Человек не бывает постоянно счастлив… видимо, для того, чтобы вовремя заметить беды других…
Человек, который пытается кому-либо подражать, всё равно делает это по-своему! Никто не может скрыть свою натуру и привычки!
Ты приходишь спокойным, простым и мудрым.
Смотришь молча, как небо во мне сверкает
сотней молний. Целуешь - и льется утро, как покой, меж оконными позвонками.
И на небо мое проступает солнце, словно рыжая краска на серой ткани.
И молчание это меня коснется так, как будто ты гладишь меня руками.
Все меняется, если ты слышишь глубже звука слов, тишине этой смотришь в сердце.
Ты пришел ко мне, чтобы молчать и слушать, чтобы мне было не на что опереться.
Чтобы небо во мне, запекаясь алым, не пугало ни в штиль, ни в лихие грозы.
Чтобы я поняла себя и летала, не держась, испугавшаяся, за воздух.
Этот мир похож на «Титаник». Люди плывут, верят в его непотопляемость, и делают все, чтобы он утонул.
Я украл бы тебя… Я добыл бы тебя так, как раньше добывали полюбившихся женщин - подкрадывались со спины, заламывали за спину руки, вязали веревками запястья, обхватывали ладонями грудь, резко-резко разворачивали к себе и крепко-крепко целовали… Чтобы потом, положив полюбившуюся женщину поперек седла, ударить пятками под живот лошади… Я украл бы тебя так раньше, веков эдак пять тому назад, но сейчас, это способ стал совсем не популярным. Потому что заморочно сейчас найти такую лошадь, которой было бы, как стопроцентному верблюду - абсолютно наплевать на уголовный кодекс… Чтобы глупую лошадь потом потянули за узду, как соучастницу преступления?
Таких недальновидных лошадей сейчас просто нет. Но зато появился более удобный способ твоей кражи… Сейчас я тебе расскажу…
Ты слушаешь? Хорошо… Подумай - где ты сейчас? Да, да, вот где ты прямо сейчас? Хочешь я угадаю? Слушай: твоя попа на стуле, глаза в мониторе, а сама ты уже чувствуешь своим нёбом - теплую, соленую кровь от моей прикушенной твоими зубами губы… Ведь, черта с два, ты так просто дала бы себя поцеловать! Твои руки были бы связаны, но твои зубы, твои зубы все равно поборолись бы за твою свободу… Ведь правда поборолись бы? Зубами ты бы постаралась укусить. А голова - ты бы постаралась боднуть меня головой… А еще колени… Нет, ты же не напрасно проводишь столько времени в спортзале, правда? Прежде чем целовать, мне пришлось бы связать тебе веревками еще и лодыжки, а иначе, это же классика самозащиты - ударить похищающего тебя мужчину коленом в пах… Ты не умеешь бить коленом в пах? Я научу тебя, когда похищу, будешь тренироваться на боксерской груше которая висит у меня в офисе, в свободное от нашего с тобой секса время, чтобы никакой другой мужчина не размечтался - так самонадеянно - положить тебя поперек седла…
Ну, улыбнись, фантазерка, твоя попа по прежнему на стуле, глаза по-прежнему в мониторе… но зато сама ты - уже побывала в моих объятьях, успела посопротивляться и даже… попробовала моей крови… Что и требовалась доказать - существует более удобный способ твоей кражи…:) Наш мир все больше и больше становится умозрительным миром, где мужчины шепчут - любимая - в скайпе, где ночь наступает тогда, когда ты закрываешь свои глаза, а старость и смерть наступает тогда - когда ты захочешь - старости и смерти…
вызываю тебя как ливень
пляшу, камлаю
заклинания стали длинными
голос - лаем
пересохшие сны в ловцах
доедают перья
в завываниях ни словца
ну и как теперь я на ладони орлиным когтем
медвежьим зубом
для тебя ещё теплой копотью
нарисую
свой особенный тайный символ
живую вайю
я как дождь тебя всеми силами
вызываю
хлесткий ветер и молний зарево
грозный рокот
дай мне дождь и его слезами
татуировку
вбей, танцуя, под кожу иглами
водяными
я забыл как ты можешь выглядеть
помню имя
называю его в небесный
чертог глубокий
я не знаю, ответят бесы мне
или боги
пусть от просьбы косеют рожи
светлеют лица
лишь бы ты на меня
как можно
скорей
пролился
Меня зовут Джек, мне тридцать четыре года. Я начал примерно лет с двадцати семи, когда в эйфории первого перехода я понял, насколько тесен мне этот мир. Другие миры вначале случались редко, они возникали сами, щелчок и сдвиг. И я замирал, восторженный как старлетка, что мне разрешили и показали их.
Попробовав раз, вернёшься за новой дозой. Конечно же я, беспечный, на них подсел. Я жадно глотал ночной океанский воздух, бродил в подземельях, чувствовал это всем своим существом. Я очень хотел остаться в одной из таких прекрасных альтернатив тому, что придётся стать безобразным старцем, загнуться во цвете лет как бедняга Стив. Меняя тела свои на свои, я жил бы в пространствах без хода времени, без границ, и, местных существ считать перестав чужими, я падал бы с ними вверх, поднимался вниз…
Не зря говорится - бойся своих желаний. Я здесь, в этом доме, в тридцать четвёртый раз. Какая ирония чисел… Я доживаю наверное свой последний такой экстаз. Она появилась будто бы ниоткуда - охотница за живущими, леди-бой. Вот если б не взгляд - юна, златокудра, курва - такую бы мне хотелось позвать с собой. Но два револьвера, лёгших в ладони ловко, два выстрела в знак приветствия в молоко, в янтарных ледышках - шейк торжества с издёвкой - а, значит, знакомство вряд ли пойдёт легко. Она из таких, с которыми точно знаешь зачем она здесь и просишь «давай скорей». Немного досадно - тихо играет Nightwish, огонь из камина плещется в вискаре, я завтра бы здесь отпраздновал тридцать пятый, но вряд ли она захочет уйти ни с чем. Из капли свинца и влажных прохладных пятен багровый цветок распустится на плече, и станет спокойно. Господи, как спокойно кивнуть ей «бери» в ответ на её «отдай». Она так хотела выйти из этих комнат хотя бы на день, желательно - навсегда, а я остаюсь. Я может увижу, что же на тридцать четвертом запертом этаже…
…то самое чудо-зеркало уничтожив, она насладится всем, что оставил Джек: от нового тела радостно сносит башню - мир заново полон радужных перспектив. Она влюблена в себя и в его рубашки, и ей ни за что не дать тридцати пяти.
Интересное время - куда ни плюнь, попадешь в психолога. Никто нынче не лечится - все желают лечить. Что это? - массовый невроз от неудовлетворенности жизнью? Или маленькая причуда современного интеллекта, который, впрочем, далеко не везде присутствует? И все так чинно, почти по-научному))
Прежде чем заявлять требования к людям, задумайтесь, а Вы соответствуете, хотя бы своим требованиям?
Сердце в голову постучится,
И не будут прогнозы точными.
Ничего с тобой не случится,
Кроме жизни с ее побочными…
Отпусти и вдохни поглубже.
Ведь с тобою (из откровенного)
Никого не случится хуже
Человека обыкновенного.
К сожалению, или к счастью.
Нужно помнить: над нами прочие
Лишь тогда обладают властью,
Если мы их уполномочили.
Если счастье, бери любое.
Все не вечно и переменчиво.
Жизнь случилась уже с тобою,
Значит больше бояться нечего.
Часто человек, попадая в неприятности, с обидой и мольбой воздевает руки - «Господи, ну почему я ?!»
На небе большими буквами написано - «А КТО ?!»
Кто-то уверен в своей святости ?? Кто-то уверен, что заслуживает лучшей судьбы ?? Но если на все воля божья и непонятен божественный замысел - значит все справедливо и нужно просто верить? Вы верите? Вы скажете - «да». И вы не считаете, что достойны лучшей судьбы ?? Нет? Вы всем довольны? Тогда что происходит, когда, в лучшем случае, вам приходится каяться. Вам нравится каяться? Или, вы, уже полностью «забив» на жизнь нынешнюю, просто боитесь попасть в ад?
Смотришь лисьим взглядом прямо в душу,
свой фужер не трогаешь совсем…
я - такой, как все, ничем не хуже,
жаль, что ты не пьёшь таких, как все…
мир застыл, чтоб рухнуть на колени
от ролей, исполненных навзрыд,
ты так мило ищешь вдохновенье
в топоте придуманных копыт…
то доступней всех, то недотрога,
то - купе до рая, то петля,
у тебя одной талант от Бога -
быть сложней, чем сучья жизнь моя…
я не тот - кого ты видишь рядом,
ты не пьёшь… и дело не в вине…
так какого чёрта лисьим взглядом
душу выворачиваешь мне…
Раздухарились черти всех мастей…
дождь третьи сутки душит как петля…
из тысячи негаданных гостей
лишь ты одна - сложней, чем жизнь моя…
очнулся дом от дикой пустоты,
полощет бритвой чуть подтёкший взгляд,
и тапочки - на две таких, как ты,
тебя сейчас особенно стройнят…
клубится дым под приглушённый свет,
душа скулит как твой простывший зонт,
и что-то происходит в голове
от запаха ментола и Кензо…
и время понеслось куда-то вспять,
и линия колен как западня,
и мне впервые хочется молчать,
чтоб ты хоть раз услышала меня…
но ты спешишь и не глядишь в глаза,
ведь где-то там «проблемы и дела»…
ну что ж ты, Солнц… побудь хоть полчаса -
где на всю жизнь остаться не смогла…
В борьбе за власть, к террору прибегают только нелюди, и политики профессионалы.
Помню петли волос каштановых,
по утрам отдающих в медь,
помню - как я тебя обманывал,
что веснушчатых жгли как ведьм…
как мешала проспаться досыта,
дулась букой по три часа,
как чихала и злилась до смерти,
не успев подвести глаза…
помню - как ты искрилась весело,
даже если трясло внутри,
как лечила свою депрессию
под трофимовы «Снегири»…
как мечтала дожить до пятницы,
как хвалила себя себе,
как шептала, что всё наладится
в косолапой моей судьбе…
помню всех твоих жгучих чёртиков,
кожу с запахом хризантем…
помню всё… до последней чёрточки…
жаль, никак не пойму - зачем…