Женщинам удалось убедить мужчин, что они-существа слабые, между тем единственная вещь, которая утомляет и убивает женщин,-это скука.
отзовитесь мужчины
кто искус победил
кто истратил все силы
и его кто убил
отзовитесь мужчины
те, кто верность сберёг
гаражи, баб, машины
этим всем принебрёг
Бывает жужжание всего лишь одной мухи так докучает, что хочется её прихлопнуть
_________________________________
В связи с морозами, как говориться «под шумок» - «а можно я уеду пораньше…», домой приезжаю рано. Пока рано. Пока не «чухнули») Проехалась по магазинам, купила подарки на 23-е февраля. и на 8-е марта присмотрела. Приехала домой и думаю, чем бы заняться. А, сделаю-ка я кормушку! Птицы в окно стучали? стучали. Значит, голодные. Как раз банка почти пустая из-под растительного масла - пятилитровка. Остатки перелила в меньшую, вырезала типа окон с обеих сторон. Готово! Насыпала пшено, хлеба, порезала сала, понесла во двор. Где? Да, под окнами! Повесила на дерево. Довольная своей благородной целью вернулась домой. О банке, конечно, тут же забыла. Не знаю сколько времени прошло, слышу кто-то орёт. благим матом.
- Какой… повесил ЭТУ … мне птицы всю машину изгадили?!
Глаза у меня, в момент, округлились. Я?! Открываю окно, кричу
- Покормите птиц зимой!
- Я тебе покормлю! Что ты над своей машиной не повесила?!
- Там негде зацепить! И вообще, нельзя машинки ставить под окнами! тут тротуар. И я каждое утро дышу вашими выхлопными!
- А где? Где мне ставить? Скажи?! Места все заняты.
- Не знаю. приезжать надо раньше… Сорвёте кормушку, да?
- Нет. Завтра утром сам покормлю.
«Если девочку любит отец, то её потом любят мужчины. Если мальчика любит мать, то его потом любят и женщины. Это видно по человеку, долюблен он родителем противоположного пола или нет. То восхищение, которое я читала в глазах своего отца - оно создало мне самооценку; я понимала, что пришла в эту жизнь как подарок. Любите своих детей - вы делаете их сильными, неуязвимыми».
… скорбь собирает страшную дань. Ты платишь ее в каждый день рождения, каждый праздник, каждое Рождество. Ты платишь ее, увидев знакомый почерк, или шапку, или сложенный носок. Слыша скрипы половиц, которые могли бы быть, должны быть шагами. Скорбь собирает дань каждое утро, каждый вечер, каждый ночной час, когда те, кто остался в прошлом, просятся в настоящее.
«Я не могу решить всех твоих проблем, но я обещаю сделать твою жизнь лучше»
- Твой кофе
Меня восхищают ЛЮДИ
на которых смотришь, и вдруг такая красота и глубина открывается, что замираешь от восторга и восхищения: ну надо же! Красивые внешне? Нет, не обязательно. Вовсе нет. Но во внешности таких людей всегда есть нечто притягивающее взгляд. Что-то неуловимо прекрасное, настолько, что хочется смотреть снова и снова, и восхищаться: ну надо же!
Щедрые? Да, во всём: в Своей Любви, в Своей Искренности. И в деньгах тоже. Обязательно. Внутренняя щедрость через отношение к деньгам - это очень серьёзно проявляется. Нет, эти люди вовсе не богачи и не транжиры. Они зачастую экономят - на себе. Но они способны послать кому-то букет красивейших цветов, не пожалев при этом не только денег, но и времени, просто для того чтобы порадовать. И ты держишь эти цветы в руках, а горло сжимается: ну надо же!
Добрые? Да, вот так, по-настоящему. Кто обнимает уже одним своим присутствием. И при одной только мысли, что есть Такой Человек в твоей жизни, что ты его знаешь, сердце заворачивают в мягкое одеялко и нежно бьётся: ну надо же!
Искренние и смелые? Да, конечно. Но те, кто без меча и щита. Кто не боится быть собой, не боится любить, не боится боли. Кто живёт. Да, таким людям очень часто бывает тяжело и больно, но они живут. И их жизнь вовсе не борьба. Они светлы и радостны. Несмотря и вопреки. И очень благодарны. И жизнь смотрит на них широко открытыми глазами и восторгается: ну надо же!
В общем, меня восхищают ЛЮДИ…
Не схемы, не образы и не представления - живые люди. Люди, которые неизмеримо интереснее и прекраснее всего, что можно придумать. Живые люди, которых только и стоит любить.
А если вдруг вы думаете, что сейчас я скажу, как мало таких людей, то вы ошибаетесь. Не скажу. Ибо я знаю многих. А кого-то даже близко.
Любуюсь. Учусь. Благодарю. Люблю.
- Пойдем ко мне?
Пожимаю плечами. Мы познакомились всего час назад, и ее приглашение кажется мне отчаянным актом спасения от одиночества, таким типичным, таким привычным для нашего времени, что уже не особо привлекает внимание, скорее будит внутреннюю апатию и отчуждение. Сперва хочу отказаться, но в итоге невразумительно пожимаю плечами - в принципе, мне все равно, мне ничего не стоит стать разовой таблеткой от ночных страхов для этой женщины, необходимой инсулиновой дозой наличия живого плотного тела в 30ти метрах почти нежилой квартиры. Она расценивает мой жест как согласие. Просто потому что хочет увидеть именно согласие, надеется на него, выжидает, додумывает.
Пока идем к ней - промокаем насквозь. Дождь льет так, будто бог наконец заглянул в проект «Земля», оторвавшись от бесконечности более успешных проектов, запустил некий божественный «аваст» и теперь лечит нас антивирусом потопа. Все равно это не сработает, мы погрязли в себе настолько, что единственный выход - снести «Землю» и начать все с нуля. А лучше - не начинать, сразу же видно, что ничем хорошим это не закончится в любом случае.
В узкой прихожей, освещенной единственной лампочкой, застоялый кошачий дух и вид на кухню, который женщина пытается загородить собой, как самоотверженный боец, падающий мертвым телом на дзот, чтобы закрыть врагам обзор. Я все равно успеваю увидеть грязную посуду и неряшливые остатки еды, все то, чего она стыдится. Мне плевать, я просто делаю вывод, что она была не готова к этой встрече, это не был запланированный акт поиска лекарства. Стою в прихожей и не знаю, что делать. Точнее не знаю, а что я, собственно, хочу. И хочу ли вообще хоть что-то. Спасает ситуацию женщина.
- Ты совсем промок. Давай футболку, повешу ее сушиться.
Стаскиваю с себя футболку. Она берет мокрый комок ткани, на какое-то мгновение заминается и снимает свою. Мы стоим в обычной типовой прихожей, воняющей кошками, возле неубранной кухни, полуголые, мокрые, удивленные и потерянные. Она изучает мое тело, я смотрю на нее. Нет никакого интимного полумрака, никакой чертовой романтики, но в этом мгновении - секс. Здесь он начинается, достигает своего апогея и здесь же заканчивается. Все, что будет потом в постели - уже не существенно, все будет миражом, неправдоподобной домашней иллюзией душевного равновесия. Секс только здесь и только сейчас, в нашей честной растерянной (или рассеянной?) естественности. В мокрой коже, в нелепом прыщике у меня на плече, в следах растяжек на ее животе, в грязной посуде, кошках и мокрых лужах под ботинками, уже натекшими на паркет. И в той заинтересованности, в том любопытстве, с которым мы рассматриваем друг друга - впервые.
Если бы я мог поставить точку именно сейчас, я бы обязательно сделал это. Но проклятая сила инерции толкает меня дальше. Туда, где будут напряженное молчание и неловкие попытки разговора, мои плоские вымученные шутки и ее нервный неестественно громкий смех. Туда, где женщина включит музыку, пытаясь убить невыносимую атмосферу отдаления, обычную для двух чужих друг другу людей, которые точно знают, что будет дальше. Туда, где будут фрикции, театральные стоны и последующий ленивый перекур в форточку на кухне (к этому моменту она перестанет стыдиться грязной посуды, она заразится моим тяжелым равнодушием, которое передастся ей то ли половым, то ли воздушно-капельным). Туда, где не будет ничего. И так будет происходить каждый раз. Каждый.
Полет Белки и Стрелки в космос засвидетельствовал всему миру, на какую высоту может подняться с@ка при хорошем спутнике…
Пока начнёшь разбираться в людях, они переберут всю твою жизнь по косточкам.
Знал бы я, где мягко… падал бы с закрытыми глазами…)))
…Мы уходим в море мечтаний, оставляя все свои проблемы на берегу,
но приходит время и… возвращаться…
(ЮрийВУ)
Интроверт - хозяин своего мира, экстраверт - раб чужого.
Когда во рту зубов полно,
Язык во рту, как помело -
Болтает без умолку,
И с толком и без толку.
Когда во рту зубов не видно,
Язык лишь «шамкает».
Обидно!