Неправда, что время нас лечит,
Оно только боль притупляет.
И артилерийской картечью,
Мгновения вдаль улетают.
Мгновенья и горьки, и сладки,
И связаны туго узлами,
И с тихой, кошачьей повадкой,
Являются в память ночами.
Нам сладкие к сердцу поближе,
Явление их всегда кстати,
И жемчугом белым нанижем,
На тонкую нить благодати.
Но горькие жемчугом черным,
Мониста ломают рисунок,
Сплетаясь безумным узором,
На дне нашей жизни шкатулок.
Я научился не бояться (любить) жизнь, потому что не страшна (не пугает) смерть
Я изменю мир.
Я попала в капкан, как волчица степная,
Заметая следы, жизнь свою заметая.
Каждый раз говоря: «завтра буду другая».
Слиться мне бы с толпой, да гордыня мешает,
Грех мой - гордость моя, с ног порою сбивает.
Бьёт по сердцу, душе, бьёт до воя, до лая!
Да поверьте же Вы, я совсем не такая,
Как, напели враги, меня распиная!
Может, я и не стою прибежища рая,
И живу как не Вы, не лгу, не играю.
Закрывая глаза, я как птица летаю!
Я в капкане опять, горечь слёз от страданий.
Вроде, вот и тупик… не зажить этой ране…
Но, уж нет, погодите, больно будет лишь маме.
Ей и так тяжело за наши страданья,
Ради мамы, детей, залижу свою рану,
Встану, силушки наберусь, отряхнусь от поганых.
Отрекусь от отмщения - разлетятся капканы!
Грех мой - гордость моя, с ног теперь не сбивает,
Не мешает мне жить, жить теперь помогает!
Я попала в капкан, как волчица степная,
Заметая следы, жизнь свою заметая.
Каждый раз говоря: «завтра буду другая».
Слиться мне бы с толпой, да гордыня мешает,
Грех мой - гордость моя, с ног порою сбивает.
Бьёт по сердцу, душе, бьёт до воя, до лая!
Да поверьте же Вы, я совсем не такая,
Как, напели враги, меня распиная!
Может, я и не стою прибежища рая,
И живу как не Вы, не лгу, не играю.
Закрывая глаза, я как птица летаю!
Я в капкане опять, горечь слёз от страданий.
Вроде, вот и тупик… не зажить этой ране…
Но, уж нет, погодите, больно будет лишь маме.
Ей и так тяжело за наши страданья,
Ради мамы, детей, залижу свою рану,
Встану, силушки наберусь, отряхнусь от поганых.
Отрекусь от отмщения - разлетятся капканы!
Грех мой - гордость моя, с ног теперь не сбивает,
Не мешает мне жить, жить теперь помогает!
Жизнь забытьё. Но проблемы отрезвляют.
Увлечения настоящих женщин.
В детстве я дружила с мальчиком, который рассказами о своей семье веселил весь квартал. У него были: мама Оля - детский врач, папа Рома - аспирант, Бабушка Надя - бухгалтер и дедушка Вова - плохой пример. Сейчас я понимаю, что это совсем не смешно.
Сегодня я была плохим примером для девочки примерно шести лет. Еду в электричке, читаю книгу на планшете, не нарушаю общественный порядок.
- Тётя, - спросил ангел в розовом платье и в короне, - а почему ты не накрасила ногти? Мама говорит, что девочки всегда должны красить ногти.
Я их не просто не накрасила, я их ещё и обстригла под корень.
- У меня есть хобби. Я занимаюсь фехтованием, и никакой маникюр на моих руках не держится. А ты что любишь делать? Во что играешь?
- Мы с мамой играем в салон красоты.
- А кем ты хочешь стать, когда вырастешь?
- Я выйду замуж.
В шесть лет я бегала по двору с друзьями и мечтала быть пятым мушкетером. У меня была шпага из палки с приделанной пластиковой крышкой, плащ из бабушкиного платка и соломенная шляпа с перьями. Через год меня отдали на фехтование. Я не добилась в спорте выдающихся успехов, но у меня хорошая осанка, быстрая реакция и боевой задор.
Кем я хотела стать, когда вырасту? Аквалангистом, путешественником и кинологом, а ещё мечтала писать названия улиц на стенах домов (кто-нибудь знает, как называется эта профессия?).
Чему меня учили взрослые? Да, ничему особому. Покупали краски, альбомы, книги. Платили за кружки. И не сильно ругали за подожжённый ковер и последствия химических опытов в ванной комнате. Хвалили за рисунки и помогали собирать конструктор. Не запрещали создавать волшебный мир с феями и драконами из подручных вещей.
Я не знаю, было ли мое детство счастливым или нет. Оно просто было. Время, когда взрослые просто радовались тому, что я у них есть, весёлая и здоровая и совсем не строили планов на мое будущее.
Я хотела рассказать девочке, что в мире много интересных занятий, кроме замужества и салонов красоты. Но поймала взгляд её мамы и решила промолчать.
Сейчас растёт новое поколение девочек. Которым с раннего детства внушают, что у женщины может быть только одна цель - удачно выйти замуж. Что внешность - это главное. Не сделаешь маникюр - останешься одна. Наденешь джинсы - настоящий мужчина на тебя даже и не посмотрит. Увидит тебя без косметики - от пережитого ужаса ослепнет. Выйдешь из дома выносить мусор в тапочках - у всех мимо проходящих кавалеров навсегда пропадет потенция.
Оказывается, очень хрупкий народ эти настоящие мужчины. Поэтому их надо всячески оберегать. Вставать на час раньше, чтобы накраситься. Всегда носить обувь на шпильках, пуш-ап и чулки. И все свои действия оценивать с единственной позиции: «мужчинам это нравится или мужчинам это не нравится».
У меня однажды экзотическая зверушка жила. Так вот, с ней мороки было меньше. Но как говорят, в каждой избушке - свои погремушки.
Каждая из нас может сама выбирать, в какие играть игры. Только я не понимаю, зачем этим играм учить детей. Вырастут - сами разберутся.
Никакого вывода из этого текста не будет. Просто мне кажется, что если дать детям (любого пола и возраста) возможность решать, что им делать и чем заниматься, счастливых людей будет больше.
Создать семью,
Не значит раствориться…
В быту удушливом
Удобством погоняя…
Живя под каблуком -
Забыться…
Всей сущности своей
Не понимая…
Любить конечно, не вопрос,
Когда сопутствует
Взаимность…
Ответ до боли очень прост -
Дела твори…
Отставь пассивность…
Обласкан можешь быть всегда
С под каблука
Не вылезая…
Единственным, на долгие года?
Увы, не каждый может,
Прозревая…
все сказки заканчиваются реальной жизнью…
Любители Рен-ТВ и прочего, верящие, что египетские пирамиды построены пришельцами, просто не сознают человеческой силы и целеустремленности, появляющейся от получения живительных %#дюлей или просто при наличии «бесхозной» энергии в организме.
Как-то раз в конце 90-x в нижней части горы на тропе нашли батарею. Обычную советскую чугунную часть центрального отопления, секций эдак 10. Тропа уже в гору, узкая, до ближайшего жилья уже километров 6. Тропа такая, что даже если использовали какую-то тачку или сани зимой, пришлось бы очень тяжело.
Но интуиция подсказывала, что это было сделано вручную.
И я до сих пор надеюсь на то, что нацарапанное на краске батареи надпись «Ася и Оля 1996» была сделана либо до, либо после подъема этого предмета другими людьми…
А мне сейчас, как соловью:
Стою.
Пою.
Давайте извергаться,
побуквенно, построчно,
фонтан незатыкаем,
я это знаю точно!
Хорошо быть мужиком. Им жить как-то проще.
Тут, вон, зима на носу, и ходишь уже, смотришь с тоской на ценники в обувных магазинах, щупаешь драпчик пальто, а в меховой салон даже не заглядываешь: понимаешь, что и позапрошлогодний полушубок из крашеного кролика всё ещё очень даже ничего. А на протёртую плешину можно кармашек пришить. Типа, дизайнерская находка такая. Кармашек на жопе. Очень стильно и молодёжно. И где денег взять? Все нормальные бабы, вон, втариваются новыми сапожками, а ты сиди, плачь и завидуй. И кармашки шей на жопе.
А мужикам чо? Летнюю резину на зимнюю поменял - и всё. И можно дальше пиво пить.
Женщина своё разбитое сердце лечит годами. Всем подружкам расскажет про подлеца, потом будет собираться с силами полгода, чтоб его зубную щётку из дома выбросить - рука ж не поднимается. Потом все его подарки в мешок соберёт, и на антресоли запихает. Письмо ему напишет километровое, и не отправит. И, наконец, удалит его номер из телефонной книжки. Но это через пару лет только.
А мужики? Баба бросила - пошёл набухался, купил проститутку, отомстил, и забыл. И бабу, и проститутку. И можно дальше пиво пить.
Женщина не влезает в платье - это катастрофа! Это сразу и диеты кефирные, и в спортзал бегом, и ещё к эндокринологу: а вдруг с гормонами что-то? Это ж запускать-то нельзя! Это ж вот через полгода как раскукурузит килограмм на десять, а ты щас на распродаже уже хапнула летних сарафанчиков на будущий год, и в них не влезешь же! Паника-паника!
А мужик пойдёт, купит себе штаны на два размера больше, новую дырку в ремне пробьёт, и можно дальше пиво пить.
Если у женщины намечается секс - она две недели будет к нему готовиться. Она сбегает на эпиляцию, в солярий, купит красивое бельё, новые духи, платье, туфли, серёжки, покрасит волосы, сделает укладку, и даже отрепетирует перед зеркалом непринуждённый хрустальный смех.
Если у мужчины намечается секс - единственное, что он сделает - это вообще на него придёт. И будет пить пиво.
Когда у женщины спрашивают: «О, клёвые джинсы! Где купила?» - она должна назвать приличный магазин, и дату покупки, не превышающую полгода.
Когда у мужика спрашивают: «Где джинсы брал?» - он может спокойно ответить: «Да я не ебу, им уже лет восемь», и будет дальше пить пиво!!!
Не, безусловно, мужчины есть всякие. Есть и с тонкой душевной организацией, и к сексу относятся трепетно, и в гардеробной у них, вместо любимого вытянутого свитера - висят три смокинга и очень модное пальто Хьюго Босс, и вместо пива они пьют коньяк. Очень редко. И на свидание приходят с цветами, и платье твоё новое заметят, но только они все давно и счастливо женаты, и что вот про них говорить тогда?
Я вообще и не о мужиках сейчас. А о том, как тяжело быть женщиной.
Была сегодня в магазине. Щупала драпчик синего пальто. Драпчик был хороший, а ценник шестизначный. Подумала-подумала, и пошла домой пить пиво. В конце концов, я от мужика только формой хромосомы отличаюсь.
Я стала философствовать… Старею?
А может быть, добавилось ума?
Года берут своё, не молодею,
Душа, как прежде, чувствую, юна.
На облик время отпечаток ставит,
Ушедших дней моих - морщин узор.
Былого нет возможности исправить,
Вперёд с надеждой устремляю взор.
Да, жизнь меня на крепость проверяла,
Был повод для печали не один,
Но не сломалась я… Я устояла…
Нашла для счастья тысячу причин…
Ты прости мне сестренка прости
Что с тобою я в чувствах скупен
Что на жизненном нашем пути
Не был рядом когда был так нужен.
Не сердись на меня и за то
Что не понял я суть девчонки
Что хотелось тебе одного
Детство жить и быть просто сестренкой.
Ну, а я нацепив на себя
Роль отца и сурового брата
Не сумел подыскать слова
Что-бы ты улыбнулась когда-то.
Что пытался тебя воспитать
Своей глупой дурацкой маралью
И когда ты хотела летать
Крылья жег раскаленною бранью.
Понимаю не будет легко
Зачеркнуть что так долго душило
Но давай распахнем окно
Поменяем на будет что было.
Ты прости мне сестренка прости
Что с тобою был в чувствах скупен
Обещаю остаток пути
Буду рядом когда буду нужен.