Душа летала, душа парила …
Душа любила и бед не знала …
Она жалела всех вас, бескрылых …
Но как вам крылья раздать -не знала …
Ее топтали -она терпела …
Ей говорили - летать нелепо…
Она же счастья для всех хотела …
Зачем бескрылые к счастью слепы?
И как убрать из души глушь?
Ответь, Создатель, вопрос созрел …
Зачем так МАЛО вокруг душ-
Когда так МНОГО вокруг тел ???
14.01.2013г
Часто мы любим не тех, не там, не тогда.
Сезонное головокружение принимаем за любовь, долгий взгляд - за преданность, короткое «да» - за верность.
Все так же не верим в деда мороза, каждый раз бросая украдкой взгляд под ёлку в первый день наступившего года.
Спасибо тебе, что ты был
Спасибо, что возвращался и опять уходил.
Спасибо, что ты не вернулся…
Теперь я научилась закрывать эту дверь
Я научилась жить с тобой, я научилась жить тобой…
Я научилась жить одна…
Спасибо тебе, ты выпил наше «Вместе» до дна…
Лучше привычное неудобство, нежели непонятное изменение… мало ли что…
Жизнь нас режет не хуже голодной волчицы
Средь зимы с целым выводком малых кутят.
Рядом вновь пустота, тишина воцариться,
Я опять ощущаю на себе ее взгляд.
Эта жизнь затаилась, смотрит в окна-прицелы
Желтым прищуром лунным, сюрикенами звезд.
Я в ночи растворяю свои мысли и тело,
Я собью ей прицел переулками грез.
Я еще поплутаю в реальности этой,
И свой танец надежды я спляшу меж миров.
Мне не нужно стоять за обратным билетом,
Ухожу по тропинкам из мыслей и снов.
Когда-то было время,
Эфир нам песни пел,
На шаг вперед и в теме,
Восторг, полёт, респект!
Потом шагали в ногу,
Почти плечом к плечу,
Вперед глядели строго,
Не растрясти бы чувств.
Теперь спешить не надо,
Мир ускакал вперед.
Другим галоп - услада,
А нам - наоборот.
Идем и наблюдаем
на суету вокруг.
И камни собираем,
Мы с теми, кто не глуп…
С берега море красиво, с моря берег красив.
Самая любимая вещь у меня это гитара, в себе я больше всего люблю волосы. Но когда головка гитары зацепляется за прядь, тогда я ненавижу и первое, и второе.
Наутро - похмелье и не было сил.
Пузырился дождь, по земле моросил.
Смыл грязь, смыл неправду. Она проросла,
Обильные, буйные всходы дала.
Отчётливо помню шёлк русых волос,
Полночные проводы после свиданья.
В мозгу образ милой, как ложный донос,
С момента знакомства и до расставанья.
Так много лжи, так мало света.
Увы, сейчас мы так живем.
И песня века уже спета,
Но вы не слышали ее.
Мы дети новых поколений
Незнаем что и ожидать
От той страны чья власть нелепа,
Где можно только выживать.
Я буду непременно молодым!
Плескать задором в чудные рассветы
И прыгать без оглядки затяжным
В любви порывы, пусть и безответной.
Продолжу дивно верить в чудеса.
Писать стихи, ну или сказки либо…
И каждому счастливому с лица
При встрече чутко говорить: «спасибо».
С приятной грустью слушать соловья,
Пуская трели в самую что душу.
Ведь это счастье, это жизнь моя!
И этого в себе я не разрушу.
В усладе нежной женщин миловать,
Растрёпанно в перинах сеновала.
Ромашками запомнится кровать,
Что запах свой не жадно раздавала.
Останусь просто-напросто собой,
Ценя друзей и радуя знакомых.
Но спрячу за улыбкою простой
Усталости морщинок стовековых…
Я буду бесконечно молодым…
Я жизнь выпиваю молча,
Съедаю её печали.
Слова заплетаю в строчках,
Они чтобы песней стали.
Секундами пью минуты,
Пугаю реальность снами.
Глотаю души маршруты
Ночами, вприкуску с днями.
Я вечность считаю в звёздах,
А время луною мерю
И счастье бросаю слёзно
На откуп судьбе, как зверю.
Надежды листаю небом,
Мечтами любовь читаю.
Полями со зрелым хлебом
От прошлого в ночь шагаю.
И сердцем дурманю ветер,
Всей грудью дышу от воли.
Хоть путь мой и не заметен,
Сдираю времён мозоли…
Бездомной грустью со слезой
Молила скрипка
И вдаль тянулась под луной
В ночи кибитка.
Дорога с лёгкостью степной
Терялась лентой,
Где небо встретилось с землёй
Полоской светлой.
Усталость примет на постой
С постелью осень.
И конь своею хрипотой
Воды попросит.
Купаться спустится к реке
Цыганка Яна.
Коснётся нежно к наготе
Лицо тумана.
А брызги станут целовать
Волос теченья
И эту чувственную стать
В миг наслажденья.
Факир придумает очаг
Во тьме оврага.
Отступит мягко сразу мрак
Под властью мага.
Осветит пламя от костра
Сюртук измятый
И чуда полные глаза
Под краем шляпы.
Привычный ужин под звездой
С вином игристым.
Приветит небо теплотой
Своих артистов.
Устанет первым под хмельком
Силач-мужчина.
Его поманит ветерком
Листвы перина.
И будут сниться циркачу
Судьбы подковы,
Попались что раз к ловкачу
В кулак пудовый.
Лишь клоун молча в стороне
Уронит брови
И всхлипнет ночи тишине
Нелёгкой долей.
Смахнёт привычно со щеки
Дождей печали.
Прольёт, невзгодам вопреки,
Надеждой дали.
А завтра дальше проживать
Мечты дорогой.
Срывая с прошлого печать
Реалью строгой.
На сцене искренне играть
То жизнь, то грёзы
И к чувствам зрителя внимать
Сквозь смех, сквозь слёзы.
Суть не в том, чтоб не лезть под поезд
или знак «Не влезай - убьет».
Просто ты ведь не Нео - то есть, не вопи потом, как койот. Жизнь не в жизнь без адреналина, тока, экшена, аж свербит - значит, будет кроваво, длинно, глазки вылезут из орбит.
Дух захватывало, прохладца прошибала - в такой связи,
раз приспичило покататься, теперь санки свои вози.
Без кишок на клавиатуру и истерик по смс -
да, осознанно или сдуру, ты за этим туда и лез.
Ты за этим к нему и льнула, привыкала, ждала из мглы -
чтоб ходить сейчас тупо, снуло, и башкой собирать углы.
Ты затем с ним и говорила, и делила постель одну -
чтобы вцепляться теперь в перила так, как будто идешь ко дну. Ты еще одна самка; особь; так чего поднимаешь вой? Он еще один верный способ остро чуять себя живой.
Тебя что, не предупреждали, что потом тошнота и дрожь?
Мы ж такие видали дали, что не очень-то и дойдешь.
Мы такие видали виды, что аж скручивало в груди;
ну какие теперь обиды, когда все уже позади.
Это матч; среди кандидаток были хищницы еще те -
и слетели; а с ним всегда так - со щитом или на щите.
Тебе дали им надышаться; кислородная маска тьмы,
слов, парфюма, простого шанса, что какое-то будет «мы», блюза, осени, смеха, пиццы на Садовой, вина, такси, -
дай откашляться, Бог, отпиться, иже еси на небеси, -
тебя гладили, воскрешая, вынимая из катастроф,
в тебе жили, опустошая, дров подкидывая и строф;
маски нет. Чем не хороша я, ну ответь же мне, Боже мой, - только ты ведь уже большая, не пора ли дышать самой.
Бог растащит по сторонам нас; изолирует, рассадив.
Отношения как анамнез, возвращенья - как рецидив.
Что тебе остается? С полки взять пинцетик; сядь, извлеки
эти стеклышки все, осколки, блики, отклики, угольки.
Разгрызи эту горечь с кофе, до молекулок, до частиц -
он сидит, повернувшись в профиль, держит солнце между ресниц.
Он звонит, у него тяжелый день - щетину свою скребя:
«я нашел у скамейки желудь, вот, и кстати люблю тебя».
Эти песенки, «вот теперь уж я весь твой», «ну ты там держись».
Все сокровища. Не поверишь, но их хватит тебе на жизнь.
те, кого мы любили, и с кем расстались,
даже неважно, по чьей вине.
вы зачем воз-вра-ща-е-тесь?
когда мы с кирпичом на дне,
чтоб вы с берега улыбались.
притворяетесь, будто каетесь,
когда с нами наедине?
те, кого невозможно забыть.
как шрам после операции.
вроде уже не болит,
но сейчас - реабилитация.
те, кто ясно сказал, что все кончено,
забыто и обесточено.
зачем опять приходить?
проходить мимо, звонить.
слать глупые сообщения:
«мне не хватает с тобой нашего общения»
ушедшим нельзя даровать прощение.
а тем, кто возвращается?
им прощается
раз-в-недельное появление?
раз в месяц, неделю, десяток лет
я получаю смс-ку или звонок,
чтобы ответить: «да, у меня все ОК.»
а он хохочет громко и гасит свет.
«я звонил, чтобы просто сказать привет.
в парк не хочешь пройтись? или зайти в кино?"
и я отвечаю: «нет же, угомонись».
а он: «может, тогда вино?»
«да какое к чертям вино? и на кой мне твои приветы?
если честно, я жду их, как в детском саду конфеты
на елке. как ждут двух полосок мечтающие о ребенке…»
вслух произношу только первую часть ответа.
он говорит:" нет так нет". будто и не хотел.
и звучат гудки.
милый, твои звонки
пулеметом пробили мою броню.
почему же я тебе не звоню,
а ты вдруг избавился от всех неотложных дел,
и ломаешь мне позвонки?
в каждом коннекте сквозит один и тот же вопрос:
ты любила меня? и я отвечаю: да.
то есть, конечно, я говорю: «ерунда.
каждый из нас давным-давно перерос
то, что происходило тогда.
да, я любила, да.»
и все возращенцы довольны таким ответом.
после которого вызов сразу же завершен.
они и звонили-то, наверное, лишь за этим.
а ты в киоск за очередной сигаретой,
чтоб твой лимит на жизнь - вновь продлен.
я не знаю, как сделать так, чтоб мы перестали мучиться.
можно не поднимать трубку, хамить в ответ.
только вот не поможет, если вдруг и получится.
если б он знал, чего стоит такой коннект.
в каждом бездействии или деянии
все равно же проглянет: «да»,
это истинная беда,
бедствие, напасть, наказание,
что такая вот ерунда
заставляет терять сознание
и Карениной под поезда.
вывод, конечно, есть, но он мне совсем не нравится.
те, кого мы любили, не оставляют в покое.
стоит нам чуточку лишь поправиться,
как телефон от звонков начинает плавится,
обжигая едва живое.
и я снимаю трубку, думаю: «ну заткнись!
каждый звонок твой мне ведь иголкой в кожу.
я от него нетрезвая, как от хмеля.»
я сама буду слать смс тебе раз в неделю.
расход небольшой, а покой дороже:
«Да. Я любила тебя. Уймись».