Несколько дней кряду MyДа был печален, и Учитель спросил его о причинах.
- Старший сын моих соседей почтителен и трудолюбив, - сказал MyДа. - Родители нарадоваться на него не могут. Но на прошлой седмице я встретил его в лесу, он воткнул в землю черпак для очистки отхожих мест и воздавал ему почести, будто это поминальная табличка в храме предков. Я хотел отобрать у него черпак, но мальчик стал визжать, царапаться и кусаться, а когда я отступил, поведал, что черпак - это подпорка Неба и если она упадет, Небо опрокинется. И я подумал: не таковы ли мы все?
- MyДа познал половину истины, - сказал Учи тель. - Пусть же познает и другую половину: у каждого человека внутри свое Небо, и у каждого такого Неба - своя подпорка. Благородный муж бережет чужие подпорки, какими бы странными они ему подчас ни казались, потому что любой, в ком опрокинулось Небо, становится нечеловеколюбив и перестает понимать справедливость.
- А встречаются люди, у которых подпорка их Неба состоит в том, чтобы ломать чужие подпорки? - спросил MyДа.
Учитель вздохнул и отвернулся.
МАНТРА
Неодолима мантра -
Людских мозгов игра:
Сегодня вам - не завтра,
А завтра - не вчера.
Всему ища вину вовне, я злился так, что лез из кожи, а что вина всегда во мне, я догадался много позже.
Приходя в сознание от человеческой бессознательности.
Говоришь «Спасибо» Богу что уберег от падения.
Короли и Королевы мастера лихих забав,
Ваши горны отзвучали, заглушился вой орав.
Поутихли смех и пляски, разбежались палачи,
Приближается миг тряски - искупление души!
Братцы, опомнитесь! … Мы же ведь люди…
Сколько же можно лить грязь друг на друга?..
Шанса прозреть уже больше не будет,
освободившись от злого недуга.
Нас «развели», как тупых малолеток,
ловко забросив наживку в душонку.
Видно не много извилин и клеток,
раз заглотили такую дешевку.
Войны, политика… испокон века
смуту несут, жизнь и мозг отравляя,
быть ли «героем» - в руках человека,
выбор всегда волю нам оставляет.
Если уж выбрал - становишься выше,
манипулировать вряд ли сподручно
тем, кто рассветы встречает на крыше
доброжелательно, благополучно.
Мир - это наше с тобой отраженье,
как поглядишь - то в ответ и получишь,
и изменить можно лишь отношенье,
делом и словом пытаясь стать лучше.
Все в мире тленно, и мы, к счастью, тоже,
жизнь - это миг, в бесконечность летящий…
Жалко его «растранжирить»… не гоже,
и по заслугам получит просящий…
Люди, одумайтесь… вдумайтесь, ЛЮДИ…
© Copyright: Андрей Теплов 2, 2016
Пообещайте людям амнистию от мук ада, и армия верующих превратится в горстку фанатиков.
Стоит один раз помочь человеку или сделать для него что-то хорошее просто так, по собственной воле и инициативе, то в следующий раз ты уже должен.
Бесцельно,
безжалостно,
как в кино.
Ты мой Стокгольмский синдром.
Захлопни глаза и зашторь окно,
спали этот чертов дом.
Держи меня в клетке,
корми с руки
и хлестко бей по щекам.
Мы разной породы, а значит - враги,
кто жертва - не знаю сам.
Я был убит трижды.
Я был убит
за сына, за мать и отца.
В простейшем понятии чувства любви,
нет смысла,
нет дна и конца.
Есть жертвенность, ревность,
есть ложь и печаль.
Всё - в банке с наклейкой ''соль''.
Бьешь больно и резко,
хрипишь: отвечай,
как быть без тебя?
(с тобой?)
И были бы мы сильнее чуть-чуть,
тогда бы сумели спастись.
Под пальцами мерно вздымается грудь.
Проснись, мой киднеппер, проснись.
Бесцельно,
безжалостно,
как в кино.
Ты мой Стокгольмский синдром.
И кто-нибудь вызовет
всё равно,
полицию в этот дом.
Ты выстрелишь в голову,
так легко,
ужалит свинцовый шмель.
Я вздрогну от выстрела/холода,
но я сделаю шаг
за дверь.
Я выйду на снег,
больной и босой,
приму необъятный мир.
Здесь что-то неладно, не так, не то,
и что-то скрежещет в груди.
''Минутная слабость'' - ответит коп,
- ''у нас есть хороший врач.''
И Аве, Всевышний,
всё
могущий
Бог,
за дверью -
мой мертвый палач.
Но что-то неладно, не так, не то,
и рушится что-то в груди.
Мне хочется в клетку,
зашторить окно,
и есть с самой теплой руки.
Попытка провальна. С другого листа.
Есть жертва, преступник, дом.
Кусай мои губы, считая до ста.
Я твой Стокгольмский синдром.
непонятный финал примитивной по сути истории
где герою хотелось быстрее добраться домой
где косые дожди фиолетовым сумеркам вторили
что короче всего если просто идти по прямой
где герой непонятно с чего в эту ересь уверовал
и как бешенный бык круглосуточно пёр напролом
где однажды в тени векового могучего дерева
он признался себе что забыл где находится дом
он признался себе что устал как собака безродная
что последняя пара ботинок истёрлась до дыр
что пора возвращаться обратно в берлогу холодную
где на счётчике цифры объёма утекшей воды
где на кухне омлет и полбанки варенья айвового
где на стенке часы потерявшие стрелку одну
где в тетрадке слова о любви, но слова беспонтовые
где подкова на счастье безжалостно тянет ко дну
а над городом птицы в шеренги на вылет построились
и плевать что с рожденья вожак слепо-глухо-немой
непонятный финал примитивной по сути истории
где герою хотелось быстрее добраться домой
А если серьёзно - давай разопьём вина
И к чёрту пошлём всех, желающих нам проблем.
Бог пишет с нас фреску /такая она одна/.
Напишет - отправит на родину, в Вифлеем.
Когда-нибудь после потоп отойдёт второй
И выйдет на сушу, слова растеряв, пророк…
Четвёртому Риму ты будешь тогда сестрой,
Я буду апокрифом в тысячу странных строк.
А если серьезно - оденься в пурпурный шёлк.
Бог дышит и пишет - попытка всего одна.
Он слушает нас, и поэтому мир умолк,
Всего на секунду застыла его рука.
Сияют глаза твои, волосы льют огонь…
Не каждому богу под силу тебя воспеть.
Звенит в Междуречье твой тихий приказ: «Не тронь».
Что мёд в тебе дикий, то в прочих - пустая медь.
А если серьезно - давай избежим вины
И яблоком змея накормим в ночном саду.
Бог пишет с нас фреску, как пишут наутро сны…
Апокриф окончен. В постскриптуме лишь: «Люблю».
- Это ваша собака?
- Нет, приёмная. К сожалению, врачи сказали, что мы не можем иметь собак.
всё пытался быть злодеем и лицедеем,
примерял личины от Моргота до Пондохвы.
по утрам доводил партнёров вопросом «где я?»,
не сломаться старался спичкой и не подохнуть
рядом с модной и говорливой наоднуночкой.
оставаясь вечным волшебником-недоучкой
убегал на вокзал и в рассвета очи,
унося рюкзак точно флаг, как клинок двуручный.
после в шкаф волшебный повесил мешок скитаний
и пытался воином быть порядка,
и бросался в улиц весенний танец,
в круговерть засад и ворон парящих.
не завёл ни женщины и ни кошки,
отвечал на звонки молчанием межпланетным,
собирал предания точно в кошель
собирают бессмысленный звон монеток.
я пытался так просто быть. но об этом скучно.
больше трёх не выдавишь предложений.
но вся доля моя, что в кофейной отлита гуще -
бессознательно-бесконечное броуновское движение.
© К. Вернер
К сожалению в жизни встречаются люди, которые получают большое удовольствие только от того, что причиняют боль другим, считая: - Если мне плохо, так пусть тебе будет еще хуже. Даже если этот человек и не является причиной его боли.