Слушай,
сплин твой дохлый —
не для меня!
Я давно пресытилась ролью жертвы…
Эта осень будет сверкать в огнях
самых злых и бешеных рок-концертов.
Подставляя душу любым ветрам,
в очень узких джинсах
/куда уж уже?!/
я походкой лёгкою «от бедра»
вдоль проспекта гордо иду по лужам.
Эта осень звоном твоих гитар
пророкочет завтра нежданным громом —
сотрясая небо,
бросая в жар
хаотичный строй сумасшедших клёнов.
И взметнутся ввысь миллионы рук —
как ладони-листья друзей-фанатов,
приумножив шелестом каждый звук —
на «ура!» — неистово…
многократно…
Что-то снова рвётся во мне струной —
я скольжу по лезвию чувств и строчек,
поднимаясь медленно над толпой
в царство птиц —
и логово одиночек.
Невесомость — Богом забытый рай,
имена, чьи тайны не трогай всуе.
Да, мы просто листья…
но ты играй
и смотри, как в облаке я танцую.
От любого вздоха полночных ведьм,
устремляясь пёрышком в поднебесье.
На щеках твоих проступает медь —
я горю в тебе сумасшедшей песней…
И сбивает пальцы о леску душ
гитарист-Сентябрь —
виртуоз отменный,
отражая нас зеркалами луж
и пленяя ночь самой звёздной сценой…
А цена за всё —
лишь янтарный свет,
что собрал листву в золотые реки…
Это август дарит тебе билет
и зовёт в осенние дискотеки…
Мойры спрятали прялку
И резвились на пати.
Кто тогда потерялся?
Я ли? Ты ли?
Представьте,
Мы нашлись где-то в мае,
Возле кромки прибоя.
Я пришла, чуть хромая,
Ты — походкой плейбоя.
Было всё очень просто —
Горделив и всесилен,
Ты спросил: любишь звёзды?
Хочешь, дам тебе крылья?
Жизнь мерещилась сказкой,
Доброй сказкой о лете.
Небо строило глазки,
С моря дул свежий ветер.
Презирая опасность,
Следом ринулась смело…
Знал же, сокол мой ясный —
Я летать не умела.
Сколько раз разбивало
Море сердце о скалы,
Столько раз я упала,
Перья выкрасив алым.
Это длилось и длилось…
Это длится и длится.
Ты — журавль белокрылый,
Я — смешная синица.
До сих пор непонятно,
Там, в заоблачной бездне,
Мы отдельно распяты…
Или всё-таки вместе?
интересно, каково же
до утра болтать о жизни
и о планах, что нелепо
вы построили вдвоём,
и несмело так на коже рисовать простые числа и любить впервые слепо, не подумав ни о чём, только так, чтоб до могилы, не впуская злых прохожих, лишь смотреть в глаза друг другу, доверяя, как себе, и пластинки из винила слушать, сидя на окошке, нежно взяв родную руку, пошептаться о добре, о прогулке завтра в парке, а потом забыться напрочь и губами прикасаться к нецелованным плечам, прогуляться к старой арке, и на звёзды глядя на ночь всё смотреть и упиваться, задыхаясь и крича о любви, с ума сводящей и о том, как небо чудно с распростёртыми руками обнимает, как плутон, и смеяться громче, чаще, возвращаясь в дом под утро, говоря лишь именами, понимать что всё — не сон, что отныне ты — частичка плоти и души отдельной, будто ты — вода и воздух, просто без тебя — никак, и всегда гореть, как спичка, от взаимного безделья, и шептать, купаясь в розах:
«я люблю тебя, дурак…»
Copyright: Злата Маркина, 2015
Свидетельство о публикации 115101601851
Женщина плакала в комнатке два на три,
Вжавшись лопатками в холод корявых стен,
Черпая всхлипами медленно изнутри
Дней равнодушных прессованный серый тлен.
Женщина плакала, пряча в ладонях боль,
Видя под тонкостью пальцами сжатых век,
Как мельтешением то поперёк, то вдоль
В бездне зрачков опускается чёрный снег.
Женщина плакала, вымолив в свой черёд
Право на слёзы, которым пришла пора,
Зная, как тают кругами по глади вод
Чувства, что были живыми ещё вчера.
Женщина плакала, синий «румянец» щёк
Без сожаления свой выдавал минор,
Слабо диктуя, что тот, кто уже далёк,
Снова прощён — как обычно и до сих пор.
В комнатке крошечной в узел сплелись пути,
В мизерной комнате — в три на каких-то два.
Женщина плакала… Зная, куда идти —
В мир без него… В новый мир, где она жива.
Сказал я сам себе кольян курить небуду
Дым туманных чар теперь пускать небуду
Ты в прямь решил не дуть
Спросил меня рассудок
А я, тогда писать стихи не буду
Однажды сойдемся на общем перроне.
Где наши СВ смотрят в разные стороны.
Нас встреча наверно нисколько не тронет.
Давно уже память годами надорвана.
И линзы очков подведут, я уверена…
Касания рук уж совсем не к чему…
Я буду как прежде немного рассеяна.
И сразу почти ничего не пойму.
Скорее всего не одна буду… с внуками.
За ними сам знаешь особый присмотр.
Когда уж справлятся с сердечными стуками.
И силы не будет начать разговор.
И время стоянки возможно минутная.
А встречи по факту как будто и не было.
Ну вот размечталась… какая я глупая.
Не стоит такое у времени требовать.
Но знаю одно… если все же случится,
Сквозь годы на этом перроне столкнуться.
Еще будет долго нам встреча та снится.
И будем ли мы торопится проснуться.
ХЛЕБ И ЗРЕЛИЩА
Жизнь — это жесть —
Зной или стужа:
Зрелища есть —
С хлебом похуже.
ВЫСЬ И ЖИЗНЬ
Пугает серость призрачная высь,
Которую постичь стремится гений,
Неведение скрашивает жизнь
Толпе, лишённой пагубных сомнений.
ДЕЛО ЕАК
Закончилась война. Искал весь мир
Избегнувших возмездия нацистов —
В России же тем временем Вампир
С восторгом убивал антифашистов:
Учёных, и артистов, и врачей
Талантливых, всемирно знаменитых —
Вампир собрал команду палачей
Из самых дельных и мастеровитых.
Не палачи… те пали на войне,
Измерив Ад от края и до края,
И души их витают в тишине,
К благоразумью выживших взывая.
А палачи… Отдельный разговор.
Вампир в подборе кадров был толковый —
В одном лице судья и прокурор
Страны, к повиновению готовой.
И крыли жертвы в бога, душу, мать
Пред казнью забубённые злодеи:
Антифашисты были — что скрывать? —
Всего лишь ненавистные евреи,
Что за Отчизну шли с последний бой,
Сквозь зной и стужу, бури, льды и пламя,
И прикрывали Родину собой,
Кто грудью, кто могучими мозгами.
Вершился суд. «Басманный», скорый суд —
Людей сожрали, словно агнцев, звери,
И бередил антисемитский зуд
Россию в самой полной подлой мере.
О, вечная еврейская вина
Пред цезарем, вельможей, фараоном!
О, ненависти к мудрости волна
Сегодня, завтра и во время оно!
Здесь не впервой торжествовала ложь —
Ей пели панегирики и гимны,
А истина — ну что с неё возьмёшь,
С Вампиром замордованной вражины?
И разыгрался грубый низкий фарс
В гротескном воплощении Процесса,
И свет в глазах оболганных угас,
И… факелами вспыхнул в зраках Беса.
И громко раздалась команда «Пли!»,
И жизней роковых распались звенья,
И слились с плотью хладною земли
«Козлы очередные отпущенья».
Но не прошёл и год, как в месяц март,
В еврейский развесёлый праздник Пурим,
Вампир отправился домой навечно, в Ад,
Де-факто и, конечно же, де-юре.
У кукловодов новые игрушки.
…Моя печаль не очень-то светла,
Хоть светлой звал её великий Пушкин.
1
Любовь.Слова.Мечты.
Пляж. Берег и песок.
Роман. Глаза и ты.
Совсем не одинок.
Свидание. Букет.
Честь, правда и признанье.
Тепло. Жара. Рассвет
И тайное желанье.
2
Кино. Сеанс. Закат.
В душе ещё я молод.
Улыбка.Смех.Твой взгляд.
Нас не разлучит город.
Дожди. Снега. И плед.
Торжественно. Сердечно.
Так вместе сотни лет.
Я. Ты. Всегда. Навечно.
Мамочка… весна пришла…
Ты её любила… очень…
А в ответ… пустая тишина…
Словно тот, другой мир, заколОчен…
Мамочка… здесь солнышко в окне…
Протяни к нему скорее руки…
Оно тоже помнит о тебе…
А в ответ… лишь пустота разлуки…
Мамочка… подснежники цветут…
Помнишь, как мы вместе собирали…
Сколько было радостных минут…
А в ответ… лишь пустота печали…
Мамочка… весна…и без тебя…
Очень грустная она, такая…
Но мне кажется, что я здесь не одна…
Ты любуешься весной… из рая…
…ГРОМКО-ТИХО…
…Нам раньше было хорошо —
мы жили в счастье без изъяна,
но страсти пыл давно прошёл —
жизнь превратилась в «forte-piano»!..
(ЮрийВУ)
Я конечно безмерно упрямая,
Что ж, ещё, про себя рассказать…
Пою песни я, арии, гаммы,
Вокализы… и то, что нельзя…
Нет, совсем не толпе, на потребу,
Не для уличных криков: «Дала!»
Для души, что тоскует по воле,
И, уж, просится, вон, со двора,
Отпустите, её, безгрешную,
На родимый ромашковый луг,
Пусть, покоится в тени берёзовой,
Исцеляя душевный недуг.
И под трели, уснув соловьиные,
Грезит счастьем, хотя бы, во сне,
И икона письма старинного
Бликнет ликом в углу, на стене…
Пить какао с зефирками.
Кутаться в плед.
Зачитаться любовным романом. или его закрутить.
Осень. не повод для грусти. нет.
Осень — повод шарфик красивый купить.
Осень — повод учиться любить — небо со стаями птиц, покидающих города.
Осень — повод учиться жить.
Счастливо. «вопреки» и «несмотря».
Счастье. оно безусловно. у нас внутри.
Не ищи ответа. что оно?.. не найдешь.
Счастье — когда есть еще одна осень. и ничего не болит
Просто ведь?.. а ты. все чего-то ждешь.
Каждое утро. повод благодарить.
Пусть небо в тучах. а по прогнозу дождь.
Утром проснулся - и как давай жить.
Помни. где есть время — ничего не вернешь.
Медленно, но свихнуться
И не ждать до рассвета.
Заблудиться во тьме,
Не услышав ответа.
Мне разбиться на части
О сладкую ложь.
Всем сказать о напасти
Или в сердце нож…
Или всё-таки проще
Уснуть одной.
Только ты больше
Не молчи со мной.