КАК США И СССР БОРОЛИСЬ ЗА «МОЗГИ» ТРЕТЬЕГО РЕЙХА
Вторая мировая война закончилась для мировых разведок намного позже, чем для простых смертных. Третий Рейх располагал богатейшим интеллектуальным ресурсом, и этот ресурс нужно было делить.
Особая ситуация
Условия для развития науки в Третьем Рейхе были особые. Властью поощрялись даже исследования в тех областях, на которые в других государствах наложено право вето. Это касается и военных разработок (химическое и бактериологическое оружие), и экспериментов над людьми, которые проводились в нацистских концентрационных лагерях. Развита в Третьем Рейхе была в основном прикладная наука. Страна готовилась к большой войне, и нужно было приложить максимум возможных усилий, чтобы обеспечить растущую армию и нарастить военные «мускулы». Все ученые, работающие на немецких проектах были потенциально интересны всем союзникам, но в основную борьбу за них вступили США и Советский Союз. Это стало преддверием Холодной войны.
Операция «Скрепка»
Первую разведку высоких технологий Третьего Рейха организовали, как ни странно, французы. В 1943 году ими была создана спецслужба «Марко Поло». Но разведка была французская, однако сведения отправлялись прямиком в США и Великобританию. «Охота за головами» специалистов Третьего Рейха была одним из самых приоритетных направлений деятельности союзников. В ноябре 1944 года Объединенный комитет начальников штабов США создал «Комитет промышленно-технической разведки». Управление стратегических служб в рамках секретной операции Overcast занялось вывозом немецких ученых для работы в США. Самой «вожделенной головой» был для американцев фон Браун. К его обнаружению спецслужбы привел список из 1500 ученых, найденный в туалете разбомбленного Кёльнского университета. Вернер фон Браун стоял в этом списке на первом месте. Как оказалось впоследствии, решение о сдаче американцам было принято учеными заранее. Фон Браун даже был помещён под арест за высказывания «пораженческих» взглядов. Долго операцию Overcast держать в секрете не получилось. О ней узнали американские СМИ и сразу назвали программу «ввозом в страну нацистских преступников». Для избежания огласки в марте 1946 года операцию переименовали в Paperclip, а немецкие ученые числились по документам «жертвами нацизма». «Скрепка» - потому что скрепками крепили новые, чистые биографии немецким ученым. В ходе операции «Скрепка» более 700 ученых из нацистской Германии приняли непосредственное участие в формировании и вошли в состав ЦРУ, АНБ и других правительственных учреждений США.
Жертвы нацизма
Президент США Трумэн не давал официального хода операции по вывозу из Германии специалистов до августа 1945 года. Он подчеркивал, что запрещена вербовка США специалистов с нацистским прошлым. Под категорию «с нацистским прошлым» попадали почти все будущие фигуранты операции «Скрепка», трое же ученых, стратегически нужных США - Вернер фон Браун, Артур Рудольф и физик Губертус Штругхольд - были и вовсе классифицированы до этого как «угроза безопасности силам союзников».
Однако Объединенное агентство по целям разведки, которое занималось операцией нашло «оригинальный» способ обойти закон - просто-напросто «забелив» биографии, убрав из них все о связи с нацизмом, а некоторым ученым - придумав новые. В Америке вынужденные переселенцы не бедствовали. Они работали в хороших условиях за солидные деньги, а Вернер фон Браун даже стал лицом таблоидов.
Фон Браун
Самой крупной и известной «добычей» американской разведки стал уже упомянутый ранее Вернер фон Браун, создатель немецкой ракеты «Фау». Он привел Америку к высадке на Луну, а сам стал медийным лицом. Большой удачей в жизни Брауна можно считать его встречу с Уолтом Диснеем. Продуктом их совместного труда стали три фильма: «Человек в космосе», «Человек и Луна», «Марс и другие». В эпоху, когда телевидение ещё не считалось доходной платформой, Дисней заключил контракт с «Эй-Би-Си» и не прогадал. По самым скромным подсчетам трансляции увидело больше 100 миллионов телезрителей. В фильмах сам фон Брун рассказывал о космосе, показывал макеты ракет и лунных станций. Президент США Эйзенхауэр сам позвонил Диснею и попросил копию пленки. Хотели заполучить материалы нашумевших программ и в СССР: профессор Леонид Седов обратился к Фредерику Дюранту, президенту Международной федерации астронавтов с просьбой достать копию. Попала ли копия в СССР - история умалчивает.
Наши взяли
Советский Союз также проявлял большой интерес к специалистам Третьего Рейха. Их поисками в 1945 году руководили ряженые полковники - будущие академики, физики Арцимович, Кикоин, Харитон, Щелкин. Руководил операцией первый заместитель Лаврентия Берии Иван Серов. Общее число намеченных к депортации ученых, инженеров и рабочих составляло примерно 2200 человек. Это были ракетчики, атомщики, электроники, оптики, радиотехники, химики. Их вывезли организованно и тайно - ранним утром 22 октября 1946 года к домам ученых подъехали армейские грузовики - поезд - СССР. По подсчетам историков Хазанова и Соболева «около 500 ученых планировалось направить на предприятия Министерства вооружения. 350 - на предприятия Министерства средств связи, 30 - в распоряжение Министерства сельхозмашиностроения (под этой вывеской с 1946 г. велись работы по твердотопливным ракетным снарядам, в частности, по крылатой ракете типа Хеншель Hs 293), 25 - на судостроительные предприятия. С учетом членов семей численность депортируемых немцев равнялась 6−7 тысяч человек». Кроме ученых, советские разведчики также нашли 200 тонн металлического урана. По признанию Курчатова, эта находка сократила работу над бомбой на год-полтора. Еще больше урана из Германии успели вывезти США, как, впрочем, и специалистов во главе с руководителем атомного проекта, нобелевским лауреатом Вернером фон Гейзенбергом. Помогала в поисках нужных спецов и удача. Макса Штейнбека, будущего советского академика и вице-президента АН ГДР, нашли, когда он по желанию начальника лагеря смастерил солнечные часы. Всего по атомному проекту в СССР работало 7 тысяч немецких специалистов и еще 3 тысячи - по ракетному проекту. 6 Санатории Ученых в СССР поместили в практически курортные условия. В распоряжение немецких физиков в Абхазии передали санатории «Синоп» и «Агудзеры», туда завезли технику и все необходимое для работы. Санатории потеряли свои исторические имена. «Синоп» назвали «Объект «А» - им руководил ученый барон Манфред фон Арденне. «Агудзеры» стали «Объектом «Г» - его возглавил Густав Герц. Здесь работали выдающиеся ученые: Николаус Риль, которому Сталин присвоил звание Героя Социалистического Труда, Макс Фольмер (построил первую в СССР установку по производству тяжелой воды, а потом стал президентом АН ГДР), член НСДАП и советник Гитлера по науке Петер Тиссен, Макс Штейнбек - конструктор центрифуги для разделения урана.
Донателло. Великий флорентийский скульптор
Созданные Донателло образы являются первым воплощением гуманистического идеала всесторонне духовной личности и отмечены печатью яркой индивидуальности и богатой духовной жизни. Основываясь на тщательном изучении натуры и умело используя античное наследие, Донателло первым из мастеров Возрождения сумел разрешить проблему устойчивой постановки фигуры, передать органическую цельность тела, его тяжесть, массу. Его творчество поражает разнообразием новых начинаний. Он возродил изображение наготы в статуарной пластике, положил начало скульптурному портрету, отлил первый бронзовый памятник, создал новый тип надгробия, попытался решить задачу свободно стоящей группы. Одним из первых он стал использовать в своих произведениях теорию линейной перспективы. Намеченные в творчестве Донателло проблемы надолго определили развитие европейской скульптуры.
Донато ди Никколо ди Бетти Барди, которого принято называть уменьшительным именем Донателло был сыном ремесленника, чесальщика шерсти. Первое обучение он прошел, как полагают, в мастерских, работавших в то время над украшением собора. Вероятно, здесь он сблизился с Брунеллески, с которым его в течение всей жизни связывала тесная дружба.
Уже в 1406 году Донателло получил первый самостоятельный заказ на статую пророка для одного из порталов собора. Вслед за этим он исполнил для собора мраморного «Давида» (1408−1409 гг. Флоренция, Национальный музей).
Уже в этой ранней работе проявляется интерес художника к созданию героизированного образа. Отказавшись от традиционного изображения царя Давида в виде старца с лирой или свитком исламов в руках, Донателло представил Давида юношей в момент торжества над поверженным Голиафом. Гордый сознанием своей победы, Давид стоит подбоченясь, попирая ногами обрубленную голову врага. Чувствуется, что создавая этот образ библейского героя, Донателло стремился опереться на античные традиции, особенно заметно сказалось влияние античных прототипов в трактовке лица и волос: лицо Давида в рамке длинных волос, прикрытых полями пастушеской шапки, почти не видно из-за легкого наклона головы. Есть в этой статуе - постановке фигуры, изгибе торса, движении рук - и отзвуки готики. Однако смелый порыв, движение, одухотворенность уже позволяют почувствовать темперамент Донателло.
В своих произведениях Донателло стремился не только к объективной правильности пропорций и построения фигуры, но всегда учитывал впечатление, которое будет производить статуя, установленная на предназначенном ей месте.
В 1411 - 1412 годах Донателло исполнил для одной из наружных ниш церкви Ор Сан Микеле статую Святого Марка. Сосредоточенный взгляд полон глубокой мысли, под внешним спокойствием угадывается внутреннее горение. Все в этой фигуре весомо и материально. Чувствуется, как нагрузка торса ложится на ноги, как тяжело свисает плотная ткань одежды. Впервые в истории итальянского Возрождения с такой классической ясностью была решена проблема устойчивой постановки фигуры. Донателло воскрешает здесь распространенный в античном искусстве прием постановки, этот мотив выявлен в фигуре Святого Марка с предельной четкостью и определяет как положение слегка изогнувшегося торса, рук и головы, так и характер складок одежды.
Донателло, по словам Вазари, заслуживает всяческой похвалы за то,"что он работал столько же руками, сколько расчетом", не уподобляясь художникам, чью"произведения заканчиваются и кажутся прекрасными в том помещении, в котором их делают, но будучи затем оттуда вынесенными и помещенными в другое место, при другом освещении или на большей высоте получают совершенно иной вид и производят впечатление как раз обратное тому, какое они производили на своем прежнем месте".
Статуя Георгия - одна из вершин творчества Донателло. Здесь он создает глубоко индивидуальный образ и вместе с тем воплощает тот идеал сильной личности, могучего и прекрасного человека, который был в высокой мере созвучен эпохе и позднее нашел отражение во многих произведениях мастеров итальянского Ренессанса. «Георгий» Донателло - гибкий, стройный юноша в легких латах, небрежно наброшенный плащ покрывает его плечи, он стоит уверенно, опираясь на щит. Героический образ юноши-патриота, готового встать на защиту флорентийской республики, ярко индивидуален, почти портретен. Это типичная черта искусства раннего Возрождения, обусловленная стремлением художника освободиться от средневекового канона, нивелировавшего человеческую личность.
Последние годы жизни Донателло провел во Флоренции. Мрачное и тревожное настроение овладевает в эти годы художником. В произведениях его все чаще звучат темы старости, страданий, смерти даже в статуе"Марии Магдалины" (1445) он, вопреки традиции, представил святую не цветущей и юной, а в виде высохшей, изможденной постом и покаянием отшельницы, одетой в зверину
ю шкуру. Старческое лицо Магдалины с глубоко запавшими глазами и беззубым ртом обладает потрясающей силой экспрессии.
Позднее творчество Донателло стоит особняком во флорентийском искусстве 50−60-х годов. В середине столетия скульптура Флоренции утрачивает монументальный характер и черты драматической экспрессии. Все более широкое распространение получают светские и бытовые мотивы, возникает и быстро распространяется скульптурный портрет.
Живопись Флоренции первой трети XV столетия богата контрастами. Как и в скульптуре, однако несколько позже, в ней совершается решительный перелом от отмеченного влияния готики искусства позднего треченто к искусству Ренессанса. Главой нового направления был Мазаччо, деятельность которого приходится на третье десятилетие XV века. Искусство Мазаччо опередило свое время. Его радикальные и смелые новшества произвели огромное впечатление на художников, однако были восприняты лишь частично.
рассказ четвертый
КАК ЛЕЙТЕНАНТ КРОКОДИЛ БАТАРЕЮ ПОЛУЧИЛ.
Лейтенантская жизнь не сладкая.
Раньше так было и сейчас так - лейтенант «затычка» для каждой бочки. Все самые неприятные обязанности именно на нем, и нет тут никакой дискриминации или дедовщины.
Как еще научить молодого зеленого офицера искусству управления личным составом, если не устроив ему настоящее горнило, где вытачивается характер и искусство работы с людьми?
Начальник караула? Лейтенант! Старший машины? Он же! Командир комендантского взвода? Летеха, кому же еще? Ближе к людям…
Если полк выезжает на полевые учения, то каждый толковый солдат на счету. Наводчики, командиры орудий, даже заряжающие должны быть от мира сего, понимающие, дрессированные, сообразительные. Сброд, новичков, неучей, неуправляемых - всех отправляют на разнообразные подсобные работы вроде кухни или боевого охранения. Комендантский взвод не исключение - туда идут все те, кто не успел пообтесаться на службе, или просто только попал в часть.
Чехословакия. Заграница. Все должно быть на высшем уровне.
Лейтенанту, будущему полковнику Крокодилу, доверили сорок таких вот отщепенцев, дабы привести их в чувство, привлекая к общественно полезному труду, да чтобы научить летеху основам управления людьми.
Задача простая - обеспечить на марше свободный проход колонне боевых машин. Два грузовика ГАЗ-66, в каждом из которых сидит по двадцать бойцов, вооруженных жезлами регулировщиков, светоотражающими катафотами и устными наставлениями, как правильно перекрывать дорогу.
- Будь с ними построже! -
Напутствовал командир дивизиона,
- Премудростей им не надо, все равно не поймут, половина из них по-русски ни бельмеса. Научи простому, но так, чтобы от зубов отскакивало.
- Так точно!
Отвечал лейтенант Крокодил.
С доверенными ему бойцами, большинство из которых были мусульманами из малоговорящих по-русски республик Союза, лейтенант проводил занятия. До седьмого пота, что в прямом, что в переносном смысле. Даже не шпрехающие осознали, что основная их задача, когда идет колонна - не допустить никого ей наперерез, будь то машина, лошадь или сам шайтан во плоти. Применяя народные методы воспитания, подзатыльники и всем доступный для понимания мат, лейтенант добился знания основ и был спокоен за своих подчиненных.
***
«Полк тронулся! Тронулся, господа присяжные заседатели»
Впереди колонны боевых машин растянувшейся километров эдак на пять, пилит грузовичок ГАЗ-66. На каждом перекрестке из него высаживается несколько регулировщиков.
Когда машина пустеет, она останавливается, пропускает вперед всю колонну, затем едет позади и собирает бойцов, высаженных из другой машины. Вот так, челноком, и осуществляется управление движением.
Регулировщики в этот раз справлялись со своими обязанностями отменно. И вовсе даже не потому, что знали правила движения или в совершенстве изучили жесты, которыми управляется поток автомобилей.
С них вполне хватало внешнего вида: ростом полтора метра в прыжке с табуретки, Худыйбердыев и его соплеменники, в форме на два размера больше нужного, потому что меньше на складах просто не бывает.
Со зверским выражением лица, которое появилось в момент попадания в ряды славных ВС СССР, да так и осталось на нем до самого дембеля.
В огромных сапогах, белой каске, натянутой по самые брови; с красными катафотами на белых ремнях, болтающимися на чахлом пузике и сутулой спине.
Со здоровенными, похожими на булавы жезлами, которые на манер скипетра венчались большими красными, круглыми светоотражающими «солнышками», бойцы казались мирным чехам выходцами из страны зла.
Кривоногие степняки, не знающие не только русского языка, но еще и страха, просто перегораживали перекрестки и не реагировали ни на что более, кроме приказов командира. Да и то, наверное, понимали лишь по голосу да тону смысл приказов.
Лик их был ужасен и приводил наблюдателей - пешеходов и автолюбителей - в состояние оторопи и, как следствие, очень способствовал выполнению своих обязанностей. Одним словом все шло хорошо.
Колонна почти уже дошла до самого полигона, машина с лейтенантом Крокодилом стояла метрах в пятистах от последнего железнодорожного переезда, ожидая подхода колонны.
Второй грузовик позади собирал регулировщиков, лейтенант расслабленно курил возле машины, с удовольствием думая, что с первой же ответственной задачей сумел справиться без происшествий.
Так он думал, пока рядом не притормозил уазик начальника штаба полка. Из него выскочил всклоченный подполковник, набрал в легкие побольше воздуха и заревел как взлетающий истребитель:
- Лииииийтина-а-ант!!! Твою же мать!
- А? Что?!
Слабо вскрикнул лейтенант Крокодил и выронил сигарету.
- Ты знаешь, ЧТО творится?
- Никак нет, товарищ подпо…
- А почему ты не знаешь, ЧТО творится? Ты у меня сейчас всё, бля, узнаешь!!! Бестолочь! Такое простое дело умудрился запороть! Бегом… нет, пулей! Пулей к переезду и разбирайся там как хочешь!
Подполковник пыхтя запрыгнул в уазик и скрылся в облаке пыли.
Лейтенант Крокодил, практически буквально «теряя тапки и роняя кал», помчался к переезду.
Первое, что бросилось в глаза, неправильное такое, это стоящий пассажирский поезд. Колонна как шла, так и продолжала идти нескончаемым потоком, а поезд стоял. Подумаешь, может остановка тут у него. Длительная. Очень.
Так успокаивал себя лейтенант до тех пор, пока не увидел надпись, извещающую, что поезд таки скорый. И таки да, пассажирский. И станции поблизости нету никакой.
Это значит, что дрессированные абреки каким-то образом остановили пассажирский состав и пустили перед ним технику, пугая чехов-пассажиров.
Лейтенант схватился за голову - забыл! Забыл же им сказать, что поезда НЕЛЬЗЯ останавливать, это же огромная неустойка за опоздание и срыв графика движения!
И кто платить будет?
Когда Крокодил подбежал к переезду, то застал там Худыйбердыева в позе пугала (руки раскиданы в стороны, морда глуповато-зверская, мешковатая форма, бормочет что-то ругательное), машиниста поезда, который молитвенно возносил очи небу и что-то кричал, судя по всему нецензурное.
Завершал композицию командир полка, утирающий слезы, выступившие от смеха, и периодически вскрикивающий:
- Боец! Хи-хих… Ой не могу! Худыйбердыев, блин! Я ПРИКАЗЫВАЮ, слышишь меня? Тхахаха! Блин, кому расскажешь, не поверят же. А, вот и ты, лейтенант, наконец-то. Гыгы, блин.
- По вашему приказанию прибыл…
- Хи-хи… слышь, лейтенант, ты его как так обучил, а? Он же меня не слушает вообще! Вот погляди. Эй, рядовой! Худыйбердыев!
Застывший в агрессивно-пугающей позе кривоногий степняк даже не повел ухом на окрик.
- Видал? А теперь ты попробуй.
Лейтенант подошел ближе, а потом вдруг заорал:
- Худыйбердыев, бля! Какого х. я?! Я тебя чему учил, рыцарь без страха и упрека? Я из тебя еще сделаю достоянного члена общества, бл. ть!
Услышав знакомый голос и интонации, солдатик вздрогнул, подпрыгнул, повернулся, приложил клешню к каске и прокаркал:
- Стравия жилаю, таварища лийтинанта!
Командир полка позади буквально загибался от смеха, едва не скребя ножкой шпалы:
- Лейтенант, убери этого… а-аха-хаха… потомка Чингисхана с путей, блин. Пусть поезд пройдет. У нас уже и колонна вся ушла, а он стоит, состав не пускает.
***
На самом деле лейтенант Крокодил так и не понял тогда причин дикого веселья командира. На следующий день, когда прибыл командующий армией, к Крокодилу подбежал посыльный и сообщил:
- Вас срочно к командиру!
Подходя к командирской палатке, Крокодил услышал доносящийся из него громогласный смех и голос командира:
- Подъезжаю, короче, к переезду, притормаживаю, смотрю, поезд идет. Ну, думаю, пропустим сейчас и уже почти приехали.
А тут этот… гыгыгы… как его, шизоид этот… выскочил на пути и замер истуканом. Под шлагбаум пролез, ножки свои куриные расставил пошире, лапки в стороны раскидал… Александр Македонский, бляха-муха… и стоит.
А поезд идет.
Дал гудок - степняк стоит, набычился только.
Дал второй гудок, подлиннее, типа свали пока не поздно, а то размажу по рельсам! Боец стоит! Мало того, жезл вскинул и пошел навстречу поезду!!!
Нет, вы толь ко представьте, товарищ генерал! Я бы там от страха обосрался, а этот в атаку с жезлом на поезд!
Раздался оглушительный взрыв смеха, потом командир полка продолжил.
- Поезд по тормозам! Искры из-под колес, мат-перемат, я там уже небоевые потери себе представил, все ужасы. А машинист смог-таки остановиться. Буквально двух метров не хватило!
Высовывается и как давай на Худыйбердыева орать, мол, уйди, дурашка, мы же опаздываем, нельзя так! Этот орел степной ухом не ведет. Думаю, пора вмешаться, вылезаю из машины, иду к нему, а он только покосился на меня и все, никаких эмоций и реакций. Стоит как статуя Петру Великому в Ленинграде - хрен сдвинешь!
Дождавшись паузы в рассказе, лейтенант Крокодил робко кашлянул и сунулся в палатку:
- Товарищ генерал! Разрешите обратиться?
Командующий армии, багровый от смеха, обмахивающийся фуражкой, махнул разрешающе рукой.
- Товарищ генерал, так вот он, лейтенант, который так выдрессировал степняков! Они теперь только ему подчиняются! Да и то, если рявкнуть как следует!
Генерал всхлипнул и сказал:
- Молодец, лейтенант! Будешь ты толковым командиром, ха-ха, это видно сразу. Дай ему батарею, через месяц другой, полковник, посмотрим, что получится.
Да! И этих абреков, которые теперь только его и слушают, к нему в батарею переведи.
Генерал лукаво посмотрел на Крокодила,
- Ну что, сынок, не подведи меня. Твоя батарея должна будет стать лучшей, ясно?
- Так точно, товарищ генерал! - рявкнул лейтенант.
Так оно и стало. Так и началась карьера будущего полковника Крокодила.
из форума
Чудная семейка.
Мама жалуется, что сынуля 5 лет мало и плохо спит.
От папы узнаю, что он читает сыну на ночь Лавкрафта.
(Говард Филлипс Лавкрафт американский писатель, поэт и журналист, писавший в жанрах ужасов, мистики и фэнтези…)
Типа он все равно не понимает, а папе интересно.
Мужчины… Поздравляю вас с тем, что у вас есть МЫ…)
Удар! Г-О-О-О-Л! Футболисты ликуют, прыгают, обнимаются, ибутса, ибутса И-И-И БУТСА ЛЕТИТ НА ТРИБУНЫ!
А вы тоже не убиваете людей только из опасения быть привлеченным к ответственности, а не потому, что это бесчеловечно?
- Что так долго? ПОЧЕМУ я всё время должен тебя ждать? - Мне нравится быть ДОЛГОЖДАННОЙ!)))
Очередь растянулась на 2 квартала. Извиваясь вокруг рекламных столбов, она удалялась в сторону замка. Время от времени подходили зеваки.
- За что умираете сегодня? - интересовались любопытствующие.
Услышав ответ, некоторые крестились, некоторые крутили у виска, а некоторые шли с радостными лицами в конец.
- За кого сегодня, прыгаем? - решил я удостовериться, что не ошибся хвостом.
- За Принцессу! - хором, радостно откликнулись курящие в сторонке мужики.
- Только ты, прежде чем прыгнуть на острые колья и посвятить свою жизнь Принцессе, должен написать Ей поэму. Или стихотворение в прозе, на крайний случай.
- А если я не умею? А где и на чем писать? - растерялся я.
- Первый раз, что ли? - весело рассмеялись мужики.
От всеобщего веселья, я наверно глупо улыбнулся, но продолжил.
- А что, если я напишу просто: «Принцесса! Я Вас люблю и посвящаю свою жизнь Вам!».
Все снова рассмеялись.
- Как ты себе это представляешь? - когда стих смех, спросил одноглазый.
- Я, такой-сякой, посвящаю свою жизнь Вам, Принцесса? Ни имени, ни родословной, - никто? Нет! Так праздники не делаются!
- Да ты не волнуйся! - дружески похлопал меня по плечу самый бойкий.
- Очередь длинная. Сегодня не факт, что все успеют. Походи, потопчись возле людей. Некоторые сочиняют шепотом, а у некоторых, можно прочесть рифму по губам. На предпоследнем этаже «Писарская». Там есть всё: бумага, чернила, перья, даже образцы. Там, и выразишь своё последнее восхищение. Если повезёт, конечно.
- Пиши пока на ладони свой номерок. Чтоб завтра не путаться.
- Что значит: «если повезёт?!» Разве двухметровые колья, торчащие у подножия башни, зарыты нечасто?
- Всякое бывает, - снова вступил в разговор одноглазый. - Некоторые подгнили от времени, заменить на новые обслуга не успела. Я вот второй раз стою. С первого раза промахнулся. Только глаз вытек. Ты главное глаза не закрывай, как я тогда. Наметь цель и старайся попасть на неё грудью. Тогда быстро и не больно.
- А инструктаж? Инструктор там, наверху, имеется?
- Нет. Инструктора там нет! - одноглазый затмил бойкого.
Все с трепетом и восхищением старались заглянуть в его единственный глаз.
- Самопожертвование, - дело творческое и добровольное. Любишь, - прыгай, сиренево, - отойди в сторонку. Не мешай другим. Ты думаешь, что все сейчас стоящие доведут начатое дело до конца? Как же.
Завтра утром некоторые протрезвеют, некоторых не пустят жены, а у некоторых, извиняясь, вообще: понос приключится.
- А теперь представьте на минуточку. - Все тесным кругом, стараясь не упустить ни единого слова, обступили одноглазого.
- Утром, в сопровождении свиты, Принцесса осматривает подарки. Шпрехшталмейстер, с торжественным видом и списком, ведёт всех мимо кольев. Зачитывает, и указывает на результат. Кровищща, кишки, словом вся прелесть которую любит Принцесса. На некоторых кольях нанизан ни один, а несколько счастливчиков. Барышни, те, у которых слишком остро развито обоняние, прикрывают припудренные носики платочками. Подходят они к Вам. И что же они видят?!
Вот! (Тут он многозначительно поднял указательный палец вверх).
Так что на самопожертвование следует идти с чистой душой, и предварительно сделав клизму.
От воображаемой картины мне чуть не стало дурно. Конечно, я люблю Принцессу, но чтобы настолько?! У меня было ещё 2 дня до 8-е Марта.
И я решил крепко подумать, прежде чем принять окончательное решение.
Не лучше ли попытаться найти другого «целого» человека, вместо того чтобы довольствоваться половинкой?
Любовь, сторонниками которой мы являемся, строится двумя полноценными или, если угодно, - целыми людьми, которые ищут «встречи» друг с другом. Половинки зависимы друг от друга, а когда человек зависим, у него нет выбора.
Акварели Стива Хэнкса
Сегодня галерея замечательного мастера акварели Стива Хэнкса. Особо мне здесь сказать нечего. Не отзвучал. Но техника хороша, есть чему поучиться. На сегодняшний день Стив Хэнкс признан искусствоведами одним из самых лучших художников-акварелистов. Детали, цвета, реалистика акварелей сильны. Стив рисует многие сложнейшие для акварельной техники элементы намного лучше, чем кто-либо иной.
Сразу скажу, что рекламная служба Google AdSense посчитала обнаженное женское тело неприемлемым для сайтов со своими рекламными объявлениями, и мне пришлось убрать соответствующие работы художника.
Стив Хэнкс родился в семье военного в Сан-Диего, в 1949 году. Его отец был участником Второй мировой, служил на военно-морском флоте. Стив вырос играючи в теннис и занимаясь серфингом на пляжах Южной Калифорнии. Океан произвел на него очень сильное и неизгладимое впечатление. Занимаясь серфингом и плаванием, он был в полном контакте с таинственной мощью океана.
Позже, когда Стив был еще достаточно маленьким, его семья была переведена в Нью-Мексико. После окончания школы Стив поступил на обучение в Академию изящных искусств в Сан-Франциско, получив отличные оценки. Далее он перевелся в Калифорнийский колледж искусств и ремесел, который окончил со степенью бакалавра изобразительных искусств.
В 1976 году Стив Хэнкс устроился на работу в качестве сторожа. Это было близ Кубы в Нью-Мексико. Зарплата была минимальной, но и арендная плата была тоже минимальной, а потому все зимние месяцы были в его распоряжении. В течение последующих четырех с половиной лет Стив Хэнкс экспериментировал со многими материалами: масло, акварель, карандаш, акриловые краски. Как он впоследствии неоднократно говорил: «Если бы я не провел столь много времени с к расками, сейчас я бы я не был художником". Его первое романтическое произведение «Ромашки и кружева» был предвестником его индивидуального узнаваемого стиля, которому зачастую характерны кружевные платья и спокойные романтические солнечные места.
Стив называет свой стиль «эмоциональным реализмом». Он часто оставляет лица скрытыми или отвернувшимися, чтобы оставить место для работы воображения зрителя, при этом использую фигуру для выражения эмоций. Подсветка в его работах, можно сказать, заменяет подпись в его стиле. Как он сам говорит: «Солнечный свет является одним из моих любимых составляющих в работах. Я очарован тем, как он влияет на восприятие вещей, как наводняет всю комнату, внося свой цвет, преображая ее. Часто, мои картины действительно больше о солнечном свете, чем о чем-либо другом».
Брак Стива Хэнкса с Лаурой и рождение трех детей добавили художнику новых впечатлений и вдохновения. Большинство бытовых сцен с детьми были созданы с большой любовью в те годы.
Искусствоведы, галереи и коллекционеры давно и широко признали достижения Стив Хэнкса как художника. Он получил Национальную премию Общества Акварелистов и золотую медаль за заслуги от Национальной академии искусств. С 1994 по 1996 год он считался лучшим художником в США. Список можно продолжать, но ограничимся…
Стив Хэнкс говорит: «Я стараюсь быть очень ответственным и добавить своим творчеством положительные образы в наш мир… Я надеюсь, что моя работа приносит людям ощущение большего комфорта, удовольствия и понимания жизни…»
И еще: «Искусство рождается из глубокого внутреннего мира художника, особого чувства нужного творческого направления. Оно начинается с осмысления своей личной жизни, попытки разгадать ее тайны. Я полагаю себя эмоциональным реалистом. Эмоции - вот что я хочу изобразить. Реализм - мой способ реализовать свое желание».
Стив ОЧЕНЬ много пишет женщин. Женщины - его любимая тема. Он говорит: «Женщинами занята отдельная ниша в моем ощущении жизни, художественной чувствительности. Они выражают великое разнообразие и количество чувств. Много волшебства в женщинах, необычного… «И его портреты подтверждают его слова. Женщины в искусстве Стива Хэнка - главные. И в жизни, соответственно, тоже… Что ж, можно только порадоваться за художника… Отличный выбор…
Скульптор Анна Голубкина. Жизнь отданная искусству.
Сегодня мне даже трудно представить, что в жизни я могла бы пройти мимо, не увидеть, не пропустить через свою душу, не полюбить созданные с редким мастерством монументальные работы Анны Семеновны Голубкиной, русского скульптора крупного, самобытного дарования.
А события, что привели меня к встрече с этим художником, разворачивались весьма необычным образомА события, что привели меня к встрече с этим художником, разворачивались весьма необычным образом.
Моя дочь занималась в художественном кружке московского Дома пионеров. И рассказывала, что на занятия иногда приходила высокая, статная женщина с копной дымчатых волос. Видела, как почтительно внимал ее словам их педагог Юрий Золотников (тогда молодой художник, а позже известный академик живописи). Женщина ходила между мольбертами, внимательно смотрела детские работы, разговаривала с ребятами.
- А кто она? Педагог? Художник? - спрашивала я.
- Не знаю, только наш Юрий Савельевич во всем с ней соглашается.
- А как ее зовут?
- Вера Николаевна Голубкина.
Эту фамилию я слышала от художников, но мимолетно, хотя должна была знать, поскольку всегда интересовалась искусством. Однажды дочь пришла с занятий взволнованной:
- Мама, Вера Николаевна приглашает тебя в гости.
Я удивилась.
- Ты что-то натворила?
- Нет, она долго стояла у меня за спиной, когда я трудилась над этюдом, а потом сказала: «Девочка, я приглашаю твою маму в гости».
Так я узнала, что меня приглашает в закрытую тогда мастерскую-музей скульптора Анны Семеновны Голубкиной ее племянница, наследница и хранительница музея Вера Николаевна Голубкина. И пришла в замешательство…
Это сегодня имя женщины, одержимой любовью к скульптуре, о которой Валентин Серов сказал: «Анна Голубкина - одна из настоящих скульпторов России», широко известно во всем мире. А тогда я знала о Голубкиной мало, поэтому помчалась в Ленинскую библиотеку. И поняла: мне выпала редкая удача, интуиция подсказывала, что я стою на пороге открытия для себя совершенно нового мира. И не только в познании искусства.
Я пришла на улицу Щукина (так назывался тогда Б. Лёвшинский переулок) и остановилась перед небольшим особняком. Мемориальная доска с барельефом и надписью: «В этом доме жила и работала скульптор
Я поднялась по узким деревянным ступенькам и на лестничной площадке остановилась в изумлении. На невысоком постаменте стояла скульптура пленительной молодой девушки с гордо поднятой головой. Стройную фигуру облегало легкое платье, края которого развевались от порыва ветра. Прочитала название: «Березка», 1927 г. «Какое точное попадание, - подумала я, - в скульптуре словно отразилась вся прелесть и одновременно стойкость русской женщины».
На верхней площадке меня встретила седая, удивительно моложавая, с прямым, тонким станом и медальным профилем женщина.
- Я рада вашему приходу, - сказала Вера Николаевна Голубкина и величественно протянула мне руку. - Узнала, что вы пишете об искусстве. А моя забота - открытие этого музея-мастерской, который в войну был закрыт. Мне нужна помощь прессы. Имя Анны Семеновны слишком долго и несправедливо замалчивается. Людям негде прочитать о скульптуре, очень мало публикаций. Музей также открыть необходимо. Пусть узнают, что Голубкина - национальное достояние. Она ввела меня в зал со скульптурами из гипса, мрамора, дерева, бронзы. Долго стояла возле некоторых скульптур, вглядывалась в них, пытаясь постичь замысел автора. Они захватили мои эмоции, ни одна не оставила равнодушной.
С душевным трепетом остановилась возле скульптуры Льва Николаевича Толстого… Словно из огромной глыбы камня вырастает фигура человека, полная эпического пафоса и духовной мощи, - русского гения. Потрясла скульптура Андрея Белого - удивительный по своей экспрессии портрет поэта. А вот и «баловень судьбы», которую, однако, он сам методично выстраивал, - Алексей Николаевич Толстой, вальяжный барин с чуть утомленным, но проницательным взглядом.
Невероятно привлекательна была скульптура «Марья», выполненная в гипсе, долго не могла отойти от нее, а позже увидела ее уже в мраморе в Третьяковской галерее и узнала, что это была первая работа Анны Голубкиной, приобретенная П.Третьяковым.
Я пробыла в мастерской более трех часов, но не заметила времени, так захватили меня психологизм и эмоциональность творений Голубкиной, совершенство их воплощения.
И началась моя работа над статьями, тяжелая до отчаяния, до полного неверия в успех. Я ходила в Третьяковку, ездила в Русский музей и провинциальные хранилища, писала вариант за вариантом. И получала резкие возражения от Веры Николаевны: «Мелево пишешь и пошлость. Думай еще». Как я была благодарна ей впоследствии за эту требовательность, за эту журналистскую школу!
А передо мной постепенно раскрывался ярчайший феномен - Анна Семеновна Голубкина - истинно русский художественный гений.
В судьбе Голубкиной необычно все, начиная от истоков ее дарования. Она родом из города Зарайска, что на Рязанщине, из простой семьи мещан-огородников. Анна любила лепить забавные фигурки животных, птиц, людей из мягкой, податливой глины в огороде. И на ее талантливую лепку обратили внимание.
Бюст деда, Поликарпа Сидоровича, выполненный Анной из красной глины в 1887 году (ей было уже 23 года), решил ее судьбу. Все видевшие настаивали: надо учиться. Ее сразу приняли в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Академик
После училища была учеба в Императорской академии Художеств в Санкт-Петербурге. В академии в классе профессора
Дома, в Зарайске, Анна быстро поправилась. После выздоровления она совершенно неожиданно отправилась с сестрой Александрой в Сибирь, на Обский переселенческий пункт, где обе работали в аптеке, помогая горемыкам-переселенцам из Центральной России.
Новые сильные впечатления, народные страдания и стойкость дали импульс к новым работам. В 1897 году Голубкина создает свою знаменитую скульптуру «Железный человек» - образ изнуренного, но не сломленного рабочего человека.
Но Париж манил, и Анна снова поехала в этот удивительный город. Она брала уроки у Огюста Родена, хотя нечастые, и вскоре получила высокую оценку всемирно известного мэтра, данную ее работам: «Tres bien!» («Очень хорошо!»).
Вдохновленная Роденом, Анна создает скульптуру «Старость», которую выставляет в Парижском осеннем салоне. Это был первый большой успех и первая награда - бронзовая медаль. Голубкина окончательно осознает себя самостоятельным скульптором.
«Вы не можете себе представить, какая для меня была радость, когда Вы, самый лучший из всех художников, дали мне возможность быть свободной. Вы дали мне возможность жить…» - писала Анна Родену из России в 1907 г.
Жажда творить захватила ее целиком.
Вера Николаевна Голубкина не раз повторяла мне слова Анны Семеновны: «Нас день и ночь мучает жажда творчества, требует работы, постоянно преследуют образы, они терзают нас… Кто увлечен искусством, не утолить ему этой жажды вовеки».
Анна предпринимает еще одну поездку в Париж с намерением профессионально освоить работу по мрамору. Она учится у рабочих-мраморщиков, встречается с Роденом и возвращается в Россию уже зрелым мастером. «Познакомился с Голубкиной, был у нее в мастерской. И она мне чрезвычайно понравилась. Все, что она говорит и делает, всегда интересно и оригинально» - писал художник Константин Сомов.
Настало время появления работ-шедевров, таких как «Марья», скульптурные портреты
«В словах и мыслях Голубкиной всегда была устремленность и глубина, ее жизнь базировалась на искреннем, глубоком, большом интересе к людям, на уважении человеческой личности, достоинства человека. И все же искусство стояло для нее выше всего, было чем-то священным, достойным всяческих жертв с ее стороны», - вспоминала художница А. Хотянцева.
А жертвы действительно были немалые. Вся жизнь Голубкиной прошла без любимого человека, мужа и детей - она была без остатка отдана искусству.
Любила ли она кого-нибудь? Необыкновенно красивая женщина, щедрая в своих чувствах, горячая натура - могла ли она не влюбляться и не любить?
Юная Анна была влюблена в профессора Беклемишева. Но он, благополучный в семейной жизни человек, похоже, и не заметил чувств ученицы.
И еще однажды был в ее жизни достойный человек, вдовец, с которым она сблизилась поначалу из-за нежных чувств к его маленькому сыну. Но когда речь зашла о замужестве, Анна твердо сказала себе: «Нельзя этого». Семья могла помешать творчеству. И она выбрала искусство.
В 1914 году в Музее изящных искусств имени Александра III в Москве состоялась персональная выставка
«Праздник русской скульптуры! Никогда еще русская скульптура не была так близка к современности, так глубоко не проникала в сердце зрителя, как на этой выставке», - писали газеты. Известный поэт и художник Максимилиан Волошин сказал о Голубкиной так: «Голубкина представляет исключительно русское, глубоко национальное явление».
Казалось бы, столь успешная выставка, которую посетили сотни любителей искусства, должна была дать автору значительные средства и хоть на время материальную свободу. Ничуть не бывало! Практически весь сбор с выставки Голубкина отдала на помощь инвалидам разразившейся империалистической войны. И так было всегда: едва появлялись деньги в руках Анны, а ее работы ценились не дешево, как всегда находились люди, которым эти деньги были необходимы. И Голубкина без размышления расставалась с ними - помогая многим, вела очень скромную жизнь.
Октябрьские события
По воспоминаниям Веры Николаевны, в мастерскую скульптора звонил
Но основным для Голубкиной всегда было творчество. С 1918 по 1920 год она ведет занятия со студентами Свободных Государственных мастерских, а с 1920 по 1922 год преподает в Московских высших государственных художественно-технических мастерских (ВХУТЕМАС). Горячо взялась
Однако творческое горение в этой удивительной женщине не иссякало никогда, она очень хотела передать свои знания, умение молодым. В начале двадцатых годов Голубкина пишет и издает свои записки, называя их «Несколько слов о ремесле скульптора», - квинтэссенция ее взглядов на искусство вообще и работу скульптора в частности. Этот труд стал ценным вкладом в русскую и мировую скульптуру, завещанием великого мастера молодым художникам. Хочу привести одну цитату из этой книги: «Говорят, что художникам надо учиться всю жизнь. Это правда… Все подлежащее расчету работать умом, сберегая свежесть чувств для той части работы, которая не поддается подсчету и которая есть самая ценная в искусстве».
Последние 17 лет
Ушла из жизни Анны Семеновны до нелепости случайно. Она подвинула слишком тяжелое дерево в мастерской. Вскоре почувствовала себя плохо и уехала в Зарайск. А ей в это время необходима была срочная операция, которую в Зарайске сделать не смогли. Умерла Голубкина 7 сентября 1927 г. Похоронена на Зарайском кладбище.
В 1976 году музей-мастерская
.
Наши милые дамы, наше чудо, наше украшение!
Вставать рано, собрать детей и этого типа на работу. Самой на бегу проглотить маленький кусочек, успеть причесаться, кое-что набросать на лицо. Прийти на работу и выглядеть. И в обед занять очередь в четырёх местах и всё успеть. И прибежать домой, накормить детей и этого типа. И бежать, и вытирать, и шить, и починять.
А утром будильник только для тебя. Для тебя будильник, как для тебя огонь плиты, для тебя толпа и давка, для тебя слова, шипящие сзади. А ты поправишь прядку и бегом. И любят тебя как раз не за это: к этому привыкли. Любят за другое - за кожу твою, за ресницы, за губы, и слабость, и нежность твою. И тебе ещё надо умудриться, пробегая в день пятьдесят километров, оставаться слабой. И ты умудряешься: пойди пойми, что для него главное. И я тебя люблю за всё. Меньше всего в праздник, больше всего - каждый день. Только прошу, остановись на бегу - на работе, дома, встань стройно, посмотри в зеркало, поправь что-то в лице. Чуть сделай губы, чуть сделай глаза, реснички вперёд и наверх, покачайся на красивых ногах и опять…
А мы ждём тебя. Ждём всюду. С букетом и без. Со словами и молча. На углу и дома. Приходи! Уже стоптаны туфли, уже падают волосы. И морщины режут, режут нас напополам. Приходи! Пусть дождь, пусть снег… Не всё ли равно…
У меня сын учится в 3 классе. Лодырь еще тот.
Сам я работаю зам. главы районной администрации (тендеры провожу).
Человек я не бедный и решил простимулировать интерес сына к учебе.
Согласовали прейскурант:
5 - 500 рублей,
4 - 300- рублей.
3 - минус 100 рублей
2 - минус 300 рублей и неоплата следующей пятерки.
Поначалу дела шли так себе .Нет он стал учится лучше, но не на много. Исчезли «двойки». Ну думаю и ладно.
А потом как прорвало 4−5 «пятерок» и 3−4 «четверки» в неделю.
Я радовался от всей души. Месяца два.
Но когда сын стал получать по 10 «пятерок» в неделю - меня это насторожило.
Я решил провести собственное расследование.
Оказывается этот «утырок" - мой сыночек и не думал лучше учится.
Он, по его словам, договорился с классной и за откат в 40%, на пару пилили мой семейный бюджет.
Сгубила их жадность.
Если бы оставались бы четверки и троечки проскальзывали я бы не обратил внимание.
И вот сейчас думаю, что мне с ним делать:
- пусть дальше учится?..
- или взять на работу в Администрацию…
Нам тут на один проект «хорошие» деньги выделили, а надежного человечка у меня нет. Наверно пусть сынуля займется.
А в случае чего не так… Так папка рядом, всегда подскажет.
С 8 Марта, Девочки!
Пусть вокруг Вас всегда будет Весна, неважно январь за окном или август…
Расцветайте не только 8 марта руками мужчины, а каждый день для вашего мужчины, да так, чтоб и чужие мужчины дарили вам цветы!