- Сколько же я буду тебе верить?
- Пока я тебя люблю-наверное столько
на каждого «ты» найдется «я»
На берегу ты парня хоронила,
И по щеке твоей телка слеза…
Как страстно ты его любила,
Проститься с ним уж не могла.
Стояла ты, глотая слезы,
А в сердце ком, болит душа,
Еще вчера ты с ним ходила,
Еще вчера счастливою была!
На роковую встречу проводила,
Потом всю ночь с тревогою ждала,
А утром, не дождавшись, к месту встречи,
Бежала ты, не помнила себя.
Дрожали плечи,
Шептали губы:"Я люблю тебя!"
Ты в страшном сне такого не видала-
Любимый твой среди камней лежит,
В груди зияет ножевая рана,
А ветер с моря кудри шевелит.
Звучат в ушах, как завещанье,
Те, еле слышные, слова:
«Твой бывший,-прошептал он на прощанье-твой бывший…
Я люблю тебя.»
- Как ты хочешь, чтобы было дальше?
- Как я хочу? Чтоб ты иногда утром будила меня…
Любовь связывает невидимой нитью, которая крепче каната
Все больше убеждаюсь, что корень слова «влюбляться» не «люб», а «бля».
А ей так хотелось влюбиться. И быть с ним всегда и не получать от него писем. Потому что писем не пишут, если никогда не расстаются…
Пусть те, которых мы любили когда-то, будут счастливы и без нас… мы уже их любили!
Она стояла на платформе вокзала и ждала его поезд. Он должен был приехать. Она ждала уже час. Была зима, и она жутко замёрзла. Она приехала на час раньше до прибытия поезда, потому что очень боялась опоздать. Она ждала его возвращения уже целых два года. И вот, наконец, он возвращается. Сердце вырывалось из груди, она сильно волновалась. В армию он уходил совсем мальчишкой, какой он интересно стал. Говорят, война ломает людей. Но он сильный, он справится с ней. Она верила, что с ним всё хорошо. Главное что он вернулся. Наконец то вернулся. Теперь всё будет хорошо.
Выходя из вагона, он шарил глазами по платформе. Большая спортивная сумка за всё цеплялась, и её приходилось вечно поправлять, но это было не важно. Сейчас он увидит её, снова увидит, прошло столько времени. Он помнил её лицо только по тем фотографиям, которые она присыла ему в армию. Большинство фоток он потерял на войне. Но одну он всегда таскал с собой в кармане формы. Он верил, что она оберегает его. Кровавыми руками он часто доставал эту самую фотографию. И в промежутках между боями он смотрел на неё, это единственное что удерживало его от самоубийства или какой-нибудь глупости. Он должен был вернуться к ней. Она ждала его. И он сдержал слово. Его демобилизовали раньше срока, на то были свои причины. Месяц, проведённый в плену, что-то всё-таки, значит для командования. Его отпустили домой. Он не знал, как она теперь выглядит. Может быть, она сильно изменилась, а может, осталась всё такой же хулиганистой девчонкой, которая подшучивала над ним в детстве.
- Привет! Ты наконец вернулся! - он обернулся и она бросилась ему на шею. Она целовала его и боялась отпустить. Она слишком долго его ждала, что бы опять потерять. Его сумка валялась рядом, фиг с ней, она больше не нужна, даже если выкинуть её, всё, что в ней есть, можно переложить в карманы. Он сам не знал, зачем взял такую большую. Он снова чувствовал запах её волос и видел её глаза. Остальное не важно. Он дома.
- Идём скорей, а то ты замёрзнешь! - она тащила его за руку в здание вокзала. На нём была лёгкая камуфляжная, армейская куртка, такого же цвета штаны и высокие ботинки. На руках были перчатки. - Зачем тебе перчатки? Ты бы лучше там шапку выпросил. - она трепала его стриженную голову, - смотри какой ты лысый! Ну, ничего, скоро ты обрастёшь. Я не дам тебе стричься. Помнишь, какой ты был в школе? Она говорила не переставая. Он вспоминал школьные годы и улыбался. Всё было так тихо и мирно.
Тогда он судил о человеческой жизни по фильмам в кинотеатрах. Это было так давно… Прошла целая вечность.
Они медленно шли к метро. Она держала его под руку и не отпускала ни на секунду. Он чувствовал, как она боялась замолчать. Как только она замолкала, сразу повисала тишина. А он молчал. И она снова говорила и говорила.
- Ты знаешь, у меня осталось ещё очень много конвертов и тетрадок для писем тебе. Я их все выкину! Они больше не нужны. Почта там работает плохо, но по датам писем он видел, что она писала по два, а то и по три письма в день. Это грело душу, там письма особенно ценятся. - Хорошо, что ты вернулся раньше. Кстати, а почему? В своих письмах ты не писал, почему тебя отпускают раньше. Хотя я спрашивала тебя.
- Да так… Я потом как-нибудь расскажу, сейчас не то настроение.
- Хорошо. Ой! Смотри, розы! - она обожает розы. Ещё в школе, когда он об этом узнал, он дарил ей одну, клянчил деньги у мамы и дарил, редко, но ей было приятно. На что её папа очень ругался. Школьница приходила домой с розой, это не правильно. Папа часто допрашивал её, кто ей дарит цветы, но она не говорила. Он совсем не знал её отца. Только редко видел на улице, когда тот шёл или возвращался с работы.
- Постой тут, я быстро! - он оставил её на тротуаре, а сам вбежал в цветочный магазин. Она видела его через стеклянный фасад магазина, он стоял перед продавщицей и показывал, какие розы он хочет в букет. Её руки сжались у груди, может быть это и есть счастье? Он вернулся. Он жив. Он здоров. Он не покалечен. И сейчас он покупает ей цветы. Её любимые цветы. Пурпурные розы.
Она смотрела на него и готова была прыгать от счастья. И даже крики ужаса где-то в стороне не отвлекли её внимание от него. Резкий визг тормозов заставил её повернуть голову в сторону. Она не успела даже пошевелится…
…До неё было всего два шага. Он видел её тело лежащее на асфальте в неестественной позе. Он много раз видел такие тела. Там, на войне. Он даже не обращал внимание на них, там на войне. Он таскал их много раз за руки и за ноги, там на войне. Но всё это было, ТАМ! Как же так? Тут нет войны. Может, всё это кажется. Может он всё ещё лежит в госпитале после тяжёлого ранения и у него бред. Проснуться! Срочно проснутся! Но видение не уходило. Она лежала на животе. Вокруг головы растекалось бурое пятно крови. Опять кровь. Опять смерть!
- Нет! Только не она! - он упал перед ней на колени и перевернул тело. Носом и ртом шла кровь. Он попытался взять её на руки, но её голова опрокинулась назад через его руку, шея была сломана. Он осторожно взял её голову и положил себе на плечо. Она была мертва.
Он смотрел в небо, оно такое же, как там. Там где он совсем недавно был. И так же он держал своих мёртвых бойцов. И так же текли слёзы. Но там было понятно, почему люди умирали, но тут! Она ждала его два года. Ну неужели только для того что бы его встретить и умереть? На войне кажется что здесь, на гражданке люди не умирают. Что здесь всё хорошо. Хочется, скорей вернутся. Вернутся, но не так… Он был весь в крови, это её кровь, её жизнь, и сейчас она покидает её. Её глаза закрыты, и она больше не когда их не откроет.
Она больше не когда не засмеётся и не скажет что он Бука. Она больше не увидит любимые розы… Если бы он не вернулся, этого бы не было. Мысли разрывали его, хотелось орать во всё горло. Если бы он не вернулся! Ведь если бы не он, она бы не приехала в этот день на вокзал и не стояла бы в этом проклятом месте именно в тот момент. Если бы он не вернулся, она была бы жива. Он хотел всё исправить. Вернуть время и специально, там, напороться на пулю. Наброситься в плену на зверя и пусть бы его прирезали. Или просто приподнять голову, когда их обстреливали, это так просто. И она была бы жива… Он гладил её по голове и плакал. А ведь он так долго ждал, чтобы встретиться с ней, ради неё он жил.
* * *
Он не чувствовал холода. Пронзающий ветер продувал насквозь его лёгкую куртку. Она была чёрного цвета и джинсы чёрные и ботинки. Он не хотел специально одевать всё чёрное, но так получилось. Его было прекрасно видно на свежем снегу. Он теребил в руках вязанною шапку, которую купил только сегодня утром. Он смотрел на похороны издалека. Смотреть на любимою в гробу было самым большим наказанием на свете.
Он ждал, когда родные простятся с ней. Им нельзя мешать. Да и он, совсем не вписывался в процессию, состоящую из многочисленных бабушек, тётушек и двоюродных сестёр. Из всех присутствующих на похоронах, он знал только её отца и то, знаком с ним он не был. Позже он простится с ней наедине. Он скажет ей всё, что не успел сказать. Он расскажет, как вера в её любовь давала ему силы сделать последний рывок, что бы выжить. Что бы ещё раз взглянуть в её глаза. Он расскажет, как по много раз перечитывал её письма, чтобы не озвереть, сидя в разрушенном городе под пулями. Как он всматривался в её фото, что бы хоть как-то унять боль от очередного ранения.
А пока, он ждал. Ждал последней встречи с ней. Чтобы проститься навсегда.
Родственники стали расходиться, фигуры отделялись от общей толпы, по две или по три. Все расходились не вместе. Мимо проходила очередная пожилая пара.
- Она была так молода. Вся жизнь впереди. Бедный ребёнок, - старушка вытирала слёзы.
- Так распорядился бог. Ничего не поделаешь, - дед пытался её успокоить, но надо было успокаивать его. Слёзы он уже не вытирал, без толку.
Могилу давно закопали, но её отец всё стоял. Он смотрел на чёрную могильную плиту и смотрел на фотографию своей дочери, на ней она весело улыбалась. За спиной послышались шаги. Кто-то подошёл и встал рядом.
- Я тебя знаю. Ты тот самый, которого она ждала и любила, - сказал отец, не отводя глаз от плиты, - Она слишком сильно тебя любила.
Парень молчал. У него не было слов для него, он не знал что ответить. - Я оставлю тебя с ней наедине. Тебя она ждала и хотела видеть больше всех остальных. - Отец развернулся и пошёл к выходу с кладбища. - Вечером я тебя жду у нас дома. Нам есть о чём поговорить… ты мне теперь как сын. И не смей себя винить в её смерти! Ты не виноват.
Несколько часов он стоял и смотрел на могильную плиту. Она казалась ему большим крестом на его жизни. Она перекрыла дорогу дальше. Закрыла проход ко всем мечтам, которые у него были. Главных целей больше нет.
Начало темнеть. Он сам не заметил, как встал на колени и стал говорить с ней, ему казалось, что и она с ним разговаривает. Он что-то рассказывал ей, захлёбывался в слезах и путал слова, а она отвечала ему. Слёзы замерзали у него на щеках. Ног он уже не чувствовал. Руки в перчатках крепко держали вязаную шапку. Пальцы без ногтей от холода, ныли тягучей болью. Когда ему вырыли ногти в плену, было не так больно как сейчас. При встрече говорила она, а теперь не замолкал он. Он боялся, что как только он замолчит, она сразу же исчезнет, навсегда. И он говорил, говорил и говорил. Он рассказывал ей всё подряд. Стало совсем темно…
* * * Медсестра Аня была совсем молодой. Её не так давно посадили на скорую помощь, ей нравилось помогать людям, попавшим в беду. Но тут было не кому помогать. Она не стала подходить к свежей могиле, у которой на коленях сидел трупп молодого парня. Она смотрела на него и на фото на могильной плите. Аня не видела лица парня.
- Как же он её любил, - пробормотал уже пьяный сторож. И пошёл к могиле. Врач осматривал тело.
- Зови мужиков, и тащите носилки, он к земле примёрз. - Сторож побежал к машине скорой помощи.
Аня вытирала слёзы платком. Тушь размазалась вокруг глаз. - Теперь они вместе… теперь они будут счастливы, я это точно знаю! По-другому не может быть.
Ищу работу в офисе. Во время проверок могу съесть любую документацию.
КАК ВАС НАЗЫВАЕТ ЛЮБИМЫЙ… И ЧТО БЫ ЭТО ЗНАЧИЛО:
Бэби - ухаживает, но ваши настоящие чувства ему вряд ли интересны.
Бегемотик - поглощен вами, уважает вашу самостоятельность, но не прочь поиграть.
Детка - в своих желаниях конкретен и не хочет ничего усложнять.
Дорогая - в отношениях ценит уверенность, определенность. Чувства стоят на втором месте.
Дурында - готов простить вам любую ошибку и взять ситуацию под свой контроль.
Ежик, ежонок - придает вашим отношениям особую значимость. Бывает несдержан, так как боится вас потерять.
Жабка - энергичен и игриво напорист, но очень дорожит вашими отношениями.
Жизнь моя - пафос выдает склонность к перебору. Проверьте, нет ли у него еще одной «жизни» на стороне.
Заяц, зайчонок, зая, зайка - склонен к азарту и не прочь поиграть с вами. В глубине души ревнив и пристально наблюдает за вами.
Золото, золотко, золотце - подчеркивает значимость ваших отношений, хотя разум у него преобладает над чувствами.
Киса, киска, кисонька, кысик - настроен на близкий контакт и не хочет усложнять ситуацию.
Козлик, козочка, козявочка - чувствует с вами полную близость. Вы для него очень родной человек, хотя он и не прочь вас поддразнить.
Муля, муся, мусипусечка - чувства очень сильны. Он склонен увлекаться и часто не знает меры
Конфетка - осторожнее: вас, похоже, считают своей собственностью.
Котенок, котик, котя, котятина - чувствует с вами близость и неразрывную связь, хочет убедить вас в своей верности.
Крокодильчик - подчеркнуто энергичен, не настроен ходить вокруг да около и долго сдерживать эмоции.
Кукла, куколка - увлечен вами, но не придает вашим отношениям слишком большого значения.
Лапа, лапуля, лапусик - очень активен и готов работать и жить ради вас.
Ласточка - очень внимателен и абсолютно уверен в вас.
Лисенок, лисичка, лисена - все внимание поглощено вами и того же он ждет от вас.
Любимая, любимый, любовь - склонен к чувственному перебору и готов действовать решительно и напористо.
Ляля, лялик - очень эмоционален, может не контролировать всплеска чувств - как хороших, так и плохих.
Маленькая, маленький, масик, мася - чувства очень глубоки, о вас готовы заботиться.
Малыш, малышка - вы поглощаете все внимание, и от вас ждут того же.
Медвежонок - очень чувственный человек, но не настроен торопиться. Он осмотрителен и не хочет вас потерять.
Милая, милый - обещает вам прочные отношения. Его чувства находятся в равновесии с разумом.
Муля, муся, мусипусечка - чувства очень сильны. Он склонен увлекаться и часто не знает меры.
Мышка, мышонок - очень к вам привязан, бывает несдержан, но его любовь глубока.
Пампушка - рассчитывает на полную близость и взаимодействие.
Пончик - всеми силами хочет привлечь ваше внимание и оградить себя от возможных соперников.
Пузо, пузик, телепуз - настроен на создание и обустройство семейного очага.
Пупс, пупсик, пусечка, пуся - ищет с вами полного контакта, но за этим стоят не столько чувства, сколько практический интерес.
Рыбка - на ваши отношения смотрит скорее по-деловому. На первое место ставит не романтику, а практический интерес.
Сладкая, сладкий - сознательно подчеркивает свою эмоциональность. Но в душе он уравновешен и спокоен.
Слоненок, слоник - придает большую важность вашим отношениям и ждет полной взаимности.
Солнце, солнышко - испытывает к вам неподдельную нежность и живой интерес.
Тигра, тигренок - уважает вашу самостоятельность. Не прочь пошутить над вами, но на деле предлагает равноправный союз.
Хомячок - склонен к импульсивным поступкам и легко может поддаться сиюминутным порывам.
Цыпа, цыпленок - предлагает вам активный контакт, но, возможно, в глубине души чего-то опасается.
Нет никаких обид, просто разошлись пути…
Может я и не была в твоем вкусе… но через пару лет убедишься в обратном.
Не важно, в какой точке земного шара находишься, потому что главное,-где ты обитаешь в своих мыслях.
Разбейте принципы об асфальт! Верните друг друга.
Мои слёзы - это не признак моей слабости, это признак того, что во мне ещё есть душа…
Слишком больной он оставил след…
я не верю в
«никогда тебя не брошу, я полюбил тебя на всю жизнь, никому тебя не отдам» и бла бла бла. блеф. и отпустит, и бросит, и отдаст.
Реальный телефонный разговор представиельного вида мужика
по мобильнику: (лицо совершенно спокойное на всем
протяжении разговора)
-Да заинька, что ж с машинкой?
Не едет?
А ты на заправочку, солнышко, заежзала, как я тебе
говорил?
Заезжала? Ой, умница.
Все равно не едет? А-а-а, едет, но плохо? Понятненько.
Ты у обочнки притормози. Остановилась? Умничка. Там внизу,
из-под педали газа коврик вытащи. Вы тащила? Сильно
скомканный был? Ну умничка. А теперь едет машинка? Хорошо
едет? Ну, целую, заинька, пока, солнышко…
Мозес Мендельсон, дедушка знаменитого немецкого композитора, был далеко не красив. Помимо небольшого роста, его портил гротескный горб. Однажды он приехал в гости к одному гамбургскому купцу, у которого была прелестная дочь по имени Фрумтье. Мозес безнадежно влюбился в девушку, однако его уродливая внешность внушала Фрумтье отвращение. Когда настала пора уезжать, Мозес набрался смелости и поднялся по ступенькам в ее комнату, чтобы воспользоваться последней возможностью поговорить с любимой. Она была прекрасна, как ангел, однако упорно отказывалась на него смотреть, что причиняло ему боль. После нескольких безуспешных попыток завести разговор Мозес робко спросил:
- Скажите, вы верите в то, что браки совершаются на небесах?
- Да, - ответила она, по-прежнему уставившись в пол. - А вы?
- И я тоже верю, - отозвался он. - Видите ли, всякий раз, когда мальчик появляется на свет, Господь на небесах объявляет ему, на какой девочке ему впоследствии предстоит жениться. Когда я родился, мне тоже показали мою будущую невесту, но при этом Всевышний добавил: «Твоя жена будет горбатой». И тут я воскликнул: «О нет, Господи! Женщина с горбом - это такая трагедия! Молю Тебя, Боже, отдай горб мне, а она пусть будет красавицей!»
Тут Фрумтье впервые подняла на него глаза, и где-то в глубине ее души шевельнулось смутное воспоминание. Она протянула Мендельсону руку, а позже стала ему любящей и преданной женой.
Барри и Джойс Виссел
Дж. Кэнфилд,