Любой поисковик оценит труд,
направив читателя по ссылке
и пусть читатели о рифме трут,
ругая вас или хваля посильно.
Дай мне сложную задачу —
я ее решу.
простота меня пугает,
стало быть и я
свой покой в душе нередко
рушу и крушу,
лишь бы не познать на деле
легкость бытия.
Кто-то любит по течению
мелких горных рек
плыть, куда вода захочет —
быстро, с ветерком!
мне же нравится сквозь стужу,
засуху и снег
подниматься в эти горы
день и ночь. пешком.
Мне по нраву, через силу,
взгляда не сводить
с тех, кто в чем-то
лучше, больше и сильней меня.
я люблю, когда не видно
у людей границ,
и когда пылает сердце
веселей огня.
Когда ночь невыносимо
давит на виски
тишиной, пространством, мыслью
о финале дней.
я то знаю: все, что режет
душу на куски,
если сразу не убило —
сделает сильней.
Потому не бойся, друг мой,
если нам с тобой
нелегко даются чувства,
встречи и слова —
если нужно я осилю
самый трудный бой:
Если я борюсь за счастье,
значит я жива.
Вечер снова приклеил ресницы,
Мысли бродят, как пьяные птицы,
Лунный свет пробивает дорогу
Воронью, себе — на подмогу.
Дым клубится от сигареты,
Непрочитанные газеты,
Заштампованные души,
Сохнет сердце и глохнут уши.
Тишина разрывает печень,
Вечер долгий, но он не вечен,
С желчью ночь в постель заползёт,
Утром горечью в стенах замрёт.
И по кругу, и по спирали
Всё забыто, что обещали,
День за днём повторенье сюжета,
Безразличием дышит планета…
Прости меня мой дорогой
За соры, ругань и страданья
Ты для меня, мой дорогой,
За обижания, растованья
Мы вместе были, есть и будем
Мы будем вместе до конца
Пока луч солнца не проводит
Нас до заветного ларца.
Тускнеют черно-белые портреты.
Еще горит усталая свеча
И лица обрисовывает светом —
Штрихом почти погасшего луча.
Забытое теперь не возвратится!
В затертом времени остались имена…
И некуда нам больше торопиться —
Мы не спешим в былые времена.
Мы и не вспомним даже силуэты
С их творческого пыльного угла.
Писатели, художники, поэты,
О вас ли память тенью пролегла?
Вы — узники народного порока!
И неизвестно вам, по чьей вине
Ваш облик возникает ненароком
Уликой на обшарпанной стене.
Расплылись полупризрачно картины.
А имена их смазывает дым
От бедности духовной и рутины,
Присущей поколеньям молодым.
Хмурый апрельский денёк.
Ветер берёзы качает.
Падает мелкий снежок
Мне на ветровку и тает…
Разве могу я забыть
Как юным сердцем в апреле
Смог я тебя полюбить,
В снежной весенней метели.
Встретились наши пути,
Прочно связались судьбою,
Чтоб через жизнь пронести
Гнёздышко наше с тобою.
Первый апрель без тебя
Я со слезами встречаю,
Образ твой милый любя,
Оды ему посвящаю!
Очи хитро прищурил вечер,
Расстелилась ковром прохлада.
С нетерпением ждешь ты встречи,
Той, которую ждать не надо.
Лишь впустую ты время губишь
На мечты быть навек со мною,
Безоглядно меня ты любишь,
Хоть любви я твоей не стою.
Так летит мотылек на пламя
И не может никак отвлечься,
И летит мотылек, не зная,
Что ему предстоит обжечься.
Мне в душу постучали осторожно
С вопросом: «Извините, можно к вам?»
Подумав, я сказала: «Можно… можно,
Входите, место есть и тут, и там…»
Опять вопрос: «А с чем коробки эти,
Большие, да и внешне не ахти…»
— Несбывшиеся планы в них о лете,
Мечты, надежды… те, что не спасти…
— А вы зачем пожаловали в душу?
Обычно ищут к телу все подход…
— Я ваш покой обидой не нарушу…
А тело без души… оно не в счёт…
— Ну раз уж вы пришли, так оставайтесь
Не до утра, а просто навсегда…
Я полюбила вас, не сомневайтесь…
И вместо «Нет» душа сказала «Да»…
— Но если вы и вправду полюбили,
За что, ответьте, если не секрет?
— В любви вопрос «За что?» совсем не в силе,
Ведь любят ВОПРЕКИ, сойдёт ответ???
— Бываю я несдержанней и резче,
И знаю, что за всё предъявят счёт…
— Используют людей, а любят вещи
Сейчас… А было всё наоборот…
— А если захочу уйти неслышно,
Мне нужно знать, что вас от слёз сберёг…
— Так если стану я однажды лишней,
То значит вы — мой жизненный урок…
Ко мне врывались в душу, дверь ломая,
Осенними признаньями шурша…
Прощаю всех за всё, пока живая
Во мне простая женская душа…
Ты просто есть. Как солнце и жара,
Как свет, что мне принес ты ниоткуда.
И мне легко сегодня верить в чудо,
Как в то, что жизнь — не детская игра.
Ты просто есть. И в прошлом — пустота,
Обиды, боль и прочие ненастья.
Твои глаза мне снова дарят счастье
Забытого умения летать.
Ты просто есть. Пусть мой не легче путь,
А груз проблем — не сброшенная ноша.
Но ты ведь рядом, правда, мой хороший?
Пусть далеко… Но это на чуть-чуть…
Ты просто есть. Из сумерек и дня
Кроится ожиданье нашей встречи…
И, руки положив тебе на плечи,
Шепну: «Ты есть, любимый, у меня…».
А на лапы с неба дождик будто слёзки кап-кап.
Исчезают на снегу следы собачьих лап-лап.
Ты, хозяин, как не слушай, не услышишь мой лай.
Говорят, что все собаки попадают в рай, в рай.
Я лижу твою ладонь, я так тебя люблю, ты знаешь!
За тебя, хозяин, я вопьюсь кому угодно в глотку!
Я рычу, я лаю, ты мне чешешь пузо и хвалишь!
Нет меня. И ты глотаешь третий день подряд водку.
Ты меня в пакете черном на помойку нес-нес…
Все шептал мне что я самый лучший в мире твой пес.
А потом под фонарем полночи на луну выл,
У меня просил прощения и плакал, а потом пил.
Вскакиваешь по ночам, услышав лай собак диких,
Что ты хочешь там услышать? Ты надеешься меня встретить?
На моей лежанке тень от тополя, луны блики,
Ты собаку мертвую пытаешься очеловечить…
Да, я лаяла, кусалась, охраняла твой дом.
Да, я нервная и злая! Я могла перекусить лом.
Нет меня, и ты, хозяин, двери закрывать стал.
Что, хозяин, не желаешь нового купить пса?
Не реви, хозяин, я по прежнему с тобой, тенью.
Не жалей меня, хозяин, я кружусь вокруг тебя ветром.
Все собаки попадают в рай, и это так, верь мне!
Навсегда твой самый лучший пес! Единственный! Первый!
Там где ты — там нет меня,
Выбор сделан, погасли свечи…
Там где я — там нет тебя,
Только память последней встречи.
Там где ты — там и без слов
От счастья кружится голова.
Там где я — идут дожди,
Температура ниже нуля.
Там где ты — там есть любовь
Та, которой никто не осудит.
Там где ты — там нет меня…
И уже никогда не будет.
СВОЕОБРЕЗАННОСТЬ
Творцы своеобразные,
Что делу не мешает:
Еврей — своеобрезанный,
Что многое решает.
РОК-Н-РОЛЛ И ТВИСТ
— Я в твои ворота забиваю гол —
Рок-н-ролл, родная, это рок-н-ролл.
— Так забей же милый, не дрожи, как лист —
Рок-н-ролл станцуем, а затем и твист.
ВЕНДЕТТА
Опаляя дыханьем парсек за парсеком,
Непреклонна в отмщении, словно вендетта,
Расквитаться с поправшим Закон человеком
Из космической мглы мчалась к цели комета.
На Земле, как всегда, шли успешные войны,
Возродились из праха Содом и Гоморра;
Над просторной ареной бессмысленной бойни
Тёк рекой аромат ненасытного мора.
Над Землёю ярилось могучее Солнце,
Прожигая лучами скопления смога;
Беспощадный и жизнь убивающий стронций
Чаровал Сатану предвкушеньем итога.
И рабы выгибали усталые спины,
И катилось, как ком, исступленье джихада,
Шли колоннами бритые наци и скины,
А за ними ползли неизвестные гады.
И без тени сомненья Давид Голиафа
Поразил точно в сердце бесстрашной рукою,
И под скорбные звуки Эоловой арфы
Небеса сочетались с взметённой волною.
И открыли вулканы кипящие жерла,
Плоть Земли погружая в бурлящую лаву,
И затем серый саван из стылого пепла
Стал под прищуром звёзд безотрадною явью.
И распалась Земля от последнего взрыва,
И светила свои преклонили колена,
И развесили сполохи пышные гривы
Между вечных галактик бездонной Вселенной.
…Что мельканье веков под немеркнущим оком?
Так. Ничтожная малость. Всего лишь мгновенье,
И опять из частиц, вдохновляема Б-гом,
Пробивается жизнь из немого забвенья.
Всё равно не у всех получится быть серьезными,
Кто-то видит глаза в больших фонарях трамвая.
Разве шутка — уметь вот так говорить со звездами,
Да еще от других людей это всё скрывая…
А на нашей планете — те же районы спальные,
Точно так же бывает больно хорошим людям.
Да не бойтесь вы так. Нормальные мы. Нормальные.
А про звёзды — они сказали, что все там будем.