Советским людям жить вредно… так решили в правительстве…
Нарушителей сказок правительства России наказывают или убивают…
Cavoli riscaldati
Именно так итальянцы называют попытку снова начать отношения, которые когда-то разорвались. То, как они к подобному относятся, понятно из дословного перевода: «разогретая капуста». Ты находишь в холодильнике миску вчерашней капусты, разогреваешь ее, чтобы перекусить и в процессе еды внезапно вновь осознаешь, почему не доел ее в тот раз.
Бакку-сян
В японском языке так называют женщину, которая неплохо выглядит со спины, но оказывается некрасивой лицом. Дословный перевод простой как палка: «красивая спина».
Avoir la moule qui baille
Когда «романтичные» французы находятся в настроении для брачных игр, они никогда не скажут, что «жаждут любви». Вместо этого они предпочитают сообщать, что их «мидия зевает». Если мы все правильно поняли, то ради безопасности этой мидии лучше прикрыть рот рукой.
Batuta ni Drakula
Можно только удивляться популярности такого персонажа как граф Дракула в Филиппинах. Его имя было увековечено в фразеологизме, обозначающем мощный пенис. Дословно это словосочетание переводится как «дубинка Дракулы».
Dejar con el paquete
Смыться, оставив женщину беременной — низкий поступок. Но если она испанка, ребенок, по крайней мере сможет бросаться на каждого почтальона с криком «Папа!». По-испански, «оставить на сносях» значит, «подкинуть посылку».
Commencer a rendre la monnaie
Французы никогда особенно не стеснялись отечественных проституток. У них, например, есть обозначение путаны, которая стала ниже рангом из-за возраста. Галантные французы не скажут, что у нее, например, обвисли груди. Вместо этого они только заметят, что «она начала давать сдачу».
Велосипеды входят в моду — здоровья русскому народу!
Безразлично смотрю на нелюбовь к себе кого бы то ни было, главное, что я люблю…
Я желаю тем, кто скрипит на мою доброту зубами от злости — не треснуть, не разлететься по швам на кусочки… Желаю трудиться с любовью и незаметно над построением души моего ребёнка даже через тысячи миль, на расстоянии, совершенно уже повзрослевшего, своими словами: бесконечно люблю тебя, твоя мама…
И пусть, когда я исчезну с лица Земли, мои слова согревают душу моего ребёнка…
Хотите, чтобы человек увидел вашу улыбку, не стойте к нему спиной.
там, где низам не развернуться,
где всё верхам — по фуа-гра,
катки упругих эволюций
стирают гендерную грань.
там связи следственно-причинны,
законы — только для людей.
там «настоящие мужчины»
изящней «истинных леде;й».
там по дорожкам из гранита,
глотая смоги и дымы,
шагает пипл, весь пропитан
прогорклым жиром шаурмы.
дорог причудливые петли
вплетает город в свой наряд,
и блещут опели и бентли
на серых лентах автострад.
у стен сияющего храма,
от этикетов далеки,
потомки мудрого хайяма
нахально клянчат медяки.
халву небесную по граммам
всё делят пьер и аладдин,
хотя у всех одна программа
и Бог, как истина, один.
но страж небес — всё осторожней,
запасы бережно хранит…
…там прорастает подорожник
сквозь пыльный треснувший гранит.
Ты меня не спросил об этом,
Ну, а я тебе не сказала,
Я летала меж тьмою и светом,
И о большем я не желала.
Птицей счастья в лазури небесной
Я мечтаю, как прежде, летать.
Быть женой мне немыслимо, честно,
Не могу ведь я память предать.
Так сильна моя память о небе,
Всё ласкают глаза свысока.
О насущном бы думала хлебе,
О семье, но влечёт на закат.
Тот, кто захочет придраться, придерется даже к белому пятну на белом же фоне.
Юбилей — событие что надо!
Непросто до такого дня дожить,
За юбиляра мы сегодня рады,
Прошу бокалы всем налить
Поднимем запотевшие фужеры,
И выпьем вдохновенно все до дна,
И дружно пожелаем мы Валере,
Здоровья, счастья и добра!!!
— 1 —
Среди аллеи на углу базар:
Кувшины стройные, цветистые рогожки
И пестрые тунисские дорожки
По-деревенски радостны, как жар…
А под платанами гирляндами висят,
Как кремовый гигантский виноград,
Чудесные густые ожерелья…
— Скажите мне, что это за изделья?
Не погремушки ль для слоновьих ног?
Иль для верблюжьей сбруи украшенья?
— - -
И спутник мой, без тени восхищенья,
Мне отвечает коротко: «Чеснок».
— 2 —
На козлах толстый франт
С бичом в ленивой лапе.
В оглоблях Россинант
С гвоздикою и в шляпе.
Рассевшись, как бебе,
Под белым балдахинцем,
Ты кажешься себе
Почти персидским принцем…
Навстречу в две стены
Плывут бурнусы, фески,
И белые штаны,
И медные подвески…
Румяна и жирна,
Под пальмовым наметом
Марсельская Нана
Торгуется с пилотом.
Внизу синеет порт
В щель улицы-колодца.
В душе веселый черт
Все веселей смеется…
Но кляча стала вдруг, —
Глаза, как две черешни!
«Куда?» — «Не знаю, друг,
Я, милая, не здешний».
Уйти, сгореть /поверь — такая малость/…
остаться и смотреть, и вывернуть себя.
узнать и оценить любовь, разлуку и усталость,
и раствориться болью вымокшего дня.
увидеть солнца луч за тучами заката,
и белоснежный бархат северных полей,
и черное пятно тонувшего собрата,
среди пустыни льдов и тусклых фонарей…
Вам по нраву принц на белом коне?
А если мне по нраву гнедой конь?
/барон М./
Не нужно себя сдерживать в своих желаниях, куда важнее, устранить привязанность к ним…
Знаешь, надо иногда, это неплохо — рубануть сплеча. А то мы с возрастом такие мудрые становимся, все понимаем, в любое положение войти можем, а оправдать так вообще любого способны. Мы порой такие гладкие, что на нас поскользнуться можно.
Николай Леонов «Обречен на победу»