А мне бы с тобой, хоть на пару минут
Дышать в унисон, чтобы душами слиться,
Чтоб ныне и присно уже не делиться
И вместе закончить единый наш путь.
(Николай ЛЯТОШИНСКИЙ)
Все будет хорошо. Ты знаешь, так бывает,
Хоть и метель метет, хоть дождь стеной,
Но одиночество нас в карты проиграет…
А глупость обыграем мы с тобой.
(Николай ЛЯТОШИНСКИЙ)
Пусть эта осень станет обручальной
Для тех, кто ждал любовь так долго!
И завершится круг печалей,
И будет счастья очень много!
Раньше особо не верила в любовь на расстоянии, а сейчас как-то сомневаюсь, что есть вообще какая-то другая
Любовь естественна и всем дана возможность
Любить, и вовсе нет на то причин,
Чтобы любовь описывать как сложность,
Тем более описывать как миф.
Любовь не различает безразличных,
Она не ведает где правда, а где лесть.
Любовь всегда и всюду безгранична,
Она ведь любит не за что-то, а как есть!
в сжатых до судороги ладонях
дышат лазурные лепестки:
кто утонул в синеве бездонной,
из васильковой ушел тоски?
ты ли - на веках осевший иней,
ты - благородного сана высь.
шелк драгоценный, небесно-синий,
спрятан за взмахом твоих ресниц.
сердца напев не унять приказом,
душу не спрячет холодный слог:
если любовь не убить отказом,
непредсказуем ее итог.
кто бы посмел навсегда остаться,
кто удержал бы фарфор руки?
грею в горячих от страсти пальцах
неба озябшие лепестки.
27 января 2016
Не давайте повода любимым -
Хоть на секунду в чувствах усомниться.
ЛЮБЛЮ почаще говорите им -
Не позволяйте крыльям опуститься!
Поломала жизнь, поломала, вот уже слегка надломила:
она любит лётчика, мама, я опять пролетаю мимо -
он крылами качает нежно, он заходит в пике над домом,
столкновение неизбежно, всё, прощайте, привет знакомым.
Она любит лётчика, мэра, коммерсанта, майора МУРа,
убедить её не сумела мировая литература,
что у нас в инвалидной роте дух высокий, полёт нормальный -
видно, зря мы бились на фронте революции сексуальной.
То есть в жизни иной, небесной, наглотавшись небесной дури,
мы, конечно, взлетим над бездной, обнимая небесных гурий,
из одной тарелки с богами потребляя нектар и манну,
но сначала - вперёд ногами, а она всё с лётчиком, мама.
Остаётся заняться делом: штурмом взять, изумить подкопом,
и на бреющем, как Отелло, показать афедрон европам,
и, срезая углы и крыши, лишний раз убедиться - боже -
всё равно он летает выше, всё равно получает больше.
О, Лилуй! О, Лилуй! О, Лилуй!
Нежно в губы меня поцелуй.
С ликованием сам зацелую,
В упоительной страсти, Лилую!
Льётся речки поток - Ой, Лилуй!
Вырастает цветок - Ой, Лилуй!
В наготе своей при водопаде
Будем вместе плескаться в усладе.
Без Лилуи моей жизни нет.
Без Лилуи моей меркнет свет.
О, Лилуя, Лилуя моя,
Мир лиловый везде без тебя!
-
2016
Это то, что придумали до нас:
любовь, романтика, смех потоками,
только годами длится поздний час
за запотелыми общажными стеклами.
Все не фееричностью пахнет,
грешным делом вначале и поддалась.
Любовь - по полгода на вахте,
а не над мужней женою власть;
Это скользко и дико порою,
а размякнешь -дуло к виску.
Любовь -это когда везде -двое.
По камням, зефиру и по песку.
В мясорубке, на даче, в сарае крашенном,
только об руку - в болезни чаще…
И не то, что газетами втемяшено,
А что бывает раз в жизни. Не иначе.
Ольга Тиманова
Не сказанное вовремя «люблю» отзывается порой через много лет радикулитом, сединой в волосах и вселенской тоской в глазах…
Любовь нас снова окрыляет,
И опять же хочется летать.
Она нам молодость продляет,
И женщину любимую ласкать.
Любовь и боль - они неразделимы,
Как две сестры, без друг друга им жить
Любовь и боль… одной матери едины.
Которую все мы… называем жизнь.
Ты думаешь, с ним целовалась я?
Я воду, живую воду пила.
Наполнил полную душу мне…
«На!», - говорит. - Пей!"
А губы мои пересохли,
А пить мне ужасно хотелось.
Пила я взахлёб, как в детстве.
А ты говоришь - целовалась…
А может быть. и целовалась…
Разве я тогда понимала,
как это называлось?
Я просто пила, пила…
С ним целовалась я.
И солнцем перегретая земля,
Как наше перегретое влеченье,
Дарило нам нелепое смущенье,
Как платье голого, но все же, короля.
(Николай ЛЯТОШИНСКИЙ)