… если вас ненавидят глупцы, значить вы всё делаете правильно !
Дикий Леший
Осень, Осень!
В гости просим!
Очень-очень!
Хлеб выносим
И колосьями несём…
Полон злаков каждый дом!
Осень, осень!
Краски ярче!
Точно-точно!
Дни погасли
И не греет уж слепя
Солнце… не его стезя!
Осень, осень!
Хвоя остро!
Сосен-сосен!
К небу сморит
Не меняя даже цвет…
И пестреет поздноцвет!
Осень, осень!
Камни бросим!
Ровен-ровен!
Час не можем
Без цветных твоих чудес…
Балом правит куролес!
Осень, осень!
Просто ровно!
Просто остро!
Просто лес!
Просто просим!
Просто очень!
Твой волшебный…
Мир чудес!!!
— Сдохну, но сделаю! - сказал человек.
— Ну что же? Сделай и сдохни! — ответило Мироздание…
КАК ПРАВИЛЬНО СЕБЯ ВЕСТИ В СЛУЧАЕ СКАНДАЛА С ЖЕНЩИНОЙ.
Универсальная инструкция для мужчин с прологом и эпилогом.
Пролог:
Если женщина начала скандал с вами, знайте — все это вам во благо и только для того, чтобы вы стали лучше.
1. Если женщина начала скандал — это не для того, чтобы разнообразить свой быт. Это не для того, чтобы соседи услышали и поняли по ее истошным крикам, что у нее в доме завелся мужик. Это не для того, чтобы вы оглохли.
Она таким образом хочет вам что — то сказать. Поэтому срочно перестаньте обращать внимание на громкость — сконцентрируйтесь на смысловой нагрузке текста.
2. Если в основной смысловой нагрузке текста лежит постулат — «ты меня не любишь», значит это не рядовой скандал, женщина хочет вам сказать что — то архиважное и это что-то надо попытаться в тексте отыскать. Обычно это самое важное идет сразу после — «ты меня не любишь».
3. Если после — «ты меня не любишь» следует расхожее «ты козел», то вам не повезло, вам попалась более сложная в понимании женщина, и смысл текста заложен где — то глубже.
4. Если женщина дошла до — «ты козел» — не надо выходить из комнаты и демонстрировать, что вы потеряли интерес к беседе. Это женщину только еще больше заводит и дает ей основания испортить вам не только этот вечер, но еще три — пять вечеров соответственно. Поэтому этот пункт особенно важен — ни при каких обстоятельствах не уходите из комнаты, где женщина решила начать вам объяснять свою жизненную позицию.
5. Очень важный пункт — не молчите в ответ. Но и не пререкайтесь. И не спорьте. И не делайте виноватый вид. Не злитесь. Не пытайтесь задавать дурацкие вопросы. Не лезьте в драку. Не сидите как истукан. Не смотрите на нее так. Не мычите. Не вздыхайте. Не повторяйте как попка — да дорогая, конечно любимая. Не включайте идиота.
Короче — делайте что-нибудь.
6. Ни в коем случае не говорите, что вы уходите к маме. Запомните — в данной ситуации мама рассматривается как другая женщина. И с этим трудно поспорить. Это наиболее логичный вывод из всех, что в данной ситуации женщина может для себя сделать.
7. После произошедшего скандала ни в коем случае не засыпайте раньше женщины. Вы должны дать ей понять, что произошедшее лишило вас сна и вы ворочаетесь и перевариваете всё ею сказанное. Что вас мучает создавшаяся ситуация и что пока вы ее не трахните в знак примирения, уснуть вы уже не сможете никогда.
Эпилог: Если женщина решила сделать вас лучше, просто станьте лучше и не е@ите ни себе, ни ей мозги.
В самопрощении покой душа нашла,
Стираешь капли от дождя рукой уставшей со стекла…
И примирившись с прошлым в памяти своей,
Становишься и чище, и светлей.
Добрей к тому, кто причинил обиды,
И непонятные, и томные мотивы
Не утомляют слух, агрессии порывы
Уходят тихо и неслышными шагами…
Свою судьбу с любовью стройте сами…
Под градом вечных пересудов,
Под ливнем сплетен за спиной,
Под кривотолки баламутов
Шагала твердою стопой.
.
Не унывала, не сдавалась
Не слыша, что ей в след кричат
Страстям безумным поддавалась,
Вдыхая жизни аромат.
.
Земная, грешная, живая
Любила, как в последний раз,
Себя до капли отдавая,
Ловила чувственный экстаз.
.
Скелет в шкафу два метра ростом,
Но кто невинен, не живёт.
А задалась она вопросом —
Грехам кто нашим счёт ведёт?
.
Судьба — развилок паутина
Порой не очень берегла.
И силой рока, как трясина
Бывало в омут волокла.
.
К огню, как мотылек летела,
Всё, что горело, то влекло.
А жизнь сама её хотела,
Даря заветное тепло.
.
Не веря в храм, но веря в Бога,
Ему лишь доверяя суть,
Шептала все свои тревоги,
Ни в чем не смея упрекнуть.
Подойду к тебе ногами босыми
И коснусь любимого плеча:
«Знаешь, я всегда боялась осени,
Осень — это рыжая печаль.
Осень — это песня подневольного,
Злая чародейка. Верь — не верь,
Но повсюду сердцу неспокойному
Чудятся предвестники потерь!
Отучи меня меня бояться осени…»
…Ты обнимешь, нежность не тая:
«Девочка, какая ты серьезная!
Что нам осень, если ты — моя!
Если ты любимая и нужная,
Никому на свете не отдам…»
Разом все тревоги, безоружные,
Упадут поверженно к ногам…
И наступит долгое молчание,
Только дождь забарабанит с крыш.
«Ты — моя…» сбивается дыхание…
Я молчу, и ты в ответ молчишь.
Разолью тепло руками нежными,
Ты притянешь с жадностью к себе…
…Что мне осень, злая и мятежная,
Если ты и в сердце, и в судьбе…
Доморощенные психологи, как один,
Начитавшися Фрейда, твердят о вине родителей
Перед бедным детенышем. Надо же! Ты гляди!
Ты ни в чем не виновен. Приятно же? Офигительно!
Ты не хочешь учиться? А где же желанье взять,
Если каждое утро с упорством, достойным лучшего,
Из уютной постельки тебя вынимает мать.
«Не ну че за садистка? Пойду накурюсь! Замучила!»
Ни к чему не стремишься? А фигли куда-то лезть?
На любой твой рекорд ведь найдется другой рекордище.
И тогда ты сломаешься — полностью нафиг весь!
Это ж гордость задета! А ты же ведь шибко гордый же.
Ты унылой какашкой, воткнувшейся в телефон,
По проспекту плетешься с привычной бутылкой «Клинского»?
Не иначе, виновен папаша. «Ну, точно — он!
Нафига он тогда навязывал этот финский мне?»
А в твоих телесах разжиревших кого винить,
Если ты круглосуточно точишь батоны тоннами,
Не забыв от души сгущеночкой их полить?
Это дура-физичка с протонами и ньютонами!
Это так элегантно, продвинуто и умнО:
Только не по-людски — как коленочки у кузнечика.
Но по этой системе любое свое говно
Ты легко переложишь на чье-то другое плечико.
И, конечно, однажды: «Уж я-то, уж своему
И игрушки, и цацки, и Турцию, и Европу».
Фрейд взбесившейся белкой мечется во гробу,
Глядя, как своему обалдую
Ты дуешь
В попу.
Запомни, детка, всем плевать,
Что позвонок твой больно хрустнул,
Что рухнула не на кровать
И что тебе чертовски грустно.
Запомни, детка, всем плевать,
Какую тяжесть в сердце носишь.
И каждый каждому под стать.
Они не скажут, ты не спросишь.
Поэтому себя бери
И собирай как икебану.
На то, что у тебя внутри,
Всем глубоко по барабану.
Внутри под кожурой скользя,
У всех нащупываешь мякоть.
Запомни — плакаться нельзя.
Но можно плакать.
…Для некоторых линия горизонта
не дальше края раскрытого зОнта…
(ЮрийВУ)
Вот она, высокая романтика…
Если в двух словах, говно-говном!
Губки жопкой (обещали бантиком),
Но уже, признаться, всё равно.
Ты такой ужасно положительный,
Кое-где помазанный медком —
Бабы из второго общежития
От восторга ссутся кипятком.
Только я, приятель, не ссыкливая,
Ежели война — возьму Рейхстаг.
Не смотри, что музыка тоскливая
Спрятана в сети на плей-листах.
Есть во мне и слабости по малости
(Утром поревела раза два),
Только я к тебе не нанималася,
Чтобы ты приказы раздавал.
За окошком расцвела гортензия,
Это значит, лето на носу.
Если у тебя ко мне претензия,
В жопу ту претензию засунь!
Весна в коростах
Оттаявшего мусора,
Наста и льда,
Проталины ищет для роста.
Эльмира снимает порчу.
Сними, Эльмира, её и с меня!
А то, что-то, я всё порчу.
И тут и там,
и там и здесь.
Делов, так много есть,
а денег — ровно чтоб поесть.
Я не согласна, что любят за красоту.
Любят за шрам, за ямочки на щеках.
Это как будто подняться на высоту,
Но не упасть, а крыльями сделать взмах.
Это как будто бы чувствовать свой полёт.
С первой снежинкой верить — пришла зима…
Ну, а потом, среди ночи понять -«моё»
И его руку крепко во сне сжимать.
Это прекрасно, раз в доме горит камин.
Маслом на блюде тает в ночи луна.
Господи, кажется, я ощутила с ним,
Глупую фразу: «с кем-то сойти с ума!»
Я его запах прям чувствую за версту.
Словно в пустыне, хочется пить и пить.
Но не согласна, что любят за красоту,
Любят… но за другое.
Не объяснить.
А паузы все шире.
Мозг ковыряет в сердце дыры.
Сыро. Сыро. Сыро.