Быть поэтом - это значит то же, если правды жизни не нарушить, рубцевать себя по нежной коже, кровью чувств ласкать чужие души.
Все проще простого, вселенское волшебство:
лишнее, словно маска чужая, снято.
Ты, опускаясь, целуешь меня в живот и, поднимаясь, - молча между лопаток.
Комната раскрывается, как бутон, наполнившись пролитым в окна лимонным светом.
И что бы мы ни сказали - всё не о том.
Только молчание нежности в нас - об этом.
««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««««»
Ты мне снишься таким, от которого ноет грудь -
то ли смех так болит в ней, не вырвавшись, то ли слезы,
пропитавшие наши разлуки, как теплый грунт - с первой капли и до последней, разбитой оземь.
Ты мне снишься таким, по какому дано скучать, словно камернику по улице: в день прогулки
разрешили вдыхать ее запах всего лишь час, слышать шаг свой нечеткий - как радостный или гулкий.
Тем, в котором я есть, независимо ото всех, от всего - независимо: взял и решил оставить.
Словно ты - это свет, что в квартире моей осел, попадая в нее через своды оконных ставень.
Ты мне снишься, и вновь я закусываю губу от того, как вокруг все реально, ты рядом - точен.
Я касаюсь тебя, попросив еле слышно: «будь» -
и от голоса своего просыпаюсь ночью.
я не надолго - я на всю жизнь
Спички детям не игрушка.
Лучше интернет
А лисички взяли спички -
Моря больше нет
Люди стремятся друг к другу, видимо, по признаку душевной близости, где нету разницы в нациях, в профессиях и даже в уровне благосостояния. А когда нет у людей душевной общности, они объединяются по национально-видовому признаку, как стая. И опасны, как стая.
Есть такие дороги, что прочно вошли в привычку - не нарушить маршрута, не выйти за горизонт. Если кто-то из этого списка тебя не вычел, самому с пути сворачивать не резон. Привыкаешь к ландшафту, до знаков известны мили, разминувшимся встречным безропотно смотришь вслед. Потому что они об этом тогда просили, отправляя тебя кружить по своей земле. Проживать привычно шоссе, автострады, песни бесконечных дорог, что берут города в ночи. И смотреть в темноту до боли в глазах, до рези где-то в сердце, которое нынче не так стучит.
Нажимаешь на тормоз, колеса ласкают гравий, от дороги удаляешься не спеша.
Исключения состоят из знакомых правил, которые ты решаешься нарушать.
Весна. на ощупь раскроила грусть, и «до и после» лучиками света… Кровится брешь где было «все всерьез» и зарастает, там где" безответно"…Омыла кожу,"преданной тоски" и оголила «прошлые надежды»…"Фиалковые" приступы любви все чаще вечерами, все безбрежней… Бессонниц сушь… и кофе в три утра… Рифмую жизнь по линии разреза… Прижмусь губами к краешку плеча… Не позвоню… Не жди… Все бесполезно.
А вот есть такие люди - быки по году, козероги по месяцу и олени по жизни…)
Гордится надо, не красотой и знакомствами, а умом и достижениями!
Словом можно больно ранить-
А можно просто одурманить,
Наш Язык враг для нас большой-
Бывает говорим мы всей душой,
Бывает не думаем совсем, о том что человека обижаем-
И не очень мудро поступаем…
Да, я где-то, я как-то, а пьян или сыт, я не помню…
Только азбукой Морзе под ребрами стуки все тише…
Я как птица с цепями на крыльях, летящая к морю…
Хоть и в стае, но кончились силы подняться повыше…
Мы не пишем друг другу, в конверты заклеены чувства…
Нерастраченных смайлов с сердцами скопилось немало…
Только без многоточий мне стало отчаянно пусто…
Не до них, понимаю, но от этого легче не стало…
Пустота одиночеств заполнила нищие души…
Ни воды, ни лекарств, потому что молчим, ожидая…
И следы на песке вокруг замков, что сами и рушим…
Только где-то под сердцем храню- С добрым утром, родная…
*****
Только я все равно напишу…
С добрым утром, родная…
Не стоит слишком усердствовать, давя на жалость, а то можно и раздавить.
В жизни, как в маленькой деревне: - где все друг друга знают, а некоторых знать совсем не хочется.
Не веря людям жить нельзя,
Хотя бывает очень сложно.
Поверить в то, что ерунда,
Другим же кажется возможно.