Чем меньше думаешь, тем больше у тебя единомышленников
Безжалостны фразы, как острый нож
Как пуля, летящая точно в цель
Ты правды искал, но не там живёшь
Не в то государство пришёл апрель
Не те идеалы горят в сердцах
Обиженных веком, больных душой
Насильем испорченных подлецах
Что ненависть приняли на постой
Не те перемены дарил Майдан
Не те постулаты ушли в народ
Что резали болью смертельных ран
Тела не согласных на этот счёт
Хоть время придёт и наступит день
Снимающий шоры с усталых глаз
И зло загоняющий снова в тень
Молчать не пристало уже сейчас
Украина, г. Николаев, 30 апреля 2018 г.
Господи, только бы слышать.
Только бы ветер донёс
То, что молчания тише.
То, что прозрачнее слёз.
Только лишь сердцем порожним
Внутрь зачерпнуть и вместить
То, что назвать невозможно
И без чего не прожить…
Жизнь — это не чужая жена
С ней спешить не надо
Придёт твой звёздный час
А пока, с тем что есть живи
Наслаждайся
Одинокие не плачут.
Их же некому утешить.
Но, а коли так, то значит,
Надо жить и нос не вешать.
Плачут те, кто втайне верит,
Что их кто-нибудь услышит,
Что поблизости за дверью
Иль за стенкой кто-то дышит.
Плачут те, кто точно знает,
Что живёт на белом свете
Та душа, что сострадает,
Наблюдая слёзы эти.
Бог не по силам ношу не даёт!
У каждого свой крест, своя дорога!
Но если солнышко в твоём окне встаёт,
Скажи «спасибо» — это очень много!
Не жалуйся и Бога не гневи!
Чего тебе так сильно не хватает?
Ты просишь о заоблачной любви,
А у кого-то близкий умирает…
В окне напротив свет горит всю ночь,
Читает мама сказку про «Мазая»,
Хотя врачи сказали: -«Ваша дочь,
Смиритесь, родилась глухонемая!»
Но мама верит в чудо и поёт
Малышке колыбельные про Мишку,
И каждый вечер с полки достаёт,
Ей с новой сказкой красочную книжку…
А ниже этажом живет сосед,
С ранением вернулся из Афгана,
Ноги у него правой больше нет,
И стонут по ночам былые раны…
Но по утрам он совершает путь,
И пусть зимою все заснежит небо,
Небыстрыми шагами, по чуть-чуть,
Идёт герой купить себе полхлеба!
Примеров много можно привести,
И сколько их по жизни ещё будет,
Но кормят птиц с улыбкой из горсти,
И восхищенье вызывают люди!
В этом потоке безбрежной раскаленной лавы информации, мозг человека подвержен словно «кремации «…эволюция? а может быть это некое зомбирование для беспробудно спящих)…
Дешифруй меня касаниями,
Раздразни разоблачениями,
Вскрой мне бритвой подсознание
И назначь свое лечение
Поцелуями дикарскими,
Огнестрельными оргазмами,
Больно-пыточными ласками,
И словами нежно-грязными.
Дешифруй меня на символы,
Разложи меня на атомы
Стань движением и стимулом,
Подари мне муки адовы…
Не жалуйтесь на жизнь, не то жизнь начнет обиды возвращать.
Полнится тень отголосками дум и бездумий,
всплесками грез, перехлёстами глупых сердец…
— Лягу, как Анна, на рельсы истомленной грудью —
Высохнут слезы — о прошлом не плачет мертвец.
— Ты опоздала, а поезд последний — сегодня.
Лучше послушай певуний вечерних — остынь.
Память, как время, взметнется и вновь охолонет,
Может, потом, как положено — сносишь цветы.
— Я опоздала. Опять… Сколько можно? Забуду.
Ветер до завтра прогонит ненужную мысль.
Завтра прокатимся… Можно по малому кругу…
Бедная Анна! Успела… Не встретимся мы…
Почему так устроен человек? Чем старше мы, тем меньше верим противоположному полу — женщина мужчине, а он, соответственно, ей. Если до тридцати лет мы не можем определиться со своей второй половинкой и всё ещё одинокие, холостые, но, вроде бы как, все равно очень хочется любви, тепла, взаимности, заботы, несмотря на это, очень часто почему-то в своем поиске становимся менее активные, более придирчивые к человеку, который начинает проявлять свою симпатию. И мы уже обожжённые своим жизненным, горьким, опытом, неудачными, не сложившимися отношениями. Подчас, просто боясь подпустить близко кого-то, к своему сердцу. Именно поэтому держим дистанцию и как бы, оцениваем очень тщательно со всех сторон, пытаясь отыскать недостатки, чтобы удостовериться заранее — сколько их, при этом настолько увлекаемся этим, что можем не заметить великолепных достоинств. Возможно, даже которых так долго искали в своих бывших и вот пока мы примеряем к себе человека, как наряд, подойдёт не подойдёт — искорка, которая так вспыхнула внезапно в нём, за это время может потухнуть… Просто потому, что огню возможной любви не дали разгореться. Холодным, оценивающим взглядом всё затушили, не оставляя не уголька… Почему же это происходит? Куда делись эти розовые очки влюбленности? Через них было проще на мир смотреть, в людях видеть намного больше хорошего, никого не оценивая, просто всем сердцем любили бы… Может тогда не надо их убирать в долгий ящик… И всё-таки, периодически стоит их надевать. Недаром говорят: «Для любви Все возрасты покорны». Даже за пятьдесят люди находят друг друга, влюбляются, проживают как будто вторую свою молодость счастливыми и не одинокими. Вместе доживают до глубокой старости, так как позитивные эмоции, которые они дарят друг другу и чувства, «что ты в этом мире не одинок» — продлевают жизнь. Так что, кто сейчас один, не отчаивайтесь. Просто ваш человек ещё на пути к вам. Только поверьте, доверьтесь и подпустите его к себе, когда бы то ни было и сколько бы вам не было — это неважно. Главное понять, что душа у нас юная всегда, а ещё важно это почувствовать.
Не ошибка в том, что ты искренне доверился…
Ошибка в том, что они подло предали — а значит вернётся им Стократно!
Когда пройдено немало дорог, можно увидеть, какие на жизненном пути могут быть препятствия.
В окно тихонько стучится май, нос и ладони прижав к окну, мисс Эл глядит, как ползет трамвай, спеша за бегом шальных минут. Цветные зонтики над землей парят и рвутся из чьих-то рук, дождинок мелких, жужжащий рой, со стуком падает на траву. Мурлычет рыжий домашний кот, какао в чашке и сладкий кекс. Мисс Эл идет лишь четвертый год, но нрав достоин больших принцесс. И в день рождения ждет гостей, подарки, сладости и цветы. Ватага шумных, смешных детей сломает розовые кусты. Так безмятежно и так легко, и даже тучи — хороший знак.
Мисс Эл ведет по стеклу рукой.
Часы негромко скрипят:
''тик-так''.
Тик-так.
В ладони падает мягкий снег и люди мимо спешат в метро. Мисс Эл, прижавшись к сырой стене, стоит и кутается в пальто. Декабрь в этом году суров и снег ложится, как белый плед. Но он принес первую любовь в ее семнадцать неполных лет. И зажигаются огоньки, корица, хвоя и мандарин. Шаги любимого так легки, но среди тысячи — он один. В объятьях крепких и нежных рук, мисс Эл смеется: ''такой дурак!'', и ''знаешь, я без тебя умру''.
Часы тихонько поют:
''тик-так''.
Тик-так.
Три одуванчика в волосах, (у сына точно ее глаза). Ему неведомы боль и страх, над ним — бескрайние небеса. У Эл в духовке сгорает кекс, весь дом на ней и забот полно. Жизнь — многослойный, занятный квест, а дни — насыщенное кино. Муж возвращается ровно в семь, (улыбка, ямочки на щеках), с букетом розовых хризантем.
Часы без умолку бьют:
''тик-так''.
Тик-так.
Опавших листьев цветной ковер ложится под ноги, в небеса вонзает башни свои костёл, мальчишек звонкие голоса галдят, несутся куда-то вдаль, врываясь вихрем на школьный двор. Сентябрь ветреный, как февраль, и парк притихший уныл и гол. Мисс Эл (перчатки, пальто и шаль), шагает, тростью считая шаг. Всё было. И ничего не жаль. В руках у внучки воздушный шар. Скамья у статуи, в тишине, присесть, немножечко отдохнуть. Старушка тихо зовет: ''Аннет, отдышимся, а дальше — снова в путь''. Осенний воздух тяжел и густ, и время вводит под кожу яд. Под хрупких листьев негромкий хруст, Эл засыпает.
Часы стоят.
Тик-так.
Эл просыпается нелегко, в глаза впивается яркий луч. А в небе — коконы облаков, и солнца диск, словно пламя, жгуч. Она не чувствует своих ног, а рядом — крокусы с небоскрёб. И горло не производит вдох, а сердце будто сковало в лёд. И вместо гибких, изящных рук — шесть лапок, тоненьких, как струна. Кричит, но не порождает звук, снаружи — вязкая тишина. И тяжесть странная за спиной, Эл вдруг неловко ныряет вниз. Так ветер сносит ее волной и раздается противный свист. Ей только кажется — это сон, нет ран и страха, и не болит. Над полем слышится тихий звон. Эл понимает — она летит. Десятки бабочек над землей танцуют — ворох живых цветов. ''Так значит, стала и я такой'', — мисс Эл играет своим крылом. И шепчутся все жуки в траве, скрипит их тонкий, писклявый смех: ''как будто спятила наша Эл. Ей снилось, что она — человек''.
Странно. То, что само собой разумеется для одних, другими почему-то совсем не разумеется.