Пусть даже ты с другим (другой), а так оно и есть,
Смеешься радостно, а может быть и плачешь,
Ты не волнуйся вдруг, душа моя ведь здесь,
А как же по другому быть иначе?
Добрый вечер, мисс Одиночество,
Сигарету и чашечку чаю?
Вы простите, забыла отчество.
Ну, а я вот одна скучаю.
Надоело мелодию слушать
И смотреть на людей за окном.
Пустота разрывает вновь душу,
Чай горячий мне кажется льдом.
Не молчите, Ваше Высочество,
Раз уж в гости ко мне вы зашли.
Вновь забыла я ваше отчество,
А, хотя, мы на «ТЫ» перешли.
От соседей слышны разговоры,
То к ним гости придут, то родня.
У меня же - задернуты шторы,
Каждый день я в квартире одна.
Часто чувствую я себя брошенной,
Стало грустно мне вдруг на душе.
Доброй ночи, мисс Одиночество,
Пора спать, да и поздно уже.
Я умоляла тебя не бросать меня этой ночью,
Ты не послушал, собрался и просто ушёл.
Я от обиды порезала вещи в клочья,
Чтоб ни одной уцелевшей ты не нашёл.
Утром, вернувшись в пьяном, хмельном угаре,
Ты на колени рухнул и зарыдал.
Всё это было словно в ночном кошмаре,
Чем он закончится, ты ещё толком не знал.
Я попросила подняться тебя с колен
И подождать, пока вещи твои принесу,
Шла, погибая от узости наших стен -
Раньше мечтали ведь мы с тобой жить в лесу.
Твой чемодан уже собран, тебе пора,
Некогда сбыться нашей с тобой мечте.
Я наблюдаю в окно, ты идёшь со двора,
Пожалуй, сегодня начну привыкать к пустоте.
Таня Домарева
Ну сколько ж лет должно еще пройти,
Чтобы забыла я твои объятия,
Чтоб от любви смогла твоей уйти,
И вновь почувствовать свободы прежней счастье?
Ну сколько ж времени должно еще пройти,
И сколько ж слез должна еще проплакать,
Когда уйдешь ты с моего пути,
Когда отпустишь из нивидимых объятий?
Когда смогу вновь с легкостью вдохнуть,
Нечувствовав твой запах где-то рядом,
Когда смогу я заново уснуть,
И не бояться вновь во сне
Обжечься твоим взглядом?
Когда из снов смогу я вычеркнуть тебя,
А лучше не из снов, а из всей жизни?
Оставь меня пожалуйста прошу еще любя,
Ведь для тебя давно уже осталась,
Лишь старой и забытой где-то вещью.
Ты просто отпусти и дай забыть,
Твой взгляд, который больно обжигал так,
Ты дай прошу тебя забыть, и отпусти,
Чтобы вновь птицею свободною смогла летать я.
Между нами лежат километры
Подожженных забытых мостов.
Расстояния, скрытые пеплом,
обнажаются в рифмах стихов. От тебя до меня вереницы
недосказанностей и снов,
недочитанных глав страницы,
перекрестки больших городов…
Холодная, беззвёздная.
Вся в серебре трава.
С зарёю осень слёзная
Сдала свои права.
Наутро подморозило.
Свернула ночка плед.
В холодных водах озера
Проклюнулся рассвет.
В природе всё по нотам.
Стоят в снегу дома.
И там за поворотом,
Берёт аккорд зима.
Утро прохладное, золотом тканное.
Травы - в хрустальной росе.
Солнышко светит над лесом обманное,
Клёны зажглись на косе.
Ивы застыли над сонною речкою,
В заводи спят камыши.
Тополь одной перламутровой свечкою
Засеребрился в тиши.
День зажигает все краски осенние,
И над щетиной полей
Слышно не птичье весёлое пение -
Жалобный крик журавлей.
(М) Ножом по сердцу… всё разорвало на куски…
Минует год… как «пулями» прошит навылет…
Твоё последнее - «Прости!»
Душа… душа же до сих пор всё стынет…
Напиши, прошу тебя, хоть пару строк,
Как живешь, как тебе там живется,
О том как прошлое все время гонишь прочь,
А сердце непослушное тебе наперекор,
Все время лишь в то прошлое стремится.
Напиши, я прошу, хоть пару слов,
О том времени, что без «нас» пролетело,
И как назад тогда вернуться был готов,
Но боялся, вдруг поздно, перегорело.
Напиши, прошу тебя, напомни о себе,
Хоть напоминать быть может и не стоит,
Душа моя и без этого рвется к тебе,
А сердце до сих пор, болезненно бьется и ноет.
Напиши прошу лишь пару строк,
Что внутри хранил всю эту маленькую вечность,
Напиши, чтобы друг-друга услышали вновь,
И чтобы друг-другом вновь смогли отогреться.
Напиши я прошу, и не лги сам себе,
Что забыл и уже «нас» не вспомнить,
Напиши, чтоб друг-друга найти мы смогли
И смогли чтоб друг-другом дополнить.
В окне закат, в душе - Голгофа
И тень неясная креста.
Мой крест - уже не катастрофа,
Постигнутая истина проста.
А в кухне вкусно пахнет супом
И на столе бутыль початая вина
И на сукно поставлена со стуком
Чаша, - та самая, испитая до дна…
Ты - мой транзитный пассажир.
Под стук колес и шум вокзала,
Под всплески моря у причала
Простились мы. Окончен пир.
Все роли сыграны. Дотла
Сгорели свечи в канделябрах.
Покайся, милый, будь же храбрым.
Я не играла - я жила.
Все маски сорваны. Отныне
Доспехи - прочь, проигран бой.
Забуду раны, Бог с тобой.
Тебе - бойкот, виват - МУЖЧИНЕ.
Виват тому, кто будет ЖИТЬ,
Кто не намерен прогибаться,
Кто сможет БЫТЬ, а не казаться,
Не лицемерить, а ЛЮБИТЬ…
Не хочется мне просыпаться,
Я слишком устала жить,
И темы больной касаться,
И будущим дорожить.
Устала друзьям улыбаться,
Улыбка, как яд натощак.
Хотела тебе признаться,
Что жизнь моя - полный бардак.
Спасают твои лишь руки,
И взгляд понимающий твой.
Я прячусь и гибну от скуки,
А ты, как всегда, со мной.
Пугают резкие звуки,
Я - загнанный дикий зверь,
И если б не эти руки,
Давно б умерла, поверь.
Таня Домарева
О, Боженька, прошу тебя лишь об одном,
Чтоб мамочка была всегда здорова.
Пусть благодать Твоя придет в наш дом,
Наполнится он смехом, счастьем снова.
Ещё хочу сейчас я попросить,
Чтоб маленькие детки не страдали.
Я буду каждый день Тебя молить,
О том, чтоб мамы ангелочков не теряли.
Благослови людей на день грядущий,
Даруй терпение, здоровье и покой.
Ты защити от горя всех живущих,
И верный путь всем укажи домой.
И все-то меня, постылую, жжет и бесит.
Проветривает то словом, то сквозняком.
Я долго скиталась по городам и весям.
Я долго звала тебя тихо, почти тайком.
И вот ты приходишь таким, от каких не лечат.
Какими всю осень пишут потом стихи.
Но только я чувствую, знаешь, что стало легче,
как будто так долго болел - немота, бронхит,
а тут вдруг прорезался голос, еще нетвердый,
но все-таки - голос. Поставленный и живой.
И все, чего я хочу теперь, - это гордой
своей головой опуститься на твой живот
да чтобы меня баюкали, не пускали
ни видеть детали, ни брать их под карандаш,
ни даже бродить под осенними сквозняками…
Вот только «хочу» не положено совпадать
с реальностью. Все же спасибо, что ты случился
и к месту, и к времени года и по душе.
Что нежность к тебе и тоска по тебе - как чистый,
лишенный ненатуральных эмоций жест.
Так курят, роняя пепел за край балкона,
себя убеждая до выдоха: «Всё. Не жаль».
А пепел летит под музыку Морриконе,
заглушившую слезы с бессмысленным «приезжай»…
Тебе писать, конечно, это блажь,
Вторгаться в мир, где все давно сложилось.
Но жизнь моя, как призрачный коллаж,
На «до» и «после» четко разделилась.
Ты будь спокоен. И письма не жди.
Я не отправлю ни одной страницы.
Но вновь грустят осенние дожди,
И я пытаюсь в детство возвратиться.
Как птица перелетная на юг,
Моя душа опять домой стремится.
Я верю в чудо. Прилечу, и вдруг
Наш мир случайный в прошлое сместится…
…Хочу камин.
Чтоб грезить у огня.
Чтоб две свечи мерцали у камина.
Чтоб ты однажды вспомнил про меня.
Прости за все.
Всегда твоя.
Галина.