Я стала чаще замечать,
Что людям не нужна забота;
Вот если в душу наплевать,
Вот это да, вот это мода.
Я стала больше понимать,
Что не оценят вашу верность.
Вот если качественно врать,
Вот это да, вот это смелость.
Я буду дальше отвергать
Обман, цинизм и всю ту подлость.
Любить, ценить и понимать -
Вот это да, вот это гордость.
Лика Крылатая
Кто-то ищет спасенье в звездах,
Кто-то плачет в жилетку друга,
Я в стихи заплетаю слезы,
И проблемы, и все недуги,
И болезни, и слабость, время,
И, конечно же, боль молодую.
Моя сила - в моих твореньях,
Лишь они меня знают живую.
Лишь они ничего не просят,
Лишь они никогда не бросят.
Я несчастья свои забываю
И читаю, читаю, читаю.
Лика Крылатая
В тиши кабинета, где лишь Бреговича плач, после решения всех задач…, где ты палач… Наедине с собой… с неоцененной добротой… когда стакан из-под водки уже пустой… Как я устал… Мне бы домой… На горный Алтай… чтобы землянику рукой… чтобы утро черёмухой… чтобы опять молодой… Но выбора нет. Долг превыше всего и жить лишь - инкогнито… И тщеславие движет литературную маску одеть, да и как её тут не одеть, люди повода не дают, чтобы забыть… как это… любить…Да и нравится тебе на место их ставить… Чтобы всё без прикрас, чтобы в обществе -резонанс…Только знаешь… меня ты не обманешь… Хоть ты и Граф… Хоть и Дракула… А всё по тому, что Верю тому, что руки твои - чисты… незапятнанны.
Опять твержу, что завтра позвоню,
что нынче поздно, что ложатся спать…
Себя - то оправдаю, то виню.
(Увы, нельзя такое оправдать.)
А что им скажешь?.. Что пока жива?!.
Что счастья в жизни не было и нет?!.
Что и моя седеет голова
их головам во славу и в ответ?!.
Безмерно рано!.. Но не в этом суть,
а в том, что больше не хватает сил
на их: «Устала?..» - вымолвить: «Чуть-чуть!..»,
что больно долгим день сегодня был!
И много так всего порассказать:
все об успехах, о сбыванье мечт…
А все сильнее хочется рыдать
и холодно совсем от сжатых плеч.
Так, в промедленье, длится день-другой,
неделя, беспощадна и легка.
Звонит мне папа - в трубке перебой!
- Прости!.. Не слышу!.. Позвоню!.. Пока!..
Вот так и жизнь: откладывай на час,
на два, на три… Ликует в сердце дождь…
И вдруг она проходит - только раз, -
а ты все сил в себе не соберешь.
I
Когда погонит с моря облака
Небес географическая карта вдруг оживет.
Заполнится строка
Евангелия от святого Марта…
Но облакам весенним не сродни
Осенние, пронизывают дрожью.
В их низком затерявшись бездорожье
Оказываемся мы совсем одни.
И карта есть, но как идти по ней?
И тысячи оранжевых огней
Сегодня не зажгутся от чего-то…
Когда погонит с моря облака
Накатит непонятная тоска
И память вновь начнет свои отсчеты.
II
И память вновь начнет свои отсчеты
Вспять по шкале неведомой скользя.
Ее сосредоточенной заботы
Спокойно просто вынести нельзя.
В одном полузабытом ее лете
Сплелись десятки вымышленных лет,
Тревогу, что давно в помине нет,
Она поднимет, безупречно метя
В незащищенный край больного сердца,
Как будто знает, хороши все средства,
Чтоб выбить из седла наверняка.
Да, так оно случается нередко
И снова как спасительную ветку
Перо сожмет дрожащая рука.
«Он человек хороший, только пьёт.
Вчера вот руку на меня поднял.
Бывает, что меня по пьянке бьёт…» -
Кто этих слов от женщин не слыхал?
Замазывают кремом синяки,
Стыдливо опускают в пол глаза,
Когда из них, терпенью вопреки,
Предательски покатится слеза.
Как дико, что такое может быть
В наш просвещённый двадцать первый век.
И продолжают женщины твердить:
«Он у меня хороший человек…»
Что может быть хуже недосказанности и безразличия. Слова. Вернее, отсутствие слов, пусть иногда и выходящих за рамки приличия. А ты прижимаешься губами к холодным стёклам, рисуешь пальцем сердечки, на улице оловянные солдатики, замёрзшие человечки и Копенгаген/ девочка/ спички. А где-то чёрно - белые сказки, а тут так себе. Дефицит ласки, мало - мало слов, таких, знаешь, мягких, как бархат. Моя соседка играет на арфе, и льёт слёзы на струны. Пустота от меня до Луны. А ты хотела слова без пауз. Мои стихи без клякс. Как наизусть Фауст. И чтоб запутаться в радуге и карамели. Пальцами рук, краями рукавов, ресницами. Стучалась печаль белыми птицами. Мне в сердце. А ты сгорала от собственной нежности, думала про всякие там странности, немного грустила от недосказанности, и засыпала тихо. Видела сны…
В придорожном кафе он грустил у окна.
В его юной душе замерзала весна.
Алкоголем ее он пытался согреть.
Но она все равно предпочла умереть.
Он не понял, за что так жестока судьба.
Почему же любовь столь короткой была.
Седовласый старик к нему тихо подсел.
И в печальных глазах сразу все разглядел.
И промолвил старик, словно глядя вперед.
Ты поверь мне, сынок, что и это пройдет.
Ты сердечко свое на замок не запрешь.
И от чистой любви скоро вновь зацветешь.
Ты и сына родишь и построишь свой дом.
Сад чудесный взрастишь с той любовью вдвоем.
Потеплело тот час у парнишки в душе.
На изменницу он и не злится уже.
Вспомнил песню он ту, как народ там поет:
Если невеста уходит к другому, то неизвестно кому повезет.
Siriniya. 5 января2013.
Барабанил, всю ночь, дождь трудяга,
а подружке моей не спалось.
От того, что в душе у бедняжки
безответная бродит любовь.
То рыдает она, то смеется,
что с ней делать ни как не поймет.
Сердце, кажется вот, разобьется
о плиту неозвученных нот.
Почему же так в жизни бывает,
мы встречаем не тех и не там.
А любовь забияка, лишь дразнит,
слезы гонит она по щекам.
Говорят, что любовь это счастье,
от чего же так щемит в груди,
от чего же так сильно кусают
зубы ревности, боли клыки.
Верю я, что изменится вектор,
жизнь свои перемены пошлет.
И тебе, дорогая подруга,
непременно еще повезет.
Siriniya. Август 2012.
На душе опять тоска зелёная
Мысли лезут на рожон убогие
И молчит в ответ судьба вздорная
Хоть и знает про дела многие
За окном зима своим саваном
Зацепилась за весну бедную
Словно было холодов мало нам
Словно мстит, за то что мы вредные
Нет машины у меня времени
Жаль, а то бы улетел в прошлое
От реальности сбежав бремени
Чтоб не видеть дни её пошлые
Поигрался б на табло с датами
Чтоб от нашей эры вниз двинуться
И под возгласы свои с матами
В эту пропасть с головой ринутся
Затеряется мой след в вечности
Будто нет и никогда не было
В этом городе, и в той местности
Где от жизни что-то я требовал…
Украина, г. Николаев, 26 марта 2018 г.
Не спится… Грусть… Воспоминанья…
След от слезинки на щеке…
Три года - срок совсем не малый,
Как нет тебя. Лишь вдалеке
Под ярким солнцем ты смеёшься
Счастливый. И в руке рука.
Что нам тогда был снег и дождик,
Коль к звёздам нас несла река.
Любовь рождала жизни голод,
И ветвь, цветущую в сердцах
Волшебных мечт, но смерти молот
Разбил две жизни в пух и прах,
Стреножил, обескрылил души,
И пропасть между… проложил.
Моя дорожка стала уже,
И мир как будто бы остыл.
Не спится… Нынче годовщина…
След от слезинки на щеке…
Три года минуло в разлуке,
Три года без тебя - пустыня…
В душе клубочком грусть-гадюка
Живёт с тех пор, и иней синий.
Я за улыбки прячу слёзы,
И звёзды в тишине считаю.
Минуют, слава Богу, грозы,
Но солнца в моей жизни мало.
Три года, словно онемела
Душа моя в людском потоке,
Покрылись чувства снегом белым,
Как только стала одинокой.
Три года, как тебя могила
Сокрыла от меня до срока,
И я как будто бы остыла,
Дни заполняя жизнью только.
Три года минуло в разлуке…
Всем на свете я желаю счастья…
Если счастлив ты - в душе покой,
Солнце за окном или ненастье,
Ты, счастливых струн души не тронь,
Не тревожь, покой прочь прогоняя,
И не говори, что есть, и ад…
Я душе врата, открыла, Рая,
Прочь, поди, беда, свой сбросив, яд…
В жизни нашей радость, ведь, не часто,
Все равно, ты беден, иль, богат,
Я тебе, родной, желаю счастья,
На сто лет вперёд, а не назад!
Последним росчерком пера,
Как тем глотком воды в пустыне
Не попрекну, тебя, любимый…
Ужель, чужие мы, отныне?
Три лайка - три друга, остальные - балласт!