Я не завидую сегодня … полит-еретику:
Со всех сторон ему так много … вменяется в вину.
Ты, государство, как угодно … ругай и критикуй,
Но об одном лишь умоляю: «Не плюй в свою страну!»
Давай про взятки, про откаты … про рейдерский отжим;
Под супостатов-казнокрадов … упорно рой как крот.
На держиморд, нечестных судей … ты пальцем укажи …
Но, об одном лишь заклинаю: «Не плюйся в свой народ!»
Ругай чиновников и власти … и их бюрократизм.
И за права, и за свободы … ты всячески радей.
«Мой неформатный друг, - прошу я, - ты, всё же прекрати
Плевать в историю и в то что … так свято для людей».
Ангелу-хранителю
Ну, послушай, где тебя носит?!
Надоело играть в эти прятки,
Надоело всего лишь верить,
Убеждать себя без надежды…
Знаешь что - давай по-другому!
Так, чтоб всё это стало правдой…
Слушай, я мечтаю как в детстве,
Как тогда у отца на коленях
И чтоб ты меня крыльями обнял,
И прижал к себе крепко-крепко.
Я зароюсь лицом поглубже
В мягкий сон белоснежных перьев
И, вдыхая небесный запах,
Расскажу обо всех обидах,
Расскажу обо всех ошибках
И о том, что их не поправить -
Остаётся одно: заплакать
Горько-горько навзрыд, как в детстве.
Только ты обнимай меня крепче,
Можешь даже молчать - не важно!
Важно, чтоб у тебя были крылья
И колени… и, знаешь, лучше,
Если я прямо так и засну там.
Знаешь, кажется стало легче.
Я, пожалуй, посплю немножко -
До утра ещё есть часочек,
Только ты посиди со мною,
Ты же мой?! Ты меня не бросишь…
Пленясь восторгом разговора,
Покою взор в очах друзей.
Реченьем - дочерью рассудка
Учёность множит мудрецов.
Весёлой юности утехи,
Услады тела, но не духа
Скрывает глупость до поры.
Прозренье прежнего пути,
Пороков пагубных уродство
Суровой карой запретит
Незримой совести вердикт,
Взамен греха даруя зрелость.
Дыханье жизни свежий ветер пьёт.
Герой бессмертен - памятью людей!
Однажды, старшие мальчишки
Пообещали научить
Качаться на больших качелях,
И даже «солнышко» крутить!
Ах, как летели те качели -
Почти что в полный оборот!
Ах, как качались и скрипели!
И я стояла во весь рост!
Что было дальше, я не помню,
Какой-то в памяти провал…
Очнулась дома, в царском троне
Из груды мягких одеял.
На лбу была большая шишка,
Как будто царская звезда,
И слуги верные - мальчишки -
Смотрели преданно в глаза!
Мне говорили - я летала…
Ещё б чуть-чуть, и птицей стала!
Глазам своим не верил Горыныч спозаранку.
Лишь вышел из пещеры, глядь - скатерть-самобранка.
Уж потирает лапы. К обжорству был горазд.
Вмиг заказал трёхглавый обилье разных яств.
Едва накроет скатерть, как в ней три головы!
И что же в результате с обилием жратвы?
Взяла своё усталость и впал в глубокий сон…
А брюхо раздувалось. Ба-бах! И… лопнул он.
Сия судьба обжоры
Была предрешена.
Не ешь, дружок, в три горла,
Ведь, попа-то, одна!
Ну, как тут мимо них пройдешь,
И как их не погладишь взглядом:
У этой новенькая брошь -
Пушистый приз от снегопада.
А та вон нацепила бус,
Да нитка, раз и оборвалась,
И всё рассыпалось на куст
И хлопьями висеть осталось.
А шубки, варежки у всех
Из тонких голубых снежинок,
И длинноногих сосен мех -
Как у «породистых» блондинок.
И лес уже, совсем не лес,
А подиум колючих скромниц,
Преображенных от чудес
Зимы (ах, март!) в красивых модниц.
А ей то что, когда весна,
Не собираясь просыпаться,
Качается в красивых снах,
А лес желает наряжаться
Всегда… сейчас… Зиме найти
Легко неношеных нарядов…
И как тут мимо них пройти
Как не погладить нежным взглядом!
У моей Наталии
Никто не видел талии…
Зря! напрасен этот труд,
Все равно ведь не найдут…
Татьяна НИК
Снега, снега… В спокойной белизне,
Застывшей на полях, не много смысла,
Когда блестит так солнце в вышине,
И зимние все обнулились числа.
Давно уже пора бы дрогнуть им
И, напитавшись влагою живою,
Бежать ручьями к берегам крутым,
Чтоб вздыбить льды над синею волною.
А их всё больше… каждый день метёт,
Отодвигая радостное время,
Которое в земле так жадно ждет,
С осенних дней зароненное семя.
И чем помочь, и что же делать нам,
Когда весна забыть про всё готова,
Не запрещая нежиться снегам,
Все подорвав природные основы?
Нельзя ничем… Ну, разве что, глядеть
Без ропота на снега бесконечность,
И ждать, и помнить. Дальше верить сметь,
Что будет всё, и что зима не вечна…
Утром вышла на работу.
Только в городе беда.
Раньше ездили мы в тачке,
А теперь плывем туда…
Татьяна НИК
Иду по встречной полосе.
Вокруг туман, чужие лица.
Не страшно стать такой, как все,
С дороги верной страшно сбиться.
Мелькают дни и города.
Грохочет гром и плачут ливни,
Листаю в памяти года,
Где я была почти счастливой.
Нет. Не жалею ни о чем
И знаю: жизнь - не безнадёга,
Хотя бывает палачом
И осудить умеет строго.
Но, не проигран с нею спор,
Что мы с любовью - неделимы
И что она - не прокурор,
И, к счастью, я - не подсудимый.
Вздохнув тихонько, помолюсь
И продолжаю путь свой дальше.
Быть одинокой не боюсь.
Боюсь предательства и фальши.
Заря вновь спряталась в росе,
Деревья ветру шлют поклоны.
Иду по встречной полосе,
С душой любовью опаленной.
Она сидит и горько плачет
Она одна. Никто не слышит тихий её стон
Она в ладонях свои слезы прячет,
А слезы падают на землю словно дождь
Как дальше жить, куда идти она не знает
И вновь с мольбою смотрит в небеса
Лукаво с ней судьба играет,
Поэтому и верить перестала в чудеса
Она сидит, не знает как подняться
Где силы взять и стать сильней
Она устала за счастье каждый день сражаться
Болит её душа от колкости людей
Она стоит и горько плачет
Луч солнца осветил ей путь
И силы от его тепла она черпает
Смогла она на мир без слёз взглянуть.
интересно… а я стою на заставке твоего телефона?
друзья спрашивают - это у тебя кто?
- даааа… одна вредная знакомая)
интересно… а ты ждёшь мои сообщения?
вздрагиваешь, после каждого оповещения.
будто это преступление)
думаешь … сегодня она была в ударе.
строчила весь вечер. опутывая, своими чарами.
подарками)
а вчера молчала. а ты ждал, хотя бы смайлик
или пару фраз… как ты там?
мой великовозрастный мальчик)
интересно… я знаю что у тебя на заставке.
тебе сказать у меня кто?
доброе утро… солнце моё)
Доброго дня!
счастье моё.
Стремиться в жизни к идеалу,
Для мужика - мартышкин труд.
Изъянов женщины немало
При всех раскладах в нас найдут.
Война спишет всё: долги, платежи, счета,
Дедлайны, проекты, идеи для новых книг,
И новую жизнь с перевернутого листа,
И твой прошлогодний заброшенный черновик.
Война перепишет фамилии наши из
Казённых бумажек на каменную плиту.
Крутись, барабан, лотерея приносит приз -
Свинцовый билетик в русскую пустоту.
Война спишет всё: продуктовый в твоём дворе,
Автобус «семёрку», потёртое кресло в нём,
Холодное тёмное пиво за сотню рэ,
Твои обещания - встретимся, мол, потом,
И давку в метро по утрам, и любимый бар,
И селфи из душа, и фразу «пойдём ко мне».
Война перепишет всё это в густой кошмар,
Ползущий коричневой ржавчиной по броне.
В потасканном бронике, ночью, на блокпосту
Какой-то совсем незнакомый тебе чувак
Стрельнёт сигарету, выдохнет в темноту
И скажет: «Ну, что тут поделать. Теперь вот так».
Март 2018 г.
Привязанность, это когда ждёшь большего, а любовь, где нет места для привязанности…