Как рассказать, чтоб ты понял всю суть об этом? Жизнь — это лето, но только короче лета. Зазеленело, жарит, коленки сбило, май был вчера, а сегодня засентябрило.
Как рассказать, не заставив тебя бояться? Вот тебе шесть, послезавтра уже шестнадцать. Это не страшно, когда ты об этом знаешь. Зная об этом, ты меньшее упускаешь.
Как рассказать, чтобы ты мне сейчас поверил? Видишь вот эти желтеющие деревья? Были по пояс они мне в начале лета. Ну, а сейчас я сама им по пояс где-то.
Я не пугаю тебя, я тебя спасаю. В тёмном углу жизнь не спрятана запасная. Ты постарайся не тратить, а жить моменты. Если жизнь — лето, то пусть будет вечным лето.
Мне бы обратно, только на часок,
Вернуться в детство, чтобы стать счастливой,
Где из берез, как слезы, капал сок,
И собирала под дождем малину.
Где радуг переливы в небесах,
Где журавлей с надеждами встречала,
Где просыпалась в солнечных лучах,
И не людьми, а куклами играла.
На голове огромные банты,
В глазах любовь, а на лице улыбка,
А в сердце мегабайты чистоты,
И ни одной глобальной нет ошибки.
Коленки сбитые зеленкой залечив,
Воспринимала, как большое горе,
Там раны у измученной души,
Спустя года не отдаются болью…
На свете мест не счесть,
Где мы не побывали,
Но вряд ли еще есть,
Куда б нас не послали.
Произвёл — продай, произвол — отдай!
Яблочный Спас,
— бывает раз в году…
Дед древо потряс,
— удалью молодою…
На брал кошёлку
— пошёл на базар
Взял с собой жёнку
— и сдал весь товар.
Купил себе винца,
— бабке сапоги…
Эх… Русская душа,
— в кошёлке пироги…
Грудь на распашку,
— ждёт в сенцах гармонь.
Запоёт частушку,
— душа его огонь.
Живи Руси деревня,
— славься Край Родной
Отчие напевы,
— в душе всегда со мной.
Ом… ом…ом…
Омск, как мантра…
малая родина Лены…
В светлое завтра
с новыми чувствами,
с новыми планами,
окрыленная,
едет домой
спокойная,
удовлетворенная —
Юрий отец
в высокой траве
прячется памятник…
транзитом с поезда,
наконец…
сердце, как маятник…
на могилку цветов букет, —
вот такое свидание…
Новость-теперь уж и мамы нет…
И здравствуй. И до свидания…
Ветер шевелит лепестки
гвоздичек бумажных…
С тобой не поехала я, прости…
Но! Ты там была! Это важно!
Поезд в Новосибирск летит!
Скоро мой дом, наконец!
Тише, люди! Подруга спит!
Дождался ее отец!
Для кого-то (точно это знаю)
я идеальная, девушка — мечта.
В ночь мой инстаграм обозревает,
со спины легко мечтая приобнять,
чтобы после встретиться глазами
или сладкий запах уловить духов.
Иль засыпать личку всю словами:
«Ты так прекрасна!», «На всё с тобой готов».
Ищет в посторонних облик схожий
с тем, что ему встречается на фотках:
«рыжий волос, каресть глаз — их мощность»,
ну, а для других — пустота и только.
Во мне видят суку как у прочих,
с которой жаждут только поебаться.
Что сказать: на вас мне просто похуй,
ведь вы — мусор, которого касаться
не хочется, как и голос слышать
(меня от него попросту воротит).
Для меня вы куча мелких крысок,
которые пригодны лишь на дрочку.
ViLia
Какая разница с кем я сплю или общаюсь,
сколько брани было за последние шесть дней?
Вы ещё залезьте в биографии начало,
сосчитав насколько точно я была умней.
Хотя постойте, куда мне с Вами то тягаться,
коль ничего я не усваиваю даже.
Прошу прощения, а идите-ка Вы дальше,
(пусть хоть там вам будут ну очень — очень рады).
Ах простите, что не оправдала ожиданья,
что уже в который раз я всем вам нагло вру.
Да, сучка, и продажна, но я всё же реальна
и есть люди коих до сих пор крепко люблю.
Пусть и в любовь мне уже не вериться ни грамма,
но я верю в то, что есть взаимность близких душ.
Она меня ведь в который раз из тьмы спасает
и с ней испытываю всегда рядом уют,
как-никак в ней и нашла для сердца я приют.
ViLia
Сколько раз предстоит тебя ещё вспомнить,
чтобы взять твоё имя стереть насовсем?
Ведь я так не желаю, чтобы под кожей
разрывался стук сердца и делал больней.
Даже то, что раньше казалось прекрасным
на сегодняшний день прожигает живьём,
оставляя на память парочку красных
о нас пятен на коже холодной в 00.
Ведь до сих пор помню как наши дороги,
увы, но не смогли пересечься в тот миг,
когда вслед кричала о том, что мне дорог
и что всю свою жизнь тебя буду любить.
Но жаль, что с тобою пришлось нам расстаться
и двигаться дальше искать себя в мире.
А я так мечтала твоих рук касаться,
что ты для меня оказался кумиром,
но раньше, ведь душой к тебе впредь пустынна.
ViLia
Хрустну яблоком с удовольствием!
Брызну соком прозрачным!
Жду и жду желанного гостя!
Однозначно!
В будни жду и жду в праздники!
Я люблю гостей!
Ну чего же вы? Где вы, разные?
Жду от вас вестей!
Радужные крыши
Радужного городка,
Яркие фасады,
в небе облака.
Ровные дорожки,
белые березки,
серые осинки,
рыжие рябинки…
Чистота первозданная,
низкие ограды.
Улицы безлюдные-
городок-то, что надо!
Серые туманы,
нефть и газ. И стройка!
Люди закаленные,
в север свой влюбленные!
Гордые! И сильные! И стойкие!
В день строителя на кухне
убежит тоска —
под оранжевыми дверцами
хозяюшка — Чачка!
Хлеб печет и пирожки-
колдует да хлопочет,
угощает, ублажает,
удивить нас хочет!
Получилось! Удивила!
Ночью-за рулем!
И на кухне -днем!
Котиками! Хаски-
с умненькими глазками!
…В форточку дымит сигарета…
Сколько зим уже минуло? Сколько лет?
Ночью в комнате одной,
как в стройотряде,
нам не спится, говорим,
в темноту глядя…
Похохочем, погрустим-
вспоминаем…
День строителя втроем
мы встречаем!
Полетят звонки друзьям по России!
Где только меня судьба не носила!
Лена, Галка и Чачка — трое
в день строителя… из себя строим!
Эти капли на голой шее
До сих пор не дают уснуть.
Как любили мы. как хотели.
Сделай с этим хоть что-нибудь!
Помню руки твои и запах
В смятой простыне звёздных страз.
Помню каждого — кто обманут
Глубиной этих лисьих глаз.
Помню каждый твой крик до одури,
Шёпот взорванных этажей.
Как летал между небосводами
Оттого, что считал «своей».
Ничего не прошу. Разматывай
Этот узел больных ночей.
Ты пришла ко мне, что ж, обманывай!
Не моя, но и я ничей.
Никогда умолять не стану я
И вовек не смогу простить.
Я привык. Так давай, обманывай.
Чтобы я мог хоть день прожить.
Сколько было их, добрых/ласковых,
Только, кажется, — ни одной.
Когда я твоё платье стаскивал,
Лишь тогда-то я был живой.
«Сплетенье рук, сплетенье ног»,
Сердец сплетение,
За нежным поцелуем губ
Почти затмение.
Багровый цвет. Озарена
Любви мистерия.
Здесь и сейчас, без продолженья
И вступления.
Под сердца стук, секунды вдруг
Неуспевающие
И этот витый в небо смерч
Ошеломляющий.
Вскипела кровь. На краткий миг
Все в прошлом времени,
И атомного вида взрыв
Распался в темени…
В горниле страсти сожжена,
Вся воспаленная,
Летит во времени душа
Новорожденная.
А небеса у всех свои:
У тех поют, у этих плачут,
У третих — что-то вечно прячут,
Ценя девиз: «Молчи, таи…»
Да и рассвет у всех иной:
У тех — спасительный, желанный,
У тех — сомнительный, туманный,
У этих — горестный, больной.
И день, в который мир вступил,
Как будто тот же, но при этом
Одних он залил ярким светом,
Других — во мраке утопил.
Свободный человек, от века полюбил
Ты океан — двойник твоей души мятежной;
В разбеге вечном волн он, как и ты, безбрежный,
Всю бездну горьких дум чудесно отразил.
Ты рвешься ринуться туда; отваги полн,
Чтоб заключить простор холодных вод в объятья,
Развеять скорбь души под гордый ропот волн,
Сливая с ревом вод безумные проклятья.
Вы оба сумрачны, зловеще-молчаливы.
Кто, человек, твои изведал глубины?
Кто скажет, океан, куда погребены
Твои несметные богатства, страж ревнивый?
И, бездны долгих лет сражаясь без конца,
Не зная жалости, пощады, угрызений,
Вы смерти жаждете, вы жаждете сражений,
Два брата страшные, два вечные борца!