О, сколько судеб, судей. Пли!
на поле минном, поле чести,
а в центре крошечной земли
не на своем ночуем месте,
мы отреклись от чужаков,
мы ближе к морю и равнинам,
летим средь белых облаков
не хлебом и питьем едины!
Прошу тебя, не исчезай
в лукавый полдень, словно остов,
вновь сердце разрезает май-
бесчувственно, прерывно, остро.
О, сколько горестных побед
мы одержали над собою.
Лежит нетронутый конверт,
его позавчера открою…
я не хочу не знать, не стать
твоею вещью Стану робой.
И скачет между пальцев страсть
со сверхъестественною злобой.
Ольга Тиманова «Буря в стакане»
Свежеет ветер, меркнет ночь.
А море злей и злей бурлит,
И пена плещет на гранит -
То прянет, то отхлынет прочь.
Все раздражительней бурун;
Его шипучая волна
Так тяжела и так плотна,
Как будто в берег бьет чугун.
Как будто бог морской сейчас,
Всесилен и неумолим,
Трезубцем пригрозя своим,
Готов воскликнуть: «Вот я вас!»
Вечер. Дождь за окном. Буря. Плети дождя хлещут по стеклу. Деревья вот вот вырвет с корнем, и они улетят. Вот вот из этой стены деревьев и дождя выйдет тяжелой поступью огромный страшный динозавр. Тирекс. Из Мира Юрского периода. И ударит когтями по стеклу.
Где-то далеко ты. Стоишь за окном. Смотришь в стену дождя. Знаешь ли ты, что скоро прийдет динозавр? Успеешь ли спрятаться в туалете, когда он ввалится в рваной тельняшке, мокрый и пьяный? Дашь ли ему сковородкой по кумполу? Или просто дашь, подчинившись силе этой грозы…
Наша жизнь - великое искушение, и никто этого не знает,
великая буря - и никто не замечает.
Это буря в стакане воды или вы ещё полезете в бутылку?
Ты видел деву на скале
В одежде белой над волнами
Когда, бушуя в бурной мгле,
Играло море с берегами,
Когда луч молний озарял
Её всечасно блеском алым
И ветер бился и летал
С её летучим покрывалом?
Прекрасно море в бурной мгле
И небо в блесках без лазури;
Но верь мне: дева на скале
Прекрасней волн, небес и бури.
Пред бурей мозги мраком кроет.
Вот охватывает ветер стаи волн объятьем крепким
и бросает их с размаху в дикой злобе на утесы
А утесы - «Шо за падла там бросается волнАми?
разбивая в пыль и брызги изумрудные цунами?!»
Чем тише затишье, тем сильнее буря.
Без ветра не бывает волн…
И если ты срываешь бурю,
То должен быть и силы полн,
Не смыло чтоб тебя лазурью.
Не доверяйте тишине, не страшитесь бурь.
Разбег.
Напор волны.
Удар.
Рокочет вал.
Отлив.
Повтор могучего движенья.
Снова. Снова.
Крепчает шторм
Безудержен и рьян
В свирепом беге по простору моря.
Натягивая парус буйством сил,
Хлопочет ветер, брызг солёных полон.
Вдыхаю жадно, к мачте прислонясь.
Разумен и упорен труд команды.
Рассчитаны усилья ловких рук,
Тверды шаги - им качка нипочём.
К победе светлой сквозь крещенье бурей!
ЗАТИШЬЕ ПЕРЕД БУРЕЙ
Час затишья перед бурей… Люди мира мирно спят,
Выбирают, голосуют, внуков водят в детский сад,
Отпуск ждут, детей рожают, покупают, продают
И правительство ругают, дочек замуж выдают.
Люди - спят. Но страшных бедствий время грозное грядет.
Застучат челюсти смерти. Каждого расплата ждет.
Подожжен стог сена будет, реки крови потекут,
И тогда оставят люди свой обманчивый уют.
Перед бурей - час затишья. Очень скоро грянет гром.
Даже «мертвые» услышат, что у них другой есть дом.
Взрывы землю опрокинут, как игрушку. С облаков
Грозовые ливни хлынут, запылает лес шипов.
Ничего страшнее нету заключительной войны…
Её штормило
Ветер бушевал
И волны вырастали словно горы
Я ничего совсем не понимал
Совсем не понимал
Совсем ни слова
А дождь в её глазах все лил и лил
И ветер резким словом резал, резал
И как калённое стекло вонзил
Тот взгляд
Знать бы только, что я сделал
И задыхаясь, просто не дыша
Теряя силы, чуть не обессилив
Промолвила…
«Ты не любил меня»
И чем же это я её обидел
Отчаяние в прозябшей пустоте
В безудержных порывах волн и ветра
Но вера и любовь помогут мне
И счастье воцарится в блеске света
Раздвинуть тучи крепкою рукой
И слезы на щеках омыть губами
И нежно приобнявши за спиной
Люблю… люблю…
ей рассказать глазами
Приходит день, когда человек просто радуется буре.
Просто начинает танцевать в бурю.
Тогда буря не враг - это тоже возможность,
дикая возможность быть.