Есть разница большая между
Тремя и одной точкой,
Дает нам время не надежду,
А только лишь отсрочку.
Искусство не может заменить жизнь, оно - лишь «жалкая» попытка её отображения.
Бьется искра в глазах,
Рвётся наружу смех:
- Всё, что хочу сказать,
Здравствуйте, я - стрелец!
Лучших сегодня чувств
К сердцу прижав ладонь,
Лишь об одном кричу -
Правда моя - огонь!
Мир, не скупись, пойми -
Я - элемент любви.
Вспыльчив, как вешний пир,
Красен, как первый миг
Взглядов, дыханий, грёз,
Прикосновений рук,
Проникновений слёз
В нежность и трепет-стук.
Я - элемент вражды, зла,
Воспаленных «ой».
Слов из основы дыб,
Снов из начала войн.
Выжгу тебя до дна,
В небо взлетев твоё.
Душу убью окна,
В сердце вобью копьё.
Я - элемент судеб -
Славных, больных, простых…
Твой благородный хлеб -
Ешь и сжигай мосты.
В пропасть смотри легко.
Горы люби и лёд.
Кроме тебя-то кто…
Кроме тебя и звёзд.
…
Душам дневных страниц
Стих возрожденный - пли -
Сразу из всех бойниц,
Не осуди. Прими!
…Время сгущает кровь
И подзывает смерть.
- Напоминаю вскользь,
Здравствуйте, я - стрелец.
Анатолий Гуркин
Живя без страсти и без толку…
Столкнулась с Ним, и он привёл
В полуподвальную каморку,
Где лишь кровать, скамья и стол.
Два одиночества послушно,
В жестоком вихре Бытия,
Слились в одно и простодушно
Любви доверили себя…
Она смотрела, как он пишет
Давно им начатый роман,
И, как казалось ей, не дышит,
Всё расставляя по местам:
Года прошедшие и лица,
Судьбой введённые в дела,
И знала: то не небылицы -
История с пера текла!
Она лелеяла страницы,
Душой вживаясь в мир тех строк,
И тоже узнавала лица,
Просеивая лет песок…
И был он ей всё ближе - ближе,
Здесь - в этом мире, и в другом,
Где они полной грудью дышат,
Блуждая в общем дорогом!
Казалось, жизни смысл ей найден,
И греет их Судьбы рука,
Коль мир души их столь отраден,
Что словно ключ живой строка,
С пера бегущая игриво,
Чтоб подарить свет сонму дней.
Жизнь сладостна, нетороплива -
Как у обретших Рай людей!
***
Горел весь мир с бумагой, лица…
Был Мастер строг и недвижим.
Судьба пророчила: «Больница!
Разлука!», - языком сухим…
Copyright: Анатолий Гуркин, 2017
Свидетельство о публикации 117 110 100 859
Анатолий Гуркин
Под уклон, под уклон я всегда телегу ставил.
Вывозила меня по прямой и по кривой…
А сегодня забыл камень вовремя подставить,
И несётся с горы… Я за нею сам не свой!
«Держи телегу, а то скатится в реку!» -
Кричит, смеется детвора.
Друзья, подружки, детишки и старушки!
На ней я вас возил вчера…
Я нырял, я тянул, я мурашками покрылся…
Дед Мазай мне кричал:" Подавай конец сюда!"
Хорошо -помогли! я бы, точно, утопился…
Еле вынули телегу… Ох, студеная вода!
«Держи телегу, а то скатится в реку!» -
Кричит, смеется детвора.
Друзья, подружки, детишки и старушки!
На ней я вас возил вчера…
Июль - 2000 г
Copyright: Анатолий Гуркин, 2017
Свидетельство о публикации 117 110 203 724
Нуар абсурдного юмора реальности одновременно смешной и грустный, как черно белый дождь в комиксах. Жизнь в которой пытаешься вырваться из своего тела - это бессонница и гипнагогия. Вглядываясь в истину видишь лишь психоделику комичных парадоксов, смешные ужасы повсюду, в счастье парейдолия создающая уродливую деформацию действительности, здесь реклама синоним лжи. Реальность будто бы намекает, живи так будто бы тебя и не было вовсе, что бы силы тьмы и света никогда не заинтересовались тобой. Если заинтересуешь силы света, обязательно заинтересуешь силы тьмы.
Иван царевич пускал стрелу, и женился на жабе.
Чинганчгук.Великий змей. метал копье. и потому был холост
Коль разврат уже не в радость,
А излишества не в масть,
Это значит, сзади старость
Незаметно подкралась.
А ты живой, а я давно мертва,
Иду по краешку обрыва …
Не знала, что ты умеешь так играть,
С душой… И в голосе - с надрывом.
Не знала, что глаза умеют врать,
И шёпот слов - один обман,
Как с легкостью - мосты сжигать,
Как расстояние, будто океан.
Так пусто, но я привыкла к боли,
Мечты забыты и в конце туннель,
Ещё тогда распределил ты роли,
Кому то жизнь, кому расстрел …
Сиротею - вечера -
длинные и скучные -
Молча тянут во вчера
И «видали лучшее».
Вьют из горечной души
Нити бело-тельные,
Беспечально иссушив
До тоски… до тени ли.
Бездна жизни за окном
Истомилась тщетностью.
Нежно спрятаны в альбом
Мановений вечности.
…
Ночи всё ещё со мной -
Расточают преданность,
Шелестя тоской земной,
До нутра изведанной.
Говорят - Сейчас замри.-
И замрешь, наивная,
Холодея до зари
Прошлыми обидами.
…
РАзны нынешние дни -
То покой беспламенный.
То спаси и сохрани,
То в бегах отравленных.
То суровость-соль в речах,
То безверий искренность,
Одного - люблю… свеча
Незаметно выцвела!..
Я строю лодку. На закате дня
лучи ложатся на просмоленное днище,
и, отразившись, трогают меня,
поскольку я тут далеко не лишний.
Доска к доске. Рубанок, долото.
И, как твое дыханье, свежий ветер,
и шум прибоя мне твердит о том,
что ты прекрасней всех на белом свете.
И будет мачта крепче всех других,
штормам назло, наперекор стихиям,
И будем вместе мы в часы лихие
их укрощать молитвой и веслом.
И будет парус, белый, как снега,
снега всех зим, что пережиты нами:
доска к доске, их больше не разнять,
как нас, морскими связанных узлами.
И поплывет под именем твоим,
напомнив миру о величье Трои,
наш новый дом под парусом тугим,
наш новый дом, который я построю.
И будет так в назначенный нам срок,
и солнце в море нас лучами встретит.
Наполнит парус наш дружище-ветер.
Доска к доске.
Благослави нас Бог!
(Николай ЛЯТОШИНСКИЙ)
Нет абсолютно никакого диссонанса в том, чтобы быть отзывчивым человеком с добрым сердцем и все равно говорить людям «иди на хрен», когда того требует ситуация.
Бывает, даришь человеку свой oкеан…
А он же… тайно плещется в чyжой кaнaве.
Занавесило время вуалями
Безответное прошлое бережно.
Только ветры вуали измаяли,
Никуда-то от них и не денешься.
Заметелили дали - оснежили
Кружевными слезами остылыми,
Поддаваясь сердечному - Где же вы?!,
Предаваясь унынию вспыленно,
- Ах, ручьистые жизни-мечтания!
О, удачи, любовью привитые!
Даром, что-ли, когда-то читали их?..
Обещания бывшие видели?
А надежды? Девчоночки светлые
Голосочками вёсен капельными
Только рядом все прыгали-бегали…
И не видно, не слышно неделями.
Где пастушка та резвая* - молодость?
Упокоена в сердце излюбленном
Незабвенного вечного города
Или так же резва, не загублена?
Где друзья и родители ясные?
Где дороги, поющие дровнями?
Где озёрца, ожжёные рясками?..
Где забытости-сбытости кровные?
…Вечера уходили обидами,
Не найдя пустоте оправдание,
До тоски гробовой - ненавидимой…
Ветры памяти мучили давнее…
*резвая пастушка - оттенок розового
не все законы физики знает жизнь…