Футляр тисненой кожицы работы Бенвенуто —
В нем ловких стрелок ножницы бегут, стригут минуты.
В мешок дырявой памяти как строки завещания
Летят они, а маятник им машет на прощание.
А мы с тобою, будучи не очень-то уверены,
Что до разлуки будущей нам сотни лет отмерены,
Закрыли двери на засов, измяли кринолины…
Ах, не было таких часов во времена Челлини!
Я, опьяненный жаром плеч атласного свечения,
Задул пожары желтых свеч и времени течение…
Диван пружинами гудит, кружит как плот нагруженный…
Я охраняю на груди покой моей жемчужины…
Какая музыка в ночи, какое наваждение —
Во мне мелодия звучит Эпохи Возрождения!
Отзвенев серьгою у Бога в ухе,
Целовальник-август пошел на убыль,
Но последней капелькой медовухи
На прощанье все же согрел мне губы.
Вслед за ним ушло вдохновенье пасек,
Прохудилось небо, перо сломалось…
А казалось, вечность еще в запасе,
Оказалось — это такая малость!
Время хитрой сукой лежит на сене —
Ни зиме подругой, ни лету братом.
Колесят составы хандры осенней
От любви до ненависти, и обратно.
Замолчал камыш в пересохшей вазе —
Не до песен, если уже изломан…
Или это молчанье и есть оазис,
Неподвластный суетному и злому?
Хворая полночь, безлунная улица.
В тесной часовенке маятник мается.
Вороном комнатный сумрак сутулится —
Что-то сегодня мне, брат, не летается…
Дышится тяжко и пишется скверное.
Рваные мысли уносятся по ветру —
Снова магнитная буря, наверное,
Мачты ломает и стрелки барометров.
Слабость и ярость замешаны поровну.
Крылья стальные в цветах побежалости.
Старое чучело мудрого ворона
С пыльного гвоздика смотрит без жалости…
Лист на столе разлинованной бездною.
От сигареты лишь горечь и вред уже.
Радуют только светила небесные —
Хоть и размыты дождливою ретушью.
Звезды ли это? Не окна ли в полночи,
Где чудаки, буквоеды и гении
На вдохновении с Божеской помощью
Варят великие стихотворения?
Выйдем во двор с фонарями и лампами,
Чтоб рифмоплеты небесные видели,
Что не они лишь богаты талантами,
Есть у них братья и в этой обители!
Свет наш вливается в звездную радугу.
Млечной дорогою ночь опоясана.
Словом звенящим, как из серебра дугой
Все окоемы вселенские связаны.
Тусклый быт в окне маячил, камнем под воду тянул,
Случай все переиначил, жизнь вверх дном перевернул:
Пламя снизу голубое, сверху белое крыло
Подхватило нас с тобою, закружило, понесло…
Две дороги, два теченья, путеводная звезда —
Мы пришли к пересеченью, ни на миг не опоздав.
И забыв про мир столичный, обнимаясь под луной,
На поляне земляничной пили сладкое вино.
Освещал горящий хворост контур милого лица,
Мы блуждали в разговорах без начала и конца,
И почти не замечали, что, стараясь нам помочь,
Сосны ветками качали, придержав на время ночь.
Млечный путь всплакнул украдкой и, немного погодя,
Мы поставили палатку, чтоб укрыться от дождя.
И пока он шел, и шел, в землю бил стеклянный посох,
Как нам было хорошо возлежать в блаженных позах!
Как нам было наплевать на людские пересуды —
Кости нам перемывать, что в тазу греметь посудой.
Пусть же плещутся в помоях, пусть вершат свой глупый суд —
Может, золото намоют и в ломбард его снесут,
Или в будничной похлебке за казенные гроши
Обнаружат после стопки две влюбленные души,
Пламя нежно-голубое, белоснежное крыло,
Что однажды нас с тобою закружило, понесло.
Не бывает тишины,
Просто к звукам привыкая,
Мы о звуках забываем,
Будто слуха лишены…
Тинь-тон — падают пылинки.
Тик-так — вторят им часы.
Скр-р — скрипят в углу ботинки,
Распустив шнурки-усы.
Ш-ш-ш — прошел сквозняк по полу.
Дон-н — поет стекло в окне.
Ух-х-х — рассохся шкаф тяжелый,
Став к стене, спиной к спине.
Бр-р — затрясся холодильник.
Н-да — задумалась кровать.
Петухом поет будильник —
Хватит спать, пора вставать!
Не бывает тишины.
Просто, к звукам привыкая,
Мы о звуках забываем,
Будто слуха лишены.
Тс-с! Под листьев кастаньеты
Лунный свет колышет шторы,
Тихо шепчутся планеты,
И струится звездный шорох…
У КОГО ЧТО ЕСТЬ
Есть у собаки хвост,
У двух собак их два,
Нрав носорога прост,
Но убежишь едва.
Есть у акулы зуб,
Тот, что внушает страх,
У осьминога щуп —
Если обнимет — крах.
У человека — мозг —
Знает он, что почём.
У мудака мозг — воск —
Вечно течёт ручьём.
Слово есть, что на «е»,
Знатное на Руси.
Так и живём себе —
В общем, прощай-прости.
В поисках смысла не раз обращался я к Высшему Разуму:
Ближе ли к небу смиренные души, в молитвах склоненные?
И небеса мне однажды подкинули странную фразу, мол,
Ягоды черной смородины красные, если зеленые.
Годы, как волны, качали причалы и звездные пристани,
И в отраженье заметив однажды виски убеленные,
Я осознал вдруг, как эти слова соответствуют истине:
Ягоды черной смородины красные, если зеленые!
Метаморфозы бессмертной души постигаю не сразу я —
До настоящей любви не всегда вызревают влюбленные,
И на вопросы юнцов иногда отвечаю я фразою:
Ягоды черной смородины красные, если зеленые.
СУКИН СЫН
Он был настолько сукин сын,
Что на «Ковчег» взошёл один.
Его немедля выгнал Ной,
Но выжил он и под водой.
Мы сегодня вам расскажем
Жизнь в России как идет,
Как себя она покажет,
С экономикой растет…
Наша армия крепчает —
Путин в оборот берет…
И квартплата дорожает,
Вместе с армией растет!
Чище в городах всех стало —
Нет Бомжей бездомных;
Просто в год похолодало —
Вымерзло не скромно…
В Сочи едут вундеркинды,
Всё для знаний им дают…
Ну, а детям-инвалидам
Собирают на уют!
Помогло и нам эмбарго;
Сами мы растим уж корм…
Где росла рожь нам на благо,
Подрастает Сити-Холл!
Все работают на славу
Чудной Родины страны…
Только русских в ней так мало —
На заводах не видны!
Автопарк весь поменяли
В МЧС-пожарных,
Чтоб на взрывы приезжали,
Где газ неисправный!
Хоть, не всё сейчас сказали…
Время вышло новостей,
Главное, все принимали,
Что так сладко для ушей!
1 сентября 2017 года.
Как не любить тебя, Россия
Святая Родина моя!
Благословенны Богом были
Твои бескрайние поля.
И пики гор, пронзивших небо,
И необъятный океан
Здесь былью обернулась небыль,
Здесь истинной природы храм.
Холмы, овраги, перелески
И ширь степей, и леса тень,
И ветерка полёт чудесный,
Садов волнующий сирень,
Души распахнутой раздолье,
И нежность материнских рук.
И поле, поле, поле, поле…
И горизонта синий круг.
Земля. Ступайте осторожно.
Вдыхайте жизни сладкий сон.
Вернуть порою невозможно
Затихший колокольный звон
Любите каждое движенье
Родной земли, родных полей.
Цените каждое мгновенье
Из жизни нынешней своей.
Мы сегодня вам расскажем
Жизнь в России как идет,
Как себя она покажет,
С экономикой растет…
Обновляют медицину…
Аппараты привезли,
А лечение продвинуть
Без спецов так не смогли!
Новостройки бойко строят —
Больше чем после войны…
А «Хрущевки» всё не сносят —
Нет бюджета у страны!
Мы продвинулись в онлайнах
Банков и всех платежах…
А безграмотных случайно
Оставляют в должниках…
Скоро уж не будет денег…
В виртуальность всё уйдет.
Ну, а хакер, несомненно,
Вскроет сайт — переведет!
Наши танки все танцуя,
Западу внушают страх…
И поют, открыв нагое,
Феминистки на мощах…
Чтобы пенсию повысить,
На нее подняли возраст.
А рабочим не открыли
Мест, им дать не просто…
Хоть, не всё сейчас сказали…
Время вышло новостей,
Главное, все принимали,
Что так сладко для ушей!
23 августа 2018 года.
Все меньше мотыля у фонаря,
Короче день, длиннее ночи.
Неделя с хвостиком уже до сентября,
До золотого рая между прочим.
Деревья он разденет до нага,
Застелит парки и леса коврами.
И будет поливать с утра
Ту красоту жемчужными дождями.
Грядут иные запахи земли
Вином прощальным золотого тлена
И облака на мель как корабли,
У осени не вырвутся из плена.
Ты завтра станешь на год чуть другой,
Тебе решать, становишься мудрее.
Но мне по жизни не найти такой,
Да и искать, любя тебя не смею.
Нрав у людей такой:
Им на песке не лень,
К берегу сев спиной,
В море глядеть весь день.
Парусной лодки крыло
Там оживляет вид,
Порою воды стекло
Чайку на миг отразит.
Берег хорош собой
И многообразней стократ,
Но бьет о песок прибой,
И люди в море глядят.
Не видят они далеко,
Не видят они глубоко,
Но хоть и бессилен взгляд,
Они все равно глядят.
Перевод А. Сергеева
Весь люд на мокром песке
глядит лишь в морскую даль.
Спиною к земной красе,
весь день, забыв про печаль.
Как долго? Денёк, часок…
Корабль глаз различит,
и чайку мокрый песок,
как зеркало, отразит.
Земля куда веселей,
но правду все говорят:
волна приходит к земле,
а люди в море глядят.
Не могут видеть итог,
не могут глубже копнуть.
И где лежит тот порог,
куда не смеют взглянуть?
Перевод Ю. Комаровой
Neither Out Far Nor In Deep
The people along the sand
All turn and look one way.
They turn their back on the land.
They look at the sea all day.
As long as it takes to pass
A ship keeps raising its
The wetter ground like glass
Reflects a standing gull
The land may vary
But wherever the truth may be--
The water comes ashore,
And the people look at the sea.
They cannot look out far.
They cannot look in deep.
But when was that ever a bar
To any watch they keep?
Вечереет, а заря светлым-светла…
Нежным пологом украшен Небосвод…
А туман два невесомые крыла
Распластал по сонной глади тёмных вод…
Ветер, в кронах притаившись до утра,
Будет спать, не потревожив Тишину…
Август… Август — благодатная пора,
У тебя я снова в сладостном плену…
Жду, когда сорвётся спелый Звездопад…
С тихим шелестом сгоРая в вышине…
И… желаний неуёмный водопад
Устремится к исполнению… во Вне…
Ни-че-го… желаньем тайным не сгублю…
Кто бы. что бы… мне про то ни говорил.
Да — Желаю. Да — лелею. Да — люблю…
Всё, что Август мне любовно подарил
Валентина Анатольевна Григорьева
Я пью глотками август, как вино,
Душистое, медвяное, густое…
Он чудеса творит с моей душою,
Я влюблена в него давным — давно…
Пусть воздух всё прохладней и свежей,
И всё смелее ветер тучи носит…
И пусть уже напоминают осень
Потоки очищающих дождей…
Но как роскошно гибнет красота
Волной неудержимого цветенья!
Благословляю каждое мгновенье.
Смакую… Всё иное — суета…
В моём бокале — сок его плодов
И лепестки изысканных букетов,
И отблески томительного лета
Под белой пеной взбитых облаков.
Я пью глотками август не спеша,
Хмелея от восторга и печали…
Так поцелуй любимого прощальный
Запоминает с нежностью душа…