Ко мне ангел спустился с небес,
Словно дивное, нежное чудо.
Я как будто бы снова воскрес, -
Этот день никогда не забуду!
Ты пришла и весь мир вдруг ожил!
Всё вокруг засияло, запело,
И душа моя словно взлетела, -
Бог мне новую жизнь подарил!
Я смотрю на тебя, ангел мой,
И так рад, что нашел это чудо!
Этот сказочный, радостный день
Я теперь никогда не забуду!
Copyright: Лариса Рига, 2015
Свидетельство о публикации 115 090 109 916
Фартучки белые. Платьица школьные.
В прошлое память зовут.
Как я любил перемены привольные -
Буйство прекрасных минут.
Фартучки белые. Бантики пышные.
Неповторимый букет.
Первых признаний слова еле слышные
Из незабывшихся лет.
Фартучки белые. Туфельки скользкие
Вновь каблучками стучат.
Хитро значки поправлял комсомольские
Я на груди у девчат.
Ах, эти милые шалости школьные!
Как я был счастлив и глуп.
Первых свиданий тропинки окольные -
Вкус нецелованных губ.
В голубой косынке небеса,
А берёзки водят хороводы.
Дремлет лето с солнцем в волосах,
Наполняя соты сладким мёдом.
Пацаны рыбачат у реки.
Удалое детство на приколе.
Вот бы мне, всем годам вопреки,
Улететь туда на крыльях воли.
Памяти протяжен тяжкий вздох.
Терпкий запах мяты у забора.
В лес, где у корней белеет мох,
Убегают тропки с косогора.
Средь чертополоха у ручья,
Горечью пропитана полыни,
Доживает старая скамья,
Помня время звонкое поныне.
А июль гуляет по лугам,
В шелковистой нежится тунике.
Ночью чешет месяцу рога,
Истекая соком земляники.
У густых раскидистых ракит,
Где в тени русалки тихо стонут,
И вода секреты все хранит,
Камнем опущу печали в омут.
Copyright: Натали 99, 2015
Свидетельство о публикации 115 080 107 338
Мне снилась ночь,
И то, как я спала.
Во сне меня привычно окружали
Цветы, часы на краешке стола,
Закрытое окно, гардины, шали,
Чужие сны… Стихи не для кого.
И так по кругу,
И душа просилась убежать,
Но мне хотелось одного -
Всё также спать.
И вдруг окно открылось,
И музыка чуть слышно…
И вот здесь
Во сне мне захотелось улыбнуться,
Мне снился ты,
Таким, какой ты есть.
Теперь я знаю,
Для кого проснуться.
***
Зачем мечты, стихи,
надежды, сны?
Зачем едины
во мне,
хотя навек разделены
во мне две половины?
Зачем пытаться
их соединить?
Зачем я плачу,
пытаясь, Боже, нет,
не разрешить -
понять задачу.
В условии - ошибка.
И в сухом остатке - вечность,
И целое разделится потом
на бесконечность.
***
Века меняются от века,
но по сути,
всё то же вечно
говорят друг другу люди.
По разным поводам.
Болит ли голова,
любовь ли умерла,
от жизни ли устали…
Всё говорят они,
жизнь такова
И убедительны, и гладки
их слова,
но суть от этого
изменится едва ли.
***
Когда-нибудь
какой-нибудь историк,
случайно в руки взяв,
мои тетради
прочтёт.
Ему смешны покажутся
не мысли,
не чувства,
Он будет деликатен.
Подумаешь,
она его любила
сильнее жизни,
жизнь была разбита,
но всё-таки
она его любила.
Помилуйте,
о чём же здесь
писать?
***
Всё кончено.
Ни строчки нет на страже.
Теперь стихи и те не защитят.
А вместо них
и не вопросы даже,
невнятный жалкий лепет
невпопад.
Ну, как же так!
Скажи мне, почему ты?
Понять всё это можно
лишь тому,
кто пел
о солнце,
и с высокой ноты,
срывая голос,
падает во тьму.
***
Однажды
себе я придумала дом,
в который ты тихо вошёл.
Я помню,
как звёзды цвели
за окном,
как ты,
улыбаясь,
сидел за столом,
и как было нам
хорошо.
Туда не вернуться,
и адрес забыт,
не наши с тобой голоса
звучат.
В том доме
ничто не звучит…
И только звезда
одиноко дрожит
над домом пустым,
как слеза.
***
Какая осень!
Смуглым золотом
горит бульварное кольцо,
и небо
молнией расколото.
Гроза последняя
тебе в лицо посмотрит
убедительно
и отойдёт.
И всё вокруг
вдруг станет новым,
удивительным,
прекрасным станет,
а потом
в дела,
как в омут с головой.
Кого винить,
что этим вечером
ты счастлив будешь
не со мной?
*****
Сидел один в сердитом доме;
С понурым взглядом точно мох!
Деревья знают - я ведомый,
Застали - хмурые - врасплох!
Давился растворимым кофе,
Глоток - и новых мыслей слой.
Мной был доволен Мефистофель,
Ждут червяки в земле сырой.
Не слышал звуков поднебесья.
Царапал окна рог луны.
Шептала: «в уголок забейся».
Кричала: «знаю, ты уныл».
Шизофрения. Зазеркалье.
Не потолок ли - колыбель?
Напрасно зубы рысью скалил!
Я добровольцем стал теперь!
Ударил спертый запах сплином.
Процессы все на кнопке «off».
Я скрыт от смерти за витриной.
Ее игрушкой стать готов!
Мне нужен лук деревянный и стрелы… Я б защищала тебя, как умела.
Пара сандалий на тонких подошвах. Тёртые джинсы и пояс из кожи.
Мне нужен голос… тихий и точный - пела б тебе колыбельные ночью.
Нервные пальцы ладоней тревожных - плечи сжимать и ласкать осторожно.
Мне нужен голод… дразнящий и мягкий - атлас и бархат, иголки, булавки…
Книг соответствия, рифм наважденья. Крик соответствия, стон совпаденья.
Мне нужен город… спокойный, старинный, чтоб трубочисты здоровались с сыном;
Тёмные крыши, усталые лодки, гордость за вас в напряженной походке.
Мне нужен дом, фортепьяно и ноты, и дверь, чтоб за дверью оставить работу.
Заваривать чай и шептаться вполголоса… ворот рубашки, халатика пояс.
Мне нужен лук деревянный и стрелы… Цепкие мысли и сильное тело.
Женское? Мальчиковое? Никакое? Мне очень многое нужно с тобою.
Мы не будем бить татуировки, зажимая имена в губах, знай, мне хватит силы и сноровки тебя в слабых удержать руках. Знай, я перестала вторить небу и просить прощенья у земли, я бросаюсь к пропасти с разбега, что-то бьется в сломанной груди…
Никогда ничто не повторится, мир прекрасен в кратости секунд, наши обездвиженные лица в галерее чьих-то снов замрут, наши отпечатки пальцев теплых чья-то кожа пробует впитать, и не больно, и совсем не больно, без тебя любить и умирать.
Мы не будем бить татуировки, в клятвах задыхаться по ночам, говорить «люблю» для тренировки - лучше просто искренне молчать. Просто носом в твою грудь уткнувшись, спать, не сожалея ни о чем. Я тебя впускаю в свою душу разрушительным ночным огнем. Я не говорю тебе об этом, не перед кем мне держать ответ.
Ты ворвался в моё сердце светом.
И мне больно видеть этот свет.
Я люблю тишину, в ней нет лжи и нет фальши…
С ней в обнимку усну что б сутра жить мне дальше…
Раны сердца, души…, время вовсе не лечит…
Просто боль притупляет, становится легче…
Я вдвоём с тишиной, с ней всё просто и ясно…
В том что ты не со мной, я жалею напрасно…
Ведь нет смысла в обиде, в окончании любви…
С кем-то лучше тебе, это жизнь-се ля ви…
Наши встречи с тобой, под заглавием «БЫЛО»…
Ничего не забыл, как смеялась ты мило…
И как долго держался, поцелуй на губах…
Как свидания ждал засыпая в мечтах…
Всё проходит увы, чувства не бесконечность…
скоро станем на ВЫ, тишина только вечность…
Нет обмана и лжи, всё понятно и ясно…
Память как миражи, ждёт возврата напрасно…
Ничего не вернуть, грустно очень, не скрою…
Я хотел бы завыть, но увы не завою…
Просто нужно идти, не стоять и жить дальше…
Смысл жизни в пути, в тишине где нет фальши…
Не нужно слов, я больше не приду,
Не нужно обещаний, понимаю,
Запретная любовь, подобна льду -
В ней каждый шаг над пропастью, по краю!
Не сдерживай, так лучше для двоих,
Ведь будущего нет - мы оба знаем!
Зачем, скажи, играем мы в святых?
Ведь наш роман давно легко читаем!
Волненье разбивается о тишь,
Но в чувствах разобраться не поможет,
Надеюсь, ты, когда - нибудь простишь,
Внезапный мой уход и боль до дрожи!
Нет счастья ни с тобой, ни без тебя,
И память не даёт пока покоя,
Сквозь боль, я начинаю всё с нуля,
Но главное, что с чистою душою!!!
Запретная любовь, подобна льду -
В ней каждый шаг над пропастью, по краю…
Когда-нибудь тебя я разлюблю,
Но это будет жизнь уже другая!!!
Таня Пильтяева (02 июня 2015 г.)
Чуть ночь, они топили печь.
Шел август. Ночи были влажны.
Сначала клали, чтоб разжечь,
Щепу, лучину, хлам бумажный.
Жарка, уютна, горяча,
Среди густеющего мрака
Она горела, как свеча
Из «Зимней ночи» Пастернака.
Отдавшись первому теплу
И запахам дымка и прели,
Они сидели на полу
И, взявшись за руки, смотрели.
…Чуть ночь, они топили печь.
Дрова не сразу занимались,
И долго, перед тем как лечь,
Они растопкой занимались.
Дрова успели отсыреть
В мешке у входа на террасу,
Их нежелание гореть
Рождало затруднений массу,
Но через несколько минут
Огонь уже крепчал, помедлив,
И еле слышный ровный гул
Рождался в багроватых недрах.
Дым очертания менял
И из трубы клубился книзу,
Дождь припускал по временам,
Стучал по крыше, по карнизу,
Не уставал листву листать
Своим касанием бесплотным,
И вдвое слаще было спать
В струистом шелесте дремотном.
…Чуть ночь, они топили печь.
Плясали тени по обоям.
Огня лепечущая речь
Была понятна им обоим.
Помешивали кочергой
Печное пышущее чрево,
И не жил там никто другой -
Леса направо и налево,
Лишь дождь, как полуночный ткач,
Прошил по странному наитью
Глухую тишь окрестных дач
Своею шелестящей нитью.
Казалось, осень началась.
В июле дачники бежали
И в эти дни, дождя боясь,
Сюда почти не наезжали, -
Весь мир, помимо их жилья,
Был как бы вынесен за скобку, -
Но прогорали уголья.
И он вставал закрыть заслонку.
…Чуть ночь, они топили печь,
И в отблесках ее свеченья
Плясали тени руки и плеч,
Как некогда - судьбы скрещенья.
Волна пахучего тепла,
Что веяла дымком и прелью,
Чуть, колебалась и плыла
Над полом, креслом, над постелью,
Над старой вазочкой цветной,
В которой флоксы доживали,
И над оплывшею свечой,
Которую не зажигали.
1988
Я проснулась
в 4:30.
Громко
в рёбра
стучало
сердце.
Пахло осенью.
И корицей.
И невкусным болгарским
перцем.
На столе просыпались книги. Кот зевал на краю кровати. Ты татаро-монгольским игом, не вникающим в слово «Хватит!», бил стихами [хитер и ловок], разрубая рукой глаголы. Лидер бунтов и забастовок, запивающий водку колой. Бил стихами по снам и вёснам, заставляя бояться ночи.
Я проснулась.
Светили звезды.
И Луны
золотой
кусочек.
За окном начиналась вьюга. Ветер дул между рам и стёкол. И надежда, слепой старухой, неуклюжей и толстощекой проникала в пустое сердце: «Он приснился мне не случайно?»
Прозвучала минорным скерцо и исчезла в восходе чайном.
Всё случайно.
Всё неподвижно.
Я проснулась
в 4:30.
И в глазах
цвета спелой вишни
прочитала:
«Я буду сниться».
я её красоту обожаю фибрами тела,
ощущая дыхание, ввысь улетает душа,
только рядышком с ней, понимаю этот мир целым
и, исключительно с ней, мне действительность хорошА…
я её грациозности чувствую нежный запах,
её гибкости вкус, словно наркотики, на губах,
она всем чувствам моим, хранит в себе автозапуск,
доводя до экстаза, как во сказочных сладких снах…
ЖЕМЧУЖИНА КАРПАТ
Ни городской, ни деревенский,
А только Вижницкий пейзаж
Напоминает вальс мне Венский
И Петербургский вернисаж.
В горах от сказочного леса,
Где слышен птичий перезвон,
Лишен я жизненного стресса
В осенне-бархатный сезон.
И несравненные гуцулки
Меня пленят своей красой,
А на заре трембиты гулки,
Когда умоешься росой.
Неповторим Карпатский край,
Наверно, он таки от Бога.
В зелёный и цветущий май
Так задушевных песен много.
Один стою на перевале,
Не налюбуюсь с высоты.
Жаль, и тебя на части рвали
Из-за жемчужной красоты.
Ни городской, ни деревенский,
И только Вижницкий пейзаж
Напоминает вальс мне Венский
И Петербургский верниса
///////////////////
БУКОВИНСКИЙ РАЙ
Гроза опять в ночи резвится,
Искрит уже в дали от дома.
Дождь за окном и пёс не злится
На шум грохочущего грома.
Туман окутает с утра
Сады вишнёвые и горы.
Здесь в праздник Павла и Петра
Всегда поют девичьи хоры.
И душу радуют цимбалы,
И как гуцул играет Баха.
Когда-то был и он в опале
И дня не мог прожить без страха.
Теперь иные времена,
Пасутся мирно в поле кони.
Остались в прошлом имена,
Тех, кто хотел кровавой бойни.
В Карпатах нынче земной рай,
Где распрей вовсе не бывает.
И расцветает этот край,
Кто побывал - не забывает.
Опять гроза в ночи резвится,
Беснуется в дали от дома.
Дождь за окном и пёс не злится
На шум грохочущего грома.
Вижница.7.07.2013г.
/////////////////////////
КАРПАТЫ
Опять дожди неделю льют,
Все проклинают непогоду.
Домашний надоел уют-
Душа так рвётся на природу.
Когда сирень цветёт весной,
Щебечут с наслажденьем птицы.
Лишь в тишине, в глуши лесной,
Вмиг забываешь шум столицы.
Там бродят трепетные лани-
Пугает их зловещий ров.
Частенько в лес идут селяне,
Несут домой охапку дров.
На горке дом для егерей
Они давно, видать, здесь были.
Стоит без окон и дверей-
Наверное, о нём забыли.
И, как всегда, перед грозой,
Не ясно, что там с небесами?
В тени не страшен летний зной-
Прославлен этот край лесами.
Дожди неделю льют и льют,
Клянут все снова непогоду.
Домашний надоел уют-
Душа так рвётся на природу.
///////////////////////////////
РАССВЕТ
Любуюсь, как солнце лениво встаёт,
Туман над рекой проплывает,
Когда в тишине соловей запоёт--
Душа от восторга пылает.
С волнением нынче встречаю рассвет
И жду когда он засияет.
Подальше уйти от не прошенных лет
Мне муза надежду вселяет.
А если сомнения явятся вдруг-
На годы свои невзирая--
Волшебный источник найду от недуг
В горах Буковинского края.
Овеян край этот легендами весь,
Ветрами не раз опалённый,
Здесь тайной окутан цветок эдельвейс--
На скалах растёт для влюблённых.
Любуюсь как солнце игриво встаёт,
Туман над рекой проплывает
На зорьке соловушка нежно поёт--
Душа от восторга пылает.
//////////////////////////
Подруга осени печаль
В души покоях поселилась,
Звучит тихонечко рояль
И ночь к окошку прислонилась.
На пламя тающей свечи,
Смотрю и клавиши лаская,
Я мысленно лечу в ночи,
Туда где жизнь лилась сверкая.
Туда где юности заря,
Туда где сердце звонко бьется,
Туда где чудная пора,
Та что, увы, вновь не вернется.
касанье душ, как таинство прелюдий,
перед слияньем в чувственном порыве,
немыслимая сила амплитуды,
как будто залп из тысячи орудий…
и бешеная боль, в момент разрыва…