Есть много вещей невидимых
Я их ощущаю безропотно
Молекулы, атомы, прочее…
Да все и не вспомнится, хлопотно.
И выйти б инкогнито из дому
Руками лохмача пространствие
Хватая хвосты мыслей низменных
Отправиться в дальнее странствие.
Да плотное сопротивление
Всего, что «вакуум» названо
И то, что всему есть значение
Мне кем-то на череп намазано.
И вижу, чего незаметнее
И слышу, чего не услышано
И небо закатно-рассветне
Вдохну… даже если надышано.)
Как я устала просыпаться лишь с тобой…
Будильник ненавистный мой.
Рассказать тебе о моей катастрофе, девочка? Показать полигон, что ядерным взрывом выжжен?.. Сквозь огонь или медные трубы?.. Но это мелочи. А из крупных купюр остается простое: выжить. И ведь не было боя, снаряды дождем не падали, не атака пришельцев, не новая мировая… Это мы отравляли наш воздух, дышали ядами, друг от друга себя потихонечку отрывая, лоскутками обвисшей кожи сходили, клочьями, даже тело июня пахло сожженным августом…
Брось монетку - еще вернешься, когда захочется…
Можно я помолчу о том, что внутри?
Пожалуйста.
Я время убиваю каждый день
Его уничтожая поминутно.
Без наслаждения, так буднично и нудно,
Как уползает от светила тень.
Ссыпаю сквозь отверстие песок -
Песчинку за песчинкой, методично
Считая убиенных мной. Цинично
Раз в год, привычно подводя итог.
Когда-то мне казалось, что струя
Не движется - песчинки застревают.
И злясь на взрослых, что они не замечают,
Минуты тщетно подтолкнуть пытался я.
Я изнывал подобно беглецам…
Песчинки времени, на небе отражаясь,
Слетали звёздами в песчинки превращаясь…
И так казалось будет без конца.
Песок, кругом песок - пустыня бесконечна.
Барханы времени скрывали смерти страх.
Жизнь - так длинна, а может быть и вечна…
Конец терялся где-то в миражах…
Давно остались дюны за спиной -
Конец пустыни ближе горизонта
И схож всё больше с линиею фронта,
Где предстоит ещё, принять последний бой.
Мат - оружие пролетариата.
Пролетариат не может без мата.
Лучше булыжника и крепче стали,
Не зря же любил его товарищ Сталин.
И Сталин и Ленин и все остальные
Любимые дяди (и тоже стальные) -
Вожди, под-вожди, и под-под, и пониже -
Каждый в шеренге, кто ближнему лижет…
Каждый вложил свою скромную долю,
Чтоб воплотить пролетарскую волю.
Миссию, что остальных всех покруче -
Великим, чтоб стал наш язык и могучим.
Миссия, что говорить, удалась им -
Стал наш язык безусловно прекрасен.
Знают и взрослые, знают и дети -
Русского мата нет крепче на свете.
Твой запах - это запах наслажденья,
Любви и ласки, губ прикосновенья
Так пахнет нежность, счастье и желанье,
И настоящее мужское обаянье
С ума схожу от голоса родного,
Такого близкого и очень дорогого!
Готова слушать, не переставая
И вновь хотеть желаньями желая!
И запах твой он будет мой и только,
Я не отдам ни капельки, нисколько!
Моя любовь, душа и тело тоже…
Все для тебя… И ты мне всех дороже!
Но время очень быстро пролетело,
Твое присутствие меня лишь краешком задело.
А так хотелось быть с тобою дольше,
Но я, увы, лишь друг не меньше и не больше
Но все, что было, даже если мало
Для меня в жизни самым главным стало
И все, что было, есть и еще будет
Из нас, я думаю, никто не позабудет.
Твой запах - это запах наслажденья…
Любви и ласки, губ прикосновенья.
Так пахнет нежность, счастья и желанье,
И настоящее мужское обаянье.
Моя Любовь, как сладкий шоколад -
В порыве нежности в твоих руках он тает,
Невинный с виду этот спелый яд…
Пленяет душу и сознанье опьяняет.
Обманом заведет в свои объятья
Задушит добрым словом, лаской,
Подарит нежный лучик счастья,
Что в сердце разгорится страстью.
Моя Любовь, как сладкий шоколад -
Ванилью пахнет теплый поцелуй,
На вкус он словно дикий виноград,
Достанешь плод, и вечно будет твой.
Ароматный сон покажется коротким,
Сотрет из памяти пустые дни,
Оставив на твоих губах лишь только
Горячий след со вкусом пористой любви.
Моя Любовь, как сладкий шоколад
Сведет с ума без жалости и лести,
И унесет в свой райский водопад,
Где сольются наши судьбы вместе.
Я точно знаю запах счастья.
Он пахнет кофе и весной;
Любовью пахнет и цветами.
И этот запах счастья - мой!
Он пахнет сладкими духами;
Надеждой пахнет и росой.
Он морем пахнет и снегами,
Дождем в привычный летний зной.
Он пахнет новогодней елью
И мандаринами под ней;
Далекой северной метелью
И взмахом крыльев лебедей.
Я точно знаю запах счастья.
Он часто помогает жить.
И в радости, и в боль ненастья
Он помогает мне любить.
Я подарить тебе хочу кусочек лета,
Соленый бриз и розовый восход,
И песню, что была когда-то спета,
Увы, не мной, а женщиной, которая поет.
Расцвеченные золотом поля,
Росу на лепестках у желтых роз,
Цветную радугу от летнего дождя,
И брызги солнца на листочках у берез.
Я подарю тебе волшебный лунный свет,
Звезду скользящую вдали на небосклоне,
И в дымке утренней пылающий рассвет,
Росу прозрачную упавшую в ладони.
В большом рапане шум морской волны,
Соленый ветер океанского прибоя,
И капли янтаря в слезах сосны,
Вальс облаков и небо голубое.
Сегодня я дарю тебе мечты,
И с днем рождения сердечно поздравляю,
Пусть в жизни будет все, как хочешь ты,
А я тебе, счастливым быть желаю…
Как хочется услышать голос твой!
Прижаться к телефону всей щекою…
И чувствовать… ты рядом, ты со мной…
А не дышать безмолвной тишиною…
Ты будешь говорить, а я молчать…
Твои слова все впитывать, как губка…
Я буду твоим голосом дышать!
Ты не звонишь… и молчалива трубка…
Наверное ты очень устаёшь…
И силы нет нажать на кнопку «вызов»
А может… нужных слов ты не найдёшь…
А может быть не хочешь быть мне близок?
А может… нет существенных причин…
Не хочешь мне звонить - ведь так бывает!
И голос, что мне стал незаменим,
Уже другое ухо покоряет?
Как глупо, в одиночку рассуждать…
Молчания отыскивать причины…
Мне голос твой иначе не назвать!
Как голосом желанного мужчины!!!
У лукоморья дуб зелёный.
Есть Интернет на дубе том
Там виснет в «аське» кот учёный,
Отбросив песни на потом
Там на неведаных дорожках
Отлично ловит «Мегафон»
Там в бочке с пивом «Старый мельник»
По морю мчит сам князь Гвидон,
Царевна SMS всем пишет,
А серый волк свой плеер ищет,
Там царь Кощей В контакте чахнет.
Там чудный дух - «Ролтон» пахнет…
Там 33 богатыря в помойке ищут 3 рубля,
А старый дядька черномор,
Уже полтиник гдето спёр.
Там на неведомых дорожках
Скелеты бродят в босоножках.
Следы разбитых жигулей…
Там мерседес на курьих ножках.
Стоит без окон без дверей.
Там ступа с Бабою Ягой
Упорно прётся за мукой.
Там царь Кощей по рынку ходит
И спекуляцию наводит…
Пасадобль
П, А С, А Д О Б
стон скрипок, барабанов дрожь.
полуслова, полуулыбки…
смотреть смотри…
но не тревожь
ласкать ласкай …
безумным взглядом
под окнами томись всю ночь
любовным пропитайся ядом
и прокляни, бросаясь, прочь.
Ты бык в руках своего тореро!
тебя дурманит суета
цель приближается так смело
и… ускользает не спеша.
Ты пеной брызжешь возмущенно
ревешь в чаду, внушая страх
и лишь тореро утонченный…
горячность обращает в прах.
Балетный взмах холодной шпаги
… смеясь, окончена игра.
Расчетливость в тигрином шаге
ты бык награда и тщеславия еда…
Вновь ночь сотрет мечты ошибки
и скрипок боль, и пальцев дрожь
под гимн дождя вальсируют улыбки
как будто говоря: «Куда ж, ты, прочь»?
Мне нынче пострадать фигнёй охота -
Тот феномЕн, что мы зовём «МУЖЧИНОЙ»,
Так, ради смеха, типа анекдота,
Классифицировать. Без слёз и матерщины.
Итак, приступим. Первый тип - РОМАНТИК.
Цветы, стихи, конфеты… Рада, вижу?
В хозяйстве ж он - всего красивый фантик,
Всегда влюблён, несчастен и обижен.
Второй в быту, напротив, очень нужен.
Поэтому зовётся - СЕМЬЯНИНОМ.
Вот только в серых буднях с этим мужем
Погрязнешь, как в болоте лягушИном.
Разнообразит страсти фейерверком
Тип третий жизнь. Зовётся - ДОНЖУАНОМ
И неплохим бы был он человеком,
Но можно ль быть таким непостоянным?!
А этот крут! В натуре! Однозначно.
И телом, и лицом, и даже тачкой.
Себя он скромно называет - МАЧО.
А за душой-то что-то есть? Задачка…
Богатый выбор. Есть ещё подвиды,
Перечислять их все - не хватит места.
Продолжила б я список неликвидов,
Боюсь - сметёт, блин, бурею протеста.)))
Мне на самом-то деле плевать, что ты давно не звонишь.
Я тебя поселила в какой-то вымышленный Париж,
В какой-то шикарный номер с видом на Сен-Мишель -
С кабельным, с барной стойкой, с кофе в постель.
Всё, что я помню - дождь… как в шею дышала, дрожа,
Как говорил «до скорого», а я уже знала «сбежал».
Стояла, как дура, в юбке - по бёдрам текла вода…
И всё говорил «до скорого», а я слышала «навсегда».
Но мне-то теперь без разницы… В том месте моей души,
Где ты выходишь из спальни, из выбеленной тиши,
Где время стоит, как вкопанное, где воздух дрожит, звеня,
Никто тебя не отнимет уже, никто не возьмёт у меня.
И однажды звонят откуда-то (оттуда всегда в ночи),
И спрашивают «знали такого-то?» - (молчи, сердце, молчи!)
И говоришь, мол, глупости, этого не может быть…
Он даже не в этом городе… он должен вот-вот позвонить…
И оплываешь на пол, и думаешь: «Господи, Боже мой!»
И нет никакой Сен-Мишели… и Франции никакой…
Пустые глаза одиночества
Смотрели сквозь страшную тьму…
Не сбыться дурному пророчеству,
Я выдержу и не умру!
Недуг меня душит, лишение
Под страхом, что выхода нет.
Я верю, мне будет спасение,
Но по истечению лет.
Не любишь, жесток, беззаботен.
- Я давних обид не храню.
Прощу. Отпускаю, свободен!
Лети! Свои крылья дарю!
Я вынесу тяжкое бремя,
Не даром же я - человек!
Все кончится, дай только время.
Не вечен же горести век!