Под плевки пьянчужек праздных
И под ропот «Ну и стыд!»
У дверей пивнушки грязной
Баба пьяная лежит.
В плащ затасканный одета,
Не стара, не молода…
Неужели тело это
Было женщиной когда?
Было… В беленьком платочке,
Не похожая на мать,
Её маленькая дочка
Всё пытается поднять.
«Мама!» - да, пока что - мама.
Только плачет дочь навзрыд.
…Не спасённая от срама,
Баба пьяная лежит.
Недопустимо ты рядом
Во мне ты ходишь и дышишь
Пробив меня своим взглядом
Теперь мои мысли слышишь…
Гудит моё подсознанье
Плевать на все предрассудки
Ты послан мне в наказанье
Не сплю четвёртые сутки…
Душа стучит в барабаны
Недопустимо так громко
Ты расставляешь капканы
Так хитроумно и тонко
К себе опять призывая
Любовью ты оглушаешь
Меня по венам вливая
К рукам своим прибираешь
И силы нет вырываться
Не видя смысла бороться
Почти готова я сдаться
Упав с небес в глубь колодца
Сама же всё понимаю…
Беде быть неотвратимо
Но вновь в тебе утопаю
Ты близок недопустимо!!!
Я умирала в тишине
Тихонько цокали часы
Мурлыкал кот на ушко мне:
«Не умирай, дождись весны»
Наивный кот, зачем ты врешь?
Весна не лечит от обид
От пепла душу теплый дождь
Отмоет. Но не оживит.
Я замерзала в январе
В сугробах пряча свою боль
Я с вьюгой выла наравне
Я заметала путь домой
И в пальцах с крюченных от слёз
Ты не найдешь теперь тепла
По венам катиться мороз
Я умерла… Я умерла…
Ну как ты мог вот так со мной?
Люблю тебя! А ты с другой.
Себе сам каждый «лестницу» построит-
Быть может-в рай. а может быть и в ад.
Своею мыслью, делом и бездельем
Волнует мало то, что «люди говорят».
Судящий всех ханжа всё время «забывает»,
Что-человек.и что, как все, порочен
«Грязь» личную по всем другим «размажет»
Твердя, что видит «правильно и точно».
Жить без «оценок», видно, невозможно,
Но судит кто-с себя пусть начинает
И, если уж сумеет стать безгрешным,
Пусть о грехах чужих и рассуждает.
Я видел, как глаза у влюбленных светятся,
Будь они ярче солнца или печальнее месяца
И может быть, они больше не встретятся,
Но им в лучшее все же верится.
И будто варится котел ожидания
- Обиды, печаль, тоска, страдания,
Но совершеннее нет создания,
Что обнимаешь ты поутру…
И по нутру тебе ее прихоти,
Хотя и хочется сказать - Да тихо ты!..
Обнять ее нежно к груди прижать
И на точку G в душе нажать.
А она смотрит на тебя и улыбается,
Взглядом души твоей касается
И все прочее растворяется
- Словно весь мир в одном слове - Мы.
Нет тьмы, нет боли и ожидания,
Любовь ваша строилась не хуже здания
- Фундамент, кирпичики, окна, двери, крыша
и вот уже в обществе новая ниша
занята вами сполна.
Пускай луна, как и прежде, светится,
Дай Бог каждому в жизни встретится
С половинкой своей судьбы.
И как вам говорили, когда коленки и локти
Вы били
- «До свадьбы заживет!»…
Ведь заживают и раны душевные,
Когда встречаются души влюбленные
И над землею парят окрыленные
- Тревожа старость седых облаков…
Valus Kalejs
Рожденные для жизни- не умрут,
Рожденные для смерти- не воскреснут,
Рожденные в печали - не поют,
Рожденные в герои- неизвестны.
Рожденные любить- не ищут пар,
Рожденные страдать- не ищут муки,
Рожденные в торговле- как товар,
Прошедший сквозь похотливые руки.
Рожденные мечтать- не соберут,
Рожденные считать- лелеют злато,
Рожденные напрасно- не живут,
Да им, похоже, это и не надо.
Рожденные светить - горят душой,
Рожденные сочувствовать- не грубы,
У равнодушных - мир под паранджой,
У завидущих- раскатались губы.
Милли-Адель
Миллиарды на Земле людей,
У каждого свое предназначенье.
Хоть не по нраву кто-то мне или тебе,
Но для планеты всей имеет он значение.
Не нам судить, кто плох, а кто хорош,
Их Божий Суд по-своему рассудит,
Достоинств человека может сразу не поймешь,
Мы часто ошибаемся, ведь мы же просто люди.
Прекрасный мир средь облаков.
Где солнце с радугой играет.
А в ночь, средь мирных сладких снов.
Противоречья исчезают.
Мой мир, свободный от оков.
Сознанье в рифмы, жизнь вплетают.
Моя душа, свозь тьму веков.
Туманы все одолевает.
И радость здесь, печали нет.
Лиш детский хохот откровенный.
И запах хлеба, пир побед.
Твой взгляд в глаза проникновенный.
А запах мамы с молоком.
Меня во времени тревожном.
Освобождает от оков.
И грустным быть мне не вожможно.
Бывает - ну не пишется…
Но хуже - мысль не ищется…
Бывает - не мечтается.
Но хуже - мир ломается…
Бывает - искра кончится…
Но хуже - одиночество…
Бывает - пыл потушенный…
Но хуже - все разрушено.
Бывает - сбежать захочется…
Но хуже - душа корчится…
Бывает - только волком выть…
Но хуже ведь - СОВСЕМ НЕ ЖИТЬ…
-К-
Зима … снег на солнце искрится,
Детвора веселится, резвится,
Намело и не видно земли,
Всё проснется, ты не грусти.
Ведь наступит, наступит весна,
Пробудится всё ото сна,
Зацветёт, побегут ручейки,
Ты немного еще потерпи.
Солнце снова засветит, как прежде,
И согреет всю землю, поверь,
Запоют поутру птички песни,
И ворвется весна, жди и верь!!!
А.Ч.
Молодчина. Выставляешь меня тварью последней.
И со «свитой» своей нарядили меня как ёлку смертными грехами.
А «свита», кстати, не имеет ни малейшего представления
о том, кто я такая и что творится между нами.
Ты помнишь прошлое лето? Я помню ты рифмы свои тогда в море мочил
Ещё я помню … эти фото … с ней… Ты там улыбался, она словно роза цвела…
Но тогда ты не учил меня как не сдохнуть… никто не учил.
Но видишь - не сдохла и не задохнулась, И память осталась цела…
А теперь в страхе я бегу сама, не дожидаясь ещё одного такого лета…
Чтоб в очередной раз не купаться в слёз солёном море.
И не пиши, и звонить не надо… не жди - не будет ответа…
Я помню как было больно видеть тебя с другой на своём мониторе.
Тебе вернулось то, что сделал ты со мною… и только.
не больше, не меньше… Не жалуйся, не умирай и не скули…
До лета ещё пострадаешь израненным волком…
А там побежишь разменивать мелкой монетой волчьи свои рубли.
--------------------------------------------------------------------------------
К слову… я очень люблю собак… Они избавляют от стресса…
Только крупных. Благородных пород и с шерстью короткой и гладкой.
А вот мелких терпеть не могу. Особенно пекинесов.
Ты не знал? Надо же - я так и осталась для тебя загадкой…
И пусть напишут, что «такие зачастую помогут только сдохнуть»
они меня не знают и смешно смотреть как люди рассуждают наугад
Я в этом случае мечтаю лишь ослепнуть и оглохнуть…
Чтоб не принять нежданных и негаданных «наград»…
«…и снова будет сегодня сниться: кошмарный ливень, собачий вой,
допрос с пристрастием на границе; упрямый въедливый постовой
посмотрит в паспорт и ставит просто отказы-штампики на судьбе;
и, замыкаясь, ряды форпоста не пропускают меня к себе.
Так и останусь на распродаже по низким ценам скупать грехи…»
А кто-то мудрый прочтёт и скажет, мол, не стихи это, не стихи.
И кто-то умный начнёт глумиться, знакомый вновь заведя куплет,
что сердце рвать неприлично в тридцать, что опоздала на десять лет.
Мол, напиши, как луны камея собою красит небес парчу,
а я о звёздочках не умею, а я о бабочках не хочу.
Я напишу о глазах ребёнка, распознающих любую ложь,
о том, что рвётся не там, где тонко, а там, где этого меньше ждёшь;
о том, как в доме напротив прячут мужской, срывающий крышу плач;
о том, как времени ушлый мячик безостановочно мчится вскачь,
живых людей превращая в маски на зависть куклам мадам Тюссо,
что мёртвым грузом в его запаске - фортуны пятое колесо;
что, несмотря на чины и масти, одна на всех у него печать.
Я напишу (как усталый мастер о самом грустном всегда молчать)
о том отчаянном женском пьянстве, что незаметно в тени кулис,
о заоконном ночном пространстве, к утру сильнее зовущем вниз;
я напишу себе послесловье на грязном зеркале, словно тать,
такой горячечной бурой кровью, что ты не сможешь меня читать…
Прохладно. Слышится звук негромкий (полощет ноги в воде луна).
Стою у суток на самой кромке, всепримиряющей с гладью дна,
там, где кончается божья помощь и начинается путь домой.
И чей-то смех разрезает полночь, знакомый, нервный. Похоже, мой.
…после, в реанимации, говорит врачу:
- позвоните жене, жене позвоните, врачей не надо,
позвоните Тане, жене моей, если нужно, я заплачу, -
номер в трубке, трубка в куртке…
врач отвечает:
- вату!
не унимается:
- слушайте, вы идиот, вы что, идиот?
позвоните жене, в контакте ей напишите, свяжитесь по скайпу,
как угодно, болван, я вам говорю, придурок, господи, вот
придурок, вот придурок, придурок…
врач отвечает:
- скальпель!
[номер в трубке, трубка в куртке, куртка бог знает где,
куртка в автомобиле перекореженном, море крови
на шоссе, посреди осколков, в сиреневой пустоте,
телефон в распоротой куртке звонит, и мерцает номер]
рвется:
- какой, к черту, скальпель, вы что, не слышите, вы глухой?
мой телефон звонит, снимите трубку, вы слышите зуммер?
трубку снимите, господи, трубку, снимите трубку, какой покой…
господи, Таня, господи …
врач отвечает:
- умер.
Он приходит каждую ночь. Закрывает шторы и сидит, в моё закутавшись одеяло.
- Солнце, слушай, я не знал, что люблю повторы. Но тебя мне на этом свете чертовски мало.
Вот такой - смешной, взлохмаченый, недовольный, до безумия родной и до боли близкий…
- Ты, родная, по утру ни о чем не вспомнишь. Может, завтра я оставлю тебе записку.
Чертит контуры лица, проводя ладонью. Кожа рук его сливается с лунным светом.
- Черт возьми, а я все помню! Я помню, помню! Но, конечно, никогда не признаюсь в этом.
Ляжет рядом, приобнимет меня за плечи - и внезапно все срывается, будто в бездну.
- Где тот умник, кто придумал, что время лечит?! Я хочу сегодня - сейчас - исчезнуть!
Я живу как робот - задачи, цели, а на деле - я безумно по ней скучаю…
Наступает хмурый, пасмурный понедельник. Он бесшумно на кухне поставит чайник,
Улыбнётся, присев у моей кровати, осторожно поправит браслет и чёлку…
- Может хватит упрямиться, солнце? Хватит… Мы пытались сбежать - но, увы, без толку.
Он уходит с рассветом, оставив только у окна, на столике чашку чая…
Я скучаю по нему. И во сне встречаю.
Только в этом не найти
никакого
толка.
Вопросы есть-со множеством ответов
Себе их можно вечно задавать-
Зачем же ты живёшь на этом свете
И есть ли в жизни-смысл,
И в чём его искать?
По-настроению и разные ответы
Они друг друга могут отрицать,
Но для создания своей «картинки мира»
Несовместимое ты станешь совмещать
Навсегда - слишком честное слово,
Но заведомо - чистая ложь.
И бросаться им проще - простого,
Как ни брось, точно в цель попадешь.
Навсегда - не бывает фальшиво,
Хоть звучит, как заезженный миф
Произносят его торопливо…
Или с пафосом, громко, на взрыв.
Навсегда - отбирает надежду
Или дарит возможность любить.
Столкновение с ним неизбежно,
Невозможно его заменить.
Невозможно ему не поверить
И до ужаса страшно понять.
Навсегда - беспощадное слово,
Если рядом глагол - потерять.