Я придумала нашу любовь,
И семью сочинила, как сказку,
И за то убедилась я вновь,
Мы - актёры, на лицах - маски…
Но во лжи обвинять всех негоже…
Прежде чем предъявлять аргументы,
Призадумайся, вдруг ты тоже,
Чьих-то жаждешь аплодисментов…
в бетон залит сердец наших газон -
казалось бы, ну, бл*ть, куда уж хуже.
мы, бл*ть, боимся поцарапать телефон,
но не боимся ср*ть в людские души.
Прикосновения и объятия любимых людей дают сил и окрыляют, а вот от некоторых людей по коже мороз и упадок сил
Ну, как ты там? Звонить не стану,
Наверняка игнор давно.
Ну, как ты там? Расстались - рада?
Но напишу я всё равно.
Ну, как ты там? Наверно снова,
Оглядки в след знакомых чуть машин?
Ну как ты там? Всем рассказала,
Что вновь свободна, для мужчин?
Ну, как ты там? А спишь хреново?
А год назад не понимал…
Ну, как ты там? - Свобода слова,
Прости, что вновь понаписал.
Ну, как ты там? Ты ешь нормально?
Животик нужен, да, прямой…
Ну, как ты там? Загар ложиться?
Приятно приезжать домой?
Ну, как ты там? А не боишься,
Меня случайно повстречать?
Ну, как ты там? Нормально спится?
Не пустовата ли кровать?
Ну, как ты там? Всё так же молча
Привлекаешь интерес?
Ну, как ты там… А я скучаю,
Твоим желаньям вразрез.
А я то как? Да я нормально,
Не застегаю воротник.
А я то как? Чуть опечален,
Что ты игноришь сердца крик.
А я то как? Бывает правда,
Безнаказанно храплю.
А я то как? Да я нормально,
Твою страницу вновь смотрю.
А я то как? Всё так как прежде
Тру руками красные глаза.
А я то как? Сменил одежду,
А под одеждой - пустота.
А я то как? Рощу бородку,
Ведь больше не ругаешь ты.
А я то как? Как идиот блять,
Дарил на день рождения цветы!
А я то как? Тебе виднее.
Ведь я плохой - всему вина.
А я то как? Как две недели.
Лишь жаль концовка не видна.
А я то как? Как видишь - странно.
Меж мнений собственных утоп.
А я то как? - Да всё достало…
Зубрю преподанный урок.
А я то как? Да что-то много,
Я снова стал курить и пить.
А я то как? Раздетый снова,
Выбегаю покурить.
А я то как? - Всё тот же «сладкий»,
Никак не деться от тебя.
А я то как? - Безумный малый,
Я вновь пишу тебе любя…
Может и правда я сделал когда-нибудь что-то хорошее,
Может за то, что ещё не успел плохого,
Моя жизнь, слава Богу, теперь искорёжена
Твоих пианинистых пальцев ладонями.
Измалёвана бровью, рисунком лопатки,
Вдребезги битая в смех,
Как же всё сразу становится счастьем
У таких вот, как я, калек.
И как сразу становится горем
День прожиточный и вчерашний,
Как мешаются эти рёбра
Где-то в самом районе кашля.
Издеваются совпадения,
За зрачками несутся зрачки,
Сколько отдал бы, а может и предал,
Чтобы были они ничьи.
И слонялись в периметре нашего дома,
И чтоб кровь также сплетничала по телу,
Чтобы утро, как из роддома,
Нянчило в шторах нам воскресенье.
И смотреть на тебя со всей силы,
И ужасно хотеть детей,
Может и правда я сделал кого-то счастливым,
Может за то, что себя не успел…
опять июль к исходу. высь гремит,
а я тянусь к тебе, такой неместный.
прости, ma belle, я вышел за лимит,
но так достало всё, аж сердцу тесно.
живёшь как падла: дом, работа, кэш,
темнеет даль, зато лопатник пухнет.
но больше нормы не пропьёшь, не съешь,
хоть впостоянку пропишись на кухне.
люблю тебя. без жара пышных фраз,
но так неутолимо, так надсадно,
как будто вижу мир в последний раз,
в преддверии обещанного ада.
люблю. в моём далёко нулевой
баланс минут, сведённый в грохот боя.
и если я пока ещё живой,
то значит - я опять спасён тобою.
Общение людей, не занятых продуктивным творчеством - сплошное кривляние перед такими же - безумная маска, одеваемая, чтобы скрыть пустоту и поедающая время.
Все люди, как кусочки пазла под названием счастье. Если вы сумеете поставить их на свое место, то все будут счастливы.
Тельняшка моряка - удачная одежда.
Она сегодня в моде, как и прежде.
Носите её с честью, но помните всегда:
На берегу вас ждут родные и друзья.
Попутного вам ветра и голубых небес,
А в жизни - очень нужных и радостных чудес:
Когда совсем устанете глотать морскую соль,
Пусть вам внезапно встретится прекрасная Ассоль.
Если бы люди не только слушали друг друга, а ещё бы и слышали, мир мог бы измениться к лучшему.
можно забыть всё что угодно, в жарком июле белую стужу
можно не помнить времени года и приготовить для бога ужин.
и разливая по чашкам солнце, верить незная что будет завтра
то ли заката лимонный стронций, то ли песок превратится в сахар
дует на воду северный ветер, и молоко проливает млечный
свят кто сегодня любИм и светел, даже когда говорят-не вечер
падают капли звёзд восковые, утром петух прокричит три раза
и в голубое безмолвье -имя, вырвется птицей закончив фразу,
не удержать не удержаться. не приказать биться спокойно
только разжать тонкие пальцы
и приложить к сердцу ладони…
…Байрону…
…
Лорд Байрон умер 19 апреля 1824 года, в Греции / Миссолунги / - церемония прощания состоялась 22 апреля…
…
Мы бездной общей связаны, мой милый -
…я вышла из неё, а ты вошёл…
Тебя в апреле гибельно знобило, а мне впервые было хорошо.
Но это к слову…
Мёртвым - причащенье.
Живым - на память глупый медальон.
О, сколько их - любителей - на шее таскать остывший прах чужих имён!
Хоть русый локон дочери умершей,
…хоть пепел дорогого старика
иль волосы любимых, падших женщин, в запретных играх срезанных с лобка.
…
Придёт пора, когда-нибудь и сам ты
…испустишь дух с Безвременьем на ты…
И вперится патологоанатом в загадку гениальной хромоты -
без ложной суеты и пиетета…
…В то время, как иной коварный нож,
волнуясь, вскроет рукопись поэта… и критик ощутит живую дрожь
и нерв, и пульс в биенье жарких строчек…
Так вот ты где, великая Душа!
Всё тот же сумасшедший, дерзкий почерк и рвущийся пунктир карандаша.
И жгучее бесчинство откровений…
…Зачем…зачем так искренен и гол
твой мощный задыхающийся Гений, что пишет на потребу, а не в стол?
…
Так язвами кичится прокажённый и лорд о гонорее тарахтит
в стерильно-чистой светскости салонов, при этом не испытывая стыд.
И червь… и бог…
ниспосланный Мессия,
способный Словом в веру обращать…
Порок до той поры имеет силу, пока в нём скрыта святости печать…
Пока Любовь сиянием подкожным сочит медово сукровицу ран.
Но шанс быть верно понятым ничтожен -
…/ монетам верят больше, чем словам /
…
Смешно!
Ты верил в истинное братство, за деньги нанимая экипаж?
И купленная греческая паства исправно до поры входила в раж,
под флагом твоего патриотизма боролась за народные права.
Но гас огонь борцов, лишённый жизни,
…как только хоть чуть-чуть пустел карман.
Наёмник - зло. Продажен априори…
Зачем же ты разменивал Талант на фарс Адриатического моря,
за карликов вступившийся гигант?
Хоть впрочем, с ними Бог… не нам судить их…
Не ведомо ЧТО гибельней из бед:
поэзией прельстившийся политик иль ввергнутый в политику поэт?
…
И те, и те всегда идут по краю…
…и льётся кровь чужая… и своя…
Глядишь - то государство лихорадит… то Гарольда… то жертву комара…
Не важно всё…
Ты был до дрожи честен, отринутый Отечеством кумир,
вернувшийся в гробу в своё поместье, где мальчиком задумчивым бродил.
И тихое, пустынное аббатство, даруя беглецу покой и кров,
дышало мессой древних, чёрных вязов,
…что помнят дым младенческих стихов…
Аз, буки, веди, глаголь, добро, есть -
Тебе до меня как до упразднённых букв.
А между твоим «там» и между моим «здесь» -
Четыре стены, стол и эппловский ноутбук,
Затяжка, глоток, стук соседей за «Hallow's Eve».
В пятнадцать утра сон - предатель, неверный друг.
А боги всё пьют вино: хронический перерыв.
Как видишь, лимит исчерпан. Ни помощи, ни услуг.
Досадней всего то, что ты ведь ещё жив.
Ты дышишь. Ты там. Там, с кем-то, с одной такой,
Что смотрит в твоё окно, чьи волосы цвета ржи.
И в дар от пьянчуг-богов ей можно к тебе щекой
Прижаться, поймать взгляд и на колени сесть.
И ей до звезды наш незримый порочный круг,
Где между твоим «там» и между моим «здесь» -
Четыре стены, стол и эппловский ноутбук…
Видел насквозь. Поэтому не разбирался в лицах.
Хорошо, когда в твоей жизни есть такие люди, с которыми вы договариваете фразы друг за друга. Когда ты, твои привычки и взгляды вливаются в другого человека, а его/ее в тебя. Когда два разных человека, становятся чем-то большим и единым, при этом оставаясь собой.