Я убежден, что ты одна из,
Тех, кто любит не за ум и красоту,
А потому что вовочка - таксист.
Слайм философия временной логики, используя хромакей оптимизма, и photoshop для внутреннего мира, ходишь с идеалом используя технологию motion capture, смотришь на парад cosplay фанатов, здесь все отказываются от себя и реальности.
Меня никогда не сможет задеть человек, которого я не уважаю. Так что расслабьтесь господа.
Человек, осуждающий внешность других людей - ничтожество. Внешность переменчива, а суть ваша дерьмовая будет по жизни с вами.
У меня нет режима всегда ложусь как попало, поэтому я должна заставить хоть одного человека ложиться вовремя, ради баланса вселенной. Это моя миссия.
Одного мальчика хотели признать ненормальным. Официально. И привели его к моему папе-психиатру, чтобы диагноз подтвердить. Этот мальчик плохо говорил, был замкнут, боялся всего, зубки по десять раз чистил… Очень замкнутый ненормальный мальчик, который проявил страшную агрессию к тому же. Он во дворе увидел, как два других, больших мальчика истязали котенка. И бросился на них. И одному рассек камнем губу. И котенка отобрал. Папа внимательно все это выслушал и ответил: это нормальный мальчик. Нет у него расстройства личности. Он прекрасно отличает добро от зла и адекватно действует. Как может. Ему просто надо немного помочь с его нервностью. А вот два садиста - они точно ненормальные. И их папа с удовольствием поставит на учет - за такими надо следить. Наблюдать. И я эту историю много лет помню. У человека могут быть проблемы психического или психологического характера. И с ними надо бороться, решать их, лечить даже, если надо. Но он - нормальный. Нормальный до тех пор, пока отличает добро от зла. Это - единственный критерий. Все остальное - решаемые проблемы. Как у того мальчика, который вырос, стал музыкантом известным и остался очень добрым. И очень нервным. Добрые люди - чаще всего нервные…
Убежать нельзя остаться.
Календарь перебрасывал даты слева направо быстро, четко, резко. Чай не хотел упрямо остывать и дорога на работу вызывала у Олега только отвращение. Конечно, работу он обожал: всю жизнь стремился стать тем, кем мечтал с самого первого дня совершеннолетия. Красивые лица, красивые пейзажи, красивые места всех уголков земного шара. Должность фотографа в престижном журнале-верх мечтаний Олега Яснопольского. Он окунулся с головой в новый мир впечатлений, терпких духов, шикарных мужчин и женщин, заковыристых надписей, надушенных галстуков, быстрых обедов и встреч. Судьба преподнесла ему второй подарок на его тридцатилетие. Первый-жену Аришку. Изумительную брюнеточку с синими-синими глазами. Она, миниатюрная копия Мэрелин Монро, пришла к ним в редакцию с кучей бумаг из банка. Тонкая, светлая, умная. Олег предложил ей пообедать, потом отвез в парк развлечений, фотографировал ее губы и целовал в пухленькую мочку правого ушка. Ариша влюбилась в талантливого фотографа, как кошка. Сама предложила стать ее мужем и переехать в квартиру, которую на день рождения подарил ей отчим. Олег, как сильный и независимый мужчина, отказался от дивного подарка. Квартиру они снимали. Потом, он и сам позволил себе приобрести скромное, но бесконечно уютное жилище почти в самом центре города. Окна просторного зала выходили аккурат на центральный парк, где круглый год влюбленные парочки назначали друг другу свидания. Олег именно там, в парке, под раскидистым кленом, сделал Арине предложение руки и сердца. Весною Ариша стала Яснопольской. Свадьба была скромной. Обычной. Свадебное путешествие легким и простым-на берегу Азовского моря с кучей бессонных ночей и фруктов.
И, казалось, что еще нужно крепкому мужчине для счастья? Любимая работа и любимая жена. Любой был бы рад, имея хотя бы одно из двух составляющих. И Олег, вне сомнений, был искренне рад. Завтракать с любимой и красивой женою на кухне под песни Луи Армстронга, заезжать за нею после работы и дарить неожиданные подарки, принимать из нежных рук отглаженную рубашку, обнимать и слышать шепот осеннего дождя перед сном.
ОНА пришла к ним в редакцию ровно в девять утра. Опаздывать, как и говорили, ненавидела, как и ненавидела пошлости, не профессионализма, хамства и вранья. Лера Мейхер была начинающей, но уже перспективной моделью. Трудяга, спортсменка. фанатка футбольной команды и ярая противница вегетарианства. Девушку со звучной фамилией направили прямиком в студию к Яснопольскому. Проект журнала должен запуститься уже на будущей неделе. Яснопольскому поручили довести дело до ума. Сдать фото проект через месяц, дабы не подставить ни шефа, ни спонсоров, ни заказчиков, ни редактора, ни саму Мейхер.
Лера была невысокого (для модели) роста, с точеной фигуркой, волнистыми волосами цвета весеннего солнца, с золотистой кожей и вечными розовыми губами. Олег, конечно, не раз видел ее фотографии на обложках газет и журналов, афишах и буклетах. но на них Лера была не такой. как в жизни. Искусственной что ли. Накрахмаленной.
Она появилась на пороге его студии в строгом черном костюме: узких брюках и блестящем жакете. Губы, как всегда, отдавали кукольной розовостью, духи моментально окутали все студийное пространство, а ее серые глаза, как магниты, притянули взоры всех находящихся в пространстве.
- Всем привет, господа!-Лера белозубо улыбнулась и без разрешения плюхнулась в огромное кресло у зеркала.
Олег, покраснев, тихо поздоровался и сказал, что ровно через десять минут готов обсудить все и вся с популярной госпожой Мейхер. А пока она может пройти в бар и заказать кофе.
Бар «ОДИОН» расположился напротив редакции. Небольшой, но после двух дня в нем почему-то собиралось много народа. Хотя обеденный час подходил к концу. Олег и Лера заняли дальний столик. Яснопольский не раз ужинал и обедал здесь с коллегами. Ароматный кофе с настоящими французскими круассанами располагал к самой дружественной беседе.
- Я ужасно голоден, Валерия, - спокойно, но твердо сказал Олег,-Вы что-то будете кроме кофе?
Лера с любопытством разглядывала высокого мужчину. Вроде бы и держится уверенно и смотрит прямо в глаза. А она чертовски не любила, когда отводят взгляд. Но этот красный румянец на гладко выбритых щеках и чуть дрожащие пальцы… Странные ужимки. Лере нравился этот Яснопольский. Она познакомилась с его работами недавно. Куча журналов в ее гримерке позволили за час узнать его стиль и манеру в работе. Яснопольского отличало умение выделять в моделях главное. И это были не только длинные ноги и большая грудь. Он через свет и игру теней передавал главное: харизму и очарование того, к кому на все время съемок или проекта относился с невероятным уважением. Почти любовью. Был строг, упрям, но великодушен и очарователен.
-Олег, если Вы позволите, перейдем на «ты». Не бесцеремонно?-и Лера, игриво облизнула розовый рот
-Нисколько, Лера, я только «за». Демократично и раскованно, на мой взгляд.
Олег поднял на нее глаза. Перед ним сидела та, которую недавно он видел во сне. Сны не снились ему давно. Лет десять, пятнадцать. Последний - об отце, который рано покинул бренный мир. А четыре дня назад, он заснул раньше обычного. И сон, странный и неяркий, врезался в память определенными, но запоминающимися деталями. Девушка с серыми глазами бежала за самолетом. Самолетом был Олег. Он хотел от нее убежать. Но она, уцепившись руками за крыло, неслась по горячему воздуху за ним. Потом девушка летела вниз, он несся за ней и подхватывал в этом самом горячем воздухе. Они приземлялись на волны. И… он просыпался.
Лера продолжала улыбаться. Но именно в эту секунду, в маленьком баре, он понял, что его жизнь моментально разделилась на «до» и «после». Лера Мейхер-красивая модель с обложек многочисленных журналов, стала его главной головной болью. Сладкой, мучительной, манящей.
- Я буду салат и пиццу,-громко оставила девушка заказ полошедшему официанту.
- А Ваш спутник, леди?-официант обратился к Олегу.
-А спутник разделит со мною мой выбор, - и она весело подмигнула обоим мужчинам.
Молодые люди молча ели пиццу, запивая почему-то холодным кофе. Лера бестактно разглядывала руки и лицо Олега. А он, как нашкодивший школьник, прятал лицо за чашкой капучино. Беседа не клеилась. Но проект не ждал. Поэтому инициативу взяла на себя Лера, забыв на время порывы души и тела.
Первая съемка была назначена на понедельник. Два дня выходных пережить Олегу почти не удалось спокойно. Он срывался на ни в чем неповинную жену, бросил трубку при разговоре с матерью. закрылся на три часа в спальне и долго слушал песню, которая звучала в тихом баре с плотно занавешенными шторами и холодным кофе:
Она придет, не спрося никого,
как птица влетит темной ночью в окно,
нарушится сон, пропадет аппетит,
любовь -это сердце поет и болит…
Ариша не понимала ровным счетом ничего. Но не лезла к мужу с расспросами, боясь огорчить словом или ненужной заботой. Творческие люди, как огонь, вода и медные трубы одновременно. Сама она, рассудительная и тихая, чаще предпочитала слушать и молчать. Олег мог часами рассказывать ей о проектах, фильмах, съемках и семинарах. Ариша увлеченно слушала, гордилась талантливым мужем и с любовью готовила ему на ужин жареный сыр. Олег заботливо приносил ей любимые синие розы, встречал с работы и укутывал пледом вечно холодные ноги. Звал ее «Ледяная принцесса», нежно обнимал и погружался снова в мир фотографий и глянца. Но суббота и воскресенье стали для Арины двумя днями мрачной тишины и подавленного гнева. Она не знала, что превратило ее веселого, хотя и чересчур эмоционального мужа, в человека бегающего по дому с телефоном в руке, тридцатый раз слушающему песню «Любовь» в исполнении бездарной певички.
Олег понимал всю комичность ситуации. Бедная Арина. «Ты не в чем не виновата, моя «Ледяная принцесса». Сообщение от Леры будоражило его и без того воспаленное воображение: «Ты мне нравишься!». Господи! Детский сад, ей Богу! Он, как дурак, перечитывал его снова и снова, стараясь угадать интонацию. с которым она написала и отправила его. Черт же дери, Олег! Да ты ж у нее наверняка и не единственный милый! Олег щипал себя за кожу, выбегал в ванную и долго мыл лицо холодной водой, пытаясь отогнать нахлынувшую страсть. Но кому помогла холодная вода? Он налил себе холодный кофе и, закрыв глаза, с трепетом и болью вспомнил серые глаза в обрамлении необыкновенных волос. Мейхер!
Они стали встречаться каждый день. Помимо выматывающих съемок, Олег и Лера назначали друг другу свидания с пугающей манией. В темном переулке в десять вечера. В кино, когда ему нужно было забирать тещу из больницы. В ресторане на краю города, где жила его сестра. Они словно играли с Судьбою. Но не могли остановиться.
- Я люблю тебя, Яснопольский,-Лера по привычке облизывала розовый рот и обнимала его жестко и легко одновременно.
- Я люблю тебя, Мейхер,-он закидывал ее голову назад и впивался с розовые губы надолго.
Называть друг друга по фамилии, обниматься в местах, где их мог встретить любой и каждый, стал их дурацкой привычкой. Но у любви свои законы. И нарушать или не нарушать - решать двоим.
Естественно, Арина все узнала. Надо отдать ей должное. кричать и размахивать руками со склочностью деревенской бабы она не стала. После его признания, Арина почему-то долго смотрела в глаза мужа. Взяв за руку, пожелала счастья и уехала к матери. Олег оставил ей квартиру, но жить в доме, где еще пахло ИХ счастьем Арина Яснопольская не могла. Олег просил простить его. Но любовь к дерзкой модели со звучной немецкой фамилией накрыла его так, что если ему предложат отдать двадцать лет жизни за нее. Отдал бы, не раздумывая. Страсть, прихоть, похоть. Как угодно. Он не мог жить уже без серых лукавых глаз, холодного кофе по утрам и ночам, ее поцелуев.
Проект прошел «на ура». Буря эмоций, оваций. Награды и премии. Олег Яснопольский не зря проводил сутки на работе, желая представить Мейхер Валерию так, как никто и никогда не представлял ее доселе. Слава, не очень знакомая ему ране, накрыла моментально. Лера и Олег купались в цветах и автографах. Успех они отметили вдвоем. В ее доме. Дом, как и сама Лера, был ярким и звучным: куча картин, минимум мебели. большие окна без штор, черные кресла на белых коврах. Они любили друг друга неистово, словно боялись расстаться даже на миг, когда звонил ее или его телефон с очередным приглашением на интервью.
-Ты женишься на мне когда-нибудь, Яснопольский?,-Лера тесно прижималась к его плечу и игриво кусала в руку.
- Обязательно, Мейхер!,-он целовал ее в нос и страстно прижимал к груди.
Совесть мучила Олега долго и муторно. Перед Ариной, матерью, сестрой, да перед самим собою. Но кто виноват в том, что Судьба подарила ему истинное счастье именно тогда, когда он думал что уже счастлив?! Как долго он может корить и винить себя в том, что девушка из его снов стала реальностью? И вот она сидит рядом с ним, красивая и успешная, высокомерная и ранимая, но ЕГО. Каждый заслуживает счастья. Лера, Ариша, он. И что делать тому, кого оставили. И тому, кто оставил тоже? Самолет летит дальше. Садиться или нет-решать каждому. Он попросил у жены развода. Она, к его удивлению быстро согласилась. С их последней встречи прошло почти три месяца. Он писал ей сообщения, писал на почту. Она кротко отвечала. Значит, все не так плохо. Он был уверен, что боль пройдет. И его, и ее тоже. Убежать нельзя остаться. Запятую, как принято говорить, каждый поставит там, где захочет. Ибо любить, значит жить. А его жизнь заключается в девушке с мужским именем Лера, в серых глазах которых он тонул каждый день. И решено-убегает он точно с нею.
Я к тебе приду среди ночи,
мокрый.бледный, почти нездоровый.
А сколько ж еще многоточий
скользящих, таящих, суровых?
Люблю тебя истово, чудо
мое. Будь со мною навеки.
Бежать? Если только отсюда,
где плачем наполнились реки.
Ольга Тиманова
Даже султаны любят только одну Женщину, а я и подавно!)))
-Ты забавно выглядишь,-вдруг заявил Алексей.
-Что?
-Что слышала: выглядишь забавно. Первый раз в жизни встретил женщину, которая умудряется с самого утра выглядеть красавицей.
-Ты сказал, я выгляжу забавно. Забавная красавица-это что-то новое.
-Ты выглядишь лет на десять моложе. Встреть я вас сейчас с Сашкой на улице, решил бы, что вы сёстры. У тебя такой вид, точно ты ждешь, когда добрый дядя возьмёт тебя за руку и переведет через дорогу.
Кто не делает выводов из прошлого, а живёт только настоящим и не думает о будущем, тот со временем потеряет всё.
Когда уходят кумиры прошлых лет, невольно перечисляешь в уме - кто же еще остался…
Большую силу воли нужно иметь, чтобы удержаться от соблазна, когда доверие к тебе достигает стопроцентной отметки.
Когда две женщины делят мужчину, ему, как правило, достаётся от обеих…
Во глубине кромешной тьмы -
Что только не увидим мы…
Не говори слова впустую,
От них нет пользы, один вред,
Слона из мухи вдруг раздует
Словоохотливый сосед.