На исходе дня
Буду ждать тебя… тихо.
Солнце спит в ночи,
Пусть уже молчит Лихо.
Свет луны в окне
Лечит душу мне… покоем.
Скоро ты придешь,
И утихнет дрожь.
Знаешь ты, что одиночество… такое.
Не могу заснуть,
Когда нет тебя… рядом.
За окном мороз…
И согреть тебя… надо.
Душа, сожженная дотла,
Не стала чьим-то вдохновеньем.
Но еще теплая зола
Прекрасным служит удобреньем.
Наша жизнь… это просто спектакль…
Мы актёры… единственной роли…
Если что-то сыграем не так…
Сердце тихо… сжимает от боли…
Выход только один… только раз,
Можем мы оказаться на сцене…
Нет повтора… для роли… у нас…
Как же многое мы не успели…
Мы играем себя… каждый миг…
Каждый день, мы хрипим до упада…
Мы боимся… сорваться на крик…
Может… этого нам и не надо…
Оглянись… наша жизнь хороша…
Пусть в ней будут спектакли другие…
Те, в которых танцует Душа…
Те, в которых мы очень любили…
Мою судьбу из несуровых ниток,
Где серых и коричневых избыток
И лишь один узор до боли ал, -
Наполовину ткач уже соткал.
Разглаживать ее рукою стану
И засмеюсь:
ну, наработал спьяну!
Пускай, пускай он дурень и кустарь -
Изделие единственно, как встарь.
Я - слышите? -- не сетую нимало
На то, что мне такое перепало.
Не половик, не скатерть, не платок,
А этот --
мой, и только --
лоскуток…
Встречаются нам люди не случайно,
В любой из встреч таится явный смысл.
Одни нам посланы судьбою в испытанье,
Как лестница с препятствиями в высь.
Другие служат впору нам подсказкой,
Коль искушенный злом пошел не той тропой;
А кто-то нам, как оберег в опасном
В краю неведанном, далеком и чужом.
Иные нам для опыта богатства
Ниспосланы, пополнить жизни ларь.
В любой момент вы из него лекарство
Достать сумеете-он ваш святой грааль.
Как правило, нам могут повстречаться
Казалось бы, случайные во всем -
Чья жизнь неразличимой нитью счастья
Уже на небе с нашей связана узлом.
Встречаются нам люди не случайно:
На все нам провиденья Божья власть.
Но мы порой так втянуты в мечтанья;
Не видим знаков, спосланныx на нас,
И просто путаем неряшливо местами
Людей, присваивая роли от другиx;
И жизнь в иллюзии свою так проживаем:
С чужими лицами и судьбами чужиx.
Фашист стоял, слегка расставив ноги,
А рупором усиливалась речь
О том, что для евреев нет дороги,
Иной дороги, чем дорога в печь.
Надменность и презрение во взгляде.
И черный автомат наперевес.
Казалось, утро в лагерном наряде
Легло к его ногам, сойдя с небес.
А женщина стояла у барака.
Раздели заключенных догола.
Война, как кровожадная собака,
Давным-давно всех близких унесла.
И право жить, дарованное Богом,
Утеряно, как полушалок с плеч.
И женщина шагнула на дорогу -
Дорогу, упиравшуюся в печь.
Но будто натолкнулась на преграду,
И, словно молоко, вскипела кровь:
Фашист сверлил ее надменным взглядом.
Так смотрят на зверей и на рабов.
А до конца шагов осталось мало,
Но ей не одолеть стыда черту.
Она себя руками прикрывала,
Руками прикрывала наготу.
И этот жест, знакомый всем от века,
Казалось, объяснил ему без слов:
Она прожить стремится Человеком
Оставшиеся несколько шагов.
И столько в жесте женственного было,
Что он внезапно понял, почему
Жила в еврейке нравственная сила
Быть Человеком вопреки всему.
И в этой мысли новизна сквозила
Такая, что он дрожь сдержать не смог.
Она его, фашиста, победила.
Он понял это. И нажал курок.
Душа уставшая прощать и ждать прощенья…
Металась между раем и землей…
И чтоб разбить последние сомненья…
Спустился ангел к ней, что бы забрать с собой…
Скажи мне ангел!!! - молвила душа…
Ты избран Богом…- чтоб творить добро до искончанья века …
Но если бы на день на землю отпустили бы тебя…
Чтоб сделал ты- имея облик человека???
И улыбнулся ангел, крылья приклонив…
-«Я вам завидую - земным созданьям…
Вы можете любовь дарить…
И чувствовать ответное желанье…
Я б не пошел судить своих врагов…
И к другу за прощеньем не пойду…
Земную я б познал любовь…
Лишь это- не доступно нам в раю…"
Мне кажется что в мире не осталось нечего свитого!
Мне кажется что миром правит лож!
Мне кажется что в мире не осталось ничего людского!
И кажется что в пропасть мы идем!
Мне кажется что солнце потускнело, и перестало греть своим лучем,
А мир наш весь - дождем укрылся, и мы все умолкаем с каждым днем!
Мы все закрылись,
Стали непонятны,
Не верим в сказку, чудо, волшебство!
Мы все покрылись лживою раскраской, и все мы умираем с каждым днем!
Нас каждый день становится все меньше,
И мы теряем каждый день себя!
Укутаны мы все «красивой» фальшей,
Мы ищем правду, рубим с горяча!
Мы ждем любви, мы ищем понимания,
Мы врем себе что мы творим добро!
Мы просто врем! Врем всем без разбирания кто как?! и что?! и как почем?!
Нас не интересуют чьи-то беды,
И даже наши мало нас волнуют,
Мы просто все закрылись, мы заврались…
Мы тихо умираем с каждым днем!!!
Я вернулся с войны в отчий дом как погибший за Родину.
Попрощаться с семьёй девять дней после смерти дано.
И калитку открыл. И колодец прошёл и смородину,
И дрожащими пальцами стукнул в родное окно.
Застонала изба. Пёс завыл за дощатым курятником.
В тот же миг зеркала повернулись к холодной стене.
И седой капитан, не стесняясь, начальство крыл матерно.
Бедолага не знал, как сказать старикам обо мне.
А потом я ушёл поклониться Престолу Господнему.
И Христос мне сказал:
- Выправь плечи. Ты - русский солдат!
Не пристало бранить пацанов, жизнь отдавших за Родину.
Убиенным в бою полагается белый наряд.
И открыли врата мне мои молчаливые ангелы,
Только старший спросил:
- Ты откудова будешь, сынок?
У французов есть Франция, у британцев есть Англия…
Я сказал: - Из России!..
И старец вздохнул и умолк.
Я рюкзак на плечо - и пошёл по дороге неведомой.
Позади горизонт - на Земле он всегда впереди.
И увидел свой взвод возле самого светлого терема.
И услышал: - Привет!
Ну чего рот открыл?.. Заходи.
Я рванул…
Побежал…
К лучшим людям из лучшего прошлого.
Сколько выпито слез - и совсем не по нашей вине.
И рассвет полыхнул. И захлопали звёзды в ладоши нам -
Взвод восполнил ряды. Только Мишка Стрельцов на войне.
Жизнь не выдала нам ничего, кроме рода и племени.
А судьба расшибала ещё не окрепшие лбы.
Мы учились стрелять - на любовь просто не было времени.
И несли тяжкий крест - класть друзей в именные гробы.
И погибшие мы,
но не павшие духом и совестью,
Собрались в тишине навсегда и на веки веков!
Я вернулся с войны рассказать взводу свежие новости
И приказ получил - доложить, как там Мишка Стрельцов.
Я вздохнул и сказал:
- Два раненья Стрельца не исправили:
Он такой же чудак - всё считает себя молодым.
Разреши, командир, нам с ребятами выпить за здравие,
Чтоб последний из нас на Земле был подольше живым!
Подари мне серебряный крестик
Ближе к сердцу его надену
Буду помнить что были мы вместе
И не вскрою я лезвием вену.
Сводит судорога душу и тело
Я устала в церкви молиться
И в кругу нарисованный мелом
От грехов об алтарь биться.
Мне серебряный крестик поможет
Позабыть о душевной боли
Защитит от мыслей что гложут
И спасет от сердечной неволи.
Ночь. Объятья. Танец страсти.
Нежность. Чувственность. Опасность…
Шёпот милый.
Кожа… Пальцы… Дрожь… Полёт.
Прощай, реальность…
Руки. Губы. Море ласки.
Ближе. Глубже. Счастье… Сказка.
Вздох… Порыв. Блаженство. Воздух.
Пульс. Предел. Накал. Темп. Скорость.
Взрыв… Огонь. Поток. И -пропасть…
Слабость. Близость. Миг доверья.
Радость. Вечность. Наслажденье.
Губ тепло… Тебе шепчу
Откровенное «Хочу»…
Море вернулось говором чаек,
Песней прибоя рассвет пробудив…
Сердце, как друга море встречает,
Сердце, как песня летит из груди.
О море, море! Преданным скалам
Ты не на долго подаришь прибой.
Море возьми меня, в дальние дали -
С парусом алым вместе с собой!
Грустные звезды в поисках ласки,
Сквозь синюю вечность
Летят до земли…
Море навстречу им детские сказки
На синих ладонях несет корабли…
О море, море! Преданным скалам
Ты не на долго подаришь прибой.
Море возьми меня, в дальние дали -
С парусом алым вместе с собой!
На сердце легко, несмотря на простуду:
Вчера на обычной на вид мостовой
Я стала свидетелем яркого чуда,
А может быть просто столкнулась с судьбой…
Поверите в это, быть может, едва ли:
По латкам бетонным, под шорох машин,
Неслась королевой в оранжевой шали
Девчонка на вид сорока с небольшим!
Её не пугал ни порывистый ветер,
Ни пальцы дождя в волосах золотых:
Сияньем нежнейшего чувства на свете
Она отличалась в толпе от других:
Сверкали в глазах… нет - то даже не звезды -
Галактики, вспышки вселенской весны!
Неслась в музыкальности многоколесной,
С огромной надеждой смотря на часы…
А у перекрестка, до нитки промокший,
Он прятал за спину огромный букет -
В его пятьдесят - что же может быть проще:
Быть глупым мальчишкой пятнадцати лет!
Каждый поэт мечтает написать такое стихотворение, которое хотелось бы читать шепотом.
когда наступает старость…
чем кончается юность…
молодость где осталась…
зрелость когда проснулась…
только понюхав жизни.
сьев не один пуд соли…
в голову лезут мысли …
грустные по неволе…
трудно себе представить…
в молодости поступка…
чтобы могла поранить…
сердце любая юбка…
а вот совсем недавно…
я за собои заметил…
пусть смешно и забавно…
как красивы на свете…
юные все девицы…
чуть смазливые малость…
сразу готов влюбится!!!
ВОТ И ПРИХОДИТ СТАРОСТЬ…