Или я схожу с ума, или, здравствуйте, товарищ «белка».
Я видел большой тонущий корабль. Лайнер или паром, не знаю. По-моему, он перевернулся. Множество тонущих и молящих о помощи людей. А я одновременно это вижу со стороны и тону вместе с ними. Описывать этот кошмар не буду. Ни места, ни названия судна не знаю.
Прошлое? Будующее?
Показалась… как же жаль, что мне лишь показалась
Эта нежность в твоих, мной любимых до боли глазах…
Прижималась… сердцем к сердцу сильней прижималась,
Растворяясь в разлуке в надрывно-нелепых стихах…
Так устала… я, дойдя до предела, устала
Умирать в пустоте и зачем-то к надежде ползти…
Оправдала… я тебя наперёд оправдала,
Только душу свою не смогла от затменья спасти…
Я хотела… видит бог, я так сильно хотела
Резать грёзы свои об осколки твоих миражей!..
Не успела!.. Я, наверное, жить не успела!..
И осталось лишь эхо улетающих вдаль журавлей…
Не забыла… жадность губ, ласку рук не забыла…
Только память свою я оставлю пришедшей зиме…
Отлюбила!.. Отболев, отмолив, отлюбила!..
А что было меж нами… считай, показалось тебе…
Зря!
Зацелуй меня нежно.
Грешно!
Заласкай меня страстно.
Властно!
Ты возьми мою душу.
Ну, же!
Я тебе позволяю.
Таю!
А душа. как без кожи.
Боже!
Не тому разрешаю.
Знаю!
И твержу."я твоя".
Зря!
Не забыть мне тепло…
Его…
куда б не шла, вновь мыслями к нему
её влекло несмелое желанье.
ей не найти в молитвах покаянье,
как не сорвать с губ бледных немоту.
она смотрела часто на луну
и вспоминала то, как были вместе,
как растворялась в нём счастливой песней,
что разбивалась эхом на ветру.
она училась слушать тишину,
что напиталась пряным ароматом.
он стал её индиговым закатом,
перевернувшим прежнюю судьбу.
она жила мечтами наяву.
и ожидала с упоеньем встречи.
от этой мысли горячели плечи,
катилось сердце камешком ко дну.
она узнала счастья остроту.
и как горчат сонат минорных звуки.
ей не забыть ласкающие руки.
куда б не шла, пути вели к нему.
Сильнейшая боль - это когда никто не нуждается в тебе.
.
Я не зову тебя ушедшим…
Мне просто грустно без тебя…
Ты помнишь куст сирени цветший?
Уже опал, ждет октября…
Я не зову тебя пропавшим
И не успевшим не хочу!
Ты был и будешь настоящим,
Ты все успел! Зажгу свечу…
Ты здесь, со мной… Я знаю Это!
И пусть от боли я кричу,
Пусть наша встреча под запретом…
«Храни тебя, Господь!» - шепчу…
будет жизнь. и стану я её проживать.
стану я носить браслеты и кружева,
и рожать детей-растить-и опять рожать…
научусь ходить по углям и по ножам.
терем будет мой высок, плодороден сад
(приходи смотреть и локти себе кусать)
станут совы прилетать ко мне по ночам,
и научат совы мудро меня молчать.
я, счастливая, от мудрости онемев,
побегу смотреть по телеку аниме…
так мне будет хорошо, так ни до чего,
что не вспомню я даже имени твоего!
будет день. и ты не сможешь его прожить.
в этот день утратят силу твои ножи.
в этот день ты улыбнешься, захочешь встать -
сто зверей заголосят в тебе., больше ста!
сто медведей, сто волков, сто шальных собак
будут петь тебе, что дело твоё - табак.
и под кожей… нет, под ложечкой засосёт:
мол, она меня забыла, забыла, всё!
ты, конечно, позвонишь, позовешь врача,
чтобы тот приехал-вычистил-откачал…
доктор добрый, доктор вылечит от всего,
кроме имени… кроме имени моего.
Плохо от того, чего нет, а не от того, что было… Что было, уже не исправить, а вот того, чего нет, можно достичь…
Они как коршун над бедой,
Кружат, пока не клюнут
Всё, что покажется едой,
Лишь боль чужую сплюнут.
Люблю тебя, мальчишка мой,
Только жаль, ты не со мной.
Другую обнимаешь и целуешь,
Моим ты никогда не будешь.
А помнишь наши вечера…
Как- будто было всё вчера.
Я счастлива была с тобой.
Люблю тебя, мальчишка мой!
Перед тобой я виновата,
И больна моя расплата.
Не повернуть уж всё назад.
Ты от меня отводишь взгляд.
Но есть сыночек у меня,
А он ведь копия тебя!
Смотрю в его глаза большие,
А вижу в них твои родные…
Когда мне больно, я совсем не плачу.
Я лишь безвольно вою на луну.
Закрыв глаза, я просто время трачу,
Когда мне кажется, что я умру…
Когда мне больно, я включаю рэп
Со смыслом. Вместе с ним читаю,
Как будто бы молюсь. Но нет.
Я просто мысли в буквы облачаю.
Когда мне больно, я пишу стихи.
Мне тычут пальцем - ах, какая глупость!
Но в них так много прожитой тоски,
Что я лишь молча опускаю руки…
Когда мне больно, я хочу курить…
И я курю, когда мне слишком больно!
Мне хочется об этом говорить,
Но не с кем… Я молчу.
Спокойно.
Бывает, я сжимаю кулаки,
И руки в кровь - бью в стену из бетона.
Я ярость разрываю на куски…
И тишина. Мне больно - но ни стона.
Когда мне больно, я хочу рыдать!
Я так хочу излить печаль слезами,
Но не могу… Какая благодать…
Я сильная. А значит, всё нормально…
Спасибо за муки безвольного сердца,
Спасибо за стрелки застывших часов,
за дым сигарет, растворяемом вместе
с надеждой, что вместе нам быть много лет.
Стремлений не стало, и жизнь перестала
Пугать меня смертью и видом могил.
И время не лечит, а только калечит,
Зализывать раны уж нет больше сил.
Великий философ, написавший «Время лечит» забыл добавить, сколько именно времени.
«Как же иногда хочется встать посередине оживленной улицы, бросить сумку на землю и просто разрыдаться. от невозможности терпеть, от того, что больно ждать, надеясь на чудо, от всего этого сумасшедшего мира.
Но мы так не делаем. Даже если очень хотим. Не поймут. Примут за ненормальную. Вот так и живем. В мире, ограниченном какими-то невидимыми рамками.»
«Для любви не помеха расстояния. Сокращения сердца одной половинки всегда отзываются в сердечном ритме другой. У любви две главные преграды - обстоятельства и страхи. Нам часто не хватает смелости переступить через камни прошлого и сомнения настоящего. Но пасует, как правило, кто-то один. В этом вся сложность: одна половинка отказалась от того, от чего не может отказаться вторая. Мучительная односторонняя связь. Безмолвные сигналы боли из одного конца в другой… Как там у Ремарка? „Один из двоих всегда бросает другого, весь вопрос в том, кто кого опередит“»