышу радость в его голосе, и это успокаивает меня. Пусть делает, что хочет, разве я могу ему запретить? Самое главное, что мы наконец-то вместе и я помню его, пусть даже забыл все остальное. Прежней жизни нет, как нет и прежнего меня. Есть только Клиа и его желание, которое он хочет воплотить в жизнь. Ему нужна кукла, послушная его воле, его чувствам.
И я стану этой куклой…
Глава 1. Я живой.
Я слышу, как Тоэ приказывает одному из роботов схватить меня. Зачем я ему нужен? Разве не Клиа - его конечная цель?
Альфа-2 идет ко мне, и я слышу слова Тоэ: «Будь с ним аккуратнее. Аоба нужен мне для изучения его интересной особенности. Возьми его и уведи в другую комнату, я с ним потом разберусь».
Если Тоэ думает, что я подчинюсь, он глубоко ошибается. Не сводя глаз с приближающегося робота, я принимаю оборонительную стойку и начинаю глубоко дышать, стараясь успокоиться и сосредоточиться на предстоящем бое.
Неожиданно Альфа-2 снимает маску, и я вижу его лицо - точную копию лица робота Альфа… точную копию лица Клиа…
За исключением одного: у него нет родинок. Надо отвлечься от мысли, что он похож на Клиа, и думать лишь об одном: он мой враг, я не должен щадить его.
В стремительном прыжке Альфа-2 преодолевает разделяющее нас расстояние и обрушивает на меня серию ударов. Защищаясь, я прикрываю руками голову и стараюсь поймать момент, чтобы из обороны перейти в наступление.
- Аоба-сан!
Я слышу голос Клиа и чувствую его испуг. Он боится, но не за себя. Краем глаза я вижу, как Клиа тянет ко мне руки, и в этот момент Альфа пинает его в спину. Потеряв равновесие, Клиа падает, захлебываясь кровью.
Я застываю на месте, и Альфа-2 тут же пользуется моим замешательством: сильным ударом он сбивает меня с ног.
Клиа кашляет, и пол вокруг него орошается каплями крови… Нет, это не кровь. По запаху больше напоминает машинное масло, но эта черная вязкая жидкость, вытекающая изо рта Клиа, пугает меня больше, чем моя собственная кровь, капающая из носа.
Я вижу, как лопается кожа на лице Клиа, - он продолжает разрушаться. Лежа на полу, я не свожу с него глаз и глотаю соленые слезы, не обращая внимания на Альфа-2, который пытается поднять меня.
Мы оба обездвижены и беспомощны, но все же пытаемся хотя бы взглядами приободрить друг друга. Неожиданно Клиа улыбается, подмигивает мне и заливается безудержным звонким смехом.
Приподнявшись, я оглядываюсь и с каким-то непонятным удовлетворением отмечаю застывшее на лице Тоэ недоумение. Альфа и Альфа-2 не сводят с хозяина внимательных взглядов, ожидая дальнейших приказов.
- Вы сказали, что я дефектная модель? Что же, пусть будет так, - в голосе Клиа слышна радость, но вдруг я понимаю, что за этим нарочитым весельем он пытается скрыть чудовищную боль, которую испытывает каждую секунду.
- Для вас я изначально был дефектной моделью, и вы выбросили меня, как хлам, как ненужную вещь. Вы знали, что я никогда не признаю вас своим хозяином, но вдруг сейчас, несколько лет спустя, вас заинтересовал этот дефект. Почему же вы не стали изучать меня сразу, как только обнаружили неисправность? Вы отправили меня на свалку, ведь для вас я был мусором. Я даже не пешка на вашей шахматной доске, я всего лишь сломанная кукла.
- Клиа, - я смотрю на своего друга, и воспоминания о его милых странных выходках вдруг вихрем проносятся в моей голове.
- Вы были не правы тогда, - радость в голосе Клиа исчезла. - Вы не правы и сейчас. Я не кукла. К сожалению, я и не человек. Но я докажу вам, что не только у людей есть собственная воля, чувства и способность думать о себе и о других. Как другие люди, как мои друзья, как Аоба-сан - я живой. Я не кукла, которой можно управлять.
- Хозяин? - Альфа заносит руку для удара и смотрит на Тоэ, ожидая приказа.
- Вы сказали, что я дефектная модель, что я никогда не назову вас хозяином. В этом вы не ошиблись. В отличие от других роботов, я отказываюсь выполнять ваши приказы и буду делать то, что хочу!
Клиа медленно поднимается с пола, засовывает руку в карман и вытаскивает из него нож. Я уже давно перестал удивляться тем вещам, что он извлекал из карманов своего плаща, но этот нож в руке Клиа смотрелся так грозно, что я похолодел.
Мои опасения оправдались: Клиа приставил нож к своей голове.
- Что ты делаешь? - голос Тоэ звучит где-то вдалеке.
- Вы сказали, что внутри роботов установлены ключи блокировки, чтобы мы не могли пойти против вас или друг друга. Поскольку я не считаю вас своим хозяином, то могу одолеть вас, но программа автополомки меня ограничивает. Я знаю, что ключ должен находиться в определенной области моего тела, а значит, мне нужно лишь отключить его.
- Ты идиот! - Альфа по-прежнему стоит рядом с Клиа, готовый вцепиться в него в любую секунду. - Даже если ты уничтожишь ключ, что это тебе даст?
Проигнорировав его вопрос, Клиа поворачивается ко мне. Я вижу его глаза - в них столько любви и нежности, что становится трудно дышать.
- Аоба-сан…
Грустный голос Клиа вызывает во мне бурю эмоций. Стиснув зубы, я медленно поднимаюсь и, пошатываясь, делаю шаг по направлению к нему. Альфа-2 тут же хватает меня за руку, всем видом давая понять, что не позволит мне идти дальше.
- Аоба-сан, я выполню свое обещание. Я смогу защитить тебя даже ценой собственной жизни, только продолжай верить мне.
- Клиа, нет! - я бросаюсь к нему, но Альфа-2 рывком возвращает меня на прежнее место.
- Позволь мне защищать тебя, Аоба-сан. Это мое первое собственное желание, и я хочу воплотить его в жизнь. Я - искусственно созданная жизнь, мое предназначение - выполнять приказы других. Однако благодаря тебе я понял, что не хочу быть бездушным оружием в чужих руках. Как я уже говорил, ты мой единственный хозяин, но, в отличие от Тоэ, ты разрешаешь мне делать все, что только в голову взбредет. И сейчас все что я хочу, - это защищать тебя. Я хочу оставаться на твоей стороне, Аоба-сан. Позволь мне…
Он смотрит на меня и улыбается - той самой смущенной улыбкой, что была на его лице после нашего первого поцелуя. И воспоминание об этом вдруг вызывает во мне беспокойство. Я знаю, что не должен позволять ему защищать меня, что его решение - ошибка. Оттолкнув Альфа-2, я устремляюсь к Клиа, но тут силы покидают меня, и я падаю на колени.
- Клиа, нет! КЛИА!
Последовавшая вслед за криком боль охватывает голову, и я вспоминаю слова бабушки: «Головные боли - признак того, что твоя сила пытается вырваться из-под контроля. «Scrap" - это сила, призванная разрушать и убивать, но лишь ее владелец может решить, как ей пользоваться».
…Вокруг меня темнота. Я чувствую вкус крови во рту - ощущение не из приятных.
Почему так темно? Где я?
Я в недоумении верчу головой и после некоторых колебаний делаю неуверенный шаг вперед. Вытянув перед собой руки, я медленно и осторожно иду неизвестно куда и непонятно зачем, влекомый чьей-то неведомой волей.
- Аоба-сан…
Голос кажется мне знакомым, но сколько бы я ни пытался, мне никак не удается вспомнить его обладателя.
Неожиданно я слышу нежную мелодию - она влечет меня за собой, и постепенно тьма рассеивается. Мягкий свет льется откуда-то сверху и окутывает меня, музыка становится громче, а через мгновение какая-то сила подбрасывает меня навстречу источнику этого света. Я парю в облаках, похожих на медузы, и они поют мне песню. Слова кажутся мне знакомыми, но в то же время я не могу уловить их сути. Они просто звучат, превращаясь в красивую нежную мелодию, которая убаюкивает меня, неся с собой успокоение.
Куда я попал?
- Аоба-сан…
Внезапно музыка меняется. Голова начинает трещать от боли, перед глазами все плывет, и я кричу, умоляя прекратить эти мучения.
Свет гаснет, и вместе с ним обрывается эта странная мелодия. Я вновь в темноте, и мое тяжелое, прерывистое дыхание - единственный звук, разрывающий эту давящую со всех сторон тишину.
Через мгновение я чувствую сильный запах гари - он обжигает легкие и вызывает приступы удушающего кашля. Вокруг меня летают искры, и запах гари усиливается. Я чувствую, как страх охватывает меня, вызывая панику и злость - от собственного бессилия. Я не могу контролировать ситуацию, и это пугает меня больше всего.
Вновь раздается нежная мелодия, но она больше не успокаивает. Вокруг меня бешеным роем кружатся искры, двигаясь в такт музыке и не позволяя мне двигаться.
Я должен это остановить. Надо прекратить это немедленно!
СЛЫШИТЕ? Я ХОЧУ ЭТО ПРЕКРАТИТЬ!
…Боль отступает, и я вновь возвращаюсь в реальность. Цветные круги перед глазами вскоре прекращают свою бешеную пляску, и я вижу Клиа, вонзающего нож себе в голову. Не обращая внимания на лязг металла и рой искр вокруг него, Клиа кричит, что нашел нужное место и теперь начнется настоящая битва.
Он отбрасывает нож в сторону и бросается на Альфа - тот явно не понимает, что произошло. По всей видимости, робот никак не может понять, каким образом Клиа удалось избавиться от ключа, что блокировал его движения.
- Останови его!
Альфа не может ослушаться приказа Тоэ и вступает в схватку с Клиа.
Кожа уже целыми слоями слезает с Клиа, обнажая металлический скелет; его движения замедляются. Тяжелое дыхание моего защитника вызывает во мне панику, но я не могу помочь ему - Альфа-2 по-прежнему удерживает меня на месте.
- Клиа!
Я вижу, как Альфа поднимает нож, брошенный Клиа, и все внутри меня сжимается.
- Неужели ты думал, что тебе удастся нас победить? - он медленно идет к Клиа, сжимая в руке оружие. - У нас только один хозяин, и его волю мы должны выполнять беспрекословно. Ты хотел свободы, и тебе удалось ее получить, но лишь на мгновение. Я отниму у тебя эту драгоценную свободу с помощью твоего же оружия!
- Клиа, беги! Клиа, пожалуйста!
Он не двигается, стоя на месте и не сводя глаз с ухмыляющегося робота.
- Хватит, мне это надоело. Альфа-2, выполняй приказ.
Я оборачиваюсь и гляжу вслед уходящему Тоэ. В этот момент Альфа-2 рывком поднимает меня с колен и тянет за собой, прочь из этой комнаты.
- Попрощайся со своим фальшивым хозяином! - Альфа замахивается, готовясь нанести решающий удар, и вид ножа в его руке вызывает у меня приступ тошноты.
Я не свожу глаз с Клиа, на лице которого вдруг появляется улыбка.
- Я же обещал, что буду защищать тебя, Аоба-сан.
Он вздыхает, а через мгновение начинает звучать странная песня. Я вижу, как застывает на месте Тоэ, как Альфа роняет нож и отступает куда-то в сторону. Удерживающий меня Альфа-2 вдруг хватается за голову, падает и начинает кататься по полу, крича, словно от сильной боли. Я наконец-то свободен, но эта песня подчиняет меня, вызывая парализующий страх, который не позволяет сдвинуться с места.
Вдруг песня прерывается, и Клиа падает. Я бросаюсь к нему, не обращая внимания на льющиеся из глаз слезы.
- Клиа!
Разозлившись не на шутку, Альфа пинает Клиа, его удары приходятся и на меня, но я не обращаю на них внимания. Обнимая Клиа, я стараюсь прикрыть его своим телом, чтобы уберечь от безжалостного противника. С ужасом я смотрю на кожу, с тихим треском отделяющуюся от тела, и пытаюсь приладить ее на место, давя руками, но все мои усилия тщетны. Несмотря на мои попытки, Клиа продолжает разрушаться.
- Альфа-2, выполняй приказ! Уведи его!
Сильные руки хватают меня и отрывают от Клиа.
- Не прикасайся ко мне! Отпусти меня немедленно!
- Клиа тоже унесите, - Тоэ продолжает раздавать четкие указания, стоя к нам спиной.
- Да, хозяин.
Альфа поднимает Клиа и уносит его. Я гляжу вслед своему поверженному другу и зову его по имени, надеясь еще хотя бы раз увидеть улыбку на его лице.
В этот момент Альфа-2 выволакивает меня в другую комнату. Перед глазами все плывет, и я оказываюсь в кромешной тьме…
С СЮРИКЕНОМ НАГОЛО. окончание
Утренний бардак.
Об этом «удивительном происшествии» Иванов и Сидоров узнали по шуму, поднятому генералом после завтрака. Пока они дрыхли на чердаке, замаскировавшись (на всякий неправильный случай) под кучи мусора, внизу происходили драматические события.
Как обычно, ночью Иванов и Сидоров пересматривали содержимое генеральского сейфа и еще с десяток укромных местечек. Поэтому утром, с чувством собственного достоинства, дрыхли как суслики.
Утро у генерала начиналось вполне традиционно и нудно - с утренней зарядки, на которую сгонялись все домашние. Но, хотя спортивная площадка (почему-то сделанная в виде «полосы препятствий») с годами не менялась, поведение домашних сильно напоминало поведение коров перед входом в мясокомбинат.
Это «растряхивание жиров» приводило к тому, что завтрак не съедался, а сжирался. Поэтому генерал очень удивился двум нетронутым тарелкам. Шумное расследование быстро выявило «недостачу» двух ртов.
- Бардак, - кричал генерал командирским басом, швыряя тарелку в адъютанта. - Совсем распустились! Что, забыли полуночную строевую подготовку? Совсем перед Уставом страх потеряли! всем 365 нарядов вне очереди!
Отшумевшись (тарелки закончились), генерал распорядился:
- А этих двух придурков отыскать и наказать. Да! И киньте мышке кусочек сыра. Килограмма на два.
Покончив таким образом с незапланированными делами, генерал плавно перешел к делам запланированным. До обеда у генерала с супругой была назначена инспекция одной дивизии, точнее - дефиле перед строем с целью поднятия боевого духа. А поддержание боевого воинского духа входило в супружеские обязанности генеральши, хотя она предпочла бы вояж по магазинам. Но, с другой стороны, это была хорошая возможность показать себя во всем блеске, и отведать деликатесов на халяву.
Нашему капитану уже приходила мысль завербовать генеральшу как агента влияния, но он не мог решить, от имени какой разведки делать предложение. Наиболее оригинальным было бы предложение от разведцентра Папуа Новой Гвинеи, но где взять папуаса, неплохо говорящего по-русски?
Танец крокодила
Пока генерал был занят инспекцией, все в доме получили возможность расслабиться. Иванов и Сидоров начали давить массу, часть охраны попила пивка с коллекционной воблой из рыбы-пилы и устроила дискотеку. А остальные развесили гамаки и стали загорать, поскольку генерал перед поездкой был так поглощен мыслями об инспекции, что забыл поделиться ценными указаниями.
Когда официальное инспекционное мероприятие было закончено, и наступило время послеинспеционного торжественного обеда, мы незаметно внедрили в ключ бардак евые блюда «жучков», выполненных в виде муляжей мух. Некоторые гости, правда, умудрились их проглотить, а не аккуратно отложить на салфеточку, но работу «жучков» это не ухудшило. Главное - чтобы генералы не подумали, что это новая «кремлевская таблетка».
Кроме того, для объективной оценки обстановки мы быстро вмонтировали видеокамеры в чучела лосей, прикрученных к стене.
Обед, надо сказать, удался, поэтому генерал с супругой вернулся в «родную хату» ближе к вечеру, когда у охраны уже кончились воблы и пиво. Вернулся он в хорошем, благодушном настроении, поскольку не обратил внимание на несколько пустых разбросанных бутылок из-под пива.
Пока супруга залегла понежиться в ванне, генерал решил ознакомиться с документами в собственном сейфе. Пока генерал разбирал бумаги и делал на них пометки, Иванов, как обычно, располагался за гардиной с биноклем, проковыряв в гардине степлером аккуратные дырочки. Зачем ему бинокль? У Иванова зрение хорошее (тренировался по методу орла), а вот у шпионского фотоаппарата для документирования - нет.
Когда стемнело, над бортиком бассейна показалась морда крокодила. Рептилия хотела кушать.
А так как пища сама не приходила, то бедное голодное животное было вынуждено само выйти на добывание этой пищи. Крокодила мы взяли из питомника, поскольку крокодил - это не жаба, и в окрестных болотах не валяется. А питомник - это не филиал Института благородных девиц, а суровая школа жизни.
Ночная охота началась с того, что крокодил погнался за собаками. Зря они мясо съели. Поскольку собаки привыкли к тому, что им приходится гонять двуногих, которые предпочитают убегать, а не нападать, то появление зубастого и агрессивно настроенного зверя несколько шокировало собак. От ужаса собаки даже залезли на дерево, но крокодил в порыве азарта залез туда же (пригодилась спецподготовка питомника), и отужинал «не отходя от кассы». От двух собак остались только рожки да ножки. Символические.
Свалившись с дерева (спрыгивать эти удивительные животные не умеют), крокодил удовлетворенной походкой вернулся к бассейну. Но в воду не полез. Чтобы не бегать каждый вечер за пищей, крокодил решил сделать небольшой мясной запас. Поэтому он начал «крокодильский пищевой танец». Загипнотизированные этим необычным танцем, собаки подошли поближе, полюбопытствовать. И попали в зону влияния хозяина бассейна.
Танец генерала
День 5. Утром «постояльцы» были разбужены воплями генерала, который бегал по территории дачи и настырно интересовался, что за бардак. Ответы «Никак нет, товарищ генерал, у нас все пучком» только прибавляли азарта и вдохновения генералу в его сольной программе.
Иванов и Сидоров умиленно смотрели на это незабываемое зрелище.
- А это что за бутылки? - издевательски интересовался генерал. - Вы тут что, пиво с чипсами едите?
- Никак нет, товарищ генерал! - нестройным хором отозвались бойцы.
- Неубедительно, - хмыкнул генерал. - Да еще и морды у вас хитрые… как будто собаку съели…
Он еще раз окинул взглядом личный состав.
- Так, а куда делись собаки? Был ведь целый взвод собак!
Адъютант скромно потупился, на всякий случай нащупав пистолет.
- Может, их мышь съела, или они в самоволку ушли? - предположил адъютант, беспомощно оглядываясь на трех оставшихся собак.
Генерал от хохота свалился на землю и станцевал брейк-данс. Такое шоу генерал устраивал нечасто, поэтому окружающие почувствовали приближение бури.
Отсмеявшись, генерал поинтересовался:
- А вы, случаем, не пустили собак на шашлык? К пиву…
- Товарищ генерал, мы собак не едим, - начал уверять его адъютант.
- Прикажу - съешь! - холодно отозвался генерал. - А без моего разрешения жрать собак запрещаю. Ни-ни!
На этом утренняя разборка была закончена. Бойцы получили задание привести все в порядок, чтобы комар не смог подточить носа. И покрасить траву там, где краска облупилась.
Новых собак привезли после обеда, когда наведение порядка было закончено. Пока собаки озирались в непривычной для них обстановке, инструктор рассказал, что собаки тренированы догонять «жертву» и ложиться на нее сверху, ожидая прихода «компетентного человека». Одна из собак тут же (сдуру) продемонстрировала это на генерале. Вот уж на что генерал был с комплекцией откормленного хряка, а фик выбрался из-под собаки. Понадобилось вмешательство инструктора.
Убедившись в том, что собаки не зря ели свой хлеб, генерал прокашлялся и обратился к собакам:
- Товарищи…
Тут генерал запнулся, так как не мог вспомнить, какое у собак, по Уставу, воинское звание. Адъютант тоже молчал, потому что размышлял о том, на какое довольствие ставить собак: солдатское или сержантское.
- Товарищи собаки! Приветствую вас в нашем маленьком, но уютном гарнизоне. С распорядком дня можно ознакомиться вон на том плакате. Строевая подготовка утром, с десяти до одиннадцати. Надеюсь, вы ответственно отнесетесь к службе…
Собаки внимательно слушали генерала, открыв рот, как будто генерал расписывал им прелести сахарных косточек.
Иванов и Сидоров срочно проконсультировались с капитаном по методам борьбы с такими собаками. На всякий случай. Ответ капитана был краток:
- Укусите ее за нос или подпалите зажигалкой ее хозяйство. Впрочем, сами разберетесь по обстановке.
Прогноз Сидорова был более оптимистичен:
- С такими замашками их быстро сожрет крокодил. Ему даже бегать не придется.
Собачий патруль
Как выяснилось, сегодня вечером генералу привезут новые секретные документы. Иванов и Сидоров привели себя в режим повышенной боевой готовности. Стаканом спирта на двоих, не считая крокодила, который приступил к полднику. После чего проверили и настроили все датчики и прочую аппаратуру. Для дополнительной страховки решили развернуть вечером систему сигнальных веревочек и грузиков.
Вновь прибывших собак построили в колонну по два, для экскурсии по территории генеральской дачи. А адъютант тем временем выписывал на собак летнюю форму одежды, согласно занимаемой ими штатной должности охранника. Ну, а поскольку эту форму собаки носить не собираются, то ее можно загнать за два-три ящика водки, в зависимости от курса воблы по отношению к пиву.
Говорят, что генерал предоставляет отличившимся на службе собакам недельный отдых в пятизвездочном собачьем пансионе, с опцией «все включено в разумных пределах».
Передача документов оказалась забавной. Мало того, что на курьере повалялись бдительные собаки, так еще и цепочка отказалась отстегиваться от руки. И эти идиоты пилили ее минут 20. Неужели так трудно было рубануть цепочку шашкой? Или ручку у дипломата открутить…
Пока длилась эта возмутительная кутерьма, крокодил отужинал новенькой собачкой. Похоже, ему здесь начинает нравиться.
Удовлетворенный генерал, заполучив кейс, собственноручно донес его в свой кабинет. А перед тем, как положить документы в сейф, бегло с ними ознакомился. Иванов, ползавший по потолку генеральского кабинета, тоже полюбопытствовал.
Ужин прошел вполне спокойно. Обитатели дома угостились утками, которых генерал подстрелил из гранатомета на прошлой неделе. Почему из гранатомета? Просто зенитный пулемет, которую генерал взял с собой на охоту, немного заклинило в самый неподходящий момент. За «подрыв боеготовности» генерал не только объявил им выговор, но и устроил тренинг, после которого бойцы научились разбирать и собирать зенитку за 45 секунд.
Когда все улеглись спать, Иванов и Сидоров прогулялись по дому, расставляя ловушки-сюрпризы. Грамотно подвешенный на нитке кирпич или стул может здорово озадачить злоумышленника. Не говоря уж о подпиленных досках пола…
А на улице нес свою бдительную службу собачий патруль.
День 6. Дополнительная сигнализация, прикрученная Сидоровым к сейфу, сработала в два часа ночи, когда все приличные люди дрыхнут как суслики.
Судный день
По всем признакам выходило, что злоумышленник забрался в сейф. Мы вооружились инфракрасными биноклями, а Иванов и Сидоров тайными тропами бесшумно выдвинулись в кабинет генерала.
Около приоткрытого сейфа стоял адъютант генерала и нагло читал свежие секретные документы при свете портативного фонарика.
В свое время мы изучили азбуку глухонемых ниндзей. Чуть пальцы (рук и ног) не сломали, пока разучивали. Но инструктор был строгий и глухонемой, а непонятные слова объяснял двухметровым шестом, поскольку ему было лень подходить к каждому. Поэтому учил азбуке качественно.
Иванов и Сидоров, пока адъютант упивался чтением, быстро и беззвучно посовещались на пальцах и решили брать его в оборот несколько позже. Чтобы он от испуга ненароком не съел ценный документ. А пока они тихо, на кошачьих цыпочках удалились в свою «резиденцию».
Приняв по стакану спирта для стимуляции полигонального мышления, Иванов и Сидоров позвонили капитану. Капитан задумался на 185 с половиной секунд, а потом посоветовал разобраться с виновным тихо, не привлекая внимания. И чтобы все выглядело естественно.
- А то люди не поймут, если он «подавился стрихнином, сидя на люстре; а пока падал - сломал шею и ноги в двух местах».
Пораскинув мозгами туда-сюда, «резиденты» решили действовать по классическому ниндзявскому варианту «не рой другому яму, а проводи его к дракону».
На осуществление плана «Белые начинают, а ниндзи выигрывают» ушла половина ночи. Для начала Иванов и Сидоров прибили генеральские тапки к ковру, а внутрь насовали кнопок. А потом понатыкали в коридорах систему хитросвязанных веревочек и падающих кирпичей. Для пикантности устроили ловушки типа «летающий веник». Резинку для этого аттракциона пришлось надергать из трусов (не своих).
Из запасов генерала были изъяты два ящика превосходного французского шампанского. Иванов и Сидоров дружными усилиями выжрали шампанское (а то, что не влезло - понадкусывали). Заедали продуктами из холодильника. Все, что не смогли съесть - скормили собакам, и стали их лучшими друзьями. А пустые бутылки из-под шампанского предусмотрительно перенесли в комнату адъютанта.
Наши герои успели неторопливо перелезть через забор, когда в доме раздался грохот и разъяренный вопль генерала. Судный день адъютанта начался…
Давным давно, когда еще не было меня ни снов моих ни разума моего, в темноте жил древний тысячерукий титан - Колосс. По легнедам он был тем Атлантом что держал небо и как он попал в темноту осталось загадкой. Долго он бродил во мраке помогая скорбным, защищая слабых. Но тьма печалила разум Атланта, что все свое существование видел свет неба. Говорят что в это же время зажглись шесть Солнц Ярости. И были ли эти Солнца живими или же это были просто негасимые камни, никто не знал. Они просто зажглись в один момент. Все шесть вспыхнули и запылали каждый своим огнем. Красного, черного, белого. синего, серого и бесцветного цветов было их пламя. Атлант увидел их свет и сердце его наполнилось радостью и надеждой былого света, и он отправился в долгий путь к мечте. Он шел через Моря Крови по Мостам Бездны. шел по Пустоте и Небытию. Шел там где нет дорог. Брел по Низинам Отчаяния и по Островам Боли. Встречал он и созданий неведомых. У одного из них были тысячи лиц. И никто не знал каким лицом он повернется к тебе. Радостным или злым, грустным или веселым, живым или мертвым. А может и совсем безликим. И все-таки Атлант смог пройти весь путь. И вот стоя у Солнц он протягивал им свои каменные руки в надежде обогреть их забытым светом. Солнца обожгли его Пламенем Ярости. Потерявший надежду Атлант бил Солнца, но лишь сжег руки. Обезумевший от боли, потерявший надежду, и впавший в отчаяние он побрел обратно. Тьма окутала его разум. Говорят что и по сей день он лишенный Сил бродит по Темноте и повторяет одну лишь фразу «Снова, снова и снова, каждую ночь Тьма пробирается сквозь мои стены». А иногда он кричит от боли и Крик его содрогает мироздание. Я встретил его у Гор Гордости. Он приходит иногда туда и пытается сокрушить их. Его Сил не хватает и Атлант жалобно крича от боли уходит. А в Горах остаются глубокие выбоины оставленные его могучими руками. Так появились Пещеры Безумия.
злыми давно мы стали и равнодушными… замкнуты, в рамки зажаты скупыми душами… слабость свою прячем под масками… как в зазеркалье живём, смотрим с опаскою… не верим другим, в себя не веря, злыми мы стали с повадками хищного зверя… ищем ошибки и ловим на слове… губы в кровь, руки в крови поневоле… и это всё в споре??? мир перевёрнутый, нереальный … а помнишь, мечтали мы- это не тайна, что в небо взлетим прямо к звёздам… и мир изменить мечтали всерьёз мы… а стали такими какими мы стали… скажи мне, зачем мы с тобою мечтали???
Александр III
У России нет друзей, нашей огромности боятся… У России только два надежных союзника - её армия и её флот.
Николай Бердяев
Русский народ создал могущественнейшее в мире государство, величайшую империю. С Ивана Калиты последовательно и упорно собиралась Россия и достигла размеров, потрясающих воображение всех народов мира.
Николай Гоголь
Поблагодарите Бога прежде всего за то, что вы русский. Для русского теперь открывается этот путь, и этот путь есть сама Россия. Если только возлюбит русский Россию, возлюбит и все, что ни есть в России. К этой любви нас ведет теперь сам Бог
Вы еще не любите Россию: вы умеете только печалиться да раздражаться слухами обо всем дурном, что в ней ни делается, в вас все это производит только одну черствую досаду да уныние. Нет, это еще не любовь, далеко вам до любви, это разве только одно слишком еще отдаленное ее предвестие.
Нет, если вы действительно полюбите Россию, у вас пропадет тогда сама собой та близорукая мысль, которая зародилась теперь у многих честных и даже весьма умных людей, то есть, будто в теперешнее время они уже ничего не могут сделать для России и будто они ей уже не нужны совсем; напротив, тогда только во всей силе вы почувствуете, что любовь всемогуща и что с ней возможно все сделать.
Эх, тройка! птица тройка, кто тебя выдумал? Знать, у бойкого народа ты могла только родиться, в той земле, что не любит шутить, а ровнем-гладнем разметнулась на полсвета, да и ступай считать версты, пока не зарябит тебе в очи.
Если русских останется один хутор, то и тогда Россия возродится.
Да разве найдутся на свете такие огни, такие муки и такая сила, которая бы пересилила русскую силу!
Антон Деникин
Русский не тот, кто носит русскую фамилию, а тот, кто любит Россию и считает ее своим отечеством.
Фёдор Достоевский
Чтоб судить о нравственной силе народа и о том, к чему он способен в будущем, надо брать в соображение не ту степень безобразия, до которого он временно и даже хотя бы и в большинстве своем может унизиться, а надо брать в соображение лишь ту высоту духа, на которую он может подняться, когда придет тому срок. Ибо безобразие есть несчастье временное, всегда почти зависящее от обстоятельств, предшествовавших и преходящих, от рабства, от векового гнета, от загрубелости, а дар великодушия есть дар вечный, стихийный дар, родившийся вместе с народом и тем более чтимый, если и в продолжение веков рабства, тяготы и нищеты он все-таки уцелеет неповреждённый, в сердце этого народа.
Назначение русского человека есть бесспорно всеевропейское и всемирное. Стать настоящим русским, стать вполне русским, быть может, и значит только - стать братом всех людей, всечеловеком, если хотите.
Екатерина II
Русский народ есть особенный народ в свете, который отличается догадкою, умом, силою.
Одна лишь сила упрочивает независимость. Только в случае готовности к борьбе можно внушить уважение к себе и найти союзников вместо покровителей.
Михаил Ломоносов
Величие, могущество и богатство всего государства состоит в сохранении и размножении русского народа.
Христофор Миних
Русское государство обладает тем преимуществом перед другими, что оно управляется непосредственно самим Богом, иначе невозможно понять, как оно существует.
Константин Паустовский
Многие русские слова сами по себе излучают поэзию, подобно тому, как драгоценные камни излучают таинственный блеск
Владимир Путин
Это не Россия находится между Востоком и Западом. Это Восток и Запад находятся слева и справа от России.
Александр Пушкин
Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно, не уважать оной есть постыдное малодушие
Константин Симонов
Русские - упрямый народ, и, если им однажды пришла в голову хорошая идея, они рано или поздно осуществят ее с поистине русским размахом!
Пётр Столыпин
Вам, господа, нужны великие потрясения; нам - нужна великая Россия.
Александр Суворов
Кто любит свое Отечество, тот подает лучший пример любви к человечеству.
Природа произвела Россию только одну. Она соперниц не имеет. Мы русские, мы все одолеем.
Крепость сильна, гарнизон - целая армия. Но ничто не устоит против русского оружия - мы сильны и уверенны в себе.
Покажи на деле, что ты русский!
Россиянин отличается верой, верностью и рассудком. Тщетно двинется на Россию вся Европа: она найдет там Фермопилы, Леонида и свой гроб.
Мы - русские! Какой восторг!
Мы русские и поэтому мы победим.
Там, где пройдет олень, там пройдет и русский солдат. Там, где не пройдет олень, все равно пройдет русский солдат.
Иван Тургенев
Россия без каждого из нас обойтись может, но никто из нас без нее не может
Берегите чистоту языка как святыню! Никогда не употребляйте иностранных слов. Русский язык так богат и гибок, что нам нечего брать у тех, кто беднее нас.
Высказывания иностранцев
Отто фон Бисмарк
Не надейтесь, что единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. Русские всегда приходят за своими деньгами. И когда они придут - не надейтесь на подписанные вами иезуитские соглашения, якобы вас оправдывающие. Они не стоят той бумаги, на которой написаны. Поэтому с русскими стоит или играть честно, или вообще не играть.
Даже самый благоприятный исход войны никогда не приведет к разложению основной силы России, которая зиждется на миллионах русских… Эти последние, даже если их расчленить международными трактатами, так же быстро вновь соединяются друг с другом, как частицы разрезанного кусочка ртути…
Шарль де Голль
Русские люди никогда не будут счастливы, зная, что где-то творится несправедливость.
Далай-Лама
Русская душа - это щедрость, не знающая границ.
Александр Дюма
Русские люди неустанно работают на преображение себя и окружающих от человекообразия к Человечности!
Карл Клаузевиц
Россия не такая страна, которую можно действительно завоевать,
Фридрих Ницше
Сильнее и удивительнее всего сила воли проявляется в громадном срединном царстве, где Европа как бы возвращается в Азию - России. Там сила хотеть давно уже откладывалась и накоплялась, там воля ждёт - неизвестно, воля отрицания или воля утверждения, - ждёт угрожающим образом того, чтобы, по любимому выражению нынешних физиков, освободиться.
Для возникновения каких бы то ни было учреждений необходимо должна существовать воля, побуждающая инстинкт, антилиберальная до яркости, - воля к традиции, к авторитету, к ответственности за целые столетия, к солидарности прошлых и будущих поколений…
Если эта воля налицо, то возникает что-нибудь в роде римской империи, или вроде России - единственная страна, у которой в настоящее время есть будущность…
Россия - явление обратное жалкой нервности мелких европейских государств, для которых, с основанием «Германской империи», наступило критическое время.
Теодор Рузвельт
Я предвижу громадную будущность России. Конечно, и ей придется пройти через известные встряски и, может быть, тяжелые потрясения, но все это пройдет, и после того Россия воспрянет и сделается оплотом всей Европы, самой могущественной, может быть, во всем мире державой.
Адам Смит
Ради праведной идеи Русские люди с радостью трудятся, даже находясь в заключении, и тогда они не чувствуют себя узниками, - они обретают свободу.
Альберт Швейцер
Русским людям не нужны материалистические «ценности» Запада, не нужны сомнительные достижения Востока в сфере абстрактной духовности, не имеющей ничего общего с реальностью.
В соответствии с решением, принятым федеральным судьёй Джеймсом Френсисом, требования властей США на выдачу пользовательских данных действительны даже в том случае, если они хранятся на серверах в других странах.
Как отмечает Reuters, решение по иску касается тяжбы властей и корпорации Microsoft. Юристы компании отказались давать спецслужбам доступ к данным одного из своих клиентов, поскольку они хранились на серверах в Дублине, Ирландии. Властей интересовала переписка, данные банковских переводов и счетов. Информация о том, в связи с чем был выписан ордер на доступ к этим данным, остаётся засекреченной.
Корпорация Microsoft настаивала на том, что, согласно американскому законодательству, ордера на арест перестают действовать, если подозреваемый находится за рубежом, и этот порядок должен распространяться и на информацию пользователей. Однако суд решил, что ордера на выдачу цифрового контента регулируются законом «О хранении информации» (Stored Communications Act) и являются экстерриториальными.
Поскольку постановление суда является первым в своём роде, оно становится прецедентом и автоматически будет распространяться на все американские компании. Например, если американская компания держит сервер в РФ, власти США без согласия российской стороны могут получить доступ к хранящейся на нем переписке.
По мнению Френсиса, если бы США приходилось в таких случаях координировать свои действия с другими странами, «правосудие было бы серьёзно ограничено в возможностях».
Данное решение суда было принято на фоне скандала вокруг разоблачений, сделанных экс-сотрудником американских спецслужб Эдвардом Сноуденом, который впервые предал огласке усилия США по контролю над данными пользователей по всему миру.
В самом конце девяностых годов, у нас на селе произошло чудовищное преступление - восемнадцатилетнюю красавицу Варвару нашли мертвой в колодце. В том самом, что у заброшенного амбара.
Следствие буксовало, хотя люди знали кто ее изнасиловал и убил. Общество готово было дать показания и выходило к местной администрации - требовали незамедлительно взять под стражу и судить преступников. Когда же ничего не происходило, то били стекла во властной конторе… Из города, в таком случае, приезжал жирный полковник и обещал во всем честно разобраться.
Но честности никак не случалось, ибо оба подозреваемых мажора были сынами не последних людей.
Прошло два года. Время постепенно погасило справедливый гнев людей, а фотография Варвары на памятнике выцвела. Но однажды, дождливым майским днем, в коряжнике у дамбы, запутался труп одного из подозреваемых. Руки у него были связаны собственной золотой цепой с распятием и скотчем. А двумя днями позже, пятистами метрами ниже по течению, всплыл и его друг.
При осмотре второго трупа, наш участковый сказал зевакам:
- Господь справедлив, но в данном случае он совершил уголовно наказуемое деяние. Впрочем, привлечь его к ответственности тоже не представляется никакой возможности. Поэтому, происшествие надо истолковывать, как несчастный случай.
Папы и мамы ребятишек плакали, конечно. Выли.
Остальные? Остальные соглашались с участковым.
Я к чему это вспомнил. К тому, что сегодня, во время празднования 70-летия освобождения Одессы от фашистов, какая-то нацистская школота растоптали флаг Победы. Зря. Видимо, они действительно плохо знают историю, и не в курсе, что надпись на пряжках их кумиров «Gott mit uns» (с нами Бог) не соответствовала действительности.