Чистого человека ничем не замазать.
Все люди, сквозь жизнь твою проходящие,
наполнены разными формами.
Бери ото всех одно - настоящее,
непритворное.
Иные люди искренне считают, что никому не сделали зла. Но согласовываются они при этом только со своим собственным представлением о добре и зле.
Из возможных привязок остался лишь свой хребет,
шампуром насадивший на шест позвоночный душу.
я пытался сбежать,
но прикован к земле корвет,
и морзянку секунд мне в висках отбивает суша.
так хотел бы увидеть
как медленно рвётся трос,
как трещат под кормой и взрываются стоном льдины,
как удар лопастей изнутри разбивает кость,
выпуская на свет ошалевшего исполина.
он терзал мне нутро неустанно, за годом год,
разрывая каркас пережатых металлом рёбер -
менестрель-чернокнижник,
уродливый мастодонт,
не способный вписаться в короткую суть «game over».
даже если когда-нибудь Север сожмёт в горсти
непокорного монстра и сдавит стеной торосов,
он не вскрикнет… не сдохнет…
суставами захрустит,
но под натиском судорог SOS позывным не бросит…
чернокрылая сволочь с ошмётками парусов,
ледокол без мотора,
вскрывающий льдами брюхо,
избежавший погони патрульных прибрежных псов
/ ибо сучий радар наделён безупречным слухом /
ночью в спину мне гаркнет прощально седой шаман,
пряча стёршийся нож в смятых унтах за голенищем,
опрокинет «за здравие» чистого спирта жбан,
за отсутствием хлеба закусит духовной пищей…
и уйдёт зимовать в дальний чум из оленьих кож
ну, а мне - лишь мечтать о кострах,
замерзая в льдинах…
этот лютый февраль - дом, в который никто не вхож,
мой последний причал, причащающий триедино -
выходящий навстречу мистический белый зверь,
по холодному насту бредущий куда-то в вечность…
я настолько устал от ожогов земных потерь,
что во взгляде медведя мне чудится человечность
оглянусь ненароком,
опять тяжелеет взгляд,
и разнузданно арктика тьму оглашает воем…
не пытаясь вложить философию смерти в мат,
извлекают гарпун захмелевшие китобои…
воздух выжжен морозом настолько, что ноздри рвёт,
а на вдохе в лицо ударяет такая свежесть!
я крошу на зубах окровавленный тёплый лёд,
и к разрубленной туше невольно питаю нежность.
захлебнувшись слюною,
сквозь стонущий, жалкий всхлип
по глотку пропускаю горячую кровь титана…
но мне кажется тайно, что крюк в моё сердце вбит…
и строка расползается колото-рваной раной.
Охотнее верят сказанной лжи, чем очевидной правде.
Просто потому что правда неприятней.
Поэтому глупо сообщать человеку очевидное, если он сам этого не видит.
Не видит потому - что не хочет.
Человек - полный мудак.
- Какие планы?
- Быть счастливой.
- Я имею в виду на сегодня.
- Не вижу разницы.
Уровень зависти в людях обратно пропорционален уровню веры в свои способности.
Вокзал вздыхал
в сто тысяч легких,
народ стучал, кричал и мчал…
Меж ног людских шныряя ловко,
бродяга пес
один скучал.
Он выбирал своих (по духу):
зевнет, понюхает -
не тот.
Но вот он выбрал умным нюхом,
привстал и чмокнул прямо в рот.
А тот,
его избранник,
с желчным смаком
в собачьи губы -
свой башмак !
…И думал пес: «Ты не собака… "
А люди думали не так.
Да здравствуют сплетники! Пусть не умолкнет их лира!
Больную фантазию люди ж не зря напрягали.
Мы были б тенями в углах черно-белого мира,
теперь в популярности звёздам уступим едва ли.
Виват и завистникам! Громко кричите им «Браво!».
Все наши успехи для них равнозначны потерям.
Не любите Моцарта? Что же, имеете право.
А как величать вас, простите? Конечно! Сальери!
Салют и предателям. Значит у нас идеалы.
И есть что терять, если раны болят, кровоточа.
А, главное, верить в людей (парадокс!) не устали,
чего бы нам этот безжалостный век не пророчил.
Нам с детства твердят, мол, всегда по поступкам и кара.
Но логика фактов всегда остается жестокой:
«Коль Цезарь погиб от второго по счёту удара,
то Брут от него не услышал ни слова упрёка».
я истопчу свои любимые туфли,
я пойду пешком налегке,
окна вспыхнули, окна потухли,
их свет весь день гулял по прозрачной реке.
все несутся куда-то гурьбой
когда я дойду - я признаюсь,
что если состарюсь.
я состарюсь с тобой.
улицы, по которым иду, листая
играет ночь соло на водосточной трубе.
так прекрасно мечтать, ведь я мечтаю
мечтаю только о тебе.
старый добрый рассветный холод,
на твоем крыльце снежная пудра.
я рад быть человеком, который прошел весь город,
чтоб пожелать тебе «доброго утра».
«На свете нет незаменимых" -
в народе часто говорят.
Красивы, молоды, любимы
уже в земле сырой лежат.
Я помню жизни потрясенья:
Миронов, Листьев и Тальков.
Я помню слезы сожаленья:
Высоцкий, Цой, Богатырев.
За каждым именем известным
стоит трагедия судьбы.
Да будет вечным свод небесный,
и будет ярким свет звезды!
Марина Голуб, Евдокимов -
нелепо жизнь оборвалась.
Людмила Гурченко, Мартынов -
в народе боль отозвалась.
Никулин, Вицин и Папанов -
я знаю, Вас смешнее нет.
Мигуля, Хиль и Магомаев -
пусть Ваших песен греет свет.
Абдулов, Панин, Арлазоров,
Гайдай, Янковский, Козаков -
таланта дивные просторы
ушли в безмолвие веков.
Да будем Господом хранимы,
но каждому - своя стезя…
«На свете нет незаменимых?»
…Никем Вас заменить нельзя!
На Время никак нельзя повлиять. Оно течёт только в одном направлении, только вперёд, несмотря ни на что. И в этом безумном течении главное сесть на верный корабль.
есть люди - личности вне конкуренции, конкурировать им не с кем :)
- Хочешь стать успешной? Просто подними жопу с дивана!
- Ну вот, я встала, че дальше?
- Фиг знает, так далеко мы еще не заходили…
Благодарю Тебя за тишину…
За унисон несбывшихся желаний,
за то, что я, идущая ко дну,
благодарю за дальность расстояний,
молчание на все сигналы «SOS»,
за предсказуемый аккорд финала.
… Любовь бывает «с кем-то» и «всерьёз»,
в стихах и в прозе, во снах, под одеялом.
Любовь бывает (?).
…может быть…
… Ты - Верь!
я не могу… не чувствую… не значу…
Благодарю, за череду потерь,
За искренность, с которой тихо плачу.
- Оплакивая?
- Нет! Боготворя:
Душой прильнув, а телом отрекаясь…
Астральный мир - он создан для меня,
А для тебя - бурлящая реальность
С витком красивых и безумных чувств!
С мостами радуг, бабочками… Слышишь?
я за Тебя, как за детей, - молюсь…
под грустный дождь, танцующий на крыше.
я за Тебя…
я - вне земных оков,
вне часовых, границ и гравитаций…
рассыплюсь в многоточиях стихов,
в которых Ты позволишь мне остаться.
Copyright: Таис Весенняя