Нас свела судьба с тобой однажды,
И огромным счастьем одарила,
Как же для меня все это важно,
Я тебя душою полюбила…
Благодарна Богу я за это,
О таком мужчине и мечтала,
Только бы орлом легла монета,
Только бы тебя ждать - не устала…
Плачу я, в отчаянии, порою,
Без тебя мне так невыносимо,
Выбор, несомненно, за тобою,
Знать бы только, что необходима…
Помнишь, как с тобою мы мечтали,
Что в друг друге обретем поддержку,
Главное - Любовь! … А жизнь - детали,
Так давай любовь свою удержим…
И мечты все воплотим в реальность,
Наш мирок счастливый мы построим,
Наша встреча, верь мне, не случайность,
Счастьем одаряет жизнь немногих…
Ты поверь, как искренне хочу я,
О тебе заботиться, любимый,
За тобой, хоть в космос, полечу я,
Дух во мне живет непобедимый…
Знаю я, что жизнь твоя - не сахар,
Испытал предательство с лихвою,
Я уберегу тебя от краха,
Вечною любовью огневою…
Дева Света! Где ты, донна Анна?
Анна! Анна! - Тишина…
А. Блок
А потом замечаю - все также болит, звенит…
Клею былое. Лелею тоску, как рану.
Над аллеями спелое солнце ползет в зенит.
Где-то рушатся льдины.
И северный мой Мадрид
отзывается гулким эхом:
…о, донна Анна!..
Это имя грохочет, как первый весенний гром.
Я пропитан до ребер соленой твоей любовью.
Моя память стекает, тягучая, как гудрон,
затопляя карнизы, картины у изголовья,
безмятежность постели, незыблемость стен, мосты…
Терпкий воздух сжигает йодом гортань и гланды.
Если мир разделен на «помимо тебя» и «ты»,
то слова и признанья, как яблоневые цветы,
облетают на мостовую.
И сарабанда
бесноватой капели несется с покатых крыш
(золотистых, как обгоревшие твои плечи).
Город дышит весною.
Закат по-июньски рыж.
Скоро, родная, нам станет гораздо легче…
Прошлогодние письма - мой личный архипелаг.
Не забывай же. Не выбивай опору,
пока полон любовью - я уязвим и наг.
И по вере воздастся.
И времени звучный шаг
кажется мне приближением командора.
День выцветал.
Манила сердцевина
твоих глубин.
Густел табачный дым.
Но ты была не ты, а только глина,
набухшая от тяжести воды.
Я был поспешен и несмел.
Но все же моя ладонь выглаживала кожу,
податливую в плавности своей.
А снег волной катил по бездорожью,
под кронами угрюмых тополей,
где, в продолженье женственных изгибов,
текла река.
Под пленкой серебра
о чем-то перешептывались рыбы.
А я воскрес без левого ребра,
познав души разверстые пустоты,
как плату за дыхание твое.
Пульсировал огонь в плену киота.
Тянулись за оконный окоем
тугие тени в лености дремотной.
И время по заезженной оси
скользило безмятежно и надводно.
Но я не мог сказать тебе: свободна,
а выдохнул смиренно: ты еси…
Я устал мечтать, надеяться и верить
и живу как будто по привычке
Превратившись в загнанного зверя
в страшной ярости в миг смертоносной стычки
Ложь, предательство, и частые потери
Я уже совсем, совсем не верю
до умопомрачения, до боли…
Сердце просто рвётся на свободу
Но душа хранит ещё остатки счастья
Как осколки склеенные болью
Глаз твоих бездонные объятья
Раны окропляют жгучей солью
Я устал мечтать, надеяться и верить
Ничего уже пожалуй не случится
Сердце обнажилось на пределе
но ещё доверчиво стучится
Я живу…, а значит есть надежда
Есть мечты
И силы есть немного
Улыбнись мне океан безбрежный
волны, ветер, чайки и свобода…
Где-то между будущим и прошлым
Счастья миг
лишь напрягись сильнее
Не старею…, становлюсь я зрелым
Я живу…, и значит буду верить
Счастье ожидает впереди…
Я отравлен тобой, наверно… Околдован дурман-травой, приворотным настоем верным мандрагоры, с твоей слезой… Но мне нравится пить неспешно этот лунный, полночный яд, и смотреть сквозь твою одежду, и не ведать других преград. Я и сам бы пришёл к рассвету - есть дурманы сильнее трав, но ты веришь в любовь, в приметы… даже если причина - яд… Улыбаюсь и пью, колдунья… ты же веришь, что всё всерьёз - этот сумрак и свет июля, эта россыпь девичьих слёз, и покорность ручного волка в моих светлых стальных глазах, и кукушка, что вдруг умолкла в этих старых, резных часах…
Я отравлен тобой, конечно… эта кожа и этот взгляд. И я выпью до дна, неспешно, этот лунный полночный яд. Не припомнишь, и не узнаешь кто вошёл в эту полночь в дверь - ты легко мои сны читаешь, но не видишь кто друг, кто зверь… Это магия летней ночи, самый древний, простой обряд - расскажи мне чего ты хочешь, и забудь про отваров яд. Я смотрю сквозь твою одежду, у меня самый синий взгляд… Ты колдуешь весьма небрежно - у тебя нет пути назад.
только тот кто сделал по настоящему человека счастливым, может причинить самую сильную боль.
- Маленькая Дева морская, маленькая Дева морская, я люблю тебя.
Будь моей женой, потому что я люблю тебя.
Но Дева морская покачала головой и ответила:
- У тебя человечья душа! Прогони свою душу прочь, и мне можно будет тебя полюбить.
- Но как же мне прогнать мою душу? - закричал молодой Рыбак. - Научи меня, как это делается, и я выполню все, что ты скажешь.
- Увы! Я сама не знаю! - ответила Дева морская. - У нас, Обитателей моря, никогда не бывало души.
Мужчина пел о женщине,
Слова сплетались жемчугом,
И согревали нежностью,
И лаской, и теплом.
Венком любви увенчана,
С вплетенной в косы вечностью,
Ему внимала женщина
Всем хрупким существом.
Свивался стих со скрипками,
И под ее улыбками
Минуты стали зыбкими,
Казалось время сном.
Любимой, поздно встреченной,
Негаданной, изменчивой,
Печатью грез отмеченной, -
Поет мужчина женщине.
Вселенная, замри!
***
Ах, Принц Дождя - по городу идёт…
Он сам идёт, попутчица не в счёт!
И что она про чувства говорит…
Ведь у него от музыки - стои’т!
Стои’т - ком в горле!
Упоенья ком!
Он - Принц Дождя!
В душе' - рыдает гром!
Бежит по телу - упоенья дрожь!
Он в Музыку влюблён,
Как Осень - в дождь!
Да, он влюбился в саксофонный стан,
Он - Принц Дождя, распутник и гурман…
Одна лишь музыка ему нужна,
А леди что ж? увы, обречена…
Он ей - одни страдания несёт,
Ах, Принц Дождя, - ты хо’лоден, как лёд!..
Саксофонистка!
Как к губам своим прижала
Свой инструмент - любви распутной жа’ло!..
Чуть дышит Принц Дождя - игрою изумлён…
Ах, Принц Дождя, как страстно ты влюблён!
Не мучайся, оставь терзаний бред -
И ливнем разрядись:
«Мерси' - за ми-НУ-эт!».
***
Колыбельная для Тэлли
Засыпай, до рассвета осталось чуть-чуть,
Ты устала, и надо поспать.
Уходи в царство снов, обо всем позабудь,
И душа перестанет страдать.
Лунный свет из окна на холодных камнях
Потускневшим блестит серебром…
Засыпай, пусть уйдут от тебя боль и страх,
И неважно, что будет потом.
Пусть приснится тебе голубая река,
Кони в сумерках на берегу,
И дорога, что лентой уходит в закат -
Я чудесный твой сон сберегу.
Не тревожься, пусть снятся тебе острова
Из цветов в океане травы,
Пусть сплетаются в песню простые слова -
Песню леса и новой листвы.
Первый раз я жалею, что я не колдун -
Я бы в птицу тебя превратил,
И отправил туда, где тебя не найдут,
От врагов и от смерти укрыл.
Но сейчас я могу только песню сложить,
Подарить тебе дивные сны…
Остается недолго на свете нам жить,
Мы сейчас так друг другу нужны!
Я вплету в твои сны отражения звезд
Из серебряной чаши с водой.
Ты пройдешь по дорогам видений и грез,
Что волшебной встают чередой.
Но светлеет восток, и исчезла луна,
Гаснут звезды в небесной дали.
Скрип замка разобьет мир волшебного сна.
Просыпайся, за нами пришли…
Ты навсегда в моем сердце
как мегабайты в информации
как все стихи написанные тебе
как вижу только тебя во сне
как пенся Басты на диске
как бутылка Тамянки в то время
а сейчас уже виски
как те поездки когда в никуда
когда к тебе
Ведь первая любовь она навсегда на земле
Твоя невинная улыбка, твои щеки
твои жесты, твои ноты
я помню все твои в то время заботы
я помню все до мелочей
ту жвачку и как не мог свести с тебя очей.
Ты знаешь я стал старше, проблемы круче,
я иногда курю, бывает лучше
знаю ты тоже куришь иногда,
и с сигаретами бегут наши года,
а знаешь все могло бы быть иначе,
дом, карьера, квартира, дача,
но как-то все по другому сейчас у нас,
у тебя профиль, а у меня фас
я не знаю что еще сказать,
Я даже стал как-то по другому писать…
Я всегда буду с тобой,
побудь и ты хоть минуту со мной…
Надену платье красное… ажурные чулки…
Смотрите, как прекрасна я! Глазейте, мужики!
Фигурка, как у куколки, веснушки на лице,
Из аметистов бусики и брюллики в кольце.
Иду, виляю бедрами, сверкаю красотой…
Готова я на подвиги! Ну где ты, мой герой?
Весна целует щечки мне и будоражит кровь,
И весело поет капель: «Любовь.Любовь.Любовь.»
Ты теплом, согрей мои руки,
Ты любовью, укутай нежно.
Не хочу, я с Тобой разлуки,
и в Тебе, плачет болью сердце.
…Губы тоже молчат, застыли.
…Слов не слышно, только дыханье.
…Да и слезы в глазах, утихли,
…обниму я Тебя, на прощанье.
Грусть, тоска к нам пришла, с реальностью,
и терзает нам душу, тревога.
Жить без слез на лице, да с радостью,
нам к улыбке, и к счастью дорога.
…И любовью, наполнится сердце,
…с нежным трепетом, дрогнут чувства.
…Ты мне скажешь, вернись, наверно,
…это слово, мне очень нужно.
Я отвечу, Ты жди, любимая,
не волнуйся, и не печалься.
Ты дождись, я не долго буду,
разлучаясь со мной,…не прощайся…
У тебя такая светлая квартира.
Есть коллекция и марок и монет.
Ты не глупый, обаятельный мужчина,
И дурных привычек не было и нет.
Я смотрю на твой мирок простой и ясный,
И, похоже, больше нечего желать.
Только знаешь ли, что все это напрасно,
Потому, что я не у тебя…
А у меня только сны и голуби,
И мне совсем не до правильной любви.
А у тебя все по полкам,
Только в этом нет толка,
Пойми.
А у меня все не так и невпопад,
А у меня то поток, то звездопад,
А у тебя планетарий и расписан сценарий
Утрат.
Я тебе желаю счастья и достатка,
Впрочем, знаю, ты и так возьмешь свое.
Просто я боюсь людей без недостатков,
И меня всегда течением несет.
Будет только тяжелей и будет дольше,
Нам с тобой не стоит времени терять.
У тебя есть в жизни все и даже больше.
Вот только знаешь, я не у тебя…
А у меня только сны и голуби,
И мне совсем не до правильной любви.
А у тебя все по полкам,
Только в этом нет толка,
Пойми.
А у меня все не так и невпопад,
А у меня то поток, то звездопад,
А у тебя планетарий и расписан сценарий
Утрат.
ДОБРО ДАРИ БЕЗ СОЖАЛЕНИЯ…
ОНА:
С рассвета от источника хрустального
Несла кувшин, наполненный до края,
Дорога к дому предстояла дальняя,
Но верила - «дойду, не расплескаю!»
Порхала лёгкой бабочкой цветистою,
Не чувствуя усталости и зноя,
Дарила щедро влагу серебристую,
Наполнив чьи-то души добротою.
На просеках, затянутых крапивою,
В логу, роняя капли неумело,
Сама чуть пригубила, бережливая,
Зато другим нисколько не жалела.
Поила птицу, путника прохожего
Чудесною целебною водицей…
Лишь пополудни стала осторожнее,
Чтоб невзначай остаткам не пролиться.
И вот уже к закату солнце просится,
Осталось до конца пути немного.
И лишь теперь постигла водоносица,
Какой нелёгкою была дорога!
Крутые тропы больно кожу ранили,
И зла встречалось на пути немало.
Но мысли сожаленьем не туманились,
Что всем добро так щедро раздавала!
Был долгий путь прекрасным, без сомнения,
Хоть трудным был - назад не оглянуться.
Смутилась, обнаружив с удивлением:
Воды осталось - маленькое блюдце!
Самой испить бы влагу драгоценную
По каплям, растянув как можно дольше,
Чтоб жаждущим ещё дарить мгновения,
Которых нет ни краше, ни дороже!
… А жизнь летит, судьбою предназначена,
Как день один - с рассвета до заката.
И то добро, что, как вода, потрачено,
Пусть отзовётся эхом во внучатах!
ОН: (АКРО)
Повстречал я водоноска поутру,
От кувшина торс её качался,
Царский шёлк косичек, на ветру,
Ей на плечи тихо проливался.
Ласковой водой, наполненный кувшин,
У неё пушинкой на плече казался.
И казалось доброты волшебный джин,
На его холодном дне скрывался…
А рассвет ей омывал стопы росой,
Широко раскрыв свои объятья,
И казалось, что цветы, словно слезой
Холодили лёгонькое платье…
Добротой наполненный кувшин
Убаюкивал остановить свой путь,
Широко ей, улыбнувшись, поспешил
Этой доброты едва глотнуть.
Тут же вдруг душа моя запела,
Ощутив сердечное тепло,
В сердце сразу песня зазвенела,
Отступила грусть и зло ушло…
Сохраню я радость этой встречи,
Тихо продолжая многотрудный путь.
Отгорят пред Образами свечи,
Радости даря земную суть…
Гимн добру звучит пусть бесконечно…