Вера — мать верующих.
Надежда — мать дураков.
Сталбыть, дураки и атеисты — братья по матери.
Как бы не раздобреть от доброты.
Лучшие нахлебники — масло и икра.
Он ей в чате: «Я люблю вас!
Преданно и горячо!»
А она в ответ: «Прякольна!
Я тасчузь… Пеши есчо!!!»
— Смотри, какой у Солсберецкого собора шпиль!
— Так тебя что, мой уже не устраивает?
Люблю я мир неспешный,
Как течение реки,
Где воды чистые
Лаская валуны их обнимают…
С журчаньем убегают в даль,
С собою унося свою печаль.
И оставлют за собой
Лишь чистоты незыблемый покой…
Какой же мир себе ты нарисуешь сам?
Подвластно лишь твоим карандашам,
Сиди, пожалуйста и сам его рисуй, а к водам рек моих
Свои карандаши не суй!!!
— Доктор, я буду жить?
— Конечно, просто не большой творческий застой!
Стоит мне заговорить с самим собой, как опыт вмешивается со своими советами.
Когда сперматозоид достигает яйцеклетки, ему кажется, вот он, рай. Не тут-то было! Вся херня только начинается.
— Ого сколько специй. Что ты варишь?
— Осенний суп.
— Но это же глинтвейн!
— Это. Осенний. Суп.
— Девочки, на каком сроке вы почувствовали шевеление ребёночка?
— Когда он устроился на работу и стал жить отдельно.
Странно, почему Боширов?
Ведь обычно Петров работал с Васечкиным
Легкая небрежность подчеркивает стиль. Легкая придурковатость выдает в человеке мыслителя или блондинку
Некому упрекать
и о том не грущу:
и не надо потакать,
и своё не упущу.
Боюсь показаться невоспитанным, но воспитанием пока так и не обзавёлся. То руки не доходят, то ноги, а то голова чем-то более важным занята.