На короткой ноге с властью, только, стоя на коленях…
Супруга — супругу: «Ты не так уж и плох…
Заблуждалась я сильно, считая, что лох!»
В пустоту прозвучал запоздалый сей «зуммер»:
Накануне мужик изловчился и умер!
Быть такой женщиной — не лучше, чем не быть таким мужчиной.
Вот и осталась я опять одна —
Закрыла очень плотно двери…
За окнами расплакалась весна,
Моим улыбкам не поверя.
Да нужно удержать такой фасон,
От всех упреков, едких взглядов —
Ведь в сущности не грянул с неба гром,
Когда его не стало рядом.
И время вспять никак не потекло,
К истокам прожитой любви…
А ручейком в песок ушло,
Оставив в душеньке мои стихи.
Иссяк, тот отведенный, срок —
Жалеть о том, совсем не стоит,
Судьба вручила свой урок —
В полынно — розовом настое.
А все дожди закончатся идти,
И солнце вновь согреет сердце…
Окажется, что с кем то по пути —
И я открою снова дверцу.
автор Людмила Купаева
Формалисты всегда были дальтониками.
Мы не судим о человеке, не зная его, но мы судим о всем человечестве, зная лишь одного человека.
Судьба моя, злодейка,
Ну не надо хохотать…
А, впрочем, как случилось,
Так случилось,
И ни к чему мне на судьбу
Коварную роптать…
Сиреневые слёзы
Лить, на милость,
Что кончилась весна опять,
И снова, холода,
Что лето, вновь. настало,
Без просвета
И, опять, нам, сегодня,
Не до сна как и всегда,
И не приходится ждать от судьбы
Нам милости при этом…
Скептицизм — это прежде всего непреодолимое стремление больного мозга к оппозиции, который в конечном итоге отупляет свою жертву, до уровня вопроса «И чо?!»
Наши дети растут, мы стареем с годами,
Было так и так будет во все времена,
Но всегда в трудный час вспоминаем о маме,
Что душою и сердцем нам отдана.
Все тревоги о нас, хоть давно стали взрослыми.
И нахлынет порой обиды слеза,
Знаем радости большей маме не нужно,
Лишь бы видеть счастливыми наши глаза.
На уставшем лице всё заметней морщинки,
Серебрится дождём на висках седина,
Только с нею в разлуке понимать начинаем,
Как её не хватает, как она нам нужна.
Мы на волнах судьбы ищем призрачный берег,
В жизни много всего предстоит пережить,
Мама нежностью наши сердца отогреет,
Лишь она беззаветно умеет любить.
Вот и встретились два одиночества —
Её Светлость, Его Высочество;
Две лианы у берега снов
И пленившая сердце любовь.
Жарче пламени их объятья.
Из цветов подвенечное платье,
С нежной лилией белый лотос,
Звёзд мерцающих позолота.
Обезумевши, словно юные,
Звуки вальса ночами лунными,
Как слезинки на тёмных ресницах
На висках седина серебрится.
Опьянённые пылкой страстью.
Наслаждаясь минутами счастья.
Пьют нектар золотого рассвета.
Провожая хмельное лето.
Что дальше… не знаю… почти и не жил…
Одно точно знаю — Отчизну любил!
Осталось всё в прошлом — любовь и друзья,
И в небо уводит одна лишь стезя.
А в прошлом остались — любовь и друзья,
И память несётся в ту юность скользя,
Как пел для любимой и чувств не тая —
«Гренада, Гренада, Гренада моя!»
Жалеть, не жалею, что толку жалеть…
Друзей защищая вблизи видел смерть.
И рвались снаряды, и снайпер глядел,
В ту ночь, под обстрелом, любимой, я пел:
«Не плачь, дорогая, я прожил не зря,
Ты помнишь… над нами всходила заря.
В последний лишь раз допою для тебя:
„Гренада, Гренада, Гренада моя!“».
Одесса. 3 июня 2018
Не люблю я тебя и не радую
Нежным словом и лаской руки;
Не зову я тебя долгожданная,
И за это меня ты прости
.
Нелюбимая ты, нелюбимая
Не могу я любимой назвать.
Так скажи, ну зачем нелюбимая
Возвращаюсь к тебе я опять?
Пред твоими склоняясь коленями,
Обрести я стараюсь покой;
И ты даришь его, нелюбимая,
Прикасаясь своею рукой.
Почему же всё так получается,
И зачем вышло в жизни ни так?
Называю тебя нелюбимая
Да родней не найду я никак.
Нелюбимая ты, нелюбимая…
Почему так грустна, так грустна…
Знаю я, что ты мне, нелюбимая,
Больше всех в этой жизни нужна.
Боль, обман и настроенье,
долгий день — в потоке шумном.
и забытое веселье
быть понятным, но ненужным.
тишиной себя запутать
или вынужденным пленом.
отказаться от маршрута,
разлетевшись по антеннам.
заплатить налог богатым,
пусть за бедность оправдают.
не хочу быть виноватым.
не люблю, когда стреляют.
не люблю большой арены
и бездумности азарта.
когда клоуны на сцене
мне меняют ось Декарта.
На Руси когда-то говорили,
И опровержений тому нет —
Женщина в огромном этом мире
Трижды появляется на свет.
Первый раз, когда с такой любовью,
Мать своей дочурке жизнь дарует;
Второй раз, когда сама рожает,
Малыша прижав к груди, целует,
Третий раз рождается во внуках,
Сходство, находя в родных чертах,
Бабушка дитя поднимет гордо
К небесам на поднятых руках.
Кто оспорить истину посмеет?
Судьбы с одиночеством повенчаны…
И, сказав, ничуть не ошибусь —
Трижды умирает сердце женщины.
Первый раз, когда её разлюбят,
Бросив плыть без вёсел на галеру;
Второй раз- когда совсем отчаявшись,
Безнадёжно потеряет веру;
Третий раз, когда забудут дети,
Разлетевшись, кто, куда по свету
Мать всегда с надеждой будет ждать
Тех, кого дороже в мире нету.
Женщина- хранитель очага,
Образ для ваяния картины,
Так любима вами и желанна-
Берегите женщину, мужчины!
Хризантемы в моих руках,
Дверь тихонечко приоткрою.
Ни о чём я тебя не спрошу,
И ничем не побеспокою.
Ты прими вот такого, как есть —
Бедолагу с разбитой душой.
Пожалей ты меня, пожалей,
Я хочу быть сегодня с тобой.
Не гони от себя, не гони.
То, что было меж нами- свято.
Прикоснись своей нежной рукой,
Обними, как бывало когда-то.
Ну, давай растворимся в ночи,
Всё простим и сумеем понять,
Ещё раз попытаемся, милая,
Мы с тобою счастливыми стать.