Однажды, перепутав приятное с полезным, был неприятно мерзким вкусом удивлён.
Мы честность повсюду разводим.
Не надоест никогда.
- Ты почему, Борщёв, в фонтан-то полез? Что, жарко было?
- Из-за женщины…
- Что, тонула?
- Да нет, мы шли в компании, она и сказала: «Слабо Вольдемару нырнуть?» Ну я нырнул.
- А почему ты? Вот вечно тебе, Борщёв, больше всех надо! Пусть бы Вольдемар и нырял!
- Да она меня Вольдемаром называла…
- Ах вот оно что… Всё равно нехорошо, Борщёв! Мы тебе путёвку со скидкой дали - а ты в фонтан! Нехорошо.
олегу строгая оксана
сказала больше не реветь
утёрла слёзы причесала
загс ведь
Нефть, газ - народу, а толстосумам наварившимся на недрах - хлеб с маслом… моторным. Чтобы аж желудок улыбнулся!!!))).
Иногда и яичница - дар Божий…
В пятницу после работы коллектив небольшой фирмы ОАО «Эдельвейс» вместе со своим начальником
Весело затрещали дрова в мангале, из стереоколонок машины вырвалась музыка, забулькали откупориваемые бутылки, зазвенели сдвигаемые стаканы, пошли тосты. Во главе застолья возлежал на подушках, как султан, Козлов и благосклонно выслушивал тосты, каждый из которых заканчивался реверансом в его сторону.
Максим Викторович узнал от Вики Маркиной, что он «самый человечный из человечных», Николай Петрович Шевтюк открыл глаза присутствующих на то, что их шеф - «гениальный менеджер». Но всех переплюнул Шота Магарадзе, заявивший, что с таким «замэчателным чэлавеком «можно хоть в развэдку, хоть по жэнщинам - успэх будэт абэспечэн».
Расчувствовавшийся Козлов в ответном спиче сообщил, что заново открыл для себя коллектив. А потом все решили искупаться в теплом-претеплом озере. Окрестности водоема огласили крики, хохот, женский визг и шумный плеск воды. Козлов, регулярно посещавший бассейн и потому чувствующий себя в воде как рыба, набрал в легкие побольше воздуха и нырнул. А вынырнул метрах в пятидесяти, в камышах. И затих там, решив попугать родной коллектив.
Занятый водными процедурами, «Эдельвейс» не сразу заметил пропажу своего шефа.
- Э, народ, а где Максим Викторович? - обеспокоенно крикнул шофер Абаккумов (он купаться не полез, а лениво курил на бережку).
- Да вот же, рядом с нами плескался, - весело отозвалась Вика Маркина, с визгом отталкивая ногами Шоту Магарадзе, подныриваюшего под нее и покачивающуюся рядом Нелли Петровну. - Шота, ты не видел шефа?
-Он гдэ-то тут биль, - пробулькал вынырнувший темпераментный грузин. И снова поднырнул под женскую часть коллектива, жадно топыря под водой волосатые руки.
- Биль, да сплиль! - передразнил его Абаккумов. - Но где же, в самом деле, шеф? На берег он не выходил, это точно. Черт, неужели… А ну, вы тише! Слышите, что вам говорят: шефа нигде нет.
- Неужели утонул? - охнул Суханкин, и мокрые его волосы от ужаса встали дыбом.
- Похоже, что так, - мрачно сказал Абаккумов. - Поныряйте-ка, ребята, может, сами достанете.
- Ой, я боюсь утопленников! - закричала Вика Маркина и пулей выскочила на берег, а за ней полезли из воды и остальные «эдельвейсовцы».
«Ага, испугались! - обрадовался в камышах Козлов. - Ничего-ничего, поволнуйтесь-ка еще!»
- Ну да, буду я еще из-за этого придурка нырять! - неожиданно заявил Шевтюк и сплюнул в воду. - По мне так - пусть покоится на дне. Там и ему место.
- Утонул Максим, ну и фиг с ним! - вдруг объявил пьяненький Суханкин, и все радостно захохотали.
Козлов не верил своим ушам и даже перестал отгонять комаров: а как же «самый человечный из человечных», а «гениальный менеджер», а с кем пойдет в «развэдку» Шота?
- Плахой биль чэлавек, жадный, - обличающе сказал Шота, обнимая дрожащую Вику за плечи. - Я би с ним в развэдка нэ пашел.
- Уж что верно, то верно, - поддакнула бухгалтерша. - Вот вы как-то аж три месяца зарплату не получали, а он себе ее регулярно рисовал, и премии еще… К-козел!
- А я всего неделю отсутствовал на работе, по важной причине, так он меня уволить хотел, - пожаловался Суханкин и всхлипнул. - А куда я пойду? Вот и отлились ему наши слезы.
«Ну, сволочи, сейчас вы у меня попрыгаете!», - яростно прихлопнул Козлов на багровой лысине сразу десяток опившихся начальственной кровушки комаров. И уже хотел было с ревом вылезти из камышей, как услышал злорадный голос Абаккумова:
- А если бы Козлов вдруг вынырнул и сказал, что все слышал, что бы вы стали делать, а, храбрецы?
Все испуганно замолчали.
- Да нет, уже не вынырнет, - нарушил тишину Шевтюк. - Что он, дядька Черномор, что ли, или Ихтиандр какой? Уже полчаса прошло, как он утоп. Нет, кирдык нашему козлу, едят его раки!
- Я би на его мэсте нэ виниривал, - угрожающе пошевелил усами Шота.
- Конечно, зачем человеку два раза тонуть, - согласился Суханкин. - Ну что, сироты, у нас там, вроде, еще осталось чего-то? Пойдем, помянем шефа, да в ментовку надо звонить, пусть этого утопленника ищут, кому положено…
- Вот только кого теперь нам главк посадит вместо него? - спросила Вика и мечтательно зажмурилась. - Хорошо бы кого помоложе, да неженатого… Отстань, Шота!
Предлагаю чтоб фаны отмудохали по фиг кого и нас дисквалифицировали… и не надо будет тулить отмазки почему у нас нет сборной по футболу… а её нету просто нету…
всё против наших футболистов
газон ворота и судья
а также мяч трусы и бутсы
ну и конечно сам футбол
Вот бывает в этом улье людском, идет иной раз такая красивая, красивая, хорошо одетая, с таким надменным взглядом … думаешь королева, а поговоришь с ней … даже не пчела, а просто насекомое.
К врачу заходит пожилой пациент.
- Доктор, я хочу проверить свое здоровье.
- Уже вижу, батенька. Явно выраженные склероз и диабет.
- Как вы догадались?
- Ширинка расстегнута, а вокруг нее пчела летает.
Интереснее всего в этом вранье то, что оно - враньё от первого до последнего слова.
.. И всякий хочет
Не снимая своей маски
Увидеть что под масками других
Всю правду узнать невозможно, поэтому привыкаем довольствоваться ее частями, думая, что знаем все.
Но зная часть - толком не знаешь ничего. Один мужик так и сказал - мол знаю, что ничерта не знаю. Честно и откровенно. Молодец. Ну, слегка попутно понтонулся, ибо, раз понял, что знания малы - к чему публично эту глубокую мысль озвучивать?
Но может ли часть правды быть правдой? Нет, не может. Считаем ли мы постоянно, имея не всю правду, что правы? Считаем - что ж еще остается, если большее недоступно.
Некоторые продвигаются значительно дальше, раз уж такая с правдой каша - будучи совершенно не правы, будут разбивать лбы, доказывая обратное. Аргументов может быть ноль, но это не страшно, ведь часть правды все-равно не более весома, поэтому в качестве аргумента можно приводить любые мысли, хаотически лезущие в голову из самых различных источников.
Итак, все кругом спорят, мало слушая друг друга, отстаивая отнюдь не истину, а всего лишь свою точку зрения, в которой истины может не содержаться ни капли
уфэмээс вломилось в терем
по документам теремок
никто прописку предоставить
не смог