- Мама, ты видела, там в новостях
Дяди с оружием злые?
Мальчик у мамы сидел на руках…
Были вопросы такие:
- Мамочка, что же такое война,
Там много монстров и страха?
- Это когда погибает страна
Под сапогом олигарха…
Знаешь, сыночек, я Бога молю,
Чтобы война прекратилась.
Как я тебя, мой хороший, люблю…
Как я за папу молилась…
- Мама, за что же убили они
Нашего папу-солдата?
Помнишь счастливые летние дни,
Горки и сладкую вату?
Помнишь, как папа зимою ругал
Тех, кто стрелял на майдане?
Папа шахтёр, но солдатом вдруг стал…
Мам, мы убитыми станем?
- Что ты, сыночек, мы будем гулять
В парке на горках, как прежде…
Плакала тихо Донбасская мать,
Не изменяя надежде…
- Мамо, а татко повернеться знов?
Кажуть, там злi терористи.
Я вiдiшлю у АТО всю любов,
Вiрну, дитячу i чисту.
- Так, любий синку, повернеться вiн
Справжнiм i мужнiм героэм.
I Батькiвщина, що встане з колiн,
Буде без бiйок i зброi.
-Мам, а чого це сумна ти така,
Знову ллэш сльози солонi?
Жiнка мовчить, обiйнявши синка,
А чоловiк у полонi…
Матiр зi Львова, в Донецьку брати…
Бога за мир все молила.
Де терористи живуть, де кати,
Добре вона розумiла…
Плакали дети с обеих сторон…
Женщины в чёрных повязках.
Брата отныне понять не готов
Воин с шевроном и в каске…
Топчут страну олигархи ногой,
Бой провоцируя адский.
Самая страшная в мире из войн
Та, что зовётся гражданской…
Ирина Самарина-Лабиринт, 2015
Сто раз подумайте прежде, чем заводить детей, этих маленьких варваров, которые то и дело будут изгонять вас из-за домашнего компьютера))
После занятия плаванием в душевую вошли две девочки младшего школьного возраста. Одна из них сразу стала под душ. Другая, со строго-серьёзным видом и словами «А ты правила читала?» указала на надпись, гласящую: «Уважаемые посетители! Просьба принимать душ без купальника».
Девочка из душа ответила, что так надо делать при принятии душа перед бассейном. На что упрямая блюстительница порядка настаивала, что и после тоже, «потому что там хлорка». Её собеседница (она была чуть старше и жизнь знала чуть лучше) авторитетно заявила, что «заботиться о нас никто не будет». Дальше разговор перешёл в русло знакомства и обсуждения браслетов из резинок.
А я, стоя под душем в чём мать родила, слушала этот разговор и думала, что заботиться о нас, и правда, никто не будет.
Дети, которые родились после войны. Мать приехала из деревни с гор в юбке, сшитой из мешка. Когда я родилась меня завернули в пелёнку из военной гимнастёрки. Жили мы все в коммуналке, комната 8 метров втроём: отец, мама и я. Тогда жили трудно. На мясо денег не было. Покупали в основном косточки и бараньи головки. Их звали кареглазки. Я на всю жизнь запомнила вкус того, что готовила мама. Отец умер рано, мне было 8 лет. Потом мать начала на стройке строить себе дом, вернее на четыре хозяина из камышитовых плит. Она уходила рано утром, возвращалась поздно. Готовить было особо некогда. Я научилась готовить затерку из муки. Быстро и вкусно. Зато у нас потом появилась квартира из двух светлых комнат.
Жили тяжело. Но мне кажется веселее, чем сейчас. Новые песни переписывали друг у друга.
Собирали фото артистов. А если сосед покупал телевизор, то к нему собирались вечерами. А какие были артисты в то время, какие песни. Этита Пьеха, Муслим Магомаев, Трошин, а песни у них были душевные. Молодые Алла Пугачёва и Филипп Киркоров. Мы знали всех космонавтов по фамилиям. Интересно нам было жить. Вечера в техникуме, институте. Сейчас мы, наше поколение конечно постарело. Но нам есть, что вспомнить в своей молодости. И я не жалею, что я родилась тогда, после войны. Мы были счастливы.
Передо мной идут два мальчика. На вид лет по 5−6 (видимо детская группа). И тут один из них выдает грустным и не по детски серьезно: «Единственный плюс нашей жизни - это то, что нам пока что не нужно ни за что платить.»
Юный философ, блин…
Мой друг-священник недавно венчал молодую пару. Современные, красивые, умные. Он - успешный сотрудник высокотехнологичной компании, она - переводчик, знаток английской литературы XIX века. Прямо светятся от любви и нежности друг к другу. Глаз не оторвать.
…На следующий день после венчания молодая пара поехала в дорогую частную клинику, где счастливая новобрачная сделала аборт.
Когда друг-священник узнал об этом, плакал как ребенок. Рассказывает, а сам трясется от гнева: представляешь, что за люди? Они шли венчаться, заранее зная, что завтра с утра убьют собственного ребенка…
Я слушал и думал: «Как же так? Ведь они же крещеные, раз пришли. Православные…»
Каждый год в нашей стране совершается более трех миллионов абортов. И большинство этих детоубийц, счастливых, успешных, молодых и не очень, по всей видимости, крещены в Православную веру. Они встают с утра и идут убивать своих детей. Каждый год три миллиона изрезанных скальпелями, вытравленных кислотой невинных и непрощённых. Один Екатеринбург и половина Калуги под нож.
А потом мы говорим про любовь. И тогда Ангелы затыкают уши и начинают плакать. Вдумайтесь, как звучит: «Я беременна, но это временно, и будет так, как мы захотим». «Мы оставили отпечатки наших ботинок на Луне, и когда возвращались, Бога там не встречали». Это утвердило нас в собственном превосходстве и стало началом нашего конца. Нет ни одного зверя, у которого не было хотя бы капли жалости. Но у нас нет жалости. Потому что мы не звери…
Мы - православные. Так мы считаем. Духовные скрепы, зов предков, иконы в каждом углу. Без благословения за руль не садимся. Духовные все, по каким-то святым местам ездят. Вчера вернулись с Афона, на прошлой неделе были в Переделкино, батюшка Илий благословил, и дальше по тексту…
Дальше будет вот что: землю, проклятую невинной кровью, Господь отдаст тем, которые будут не такими кровожадными к собственным детям. Вы их прекрасно знаете: в семьях у них по восемь-десять детей, и они ими гордятся. Они режут баранов в центре Москвы и готовы на коленях идти до Мекки и обратно. Они не боятся утопить своих врагов в крови, но боятся крови невинных детей.
Когда сербский Патриарх Павел говорил об этом на улицах Косово, его никто не слушал. Сегодня в центре Косово тянет свою бесконечную песню муэдзин и ветер разносит гарь древних православных монастырей. Нас все это тоже ждет, если не одумаемся.
Детям, пережившим ту войну,
Поклониться нужно до земли!
В поле, в оккупации, в плену,
Продержались, выжили, смогли!
У станков стояли, как бойцы,
На пределе сил,
но не прогнулись
И молились, чтобы их отцы
С бойни той немыслимой вернулись.
Дети, что без детства повзрослели,
Дети, обделенные войной,
Вы в ту пору досыта не ели,
Но честны перед своей страной.
Мерзли вы в нетопленных квартирах,
В гетто умирали и в печах.
Было неуютно, страшно, сыро,
Но несли на слабеньких плечах
Ношу непомерную, святую,
Чтоб скорее мира час настал.
Истину познавшие простую.
Каждый на своем посту стоял.
Девочки и мальчики войны!
На земле осталось вас немного.
Дочери страны! Ее сыны!
Чистые пред Родиной и Богом!
В этот день и горестный, и светлый,
Поклониться от души должны
Мы живым и недожившим детям
Той большой и праведной войны!
Мира вам, здоровья, долголетья,
Доброты, душевного тепла!
И пускай нигде на целом свете
Детство вновь не отберет война!
Взрослые никогда не могут сами решить свои проблемы и всегда первым в троллейбус засовывают ребёнка.
У нас кошка родила, решили раздать котят. Сказала маленькому сыну это, а он говорит «зачем отдавать, можно из них котлетки сделать вкусные». Теперь побаиваюсь его…
Американские дети после ссоры быстро убегают от родителей потому что они сразу в обуви. У нас, пока завязываешь шнурки, получаешь п*здюлей и идешь в свою комнату.
- Папка, ты сам был таким же.
Вспомни, ведь ты же - не старый.
Бегал под солнышком рыжим
Ты загорелым корсаром.
И мастерил арбалеты.
Помнишь? Прищепка с резинкой.
Как-то рассказывал это
Мне с непонятной грустинкой.
Помнишь, - в соседском подвале
Ты «партизаном» был, папа?
«Немцы» тебя там пытали,
Вроде в каком-то «гестапо»?
Помнишь, - рубили колючки
Шпагой из сломанной ветки?
Ты мушкетёром был лучшим -
Ловким, проворным и метким.
Так же играли в индейцев,
И вечно коленки - в зелёнке…
…Так что, ты, пап, не надейся,
Что буду примерным ребёнком…
Храни, Господь, моих детей
В лихую для меня годину -
Родную дочь, родных кровей,
И зятя, ставшего мне сыном.
Даруй, Господь, здоровья им!
Убереги их от недуга!
Дай невредимым и живым
Им выбраться с болезней круга!
Я, как могу, их берегу:
Молитвенным к тебе посланьем.
Укрой, Господь, их на бегу
Своим защитным одеяньем!
Храни, Господь, моих детей
И всех детей, великий Боже!
Молюсь за добрых всех людей,
И за твоё здоровье тоже!
Едем в больницу к врачу-офтальмологу на очередной прием. Ранее зашли в магазин, купили коробку конфет. Дочь: - Мама, а зачем конфеты? - Врачу. -
А зачем врачу? - Ну она же тебя лечить будет… Дочь восторженно на весь
трамвай: - Конфетами?!
Отправляя ребенка в школу, каждая мама хотя бы однажды слышала какую-то из перечисленных фраз.
Мама, мы сегодня фотографируемся. Мне надо прийти нарядным (в белой рубашке, в белых колготках). Конечно, предупредить об этом с вечера было совершенно невозможно.
Мама, мне надо сдать поделку (рисунок на конкурс, в худшем случае - гербарий). И вот мама в перерывах между помешиванием каши и глажкой штанов клеит фонарик, рисует домики или что получится. С гербарием - без шансов.
Мама, у нас сегодня праздник. Испеки пирог! Спрашивать, почему не сказал хотя бы накануне, бесполезно. В 99% случаев последует ответ: забыл. В лучшем случае вы успеете купить готовый пирог по дороге в школу.
Мама, я обещал учителю, что ты постираешь шторы. Они в прихожей. Добрый ребенок просто хотел помочь учительнице.
Мама, дай мне другую форму на физкультуру (взамен грязной или потерянной). Хорошо, если другая есть в наличии. Но чаще всего эта грязная - одна-единственная и, похоже, что в ней рыли шахту. Другой вариант проблемы: «Мама, я порвал штаны» или «Мама, я испачкал куртку в краске». К слову, краска хорошо оттирается растительным маслом.
Мама, нам надо сдать деньги на… Тут все зависит от суммы. Худший вариант - за потерянный учебник по природоведению, например. Тогда вам предстоит еще и выяснять, куда канул упомянутый учебник.
Впрочем, учебный год подходит к концу, а значит, утренних сюрпризов вы будете лишены по меньшей мере до сентября.
Кто они - дети войны?
Дети, не знавшие детства.
Что они помнить должны
Памятью детского сердца?!
…Взрывы снарядов и бомб,
Зарево вечных пожарищ…
И лабиринт катакомб,
Где называли - «товарищ».
Им, этим детям войны,
Ящик снарядный под ноги;
И убеждались они -
«Точат снаряды не боги»…
Жили они по цехам.
Спали в углах после смены.
Вторили их детским снам -
Вой и тревоги сирены…
ДЕТИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ!
Вы, в покорёженном детстве,
В сплав превращали живой
Душ ваших злато и сердца!
Где сейчас дети войны?
Рядом! Почтенные люди.
Мы почитать их должны -
Подвигов их не забудем!
В майский победный ваш час,
Семьдесят лет в небе синем,
ГИМНЫ ЗВУЧАТ ВНОВЬ ДЛЯ ВАС -
ДЕТИ ВЕЛИКОЙ РОССИИ!!!