Что можно увидеть во взгляде убийцы,
Лишь черную тень от несчастных побед…
Лишь ненависть лютую, жизни и лица,
Что в час роковой не спаслися от бед.
В бездонных глазах отражается небо,
И горечь судьбы, что забита давно…
Он проиграл, его солнце село,
И души теперь не оставят его…
Он видел мир под углом в 90,
Он давно променял свой светлый маяк,
Что вел его долго, что родом из детства,
И умер ведущий по жизни моряк…
Не выдержав плаванья прошлое тонет,
Спускаясь на дно черной души…
Босыми ногами раскаянье бродит…
Но поздно! Слезы? Слышишь, суши!
Выбрав дорогу обмана и мести,
Назад не вернешься уже никогда,
Останутся в прошлом топтаться на месте
Герои, подонки, любовь и игра…
Не будет больше ни солнца, ни смеха,
Баланда, решетка и чуткий конвой
Не сбежать, ни уйти, из жизни не скрыться
Душа была предана только тобой…
Трудно объяснить ребенку - что нельзя, если мы сами так делаем!
Учите детей, на своих примерах!)
Июль, невыносимая жара …
В трамвае едут мамашка и сынок лет 10-ти на котором меховая шапка.
Сын:
- Мама, а я принц или король???
Мама:
- Ты придурок!
Народ вокруг начинает шушукаться.
Мамашка снимает шапку, а под ней хрустальная ваза.
Мама:
- Вот полюбуйтесь, одел, а снять не можем - в больницу едем…)))
«В жизни происходит так глупо, неправильно, грязно… Людям не хватает смелости говорить правду в глаза, а потом это превращается в лицемерие. Боясь задеть, мы делаем еще хуже - мы скрываем. А потом… А потом лжем, пока кто-то страдает. Мы проходим мимо тех, кто нуждается в помощи, оказывая ее лжецам. А почему? Потому что не можем уже отличить правду» - глядя на себя в зеркало, я думала о жизни. «Жизнь не стоит ничего, а смерть благородна. Она лечит души и уничтожает никому не нужные тела». За окном барабанил дождь. Уже четвертый день темное небо заливало город водой. Что-то непонятное не давало мне покоя, касалось сознания и снова исчезало. Как бабочка, манящая крыльями и вновь растворяющаяся в небе.
На улице смеркалось. «Скоро ночь. А потом поход на кладбище, впрочем, как и всегда по пятницам. Мы ходим на кладбище, думаем о смерти… Говорят, что там можно лучше понять жизнь, стоя на грани двух миров. Никогда не думала, что этот образ жизни может так увлечь. Вот так и закончился эксперимент под названием „любопытство“. Закончился тем, что теперь я - „гот“. Ничего преступного в этом нет, это же образ жизни».
Отвернувшись от зеркала решила, что скоро и к облику привыкну. Так же, как и к новым хмурым друзьям, и мир видеть в черно-серых тонах, и на кладбище гулять, и все время думать о смерти. Включив композицию «Bela Lugosi’s Dead» я покорно ждала, когда придет время.
Часы на стене отбили десять раз, когда в комнату зашла незнакомка. Длинные черные волосы, черное бархатное платье с алыми вставками, черные губы на белом напудренном лице и анкх на шее выдавали в ней готессу.
По дороге на кладбище проезжали мимо группы молодых людей. Тихий голос новой знакомой выдернул меня из собственных мыслей.
- Ты только посмотри на них. Отвратительно. Зачем они так ценят жизнь? Ни эстетики, ни правильного взгляда на мир. Смерть должна править, она спокойная и равнодушная. Не смотри на них, они слепы. Это как очередная капля крови на черно-белом слайде жизни. Взламывать грудную клетку истерикой, собирать несуществующие детали психотропного пазла бытия и плакать, снова порезавшись об осколки очередного воздушного замка - это важно. А потом приходит спасительная меланхолия и тогда ты уже ничего не чувствуешь. Только покой, тишина и серые краски жизни, в которой ничего не происходит и больше не произойдет.
Я молча слушала причитания. Мне не казались они такими. В их жизни есть краски, есть чувства, есть будущее. Молодые, веселые…
Мысли о тех людях оставили меня только когда я увидела аллею, ведущую в святую святых - на кладбище. Темная аллея вечной осени, вечного увядания. Там уже ждали люди, такие же как и мы. Все в черном, бледные, хмурые и задумчивые. Мурашки пробежали по телу при взгляде на них.
- Замерзла? Запомни, ничего земного ты не должна чувствовать.
За столиком возле одного из памятников все и сидели, передавая друг другу абсент. Сперва молчали, пока алкоголь медленно начинал бить в голову. Каждый был занят своими мыслями. Пока молчание не нарушилось диалогами со всех сторон. Вступать в разговор с кем-либо я боялась. Боялась, что покажусь им недостаточно мертвой и отвыкшей от солнечного света, потому просто слушала их речи.
«…Учиться любить или быть пустым. Никакой зависимости, никаких физических контактов, только тонкая нить возвышенности. Даже от общения нужно отвыкнуть…»
«…Я не выдержу этого! Как меня все задолбало! Родители давят на мозги, я их ненавижу! Лучше бы я умер при рождении. Не хочу жить в этом долбанном мире. Я не хочу подлизываться к преподавателям! Да, вот такой я гордый, лучше умереть! Лучше. Смерть прекрасна! Это жалко…»
«Я хочу быть с тобой. Хочу ездить по больницам, когда ты в оный раз на грани жизни и смерти от передоза снотворными и транквилизаторами. Не спать ночами, когда ты напиваешься и попадаешь в очередную аварию. Хочу ругаться с тобой по пустякам, пить абсент на брудершафт и танцевать вальс в черных масках. А потом мы снова поругаемся. Ты напьешься, а я скурю за ночь две пачки сигарет. А наутро увижу очередную смску из серии „Давай жить дружно“. И так будет всегда. Раз за разом. Только давай изменим конец истории: таблетками в итоге отравлюсь я, а не ты. Давай?..»
«…Иду по коридору и думаю, что теперь будет с моим бедным Ангелом? Далеко впереди мигает одинокая лампочка. Почему все эти люди такие злые? Когда я еще жила, они каждый день убивали меня своими мыслями, поступками, словами и жестами. Я кричала, но никто не слышал. На каждом шагу валяются трупы чьих-то идей и фантазий. Мой мир умер, потому что Ваш не дал ему права жить. Я тоже не имела такого права. Что будет теперь с моим бедным Ангелом? Я хотела только спасти его, а теперь мы оба мертвы и каждый день прячемся от солнца…»
«…Они пришли без разрешения в мою обитель, потревожили мою душу… До них тут было все тихо, спокойно и темно. Они принесли с собой свет, но он не похож на свет спасения. Он мрачный и грязный. Я не в состоянии его погасить, я не в состоянии выпроводить их отсюда. Они зачем-то дали мне плоть. Мне противно осознавать, что я заперт внутри одного из них! Я не хочу! Они уже здесь… они здесь… здесь… люди…»
Я слушала до тех пор, пока не перестала понимать слова. Все слилось в один общий гул. Сознание выхватывало отдельные фразы, а память заботливо подсунула когда-то давно прочитанное определение шизофрении. Гул, холод, страх, незнакомые люди. В голове импульсами вспыхивали лампочки пытающегося вернуться в норму сознания. Но постепенно они стали гораздо реже… Я стала одной из них. Полностью. Я поняла это потому, что жить больше не хотелось. Хотелось только чтоб стих гул в голове и наступил спасительный покой… Мокрая земля неожиданно оказалась перед лицом и…
И я открыла глаза. Родные стены, родной потолок и мама, раздвигающая шторы. Она улыбнулась так, как было каждое нормальное утро. Теплое солнце освещало комнату, и лучи мягко ложились на лицо и светлые волосы…
Может для этого нам и снятся такие сны? Чтоб мы могли увидеть и другие жизненные пути. А я теперь увидела свою дорогу. Я жива и у меня есть будущее. Жизнь - не черно-белый фильм, она яркая и цветная. Она потрясающая и в ней можно достичь всего, если не мешать самому себе глупыми иллюзиями. Почитание смерти- это всего лишь страх перед ней, а я не боюсь, потому что впереди еще столько всего! Это моя дорога, и дорога тысяч уверенных в себе молодых людей! Еще целая жизнь! И ее надо проЖИТЬ!
Суди о человеке не по тому, что другие о нем говорят, а по тому, что он говорит о других.
ЕСЛИ ДОЛГО СМОТРЕТЬ НА ДЕВУШКУ, ТО МОЖНО УВИДЕТЬ КАК ОНА ВЫЙДЕТ ЗАМУЖ.
Нам непонятность ненавистна
в рулетке радостей и бед,
мы даже в смерти ищем смысла,
хотя его и в жизни нет…
Найди себе любовника!
Попробуй
Порочной страсти необычный вкус.
Обидно быть наивной недотрогой…
А кто-нибудь осудит, ну и пусть!
Какие мужики проходят рядом!
Красивые самцы… Ну, просто класс!
И откровенно раздевают взглядом.
А ты?
О чем ты думаешь сейчас?
Кто говорит, что это аморально?
Любить и отдаваться - значит жить!
Любовница все время сексуальна,
А остальное - просто миражи.
Когда ты испытаешь все на свете,
Когда поймешь себя и мужиков,
Тогда, возможно, вспомнишь строчки эти -
Как тихо ты страдала без грехов.
Ведь мы должны принадлежать кому-то,
Чтоб научиться чувствовать сильней.
Тебя хотят?
Не думай ни минуты…
Ты тоже хочешь?
Значит всё - о кей!
Каблуки выше, юбка покороче, тот, кто не ценил, пускай теперь дрочит!
Дома мужчина скорее с большим удовольствием будет созерцать бардак в спальне и счастливую, довольную жену, чем идеально убранную спальную комнату и неудовлетворённую женщину.
Чтобы ни случилось в вашей жизни, это - всего лишь Жизнь!
Стены больницы, возможно, слышали больше искренних молитв, чем церковь… А вокзал видел больше искренних поцелуев, чем ЗАГС…
А в низу умирала женщина.
Третий день умирала женщина
Безнадежно больная женщина,
умирала в пустой квартире.
Муж стоял у ёё постели
И беспомощный, и великий
Заслонивший собою двери
Чтобы жизнь не ушла отсюда.
По ночам прибегал на помощь
Юный доктор из «неотложки»
Колдовал он над синей склянкой
И над чем-то ужасно острым.
А ещё из краёв далёких
Торопились на помощь дети
Но ведь тот кто спешит всё время -
Часто может прити последним.
А она умирала трудно,
Боль казнила ёё жестоко,
Распинала на части тело,
Чтобы легче потом убить.
Муж стоял у ёё постели
Он бы отдал сейчас ей сердце
Твёрдо веруя в совместимость
Постоянно родных сердец.
Он готов был отдать ей волю,
Всю до капли отдать ей силу,
Каждый атом долготерпенья
Чтобы только осилить боль.
Вот он вспомнил как вместе жили
Все подробности. До единой
Будто память рисунок чёткий
Положила на белый холст.
Было трудно им в жизни долгой
Спутник шёл со своей планетой
То сближаясь то отдаляясь,
То любя ёё больше всех.
А бывало и так: сорвётся
Даже в дальний умчится город
А потом затоскует дико
И опять заспешит домой.
А бывало и так, что где то Очень сильно ёё обидят
Он тогда приходил угрюмый
Раздражаясь на каждый звук.
А случалось и так, что дети
Возвращались домой под утро.
Как тогда он зверел от страха
Как он люто ёё бранил…
Разметались по жизни дети.
Каждый занят своей заботой.
Только очень большое горе
Может вместе их всех собрать.
И остались в квартире старой
Как на мостике капитанском
Перед ЖИЗНЬЮ и перед СМЕРТЬЮ
Только двое ОНА и ОН.
А ведь в сущности - то на свете
Кто ещё был ему роднее?
Кто вот так до морщинки каждой
Предан был ему больше всех?
Кто вот так бы пошёл с ним всюду
Через жизнь, безоглядно - щедро?
И женою была и другоми
И хранила его как мать.
А х как поздно он это понял.
Сколько мог бы он дать ей счастья!
Сколько мог бы ей дать покоя!
Сколько мог принести добра!
А теперь вот она уходит.
Это он в ней сейчас уходит.
Это всё, что с ним было в жизни
Вместе с нею сейчас уходит.
Всё, чем был он хорош на свете
Всё, чем был он возвышен ею Всё, чем тайно собой гордился
Всё сегодня отнимет ночь.
Он сейчас загадал что если
До утра не придет несчастье
И она не умрёт до света
ОН и солнце ЁЁ спасут.
И пускай улыбнутся дети
И пускай будет всё прекрасно
И пусть долго живет с ним рядом
А иначе всё в нём умрет.
Умение рyгаться матом, приходит с yмением водить машинy!)))
Несчастного человека жалко. Но стоит ему в нас плюнуть, как всякая жалость к нему куда-то девается. А ведь по-сути ничего не изменилось))