Любовь начальников к портретам вождей никогда не доходит до любви к памятникам.
- Я почти ее добился! У меня теперь есть часть её телефона?
- Какая часть?
- Код страны!
и вот так начинается каждый небожий день
она пьёт по привычке виски не торопясь.
и ей кажется, что клонируют 007
на Манхэттэне полдень.жара.арабская вязь.
она девушка Джеймса Бонда, и если что
может выстрелить в лоб не целясь, good bye майлав
не серди её крошка и можешь прожить все сто
не валяясь как брошенный доллар в её ногах.
секс в больших городах с послевкусием крови и говорят каждый день проливается до хрена
водосточные трубы забиты, Okey. кури
если можешь влюбиться то значит. почти жива.
она девушка Джеймса Бонда и любит мужчин.
впрочем геи и лесби по кайфу когда non stop
всё равно на губах запах пороха. отвали
никчему тебе знать где находится мой Skyfall
а ещё догадайся попробуй, с трёх раз срисуй.
что с тобою наутро станет. смотри в глаза
не играй с ней в бутылочку детка, на поцелуй
не играй…
чтоб потом не валяться в её ногах.
Я не знаю, как это - вдруг разлюбить в четверг,
после сотен вторников сна на его плече.
Вот кофе, он несёт его, например,
когда ты проснулась и хочешь погорячей.
Вот речка, вы долго ехали в никуда,
и грудь под купальником после воды - как завтрак,
и если бы он потрогал её тогда,
обратно бы вы доехали только завтра.
Вот утро, такое будничное, среда,
в смешном одеяльном коконе два балбеса,
а где-то на кухне - красное и еда,
часть чрезвычайно трепетного процесса…
А потом приходит вторник числом сто пять,
это даже дольше, чем обещали боги.
И становится непонятно, куда гулять,
на кого теперь закидывать ночью ноги.
…И любовь выходит мееедленно, и болит.
Вот ушла, вернулась, бродит, как целлюлит.
Как вода с горы стекает на дно ущелья.
И глаза, как будто кто-то их зеленит,
Углубляет,
и такой придаёт им вид,
Словно ты вот только
спрыгнула с карусели
Когда обнимаешь любимую девушку, нужно не просто обнимать, необходимо передать тепло любви которая исходит от твоей души. Что бы она ощутила от этого теплый солнечный свет, исходящий от твоей души это слияние душ влюбленных в единое целое. И в этот момент возможно ты ощутишь что она прижимает тебя к себе чуточку сильнее чем ты её.
Мы с первого дня знакомства говорим о расставании… Может это навсегда?
Шаги и шорох утренних газет,
И шум дождя и вспышки сигарет,
И утреннего света пелена,
Пустые тени пасмурного дня,
И ложь и правда, что-нибудь возьми,
Что движет невеселыми людьми.
Ты чувствуешь все чаще в сентябре,
Что все мы приближаемся к поре
Безмерной одинокости души,
Когда дела все также хороши,
Когда все также искренни слова
И помыслы, но прежние права,
Которые ты выдержал в любви
К своим друзьям, - зови их, не зови,
Звони им - начинают увядать
И больше не отрадно увидать
В иной зиме такой знакомый след,
В знакомых новых тот же вечный свет.
Ты облетаешь, дерево любви.
Моей не задевая головы,
Слетают листья к замерзшей земле,
К моим ногам, расставленным во мгле,
Ты все шумишь и шум твой не ослаб,
Но вижу я в ветвях твоих октябрь,
Все кажется - кого-то ты зовешь,
Но с новою весною оживешь.
Да, многое дала тебе любовь,
Теперь вовеки не получишь вновь
Такой же свет, хоть до смерти ищи
Другую жизнь, как новый хлеб души.
Любовь заложена в природе человека,
И если ты её не испытал,
Рискну тебе напомнить я об этом.
Возможно ты забыл, или не знал.
Любовь к человеку, не к собственным от него ожиданиям, не к своим страхам в его лице, не к своим планам на будущее и спокойную старость, а именно к человеку, редка невероятно. И ярлыков на себе не терпит.
Бывают мамы, которые любят детей, бывают дети, которые действительно любят родителей, а не свои комфортные ощущения детства или безопасности в малом возрасте, но в обоих случаях - это редкость. И любят там не потому что «мама» или «сын», а потому что любить умеют, нежность испытывая к существу, а не родственному статусу.
мои руки и ноги дрожат,
когда ты ко мне прикасаешься.
осторожно тебя обнимаю,
а ты крепко ко мне прижимаешься.
я люблю цвет твоих зелёных глаз,
с недавнего он мой любимый.
я могу прокричать сто тысяч раз,
что считаю тебя красивой.
мне нравится как ты улыбаешься,
мне нравится пить с тобой чай,
то как ты просыпаешься,
сообщения твои «не скучай».
я хочу уберечь тебя от ветров,
от невзгод, злых людей, наводнений.
ради тебя я на всё готов,
без любых там раздумий и предупреждений.
я поэмы могу о тебе писать,
о такой (моей) маленькой и чудесной.
как ты кушаешь, ходишь,
как стелешь кровать,
я считаю тебя прелестной.
я тебя так люблю целовать.
ты меня уж явно пьянишь.
я люблю с тобой засыпать,
просыпаясь смотреть как ты спишь.
я забуду всё наше неладное,
мы купим бутылку вина,
на нём написано «сладкое»,
совсем скоро ты будешь пьяна.
ты такой мне особо нравишься,
за всё впереди, мы не будем винить вино.
моя милая,
полусладкая,
сколько ж нежности в тебе дано?
тут другой мне подавно ненужно.
твои губы моих касаются.
как же мало человеку нужно -
обнимаешь и он растворяется.
Казалось, поезд сердце уносил.
На миг остановилась вечность.
Глаза, сказав последнее «прости»,
Туманились слезою быстротечной.
Да, время расставания пришло.
Никто не видел нас, когда прощались руки.
О, как наивно и светло
В глазах сияла капелька разлуки…
Весною губы сохнут от любви,
Которая близка и недоступна,
Которую скрывать, и то преступно,
Но сохнут губы без твоей любви.
И я ищу забвения во сне,
Хоть сердце вторит бешеной капели
И вспенено убранство на постели
Без всякого
сочувствия
ко мне.
Кто бы ни старался
Соблазнить тебя,
Ничего не выйдет,
Любишь ты меня!
дикая… страстная… как же тебя унять?
в чей полуночный бред истекаешь сукой?
ложе поэзии - вечность - твоя кровать -
стонет в пружинах слова молитвой звуков.
жар воспалённых, сбившихся с ритма строк…
тени безумных, но отболевших вёсен -
мартовским солнцем душу клеймит ожог,
тонким рубцом сонетов врастая в осень…
…
горькая… грешная… сколько ж в тебе вина!
сколько медовой сладости и полыни…
будучи слишком трезвою - ты пьяна,
градусом терпкости меряя чьё-то Имя,
но ни с похмелья, ни в забытьи, во сне
не проболтаешься… не обронишь случайно,
не растрезвонишь … не рассекретишь… не…
не разгласишь его… тайное будет тайным.
…
грустная… светлая… кто тебя манит… кто?
в высь лучезарную рвёшься смешной голубкой,
в горьком смятении кружишься над крестом,
тихо слетая Господу прямо в руку…
белыми крыльями нежно касаясь ран,
Словом спасаешь, вряд ли доступным слуху…
«уши имеющий», сердцем постигни Храм -
Сына услышь… Отца…и Святого Духа…
Я дарю тебе свой яркий свет
Из подлобья зашторенных окон,
Я дарю тебе весь этот снег,
Я дарю тебе весь этот холод.
Я дарю тебе сотни глаз,
Беспокойно снующих по миру,
Я дарю тебе каждый час,
Моей ветром забытой квартиры.
Я дарю тебе все свои сны,
Где так часто нас видели вместе,
Я дарю тебе все эти дни,
Своего бесполезного сердца.
Я дарю тебе столько причин,
Пусть не мне эту жизнь доверить,
Я дарю, потому что один,
Сам не знаю, что мне с нею делать…